Пылающая песнь дракона

      Гара быстро накинула плащ, скрывая тонкие плечи. Гримаса боли и обиды исказила ее лицо до неузнаваемости. Девушка резко обернулась и кинула единственный кинжал в сторону Эйла.       — Ты что творишь? — Ка поймал кинжал на лету.       — Как ты посмел прийти не один? — голос Гары был близок к истерике. — Хочешь сказать, что ты мужчина после этого? — она вырвала кинжал из его рук так, чтобы лезвие прошлось по ладони, оставляя после себя кровавую полоску.       Лафира отпрянула от сумасшедшей парочки. Ее вдруг тоже накрыла жгучая обида. Ею воспользовались как предлогом, откупом от чего-то.       — В следующий раз будь добра произносить четко, что ты хочешь. — Эйл усмехнулся. — Сказала, что будем смотреть на звезды. Почему я не могу эти звезды показать ей? — он кивнул на графиню.       Гара вдруг остановилась. Ее глаза выражали ненависть и презрение. Тот же взгляд она кинула и на Лафиру. Графине захотелось тут же исчезнуть. Она отвернулась, не выдержав гневного взгляда Гары. В ту же минуту девушка услышала приглушенные шаги уходящей Гары.       — Зачем ты так с ней? — неожиданно для самой себя спросила она.       Эйл ничего не ответил. Вместо этого он расстелил свой плащ на поляне и улегся на него.       — Иди сюда, — он похлопал рукой по плащу, призывая Лафиру лечь рядом.       Девушка с сомнением посмотрела на Эйла, однако все же легла. Ее охватило странное чувство смущения. Сразу вспомнились картины в чане, да и ситуация с Гарой мешала расслабиться. Однако именно сейчас хотелось забыть о том, кто она и что предстоит ей сделать.       — Она мне не нравится. Есть в ней что-то черное, — тихо ответил он. — Смотри туда, — Ка сложил пальцы окошком. — Если соединить все эти звезды, то получится Дракон. Я родился под этим созвездием, — неожиданно произнес он. — Так мой учитель рассказывал.       — Поэтому твое имя Эйл? — Лафира поежилась от холода: все-таки плащ не сильно спасал от ночного холода.        — Если полностью переводить, то Синий Дракон, или Ледяной Дракон, как тебе угодно. Имя достаточно пафосное, в стиле моего народа, — он обнял девушку.       — Что ты делаешь? — встрепенулась она. — Ведешь себя странно.       — Тебе же холодно, — Ка улыбнулся, в его глазах снова сверкнул фиолетовый свет.       — Логично, — Лафира позволила себе прижаться к наемнику. Очень уж хотелось почувствовать его тепло.       Она не понимала Эйла. То он был холодный, как его имя, то вдруг вел себя заботливо, будто он ее старший брат. Однако девушка решила откинуть эти мысли и насладиться моментом, пока этот странный парень снова не начал вести себя как наемник.       — Почему ты сбежал из своей страны? — задала она вопрос, висевший в воздухе с того самого момента, как Ка снял бинты.       Эйл встрепенулся. Ему не хотелось говорить на эту тему, однако долгое хранение тайны требовало открыться хоть кому-то. Наконец, после затяжного молчания, Эйл ответил:       — Это трудно объяснить. Я старший сын, который должен был унаследовать трон. Правитель должен быть жестоким и беспощадным, чтобы еще слушали и почитали. Так было заведено до моего рождения, так будет продолжаться после моей смерти. У меня был учитель, которого я почитал, как отца. Однажды я провинился перед отцом. Он сильно разгневался. Я ожидал любое наказание: заточение в камере, ссылку к передовым отрядам на границу, лишение трона. Но его ум извращен. Он заставил меня убить учителя.       Эйл замолчал. Его голос дрожал. Воспоминания были слишком болезненными. Лафира прижалась к нему, положила голову на грудь и провела ладонью по руке, стараясь успокоить.       — Я убил учителя, если тебе интересно. Мой отец был доволен. Сын исполнил приказ. На следующий день я прилюдно отрекся от права на престол.       Лафира не знала, что сказать на это. С одной стороны ей было жаль Эйла, с другой же… С другой, хотелось убежать от него как можно дальше. Девушка не знала, что ожидать от человека, который смог убить того, кто заменил ему отца.       — А я все детство провела в лесу у старухи-ведуньи, которая учила меня сдерживать магию порабощения, — вдруг произнесла она.       Эйл неожиданно расхохотался. Напряжение ушло, однако чувство облегченности осталось с ним.       Они бы могли пролежать так всю ночь, однако кто-то в лесу вспугнул птиц. Шрамы Ка стали светится фиолетовым.       — Уходим, — прошептал Эйл. — Лу рядом.       Лафира испуганно посмотрела на наемника. Он лишь ободряюще улыбнулся.       Они пробирались к амбару через густые заросли дикого, сладко пахнущего шиповника, стараясь сбить Лу со следа. Графиня то и дело то спотыкалась, то обламывала ветки. Однажды даже спугнула филина.       — Ты можешь идти тише? — прошипел Эйл.       — Нет, как видишь, — ее уже раздражали постоянные придирки Ка.       В амбаре было тихо, не было слышно даже храпа гнома. Эйл насторожился. Он тихо, шаг за шагом пробирался вперед, стараясь не скрипеть половицами.       — Отбой, это Дракон, — раздался голос Гиля. — Где вы были?       — В лесу гуляли, — отмахнулся Ка. — Что случилось?       — Воины Луишского полка тут, пришли гораздо раньше. Эл’Лит их выпроводила, но кто знает, когда они вернуться, — гном упаковывал последние вещи. — Нам нужно уходить. Никто не должен догадаться, что мы были тут.       — Лу тоже недалеко, — тихо произнес Эйл.       Гном выругался. Ситуация складывалась хуже некуда. Тиахар стал что-то чертить на земле.       — Пойдем по тракту, — наконец произнес он. — В лес нам нельзя. Эйл, когда Лу будут совсем рядом, скажешь мне об этом. Нужно будет найти место, где можно спрятаться. Идем.       Отряд осторожно выбрался на тракт, оставляя позади себя армию и разведку. Нервы каждого были напряжены до предела.       — Лу рядом, — уже в который раз повторил Эйл.       Тиахар успешно скрывал их, постоянно пряча в зарослях и накрывая слепой паутинкой. Однако долго так продолжаться не могло. Силы мага были на исходе, к тому же отряд устал убегать.       — Тиахар, — позвал Эйл. — Нам нужно уходить отсюда.       — Куда? — спросил тот.       — Нам нужно на паром, что переправляет через реку Ан. К мосту по тракту мы будем идти туда еще дня три, и неизвестно дойдем ли, — он остановился. — Давайте сворачивать в лес.       — Ты с ума сошел? — подошел Гиль. — Скоро после переправы начнется Проклятый лес, мы не выйдем живыми из него!       — А у тебя есть другой вариант? — согласился с Эйлом Зиртранг. — Дракон прав. На тракте нас поймают, а так есть хоть призрачный шанс.       — Что за проклятый лес? — спросила Лафира.       В отряде воцарилась неловкая тишина. Наконец, Тиахар нарушил молчание первым:       — Когда-то давным-давно, когда эльфы еще не были сказкой, один из людских королей что-то не поделил с эльфийским владыкой. Началась кровавая бойня. Людей оказалось слишком много, и народ эльфов был покорен. Они вынуждены были уйти в леса Кайю, куда не ступала нога человека. говорят, в этих лесах живут немыслимые чудовища, а эльфы, ко всему прочему, расставили там ловушек. Сколько бы люди не посылали разведывательные отряды, еще ни один не вернулся. Людям вход туда закрыт.       — И мы туда хотим пойти? — Идея Лафире показалась сумасшедшей. ***       Отряд уже несколько дней пробирался через густые заросли можжевельника, молодых елок и высокого папоротника. Одежда путников выглядела не лучше одежды бродяг, живущих за стенами замка. К тому же, решивший начаться дождь никак не способствовал поднятию боевого духа. Каждый шаг давался с огромным трудом.       — Привал, — Гиль остановился у огромного засохшего дуба, в стволе которого зияла глубокая дыра. — Остановимся тут.       Зиртранг облегченно вздохнул. Низкорослому гному приходилось тяжелее всех. В отряде стали собираться спать. Сил не было даже на розжиг костра, не говоря о приготовлении ужина. Тиахар посмотрел на шрамы Эйла, которые не переставали светиться с того вечера, проведенного в амбаре ведуньи. Маг в очередной раз стал рисовать руну слепой паутинки.       Эйл проснулся от легкого шороха. В кустах, возле которых находился дуб, сидел кролик. Ка тихо потянулся за ножом и резко метнул его в животное. Кролик даже не понял, что его убило — лезвие вошло точно в глаз.       — Тиахар, — тихо позвал наемник. — Просыпайся.       Тот неохотно открыл глаза. Чтобы выйти из паутинки безболезненно для мага, нужно было чтобы он открыл проход. Эйл жестом указал на кролика.       Впервые за долгое время завтрак Зиртранга уплетали за обе щеки. Гном мастерски разделывался с мясом.       Вскоре они снова двинулись в путь. За завтраком Гиль упомянул, что к полудню они должны выйти к парому, поэтому настроение, несмотря на ситуацию, было приподнятым. Шрамы Эйла едва светились, поэтому он даже позволил себе легкую ухмылку.       По мере приближения к Материку, Ка одолевали все более мрачные мысли. Скорее всего, на границе почувствуют, кто он такой. Возможно, ему даже придется оставить отряд на какое-то время. Но об этом думать сейчас не хотелось.       Наконец, лес стал расступаться. Отряд, не скрываясь, вышел к реке. В тот момент, когда они отошли от леса на пару метров, шрамы Эйла стали светиться иссиня-черным цветом.       — Они рядом, — коротко бросил Ка.       Отряд сбежал по склону к реке. Гном стал заводить паром.       — Маг, нужна твоя помощь, — крикнул он. — Заговори его.       Тиахар начертил несколько рун на досках, позволяя парому самому приходить в движение. Несмотря на то, что паром мог, благодаря магии, двигаться сам, он все равно был слишком медлителен. Колеса и рычаги просыпались неохотно, старые доски скрипели.       Из-за деревьев показались воины в алых мантиях.       Зиртранг выругался и достал мотыгу. Тиахар отступил на паром, увлекая за собой Лафиру и бормоча что-то себе под нос.       Однако противники не спешили вынимать оружие. Они медленно направлялись к отряду, поднимая руки. Старший Лу остановился в паре шагов от людей и гнома.       — Великий Ка Эйл, Вас приветствует капитан разведки его второго величества Эмт. Я и мой отряд долгие годы искали Вас в этой стране и, наконец, смогли отыскать. Мы не один сезон не видели свой дом, жен и детей ради того, чтобы передать послание: ваш первый брат, Великий Ка Рид, взывает к вашему благоразумию и просит вернуться в родные стены дома вашего отца, — мужчина поклонился.       — Приветствую тебя, капитан Эмт, — Эйл ответил на поклон кивком головы. — Мне совестно слышать о ваших мучениях. Ты передал мне послание, поэтому можешь быть свободен, — Ка не сводил глаз с капитана разведки. Эйл стал пятиться к парому.       — Великий Ка Рид настаивает, чтобы вы вернулись домой, мой принц, — Эмт вынул из ножен меч. — Он просил передать, что если вы не вернетесь по-хорошему, то я могу силой заставить вас.       Послышался звон мечей, вынимаемых из ножен. Воины встали в боевую позицию. Капитан Эмт не выдержал и первым бросился на Эйла. Ка, ожидая этого удара, пропустил противника под собой. Рубящим ударом встретил второго противника, и развернулся к капитану. Тот нанес удар сверху.       Пока Лу еще не рассредоточились, Тиахар соткал огненный шар и запустил его в гущу алых мантий. Раздались крики боли первых павших.       Неожиданно капитан разведки ринулся за своих уцелевших товарищей, а те, в свою очередь, закрыли его плотным кольцом и стали оттеснять к парому.       Зиртранг, размахивая мотыгой так, чтоб к нему не смели близко приближаться, отталкивал Лафиру к воде. Девушка не сразу отошла от взрыва, поэтому соображала туго. Однако она оказалась на пароме достаточно скоро — гном был настойчив.       Тиахар последовал за графиней, на ходу одновременно бормоча следующее заклятье и пытаясь запустить паром быстрее.       Остальные отступали медленнее, пытаясь унести с каждой минутой хотя бы еще одну жизнь разведчиков. Силы были неравны. Против отряда выступали воины, превосходящие их численностью и опытом. Долго продолжаться так не могло.       — Все на паром, — раздался грозный окрик мага.       Последний раз скрестив клинки, воины оттолкнули противников и, не разворачиваясь и отбиваясь от все еще сыплющихся ударов, вскочили не древесный плот. Тиахар закрыл их плотной воздушной стеной, давая шанс отплыть как можно дальше. Паром начал свое движение.       Внезапно маг почувствовал нечто сильное, сминающее его стену как папирус.       — Шаман, — прошептал побледневший юноша. — У них шаман.       — Держись, — Эйл стиснул зубы.       По воздушной стене прошла рябь и ненадолго остановилась, давая магу передышку. Тиахар все шептал и шептал заклятия, рисуя руны, но его снова прервали, и он снова возвел стену. Силы мага были на исходе. Его стена пару раз мигнула и исчезла. Бледный и измученный маг осел на край плота.       — Я все.       Тем временем паром почти пересек реку Ан, как в воздухе запахло озоном.       — Все вниз! — истощенно заорал гном, спрыгивая с плота и увлекая за собой мага.       Эйл скинул в воду Лафиру, прыгнув следом, и уже в воде увидел, как в воздухе полыхнуло огнем, и плот разлетелся в щепки. Его закрутило, и на мгновение он потерял ориентацию в пространстве.       Рядом медленно уходило на дно тело Лафиры. Ка, превозмогая резкую боль в плече, подхватил девушку и стал выплывать с ней на поверхность.       Тяжелый плащ безжалостно был отправлен на морское дно. До берега оставалось не так уж и много. Будь он один, доплыл бы без труда.       Оказавшись на поверхности, Лафира стала жадно глотать воздух и цепляться за Эйла, мешая ему плыть и снова увлекая под воду.       — Тише! — наемник как смог встряхнул девушку.       На миг ее глаза приобрели осознанность, и в тот же момент графиня потеряла сознание.       Эйл больше старался удержаться на воде, чем грести. С каждым метром силы покидали его. Практически у самого берега Ка не выдержал, вытолкнул на поверхность Лафиру, сам скрываясь под водой.       Вдруг его кто-то вытянул за шиворот. Чувствуя опору, Эйл стал помогать плыть.       Уже на берегу к нему пришло осознание, что он не видит Гару и Гиля. Пытаясь откашляться, Эйл пытался перевернуться к спасителю.       — Где? — хрипло произнес он и увидел острое ухо эльфа.       — Твои друзья мертвы, — к горлу Ка был приставлен кривой кинжал.