Long Way Home/Долгий путь домой

Вторую ночь в камерах спать было нелегко. Целый день бездействия. Становилось беспокойно. Лежа на койке и всматриваясь в темноту, я чувствовал себя на грани. Кто-то недавно выключил свет, и музыка на улице вскоре затихла; я догадался, что большинство пиратов уже были в своих кроватях. Я не знал, который час, но остальные уже спали. Я слышал посапывание Олли, Райли время от времени что-то бормотал во сне. Я не мог понять, что он говорил, но казалось, что его сны были далеко от приятных. Неудивительно. Я смотрел на серую стену перед глазами. Я стал ненавидеть ночь с тех пор, как мы оказались на Рук. Она уступала место всем плохим мыслям, на которые не было времени в течение дня, пока убивал пиратов и спасал своих друзей. Большую часть времени в течение последних двух или трех недель я пытался избегать сна, но усталость взяла своё. Затем я искал место, куда я мог бы рухнуть, не будучи съеденным. Мне никогда не нравилось плакать. Райли же был совершенно другим. Он всегда открыто показывал свои чувства, не заботясь о том, кто за ним наблюдает. Мы с Китом всегда любили шутить о том, что он слишком чист; и теперь я всё больше убеждался, что так и есть. Я сделал много глупостей в своей жизни, и Грант рассказывал мне о своём дерьме. Но Райли? Никогда. Он был чист, как свежевыпавший снег. И я сделаю всё, чтобы так и осталось. Я грустно улыбнулся, когда понял, что стал заботиться о младшем брате, лишь когда нас похитили. Мне всегда было интересно, почему он равнялся на меня, а не на Гранта, ведь я был дерьмовым братом. Грант всегда заботился о нас после того, как отец покончил с собой. Он был не просто моим старшим братом. Он был всем: братом, отцом, образцом для подражания, другом. Когда он ушёл в армию, я начал прыгать с парашютом, прыгать с высоты на эластичном троссе, делать всё, только чтобы скрыть тот факт, что я не знал, что делать со своей жизнью. И что я скучал по нему. Я вскочил с койки из-за громкого шума, доносящегося из маленького зарешеченного окна. Я медленно поднялся на ноги. Никто из остальных, казалось, не слышал шума. Я ничего не видел, но слышал отдаленные голоса. Один из них определенно принадлежал Ваасу; и он, очевидно, был в очень плохом настроении. Я пытался прислушаться, о чём говорят, но они были слишком далеко. Он кричал ещё минуту, а затем раздался выстрел, и наступила мёртвая тишина. Я даже улыбнулся. Конечно, это не Ваас был застрелен, вероятно, один из его парней. И когда дело доходило до бегства из лагеря, хороший пират — мёртвый пират. — Джейсон? — я повернулся на звук. Райли сидел на своей койке. Я мог разглядеть его силуэт при тусклом лунном свете. — Что случилось? — Ничего. Спи, — прозвучало грубовато, и я повернулся к нему. Он даже не пошевелился. — Ты в порядке? Я видел, как он кивнул. — Да, всё в порядке. Я придвинулся ближе к решетке, разделяющей нас. — Уверен? Я не мог разглядеть его лицо в темноте, но когда он снова заговорил, он звучал так, будто вот-вот заплачет. — Я хочу домой, Джейсон. Я больше не вынесу. Мне так страшно… Я прикусил губу, потому что не знал, что сказать. Все будет в порядке? — Я защищу тебя. Я скоро отвезу нас всех домой, — наконец ответил я. — Я знаю, — всхлипнул он. — Я знаю. Но… я не хочу, чтобы ты тоже умер. Что, если он убьет тебя? Когда я вытащу тебя отсюда, это уже не будет иметь значения. — Не беспокойся об этом сейчас. Я всё ещё здесь. И если бы он хотел убить меня, он бы уже это сделал, — я хотел утешить его, но больше ничего не мог сделать. — Теперь спи. Тебе нужно отдохнуть, — он вздохнул, но всё же лег на спину. Я тоже пошёл к своей койке. — Райли? — спросил я, прежде чем закрыть глаза. — Да? — Мы ведь команда, правда? Послышался легкий смешок. — Конечно, да. И через некоторое время мы оба уснули. *** Утро было хуже, чем ожидалось. Я проснулся, вздрогнув, когда открывшаяся дверь в подвал врезалась в стену. — Эй вы, обмудки! Просыпайтесь, — пробасил один из пиратов, спускающийся по ступенькам. Он лязгнул прикладом АК-47 решетку камеры Дейзи и Райли. — Ты… — он указал на него пальцем. — И ты… — он указал на Кита. — Вы двое пойдете с нами, — я быстро встал, а Райли нервно покосился на меня. Двое других пиратов уже открывали двери в наши камеры. — Куда вы их забираете? —  раздражённо спросил я и попытался помешать одному из парней взять с собой Кита. Но он оттолкнул меня и схватил парня за руку, вытаскивая его наружу. Я бросил безумный взгляд налево, они также вытащили Райли из камеры. — Куда вы их забираете? — кричал я и пытался следовать за ними, но дверь камеры захлопнулась прямо перед моим носом. — Мы собираемся трахнуть их, — засмеялся парень с АК, его акцент звучал ещё чётче. — Пошли, — они вышли из подвала и закрыли за собой дверь. Я барабанил по металлической двери, но это было бесполезно. — Ублюдки! — закричал я и повернулся к маленькому окошку. — Ваас! Ваас, ты тупой мудак! Спускайся сюда, и я разукрашу тебе харю! Слышишь? Оставь их в покое! — моё горло горело, и я сглотнул. — Чёрт, — тихо вздохнул я и прислонился головой к металлу. — Джейсон? — спокойно спросила Дейзи. — Я не думаю, что Ваас собирается причинить им вред. Может… может, он просто хочет, чтобы ты в это поверил. — Ага, — фыркнул я, — он ж всегда был так добр к нам. Я вырву ему глотку, если он тронет их хоть пальцем, — яростно зарычал я. Если бы я только мог добраться до них. Я стоял так ещё некоторое время, всё ещё держа решетку в сжатых кулаках. Но потом я вернулся к своей койке, сел и уткнулся лицом в ладони. Пожалуйста, не трогайте их, — повторял я снова и снова в голове, — я сделаю всё, что угодно. Наконец, спустя некоторое время, длившееся, казалось, целую вечностью, дверь в подвал снова открылась, и я выдохнул от облегчения, когда Райли и Кит снова появились на лестнице целые и невредимые. Их волосы были мокрыми, они были одеты в одежду пиратов, и вдруг меня осенило. Моё третье желание. Шанс привести себя в порядок. — Девочки следующие, — сказал пират. Райли и Кит вернулись в свои камеры, а Лизу и Дейзи повели к лестнице. Им явно было неуютно, но Райли быстро кивнул им. — Всё в порядке, — одними губами произнес он, и Лиза кивнула в ответ. Девушки быстро переглянулись, затем их вывели из подвала. — Твою мать, — выдохнул я, — вы в порядке, парни? — Да, всё в порядке. Они отвели нас в душ, — ответил Райли. Под его красной майкой я видел свежие бинты. — Они не причинили вам вреда? Или… — я запнулся и оглянулся на Кита. Он присел на мою кровать. Я должен был признать, что он выглядел намного лучше. По крайней мере, он не смотрел в никуда, как вчера, даже следил за нашим разговором. — Нет, ничего, — объяснил Райли. — То есть… нам пришлось раздеваться и принимать душ перед ними, но они ничего не сделали. Нам дали даже почистить зубы. А потом они снова обработали мою рану и перевязали её. Я медленно кивнул. — Хорошо, замечательно, — я обернулся и посмотрел на Кита. — Как насчёт тебя? Ты в порядке? — Да… кажется, — он прочистил горло. — Приятно снова быть… чистым. Девочкам не потребовалось много времени, чтобы вернуться. По крайней мере, мне так казалось. Они также носили цвета пиратов; только не майки, а рубашки. Лиза коротко кивнула мне. Всё в порядке. Я заметил, что на этот раз было четверо пиратов вместо трёх, каждый из них с АК. Они вытащили Олли из его камеры, но пока не открыли мою. — Руки за голову, Броди! Я слегка нахмурился. — Что? Неужели боишься? — Я даю тебе последний шанс, или ты останешься здесь и пропустишь душ, — я закатил глаза. Часть меня хотела ослушаться, но мне действительно хотелось привести себя в порядок. Поэтому я проглотил свою гордость и завёл руки за голову. Один из пиратов отпер дверь и вошёл, в то время как другие подняли свои пушки. Бьюсь об заклад, они не могли дождаться, чтобы нажать на курок. Парень шагнул за мной, схватил меня за запястья и завёл мои руки за спину, а потом… наручники. — Опять? — спросил я раздражённо. — Приказ, — только сейчас я узнал в нём Бенджамина. Он усмехнулся и вывел меня из камеры. Вместе с Олли и другими пиратами мы поднялись по лестнице и вышли на улицу. Мне пришлось на секунду закрыть глаза. Было раннее утро, но солнце уже ярко светило. В лагере было намного больше пиратов. Интересно, откуда Ваас набрал этих парней. Я ведь столько их убил. Нас повели через весь лагерь в другое здание с запоминающейся красной дверью. Оно не выглядело иначе, чем другие здания; с другой стороны, я и не ожидал номер в отеле. — Что случилось прошлой ночью? — спросил я Бенджамина. Он поднял бровь. — Ты о чём? — Ваас, похоже, был не слишком рад. Я слышал, как он кричал. А после раздался выстрел. Полагаю, это не он словил пулю в лоб? — Нет, тот бедняга сообщил ему плохие новости. Я нахмурился и оглянулся на него. — Плохие новости? Что случилось? — Как будто я тебе расскажу, — усмехнулся Бенджамин. Наконец мы вошли в здание. Теплый и влажный воздух ударил в нос, и я чувствовал запах мыла и шампуня. Олли присвистнул рядом со мной. — Рррр, общий душ, — перед нами была огромная комната с двенадцатью раковинами и зеркалами слева и душевыми справа. Никаких шансов на личную жизнь. Это напомнило мне школу, когда все мальчики должны были принимать душ в одной комнате после физкультуры. — Держу пари, вам, ребята, здесь очень весело. По крайней мере, это не первый раз, когда мы должны принимать душ вместе, — отшутился Олли, а я закатил глаза. Бенджамин снял с меня наручники. — Ты понимаешь, насколько это прозвучало неправильно? — А то! — Когда закончите болтать, можете наслаждаться, — перебил Бенджамин. — У вас есть полчаса, прежде чем вы вернётесь в ваши камеры. Если вы не закончите до тех пор, мы вытащим вас отсюда голыми. Всё, что вам нужно, находится там, — он указал на душ. На полу стояли бутылки с шампунем и другими вещами. — И ещё бритвы на раковинах. Я слышал, маленьким девочкам вроде вас приходится брить свои причиндалы. Это был и лучший, и худший душ, который я когда-либо принимал в своей жизни. Лучший, потому что после нескольких недель ползания в грязи и пыли, когда ты весь покрыт кровью и ещё хер знает чем, и единственным вариантом, чтобы вымыться, был океан; тёплая вода, льющаяся на меня сейчас, была великолепна. Доктор Эрнхардт давал нам возможность принять душ в своем особняке, если мы вернёмся в пещеру, когда пираты Вааса или наёмники Хойта придут к нему. Но большую часть времени я не оставался достаточно долго, чтобы воспользоваться этим шансом. В Аманаки и некоторых лагерях были душевые, но не везде. Так что почти всегда альтернативой был океан. Худшим он был из-за этих тупых ублюдков. Двое из четырех пиратов ушли, но Бенджамин и ещё один парень остались с нами. Я съёжился при мысли, как чувствовали себя девочки. Я пытался игнорировать пиратов, но, как оказалось, это было не так просто. Своими посвистываниями и нелестными комментариями о моей заднице они напоминали мне людей Хойта. Тем не менее, я пытался насладиться, насколько это возможно. И, очевидно, Олли тоже. Он напевал мелодию, пока мыл голову, а я посмеивался. У него был талант поднимать настроение даже в самых плохих ситуациях. Мы не торопились, но в конце концов нам вручили полотенца, и мы подошли в раковинам. Олли ныл из-за того, что он блондин, потому что даже если бы он отрастил бороду, никто бы её не увидел. Я улыбнулся и начал бриться. — Помнишь, как мы вырвали первые волоски с бороды Райли, пока он спал? — рассмеялся Олли. Бритва была дерьмовая, но уж лучше, чем ничего. Я засмеялся. — О, да. Он злился на нас несколько недель. И мы получили нагоняй от Гранта. Олли усмехнулся. — Какие же были времена! — его улыбка исчезла, и он посмотрел на меня в зеркало. — Ты сожалеешь? О своём решении с той горячей цыпой-туземкой? — я наклонил голову в сторону. — Не волнуйся, — добавил он и опустил глаза. — Я не скажу остальным. Я просто хочу знать. Как твой друг. Я задумался об этом на мгновение. Сожалел ли я? Какой была бы жизнь сейчас, если бы я убил своих друзей? Я не знал, но я вспомнил, как Лиза смотрела на меня, когда я прижал тот древний нож к её горлу, и я покачал головой. — Нет, я не жалею ни о чём. Я бы сделал это снова, если бы пришлось. — Даже если бы ты знал, чем все закончится? Я пожал плечами. Олли снова смотрел на меня. — Пожалуй, — он кивнул, и я выдавил из себя ободряющую улыбку. — Ты же не думал, что я смогу убить тебя, не так ли? Он, казалось, размышлял над моим вопросом. Олли нечасто был таким серьёзным, но его это беспокоило. — Я не знаю, приятель. У тебя был сумасшедший взгляд. Я вздохнул. — Да… они дали мне… что-то. Тебе стоило бы попробовать. Оно заставило меня забыть обо всём, — я грустно улыбнулся ему, и он бросил быстрый взгляд на пиратов, стоящих у двери. — Итак… ты что-нибудь придумал? Как будем выбираться? Я покачал головой. — Ещё нет. Но я работаю над этим. — Пять минут, — отозвался Бенджамин, и мы посмотрели на него. — Полагаю, это всё, — пробормотал Олли, и я кивнул. Мы подошли к нему, и он вручил каждому из нас стопку одежды. Оливер уже ослаблял полотенце на талии, но я не двигался. — Где наша одежда? — Бенджамин широко улыбнулся и пожал плечами. — Я не надену это, — сказал я, покачав головой. — Нет проблем, — усмехнулся он. — Тогда ты пойдешь с нами голым, — Олли уже натянул на себя красную майку и штаны. Я сглотнул. «Достоинство человека может подвергаться нападкам, вандализму и жестокому издевательству, но его нельзя отнять, если сдаться добровольно». Я закрыл глаза и стиснул зубы. Наконец я взял одежду и надел её. Из всего, что случилось на Рук, это, возможно, самое худшее, что мне когда-либо приходилось делать. Я сдался. Я не смотрел вниз, когда закончил. Бенджамин схватил меня под локоть, но на этот раз он не использовал наручники. Вот он, мой шанс, но это было глупо. Я не мог просто убежать, не мог вытащить остальных из их камер без какого-либо плана. Мы вышли из здания и прошли через весь лагерь обратно в подвал, но внезапно нас остановил какой-то мужик. Он что-то сказал Бенджамину по-испански, прежде чем пойти в другом направлении. — Похоже, нам есть чем заняться, — сказал он и потянул меня за руку. Я посмотрел на Оливера, которого провёл обратно в подвал другой пират. — С ними ничего не случится. Пока ты слушаешься, — добавил он с улыбкой. Я вздохнул и нерешительно последовал за ним. Мы пересекли лагерь в направлении склада, где я убил Вааса… или, очевидно, не убил. Но потом мы повернули направо и вошли в другую комнату. Внутри мы были одни. Комната была заполнена множеством ящиков, посередине комнаты стоял стул, а под ним на бетонном полу был… водосток? — Садись, — кивнув, сказал Бенджамин. Мне было не по себе, но у меня не было выбора, поэтому я покорно сел. Он привязал мои запястья к ручкам стула, а ноги — к деревянным ножкам. — И в чём смысл? Допрос? — я нахмурился. — Не совсем, — сказал он, но прямо в этот момент Ваас вошёл в комнату, а за ним — около двенадцати пиратов. Некоторые из них несли ведра, наполненные водой. — Доброе утро, мой друг! Как поживаешь? — в комнате вдруг стало очень людно. Пираты подпирали спинами стены и сидели на ящиках, в то время как Ваас ходил вокруг меня. Он остановился передо мной и наклонился вперёд, положив руки на подлокотники. — Я задал тебе вопрос. — Знаю, — прорычал я. — Но меня это не волнует, — его тяжелый кулак встретился с моим лицом быстрее, чем я ожидал. Комната вмиг стала размазанной, и я почувствовал, как пульсирует челюсть. — Думаешь, что ты смешной, Белоснежка? Думаешь, что можешь вешать мне лапшу на уши? — я почувствовал вкус крови на языке, взглянув на пирата. Наверное, разбил губу. Он снова наклонился ко мне. — Пошел ты нахуй, Джейсон. Здесь, на моём острове, мы играем по моим правилам. Понял? — я промолчал, а он отклонился назад и снова начал кружить вокруг стула. — Ты причинил слишком много вреда, пока носился туда-сюда и выполнял задания моей сестры. Убил много моих людей, — я услышал согласный ропот пиратов. — Ты отключил мои радиовышки, захватил мои аванпосты. Всё, чтобы стать идеальным воином Ракьят, — он снова остановился и скрестил руки на груди с глупой усмешкой на лице. — Думаю, будет справедливо, если ты поможешь мне избавиться от этих проблем прямо сейчас. — Понятия не имею, о чём ты говоришь, — Ваас протянул руку ближайшим к нему пиратам, которые, в свою очередь, протянули ему листок бумаги. Затем он развернул его и держал перед моим лицом. Это была карта северного острова. Я нахмурился и внимательно рассмотрел её. На ней были обозначены аванпосты, некоторые из них зачеркнуты, другие обведены. — Как я уже сказал, благодаря тебе многие из этих постов под контролем Ракьят. Мы отвоевали те, что на востоке, — он указал на некоторые, в том числе на «Привал убийц», на «Ремонт Ната» и на «Ремонт лодок Келлса», — и ещё несколько, но это ещё многое предстоит сделать. Мы должны отвоевать весь остров. И это то, для чего ты нам нужен. Я растерянно покачал головой. — Ну и что? Ты хочешь, чтобы я попросил их уйти? — Я не планировал вести переговоры. Я хочу видеть их трупы. Кроме того, я не думаю, что они будут рады видеть тебя, Белоснежка. Всё изменилось. — Уверен, что большинство твоих парней находятся в гораздо лучшем состоянии для этого, чем я, — сухо ответил я. — С чего ты взял, что я смогу зачистить весь аванпост? — Не нужно, чтобы ты врывался, как маньяк, — огрызнулся он, и я почувствовал немного удовлетворения, потому что я снова его разозлил. — Но ты мог бы сыграть роль маленького, подлого ублюдка, коим ты и был всё это время, и поубивать их по одному. Они даже чухнуться не успеют, как откинут копыта, — он положил карту в карман штанов и скрестил руки на груди. — Итак, ты с нами? Я сглотнул. Я не хотел идти против Ракьят, хотя они и требовали, чтобы я убил своих друзей. В конце концов, они позволили нам уйти мирно. — Нет. Я не буду этого делать. Ваас кивнул, и я приготовился к ещё одному удару. Но вместо этого он махнул рукой остальным. — И почему мы всегда должны делать всё по-плохому? — двое пиратов подошли ко мне, и я нервно сжал кулаки. — Похоже, тебе нравится, когда тебя наказывают, — резко они перевернули стул, положили его на землю и приподняли ножки, так что вся моя кровь прилила к голове. Я пытался выбраться из пут. Это была всего лишь верёвка, но узлы ни капельки не ослабли. Я чувствовал себя беспомощно, но я ничего не мог с этим поделать, поэтому я наблюдал за Ваасом из своей неудобной позы, покуда он стоял рядом со мной. Главарь пиратов присел на корточки. — Думаю, тебя нужно просто немного убедить, — внезапно я все понял. — О, черт возьми, нет! — закричал я. Страх почти задушил меня, когда один из пиратов взял ведро, полное воды, и поставил его рядом с Ваасом. — Пожалуйста, не делай этого! — противно было умолять, но Грант рассказал мне достаточно историй об этой пытке. Ваас усмехнулся, и вдруг я понял, что он всё равно это сделает, что бы я ни сказал. Он вытащил лоскут ткани из кармана, чтобы прикрыть мое лицо, и встал в полный рост. Мое сердце забилось где-то в горле, я услышал, как металл ведра царапает пол, когда его подняли. — Пора научить тебя хорошим манерам, — а потом я больше не мог дышать. Я хотел задержать дыхание, но когда вода брызнула мне на лицо, я рефлекторно вдохнул. Вода хлынула в нос и рот, я кашлял и отплёвывался, но каждый раз, когда я пытался вдохнуть, в легких было только больше воды. Мои чувства были на пределе, я не мог слышать ничего, кроме собственных булькающих звуков. Когда я попытался отвернуться, кто-то удержал мою голову на месте. Мои пальцы сжались от боли. Я не знаю, сколько времени прошло, но потом всё закончилось. Поток воды остановился, я задыхался сквозь мокрую ткань, пока кто-то не снял её с моего лица. Они поставили стул обратно в вертикальное положение. Моё горло адски жгло. Это напомнило мне мое детство, когда меня столкнул в воду одноклассник во время школьной поездки, и я наглотался достаточно воды, чтобы потерять сознание. Я не осмелился открыть глаза, но Ваас ударил меня ногой. — Ты изменил свое мнение, Джейсон? Я застонал и посмотрел на него. — Пошел ты, — послал я его, но оскорбление прозвучало слабо даже в моих ушах. Майка прилипла к телу, отчего я ёрзал на месте. — Полагаю, ты готов ко второму раунду, — усмехнулся он и бросил ткань мне на лицо. На этот раз я был готов, когда пираты перевернули стул, кто-то снова схватил меня за голову, и я задержал дыхание, когда вода ударила в лицо. Но потом Ваас саданул ботинком мне по рёбрам, и весь воздух вышел из лёгких. Вода хлынула мне в рот; я выплюнул её и почувствовал, как слюна течёт по щеке. Рациональная часть моего разума подсказывала, что я не могу утонуть, что это невозможно, потому что лёгкие были выше головы, но это не имело значения. Я был убежден, что это смерть. Когда поток остановился, меня трясло. Я сжал пальцы и повернул голову, кашляя. Ваас стоял на коленях рядом со мной, сведя пальцы в замок. — Итак? — спросил он. Зуб на зуб не попадал, и я боялся, что мой голос надломится, если я попытаюсь нанести ему ещё одно оскорбление. Я просто хотел, чтобы это прекратилось, но я не мог. — Хорошо, — вздохнул он и встал. Он взял ещё одно ведро и накрыл тканью моё лицо, но я сильно покачал головой. — Нет, нет, остановись! Я сделаю это! — закричал я. Мой голос был приглушённым, но я знал, что он услышал, так как другие пираты не подняли стул. Я всё ещё дрожал, когда он снял влажную ткань с моего лица, и стул снова подняли. Все закрутилось, и мне потребовалось мгновение, чтобы сосредоточиться. — Вот так, — он наклонился вперёд и усмехнулся. — Почему-то я думал, что ты будешь сопротивляться дольше, — он хлопнул в ладоши и повернулся к другим пиратам. — Видите? Любую волю можно сломить. Просто нужно немного терпения. Готовьте лодки, мы выдвигаемся, — он снова посмотрел на меня, а остальные вышли из комнаты. Я не сводил с него пристального взгляда. — Я сломаю тебя, Белоснежка, — пообещал он, отчего ледяной холодок пробежался по моей спине, — вот увидишь. Когда он тоже вышел из комнаты, я опустил подбородок на грудь. Вода капала с моих мокрых волос на плечи. Она текла по груди и спине, а затем её впитала красная майка. Я вздохнул и закрыл глаза. Мне пизда. *** Прошло много времени, пока кто-то снова не пришёл. Парень развязал меня, дал мне новую одежду и перевязал палец. Я молча подивился такому жесту, ведь Ваас ясно дал понять, что я не получу медицинскую помощь, если он позаботится о Райли, но я не задавал лишних вопросов. Затем меня вывели обратно на улицу, на этот раз в наручниках, и пошли через весь лагерь. Я задавался вопросом, всё ли в порядке с остальными, и надеялся, что их покормили. У меня урчал живот. Мы получили еду накануне вечером, но этого было недостаточно. Мы прошли через ворота и пошли по тропе вниз к морю, где Ваас ждал нас вместе с некоторыми из своих пиратов и с парой пришвартованных лодок. Мы отправились на северный остров. Как только мы достигли материка, мы переключились на автомобили и направились на запад. Я сидел в задней части джипа, наслаждаясь моментом мнимой свободы, когда Ваас повернулся ко мне с пассажирского сиденья. — Вот как мы поступим, Джейсон, — сказал он, перекрикивая рев двигателя, — мы высадим тебя около аванпоста в наилучшей точке обзора. Потом возвращаемся на дорогу и ждём. Ты в это время постараешься прикончить их по-тихому, потому что эти ублюдки используют мою же сигнализацию, чтобы оставаться на связи. Нам ведь не нужно, чтобы они вызвали подкрепление, не так ли? — он выгнул бровь, и я покачал головой. — Ты получишь своё оружие, как только мы прибудем на место, но ты будешь ждать, пока мы займем свои позиции, чтобы мы в случае полного пиздеца смогли спасти твою американскую задницу. Понял? Я кивнул головой. — Да, — словно читая мои мысли, он бросил на меня предупреждающий взгляд. — Я на связи с моими ребятами в лагере. Один из них как раз рядом с твоим младшим братом, и он всадит пулю прямо промеж его глаз, если я не буду докладывать ему каждые полчаса, — я снова кивнул и отвернулся. Ожидаемо. — Куда мы направляемся? — спросил я. — К Ржавому двору. Я кивнул и повернулся к нему спиной. — Тогда высади меня у дороги, — он настороженно посмотрел на меня, но я не отступил. — Если хочешь, чтобы я выполнил твоё поручение, я сделаю это по-своему, — он, казалось, задумался на мгновение, но затем кивнул. — Окей. Но если ты сделаешь глупость… — Я знаю, — перебил я, — ты застрелишь моего брата. Он посмотрел на меня ещё немного, но потом покачал головой и повернулся обратно. — Дерзишь, да? Думаю, всё ещё нужно научить тебя хорошим манерам. Мы ехали еще некоторое время, пока не оказались у северного входа в лагерь. Они припарковали джипы на обочине дороги, и весь остаток пути мы прошли пешком; как только мы увидели синий флаг, тут же направились в кусты, и Ваас снял с меня наручники. — Вот, — он протянул мне наушник, и я взял его вместе с фотоаппаратом. — Мы будем поддерживать связь. Я буду постоянно видеть и слышать тебя, так что советую быть паинькой, hermano, — заявил Ваас, когда я внимательно осматривал лагерь с помощью камеры. Там было шестеро, один из них со снайперской винтовкой. Я никого из них не узнал, но, тем не менее, чувство вины всё равно охватило меня. «Это твои люди», — услышал я шёпот Цитры на грани подсознания. Конечно, я никогда не прощу им то, что они угрожали моим друзьям, но всё же… они не раз оказывали мне помощь, когда я в ней нуждался. А сейчас я намеревался убить их. — Тебе понадобится вот это, — я опустил камеру, когда один из пиратов протянул мне… — Мой лук, — я взял его вместе с колчаном, полным стрел. Я натянул тетиву и обрадовался, что натяжение осталось прежним. — Итак, ты отправишься туда. Помни про сигнализацию, но тебе не составит труда отключить её. Пленных не берём. Я хочу, чтобы ты убил всех этих ублюдков. Есть вопросы? Я повернулся к нему, глупая улыбка не сползала с его лица. — У меня будет только лук? — Уверен, что ты справишься, — усмехнулся он, на доли мгновения мне хотелось забить большой и жирный на его угрозы и разбить его лицо обо что-нибудь твёрдое. Но я не мог так поступить. Он вальяжно облокотился на дерево, а я отвернулся, перекинул лук через плечо и осторожно съехал со склона. Аванпост был почти полностью огорожен забором, но я вспомнил про небольшой лаз на южной стороне, через который я мог бы проникнуть внутрь. Я присел на корточки и на цыпочках крался вдоль забора. Как только я дошёл до главного въезда и заглянул за угол, голос Вааса раздался в наушнике. — Гребаный снайпер прямо в самом центре. Он может стать проблемой, Беленький. — Не станет, — прошептал я и укрылся в высокой траве. — Он на земле, поэтому он не видит дальше своих ребят. Но тебе стоит быть осторожнее. Он может заметить вас на вершине холма, — наконец Ракьят отвернулся от меня, и я тихонько прокрался к другому концу забора. — Не забудь проинформировать своего парня в лагере, — я полз в траве, пока не нашёл лаз и не заглянул внутрь. Не более чем в двух метрах от меня передо мной стоял парень, который смотрел в противоположную сторону, но я не мог избавиться от него, не подняв тревогу. Я отполз назад и посмотрел в сторону холма. Может… — Отвлечешь их внимание? — попросил я так тихо, как только мог. Я слышал, как Ваас хихикнул на другом конце. — И вот ему нужна наша помощь, — я закатил глаза. — Приготовься. Я встал на позицию у лаза, задаваясь вопросом, как пираты смогут обеспечить обманный манёвр, как вдруг услышал одиночный выстрел по металлической поверхности. Винтовка с глушителем, разумеется, так как я не слышал самого выстрела, но, как и ожидалось, Ракьят повернулся на шум; и это был мой шанс. Я прополз через отверстие в заборе и потянулся к мачете — только вот вспомнил, что Ваас не дал мне его. Блять! Я быстро потянулся к колчану и вынул стрелу, сломав её пополам. К сожалению, абориген услышал и повернулся в мою сторону, но прежде чем он смог понять, что произошло, наконечник моей стрелы уже глубоко вонзился в его горло. Он издал булькающий звук, и тут же умер. Я секунду смотрел на него, когда его безжизненное тело упало на землю, но затем я покачал головой. «Это мои люди», — мрачно подумал я, когда потащил его за одну из машин, чтобы спрятать тело. Другие уже вернулись на свои прежние позиции, и я заглянул за заднюю часть автомобиля, чтобы адаптировать свою стратегию. Снайпер всё ещё ходил взад и вперёд по середине базы, один парень стоял за углом сарая, наблюдая за другим входом, другой стоял рядом с сигнализацией, о которой мне сказал Ваас, а за командным центром аванпоста было ещё двое, которых я не видел, но знал, что они там, так как я их заметил с вершины холма. Я прощупал почву, чтобы найти маленький камень, потянулся к нему, а затем бросил его через забор у западного входа, откуда я пришёл. Парень со снайперской винтовкой бросил быстрый взгляд на других парней, но, похоже, они ничего не услышали, поэтому он направился к источнику шума. Я вытащил следующую стрелу из колчана, и как только он достиг ворот и оказался вне поля зрения остальных, пустил её в полет. Я попал Ракьят прямо в шею, и он упал на траву. Осталось четверо. — Очень хорошо, hermano, — услышал я хихиканье Вааса. — Жестоко, но хорошо.  Я прополз вдоль остова машины, взял очередной камень и бросил его в массивную глыбу, что ограничивала вход в восточную часть лагеря. Оба аборигена повернулись на шум. Я выстрелил; стрела попала в первого парня, и как только мужчина посмотрел на своего товарища, вторая стрела попала ему прямо в горло и убила моментально. Осталось двое, оба позади командного центра. Я не смотрел на трупы, когда шёл к сигнализации. Я открыл щиток, протянул руку и вырвал все провода. Мои руки были в крови, отчего я сглотнул. Не теряй голову, Джейсон. Всё в порядке. Я убивал много раз, но это было неправильно. Больше не было ощущения победы. — Ещё двое, — сказал Ваас мне на ухо, и я кивнул. — Мы грохнем одного, ты — другого, хорошо? Я вытащил, надеюсь, последнюю стрелу из колчана и направился вдоль стены командного центра. Я больше не заботился о скрытности; они ничего не смогут сделать, даже если меня заметят. Я молча досчитал до трёх, приготовился к выстрелу и резко повернул за угол. Я сосредоточился и пустил стрелу. Она попала одному в грудь, а пуля одновременно прошла прямо через череп второго. Мой человек, подчиненный упал замертво, прижимаясь руками к ране, я поймал его и положил на землю. Он задыхался, пытаясь не закрыть глаза, и вдруг посмотрел на татау на моей руке. Я мог точно определить момент, когда он узнал меня, и я покачал головой, сняв мачете с его пояса. — Прости, — объяснялся я, — но у меня не было другого выбора. — И с этими словами я скользнул лезвием по его горлу, проливая тёплую кровь на руки и одежду. Я стоял, колеблясь, когда Ваас и его люди вошли через северный вход. Он ухмылялся, как Чеширский кот, и пнул тело мертвого воина Ракьят. Увидев меня, начал подбадривать. — Это было фантастически, Джейсон, чертовски отлично! — похвалил он меня, когда подошел ко мне. — Просто… БУМ! Они даже не поняли, что их настигло! — он смеялся так сильно, что сгорбился и схватился за живот, в то время как я чувствовал себя паршиво. Я не осмеливался смотреть на трупы, но чувствовал их кровь на своих руках. Я пытался дышать через нос, но когда Ваас ударил меня по плечу, мой живот скрутило, и я понёсся в сторону. Он засмеялся ещё громче, пока я стоял, скрючившись, пытаясь восстановить дыхание, меня тошнило, но в моём желудке и так было пусто. Позади меня послышались шаги, но я не обернулся. — Только посмотри на себя, — услышал я издевательский голос предводителя пиратов, — великая Белоснежка, лидер Ракьят и ёбарь моей сестры, стоит под забором и блюёт под всеми ссаными кустами. — Пошел ты, Ваас, — прорычал я и выпрямился. Я не в состоянии терпеть его дерьмо. Я услышал, как он хихикнул позади меня, и вытер губы. Надеюсь, мы скоро уедем, и я смогу выяснить, как выбраться из этого ада. — Но я должен признать, Джейсон, ты хорошо справился. Я не думал, что всё пройдет так гладко. Давай вернёмся в лагерь и, возможно, там мы сможем обсудить твою награду, — у меня был соблазн закатить глаза, но не хотел попасть под его горячую руку. Награда означала, что я могу помочь друзьям, поэтому я кивнул ему, и он помахал мне в направлении автомобилей. Мы шли по высокой траве по левую сторону аванпоста. Мой желудок урчал, и я надеялся, что мне перепадёт немного еды, как только мы вернёмся. Я был настолько погружен в свои мысли, что даже не услышал шипения, как вдруг почувствовал острую боль, что прострелила ногу. Я закричал и упал на землю. Краем глаза я увидел, как Ваас повернулся ко мне, но меня больше беспокоил источник боли. Две маленькие ранки. Змея. — Блять… — поморщился я и схватился за ногу. Было так больно, что всё поплыло перед глазами. Ваас склонился надо мной. — Так, Белоснежка, успокойся! — сказал он, но его голос выдавал нервозность. Змея всё ещё была в пределах досягаемости, он взял ближайшую палку и откинул рептилию. У неё был ярко-зелёный цвет, и она, казалось, не слишком была рада вторжению. Я сглотнул. Дыхание становилось всё тяжелее, и я открыл рот, чтобы набрать побольше воздуха в лёгкие. Ваас быстро вернулся ко мне и снова опустился на колени. Он выхватил радио из заднего кармана. — Эй, кто-нибудь, быстро сюда. Броди укусила змея. Нам срочно нужен доктор! Вот кажется и всё. Какой дерьмовый конец для воина, думал я мрачно, прикусив губу. Боль была такой сильной, казалось, что могу отключиться в любой момент. Я думал о Райли и остальных. Что случится, если я умру? Что Ваас с ними сделает? — Спокойно, Джейсон, — бормотал он, и мне стало интересно, почему он так себя ведёт. — Не волнуйся, помощь уже в пути. С тобой всё будет хорошо… Тебе просто нужно… Я больше ничего не слышал. Казалось, будто все звуки были далеко-далеко, затем в моих ушах раздался жужжащий шум. А потом всё почернело, я больше ничего не видел и потерял сознание. Может, это и конец…