Что-нибудь из романтики

Волны мягко шелестят, добираясь до песчаного берега, убаюкивают своей чудесной песней. Так спокойно. Умиротворённо. Солнце плавно катится за горизонт, окрашивая всё вокруг последними, ещё тёплыми и согревающими, лучиками в глубокий оранжевый. Неподалеку слышится детский смех, словно звонкая капель, раздаётся он в ушах. Мидория смотрит на этих маленьких человечков и улыбается невольно, вспоминая своё детство. – Давай, Изуку! Догоняй! Светловолосый мальчишка звонко смеётся, убегая вперёд, и машет рукой, чтобы от него не отставали. – Подожди! Не так быстро, Каччан! Маленький Мидория счастливо щурится, ослеплённый дневным солнышком, и, схватив оставленную Бакугоу коробочку, бежит следом. Катсуки останавливается в прохладной тени дерева и руки на груди складывает, ожидая, пока Изуку к нему приблизится. Он видит, как тот неловко спотыкается о маленький камешек и чуть не падает. Парнишка вздыхает и, когда Мидория наконец прибегает, говорит, хмурясь: – Ты такой медленный, Изуку! – П-прости, Каччан… – мальчик стыдливо опускает глаза, неловко переступая с ноги на ногу, сжимает коробочку в руках. – Ладно, – отвечает Катсуки и, протягивая руку, продолжает: – Вот, держись. Побежим вместе. Мидория удивлённо смотрит на небольшую ладошку, хлопая пушистыми ресницами, и его веснушчатое лицо озаряет яркая, словно то самое солнце, улыбка. – Угум! Он тогда был той ещё плаксой, если так подумать. Бакугоу любит это ему припоминать и по сей день, лишь бы случай подвернулся (лицезреть смущённую мордашку Деку – самое любимое его занятие, к слову). Мидория, на самом деле, знает об этом маленьком секрете, догадался как-то, но не может ничего с собой поделать, отчего и заливается краской каждый раз. Вредный-вредный Каччан. Даже сейчас Бакугоу на него поглядывает с ухмылкой на губах, как будто знает, о чём он только что думал. Вот ведь... Нечестно, думает Изуку. – Давай спустимся, Каччан? – говорит он, указывая на пляж. Катсуки мычит в ответ согласное «Мм» и идёт следом за Мидорией, что уже двинулся к лестнице. Песок приятно щекочет босые ноги, и воздух у самого моря намного свежее, прохладнее. Одно удовольствие находиться здесь. Словно в раю, проносится в голове у Изуку. Да, действительно, думает он, я будто в раю. Волны всё так же мягко шелестят, добираясь до берега, лаская своими прикосновениями, и убаюкивают чудесной песней. Солнце уже почти спряталось за линией горизонта, а на небе, словно тёмно-синем полотне, появляются маленькие звёзды-светлячки. Всё то же умиротворение, всё то же спокойствие. Лишь два парня сидят у моря, держась за руки (как тогда, в детстве). Они будто ведут молчаливую беседу. Один говорит: «Не отпускай», а другой отвечает: «Никогда». А волны всё так же шелестят, убаюкивая своей песней. И солнца уже давно не видно. И лишь два парня сидят у моря, держась за руки. Два парня, что никогда не отпустят ладони друг друга.