Друг по переписке

— Привет, я Ким Тэхён, твой новый репетитор по математике. Приятно познакомиться, Чон Чонгук, — с будто заученными словами, сложенными в недовольный бантик губами и очками в тонкой оправе на переносице, встречает Чонгука Тэхён. Проходит к столу в библиотеке медленно, спокойно, раскладывает учебник и тетради с лекциями на парту ровно к углу поверхности и начинает нервно жевать губу. У Чонгука в голове все мысли путаются, и он вдруг испуганно для себя задумывается, может ранее они не встречались и проведённые вместе дни были обычным сном? Тэхён из его памяти и общих, не самых лучших воспоминаний, и Тэхён сейчас — совсем разные люди. Один горит и возгорается пламенем, от его парфюма с горчинкой горят лёгкие, глаза подкрашены идеальной чёрной линией подводки, пухлые губы спрятаны под тёмной помадой. Другой же — смущающийся, с детским румянцем на щёчках, тёплым оттенком губ, без стрелок, с мягкими персиковыми тенями, сладкими духами, и переминающийся с ноги на ногу от неловкой ситуации, смотрит в пол, продолжает жевать губу. А Чонгук, словно загипнотизированный, смотрит в глаза, на губы, на покрасневшие ушки тоже смотрит. — Ну, чего ты завис? — Тэхён, кинувший в воронку вечных мыслей, заставил кататься вместе с водоворотом чувств, сам же и вытаскивает из него. И голос такой строгий и обиженный, будто не он сейчас виновен в его невнимательности и постоянных теориях. — Что? — дёргается Чонгук, хрипит одними губами, будто не спрашивает, а уверенно произносит «прости, не слушал». Конечно, Тэхён не виновен. Не в чонгуковом мире. — Я, говорю, твой репетитор по математике, Ким Тэхён, — говорит и присаживается рядом. — В чём проблема? В нас. — Системы n линейных уравнений с n неизвестными, — не задумываясь, произносит и наблюдает за тем, как под тонкими пальцами летают острые страницы. — Третий параграф, — вновь говорит, пытается облегчить поиски и всё смотрит то на пальцы, гуляющие по содержанию учебника, то на сосредоточенного Тэхёна и его нахмуренные брови. Будто не с предметом помочь пытается, а проблему человечества решился исправить. — Ох, тема достаточно лёгкая, — говорит в раздумьях Тэхён и поднимает взгляд на вовсю пялившегося на него Чонгука и, теряясь, быстро опускает обратно в учебник. — Попробуй решить этот пример, — тычет пальцем в задачу книги, а Чонгук даже не смотрит, всё разглядывает родинку на кончике чужого носа. К чувствам — странным, пугающим, зазывающим в неизведанную впадину под названием «Ким Тэхён» со своими монстрами и тайнами, что неустанно манит — Чонгук не привык. Не смотреть — пытался, не вспоминать — тоже. И всё безуспешно. И всё проще, чем таблица умножения: не дышать — невозможно, жить без воды — невыполнимо, так вот и не увидеть Тэхёна снова, не думать о нём, не дышать его приторными духами — смертельно. — Хорошо, — автоматически отвечает. Ничего хорошего. Давно уже ничего хорошо, думает Чонгук, ещё с нашей первой встречи и… — Ви! Ты какого хрена трубку не берёшь?! — забегает в библиотеку неизвестный парень и с укором во взгляде всё ближе приближается к их столу. — Джунки? — удивляется Тэ и запрокидывает голову, смотря тому в глаза. — Что случилось? — Ви, — Ви — шёпотом повторяет Чонгук, — где мои шпаргалки, гадёныш?! У меня зачётка через двенадцать минут, а я не помню нихера! — тычет незнакомец пальцем то на Тэхёна, то на дверь библиотеки и ругается скорее наигранно, чтобы так проучить, что сам улыбку еле сдерживает, покуда вокруг на его недовольные крики громко шикают. Пока под боком Тэхён ковыряется в портфеле, а Джунки входит в роль обиженного однокурсника, Чонгук всё пытается вспомнить, где же он слышал это разрывающее память «Ви». На название игры или блюда из кафешки совсем не похоже. На имя и подавно. Может прозвище какое, рассуждает Чонгук, как-то мельком увидел, а в голову протиснуться успело. — Удачи! — кричит вслед уходящему Джунки Тэхён, махая рукой удаляющейся спине. — Ви? — Чонгук с осторожностью спрашивает о интересующей теме, в глаза смотрит ссутулившись, боясь спугнуть. Ведь то, что Тэхён с ним сейчас вообще рядом сидит — удача, никак не иначе, а разрушать хоть какую-то, отдалённо похожую на дружелюбную, обстановку нет желание совсем. — Ви, — Тэхён осторожно кивает. — Меня так однокурсники иногда называют, — уточняет и смотрит так, как обычно на чужих детей, просящих денег, смотрят взрослые. Удивлённо, и как-то недоверчиво. Так он ещё и с испугом прямо в душу пялится. Совсем неискренне улыбается, будто момента для побега выжидает, как в клубе недавно, сбежит и даже не оглянется. Чонгук этого не хочет. — Странно, — усмехается Чонгук. Взгляд тускнеет, улыбка чуть спадает, и милые ямочки, будто их и не было, исчезают с его щёчек, — у моего друга тоже прозвище — Ви. Только вот, — прокашливается в кулак, — мы давно с ним не общались. Даже встретиться не успели, как прекратили разговаривать. Тэхён озадаченно смотрит, кусает нижнюю губу, бегает глазами по чонгукову лицу, пока тот расстроенно опускает глаза и пальцами рисует квадратики по странице старого учебника. — Друг по переписке, — уточняет Чонгук и опускает плечи ещё больше. Чонгук и Ви переписывались последний раз около месяца назад, и это их первая настолько длинная пауза в общении, а это ранит сильнее ножа. Все проблемы с мамой больше обсуждать не с кем, сны тоже, фотки утренних бутербродов никто не присылает, не желает хорошего дня и пятёрок по непонятной иногда математике. Хосок тоже парень хороший, но обсуждать простые, юношеские вопросы или проблемы, связанные с матерью — стыдно. Где-то не поймёт, где-то рассмеётся или позовёт отдохнуть к себе в бордель. А вот Ви понимал, как лучший друг, как самый близкий человек Чонгука, искренне поддерживал и делился своими секретами и проблемами взамен. Как бы говорит: «у меня тоже. Раз так, давай тогда вместе. Вместе всегда было легче» Пока Чонгук вспоминает, делит и сравнивает, Тэхён понимает, что в первый раз видит Чонгука настоящего. Любящего, скучающего, ждущего, обиженного и растерянного. Понимает, что больно было не только Тэхёну, но и Чонгуку тоже. Тоже морально, тоже без нужной поддержки и ночных разговоров по ночам. Осознает, что боль у них одна на двоих. — У меня тоже. Всё-таки, они похожи. Они вместе скучают, вместе ждут новых сообщений, тайно мечтают о встрече. Они безусловно в чём-то одинаковы, и по-детски влюблены. Один влюблен в своего маленького Куки из катока, другой — в своего репетитора по математике.

***

Ви: Привет, Куки) Ты как там? Встретиться не хочешь, мелкий?

Куки: Ви? Привет, Боже мой, конечно!