Kill me. Heal me.

— И куда ты теперь его устроишь? — спрашивает Маша, откидываясь в мягкое кожаное кресло.       После той роковой субботы, Алина решила уволить Даню. Всё-таки Алиса была права: эта идея привела не к добру. Они решили уединиться в комнате Маши, чтобы решить самый главный вопрос. — Честно, мне самой не сразу понравилась идея в виде Дани-стриптизёра, но эта идея тоже может не оправдать своих ожиданий… В общем, Даня будет нашим помощником, а если по нашему — мальчиком на побегушках, — ответила Алина, тоже присаживаясь, но на диван. — Ммм, ничего такая идея, — присоединилась к разговору Лема. — А кофеёчек он утром будет делать? — Лема! — крикнули Хима и Алина. — Ладно-ладно, молчу. — Так вот, — продолжила Мкртчян, — если вы одобряете, то я пойду, обрадую его сейчас. — Нахер тут думать, пусть квартиру моет и еду покупает, — предложила Маша. — И кофеёчек делает! — добавила Эмели. — Лема, блять, что ты со своим кофе? Это само собой. Но можно ли позволить ему что-то более серьезное? — Пока нет, опасно. Мало ли, что он сделает, — мрачно сказала Хима. — Это ясно, но вы уверены, что он будет до конца жизни мыть полы? Да он загнётся так. Тем более, он знает, возможно, даже больше, чем мы. Не думаете, что с такой работой, он будет лишь молчать? — спросила Лема. — Ха, пусть только попробует промолчать, — усмехнулась Алина. — У меня есть методы, развязывающие языки и не таким, как Кашин. Вы согласны с тем, что он будет работать нашим помощником? — девушки утвердительно кивнули. — Отлично, я пошла к себе.       Чтобы не мешать Маше работать, Эмелевская и Мкртчян вышли из её комнаты, оставляя её наедине со своими мыслями. Но после и они тоже расстались. Алина поднялась на второй этаж и зашла к себе в комнату. — Приветик, — улыбнулась Алина, входя в комнату, где её уже ждал Данила в клетке. — Виделись, — равнодушно ответил ей парень. — У меня хорошие новости, — она села на кровать. — В общем, ты больше не стриптизер. — Заебись охуенная новость, — с долей сарказма ответил Данил. — И что дальше? Проституткой заставите работать? — Бля, что ты приебался? — Алина медленно злилась, но мысль про проститутку внезапно показалась неплохой. — Я подумаю. Но прошу заметить: если бы ты этого не сказал, возможно, я дала тебе другую работу.       Честно, Кашину уже было похуй. После плётки он ничего хорошего от неё уже не ждёт. Это явно будет какая-то тупая хуйня, после которой его снова отъебут резиновой хуйней по заднице, но перед этим неплохо так возбудив. Он после того случая, несколько дней не дрочил, а это не есть хорошо. — Ладно, я пошутила, — Мкртчян опять улыбнулась. — Теперь ты — часть нашей группировки. Но очень маленькая часть. — чуть погодя добавила она.       Конечно, деваться Дане было некуда: либо целыми днями тухнуть в клетке, либо работать вместе с ними. Пришлось согласиться. — Хуево шутишь, — ухмыльнулся Кашин. — Только в этот раз никаких платок, пожалуйста.

***

— Даня! — звала рыжего Лема, которая сидела у себя за компьютером.       Кашин подошёл к девушке и своим недовольным лицом показывал, что его жизнь — теперь дерьмо. Это уже его второй рабочий день, но он уже заебался. Официантом-стриптизером работать, все же, ему больше нравилось, но у помощника есть свой плюс — теперь он полностью в закрытой одежде. — Что? — Принеси кофе, пожалуйста. — Какой тебе? — Почему мне? — девушка ухмыльнулась и закричала. — Ребята, Даня пошёл за кофе, кто какой будет? — Макиато! — выкрикнула Маша — Американо с ложкой сахара! — выкрикнул Денис. — Гляссе! — Федору захотелось чего-нибудь сладенького. — Ристретто! — из-за спины послышался громкий выкрикнул Кильчукова. — Антону латте сделай еще! — повторил Букер. — Лунго! — с немного злой ухмылкой, завершила Лема — Пиздец ты, конечно, — шепнул под нос себе Даня. — И побыстрее, пожалуйста! — девушка услышала слова парня и решила ускорить процесс.       Кашин вздохнул. За эти два дня, он произнёс про себя тысячи нецензурных слов, половину из которых пришлось придумать. Парень удрученно кивнул Леме и пошел на кухню. «Это, конечно, точно лучше, чем ебаный стриптиз, но блять, не накидывать счастье же на меня целой толпой», — лишь эта мысль спасала Даню от немедленного суицида.       Проебавшись на кухне со всеми сортами кофе для ребят больше часа, он принес их. Но кто помнит уже о кофе? — Что так долго? — спросила Лема, забирая свой кофе. — Вы, блять, заказали такие виды, которых я, сука, не знаю даже, — Кашина можно простить и понять.       По рукам, которые еле как держат стаканы с кофе других ребят, по уставшему лицу, которое не было таким усталым, когда он работал боссом своей группировки. А ещё его можно простить за чувства, которые он скрывает от всех: Данька ведь скучает по своим ребяткам, которые неизвестно чем занимаются сейчас без своего главаря. Грустно, но это жизнь. — Блять, рыжий, что это за поеботня? — Леме хватило одного глотка чтобы понять, что это нихуя не лунго. — Кофе, блять! — Знаешь, я перехотела кофе. Пиздуй за молочным коктейлем. — Но ты не выпила свой блядский кофе. — Да? — Лема выбросила стакан с недопитым напитком в мусорку. — Ой, прости. А теперь пиздуй. — Сука, я не собираюсь тебе готовить молочный коктейль, понятно? — Даня не на шутку вспылил, но Лема реально перегибает палку. — Ты работаешь помощником! Твоя задача: исполнять наши приказы! Ты не «хочешь», а обязан сделать мне молочный коктейль! Или выполняй, или я скажу это Алине и она тебя отпиздит! — Что у вас тут происходит? — на их крик, к ребятам подошёл Антон. — Он отказывается делать мне молочный коктейль, Антош. — Дань, идём на секунду, — Ватлин забрал свой кофе и отошёл чуть вперёд.       Рыжий пошёл за ним, напоследок злобно посмотрев на Эмели. Они отошли совсем недалеко от места работы девушки. — Чего тебе? — Короче, мой тебе совет: лучше приготовь ей коктейль. И, желательно, готовь его примерно полчаса. — Ага, ты хочешь, чтобы она ко мне вновь приебалась? — Да нет же, ты меня не понял. Я сделаю так, что она у тебя больше ничего не попросит, — Антон моргнул Дане одним глазом, как бы намекая. — А ты уверен, что сработает? — Доверься мне. Я, как-никак, её парень, знаю, чего она хочет. — Ладно.       Кашин и Ватлин разошлись по разным сторонам: рыжий — снова на кухню, а брюнет — к своей девушке, чтобы увести ту в кладовку. По совету Антона, парень готовил коктейль ровно полчаса, после чего вернулся обратно к Эмели. И тут он её не узнал: с растрепанными волосами, с размазанной, слегка тусклой помадой, с ослепительно удовлетворенной улыбкой на лице. Он отдал девушке её коктейль. — Ой, спасибо, Данечка, очень вовремя, — и тут Даня охуел.       «Ебать это что, реально работает?», — он не на шутку охуел. — «Бля, а с Алиной так будет работать?». Теперь рыжий знает чуть больше о девушках и об отношениях.

***

      И так продолжалось примерно до конца сентября: Даня бегал из отдела в отдел, чтобы помочь ребятам со всякими пустяками. Единственная, кто его жалела и особо не напрягала — это Алина. У нее были немного другие проблемы, да и рыжего не хотелось перенапрягать: начнет опять ворчать в клетке, а у неё у самой нервы.       Вот вы думаете, что все, сейчас все будет спокойно, конец, а ведь это только начало. Начало огромного конца, который для кого-то будет со смертельным исходом.       Двадцать девятое сентября, суббота. Даня снова бегает по офису, помогая работникам. Он шел прямо по длинному коридору, в поиске двери, что ведёт в кладовку. Идёт и думает о чем-то своём, как вдруг он слышит голос Артура. — Алин, нам нужно его ликвидировать. И очень срочно, — Даня повернул голову в сторону, откуда издался голос.       А доносилось это из приоткрытой двери с табличкой: «Малая переговорная». — Я понимаю, но сам же знаешь, что он очень опасен, — а вот и знакомый Дане женский голос армянки.       Какого черта Кашин подумал, что речь идёт про него? Дань, ты слишком ЧСВ, угомонись. Но он подошёл к двери, подслушивая весь разговор. — А если он и нас сдаст? Тогда мы не сможем от него избавиться. Подумай логически: сейчас самое подходящее время. — Нам нужно хорошо изучить слабые стороны врага, как это было с Даней. А вот тут уже проблема: никто не знает слабых мест Никитенко. — Уверена? — риторически спросил Кильчуков. — Да. — А если я скажу, что нет, — послышались шаги, направляющиеся к двери, как вдруг она открывается и Даня сталкивается лицом к лицу с Артуром. — Вот и наша помощь стоит.       Артур поднимает Даню за ворот черной кофты и пихает в комнату, где сидела Мкртчян. Алина удивилась. — Я поняла к чему ты клонишь… Так, стоп, что ты делал под дверью? — армянка немного злобно смотрела на рыжего. — Да я так, мимо проходил, услышал ваш диалог и решил: дай послушаю. — Алин, это сейчас не так важно. Дань, сколько ты сотрудничал с Никитенко по времени? — Где-то года три, а что? — Знаешь его какие-то слабые места? — А зачем тебе? Скажи ты первый. — Ладно. Твой Никитенко, чтобы подкупать легавых, палит им притоны и бары. Недавно он спалил одного из своих главных спонсоров, может знаешь — «легенда». А теперь вопрос к тебе: мы можем рассчитывать на твою помощь в этом деле?

***