Ненавидит меня.

Холодное утро понедельника. Ну, как утро... Часы отсчитали лишь 4:42, а Салли уже не спал. Его песня должна выражать всю его безмерную любовь к нему, все те чувства, которые Фишер испытывает, обнимая подтянутое спортивное тело, перебирая в руках мягкие, уже отросшие до каре тёмно-каштановые волосы. Наконец, голубую голову посетило долгожданное вдохновение, такое нужно сейчас. Подхватив ручку и блокнотик, парень с огромной скоростью изливал все мысли на бумагу.

***

— Кто это у нас прише-е-ел! — всплеснув руками, Ларри подошел к Фелпсу, — Не стыдно тебе, собака, до суицида людей доводить? — его голос звучал и насмешливо и угрожающе одновременно. — Ты о чем, патлатый? — видимо, Тревис не помнил, что наболтал Эшли и всему классу, или не хотел... — Ты же со мной встречаешься, иди, поцелуй любимого! — Одним ударом Джонсон уронил блондина на пол, тот лишь раздраженно цокнул. — Да я!... Я блять! Ты не поймёшь, урод! — Фелпс убежал со... Слезами на глазах? Это не важно, главное, что это неправда

***

— Готово! — Салли поцеловал листочек с текстом, — Ему должно понравиться... Хотя, если он предпочёл Тревиса, мне ничего не светит. В дверь постучали. Тихо сматерившись, Фишер открыл. На пороге стояли две женщины лет сорока. Лица их были абсолютно безэмоциональны и пусты, было ощущение, что они не моргают. Накрашены они одинаково, да и костюмы их — бежевый пиджак и брюки, белая рубашка и коричневый галстук, точь-в-точь как один. — Доброе утро, Салливан. — скрипучий голос одной из женщин сотряс напряженную тишину. — Здравствуйте, миссис Джефферсон, здравствуйте, миссис Оукстон. Чай? — обе отрицательно покачали головой и направились к Фишеру в комнату. Но тот пробежал быстрее них и закрыл своим телом дверь. — Д-давайте сегодня в зале, у меня не прибрано... — подозрительно глянув на ребёнка, врачи прошли в зал. — Чтож, Салли, как Ваше самочувствие? — голос миссис Оукстон звучал в разы приятнее, но ненавидел их парень одинаково сильно. Психиатр достала из чемоданчика блокнот и ручку. После вытащила карты и передала напарнице. — Всё нормально. Сегодня смотрел мотивирующий ролик и прошел ежедневное тестирование, как обычно. Всё. — женщина похвалила пациента, сделала пару записей, написала результаты теста. — Хорошо, Салли. Теперь ответь, что сегодня ты здесь видишь? — вновь эти бессмысленные карточки с кляксами. Скорее бы они ушли. — Салливан, с сегодняшнего дня мы навещаем тебя и днём. Так просил твой отец, не нравится ему то, что почти весь день проводишь один. Но, хочу обрадовать, ты идешь на поправку. Когда врачи ушли, Фишер был сам не свой, а как же Ларри?... *** — Привет, Сал! — Ларри, войдя, кинул рюкзак в коридор, — Как ты? — Здравствуй! — голубые глаза блеснули счастьем, — Я хорошо, Лар, всё в порядке. Кстати, это... Сегодня с уроками не получится. Папа наврал этим старухам... Теперь они приходят ко мне три раза в день... — Поебать! Тебе нужно учиться, а не смотреть на кляксы! — Джонсон уверенно ткнул пальцем в небо. *** Собрав тёмно-каштановое каре в маленький хвостик, Ларри усердно выписывал уравнения в тетрадь, объясняю другу решение; диктовал конспекты по биологии; читал вслух литературу; рисовал схемы по географии, а после разбирал с Фишером физику и химию. — Теперь сочинение, училка сказала тебе написать, у тебя оценок по предмету нет. — Хорошо, — парень взял ручку и начал писать, но ему помешал громкий стук в дверь, — О чёрт! Ларри! — Бля, это че, врачи?! — Джонсон наспех собрал вещи в рюкзак, судорожно придумывая план смотаться. — Прячься в кабинет отца! — лишь закрыв дверь, тот вспомнил, что спрятал в кабинете... Женщины прошли в комнату Салли, вновь показали пару карточек, задали пару вопросов и ушли. Когда дверь за ними закрылась, парень вбежал в комнату и... О, ужас, увидел то, чего боялся больше всего: Ларри с интересом разглядывал полароидные фото. Почти на всех снимках был он, где-то вместе с Фишером, где-то один. Одна мысль о том, что Джонсон мог догадаться о его любви, вызывала дикий страх, ведь... Это не имеет значения... — Воу, ты хранишь всё это? Мои полароидки давно потеряны... Ты крутой! — парень отложил фото в сторону. — Ты тоже, чел... — после пары секунд неловкого молчания, Сал решился на этот вопрос, — Тревис, твой парень? Вновь неловкое молчание, но на этот раз длилось оно более минуты. — Да. — сурово произнёс Ларри, но через секунду, завидев удивлённое и одновременно огорчённое лицо друга, весело произнёс — Да шучу я! Я этому уроду уже показал! — Так это неправда? — в голосе, как бы тот не старался скрыть, промелькнула тень надежды. — Конечно нет, я тебя люблю. — беззаботно ответил ему приятель, выходя из кабинета, — как... Друга конечно. — Ах, да-да, я тоже, чел...

***

После вечернего посещения врачей, Салу пришло сообщение от отца. Когда он прочел его, то буквально засиял радостью: "Салли, сегодня я на работе до 9:00, большой заказ букетов. Люблю тебя, ложись спать." Фишер прыгал по квартире, осчастливленный будущим событием. "Лар, бери бухло, краски, ВСЁ! Папы до девяти утра не будет! Тусим!"

***

Парни расположились на диване у телевизора, обсуждали всё, что только можно: школа, музыка, люди, фильмы и даже политика. На столе лежала пицца, которую втихую поедал проказник Гизмо. Вокруг дивана валялось большое количество пустых жестяных банок от пива. Джонсон, пьяный засыпал на месте. Сал же был "в сознании". Поэтому, он отвел Лара в свою комнату и уложил в кровать. Бухой друг сразу же заснул беспробудным сном, а Фишер пошел прибираться.

***

Ларри немного пришел в сознание. Как он оказался в комнате Салли? Где он сам? По ту сторону комнаты доносилась приглушенная музыка: негромкая трель гитары и еле-слышный голос. Пошатываясь, Джонсон тихо подошел к двери и бесшумно приоткрыл. На кресле, в окружении свечей, сидел его друг, уже в пижаме (футболка с котиком так мило смотрелась на его худом теле) и напевал красивую песню, подыгрывая на инструменте:

🎵Be it a false one, I know🎵 🎵Baby, I don't want to feel alone🎵

Шепот Сала сменился тихим голосом, Ларри буквально не мог сдвинуться с места: песня Фишера звучала завораживающе.

🎵So kiss me where I lay down🎵 🎵My hands press to your cheeks🎵 🎵A long way- -

Парень обернулся и застыл, не в силах даже закрыть рот. — Т-ты всё слышал?! — подхватив гитару, Сал сорвался с места и потушил свечи, после быстро надел кофту. — Ток сейчас вышел, ты че? — даже пьяный, Лар отменно врал, — мне в ванную надо. — Стой! — упершись ладошками в грудь друга, прошипел Фишер, — Там... Надо прибрать!! — Но Джонсон нежно убрал руки парня и ринулся к двери. Как только Фишер ни бил в дверь, как ни умолял, ни плакал – Ларри запер дверь. И как только он прошел вглубь комнаты... Сразу же заметил лежащие на бачке унитаза окровавленное лезвие.