Глава 5. Свадьба
12 июня 2019 г., 08:07
Этого дня с нетерпением ждет любая девушка Семи королевств. Кто-то с горечью готов принять свою участь и вверить свою судьбу в руки будущего лорда-мужа, а кто-то вне себя от счастья не может дождаться того часа, того мига, когда септон произнесет заветные слова, и губы новобрачных сольются в поцелуе. Свадьба у каждого проходит по-своему.
Санса ничуть не удивилась, когда в одно «прекрасное» утро к ней зашла служанка и разбудила её со словами о том, что свадьба состоится уже сегодня, и она должна быть бодрой и свежей. Честно говоря, Санса лучше бы осталась в постели. Солнце светило так ярко, лучи его излучали счастье и благополучный ясный день. Но у лежащей в кровати северянки не было никакого желания ни вставать, ни видеть этих людей, и уж тем более не выходить замуж за короля.
Как же глупа она была, когда молила отца о том, чтобы он согласился на её брак с Джоффри! В её прелестной рыжей головке были только мечты о будущем, о детях, которых она родит, со златовласыми кудрями и изумрудными глазами. Её подружка Джейни Пуль от восторга визжала, проливала слезы радости за подругу. Кто знает, где она теперь?
Санса сползла с кровати и ощутила, что, несмотря на то, что покои заливало утреннее солнце, ей стало холодно. Руки покрылись гусиной кожей, и она обхватила себя руками. Странно. Дома она никогда не чувствовала холода, хоть температура там была намного ниже. Правда, почти каждое утро начиналось с визгов Арьи, её пинков и своих собственных криков. Порой, бывало, Леди тыкалась холодным и мокрым носом ей в лицо, и она неосознанно обнимала волчицу, зарываясь пальцами в пушистый серебристый мех. Но сейчас нет ни Леди, ни Арьи, ни Винтерфелла. Прошлое превратилось в пепел, и его не воротишь.
Вошедшая в покои Шая накинула на хозяйку парчовый халат. Подметила, что ей холодно. Отдала короткое распоряжение о легком завтраке и принялась за уборку постели. Санса тем временем присела на стул, стараясь прийти в себя после сна. В этот день легче вообще не просыпаться и забыть обо всём. Почему именно она? Маргери Тирелл гораздо больше желает быть королевой, чем она. А к чему ей подобный венец? Когда-то давно и она так страстно желала его, но теперь ей ничего не надо.
В голове всплыл рассказ септы Мордейн о том, что одна из Таргариенов, дочь короля Джейхериса I, принцесса Сейра, воспротивившись браку с нелюбимым, была отдана в септы, но не пожелала и этого. Она бросила престол, Королевскую Гавань и подалась в Вольные города, где стала хозяйкой перинного дома в Волантисе. В Королевской Гавани она была окружена заботой, родными, но всё равно не пожелала быть женой того, кого не любит. Санса усмехнулась, вспомнив эту историю. Такое поведение больше по душе её сестрёнке Арье, дикой и волевой. Только вряд ли бы она подалась в бордели. Она бы стала воином, как и хотела. Такая судьба больше по ней.
Служанка внесла поднос с сыром, кусочками ветчины, хлебом и водой. Старк невидящими глазами смотрела на еду, и, едва она осознавала, в какой ситуации оказалась, голод отступал. Но, если она не поест, будет ещё хуже, так что девушка брала все с подноса, ела и не ощущала вкуса еды. Какая разница-то теперь? Быть может, у Джоффри войдёт в привычку морить её голодом?
Пока Старк ела, служанки натаскали ей воды, и из бадьи шёл пар от горячей воды. Рыжеволосая закончила трапезу и повернулась к служанкам.
— Сегодня я помоюсь сама. Ступайте, — девушки кивнули и удалились. Шая оставила полотенца на столике, и прежде чем уйти, неспешно закрыла за собой дверь.
Санса повернулась к бадье и скинула халат, а после и сорочку. По её нагому телу прошла дрожь. Тростник на полу совсем не спасал от холода, и ноги уже начали замерзать. Но северянка невидящим взглядом смотрела куда-то вдаль. Она знала, что будет с её телом после первой брачной ночи. В последний раз она видит его целым и невредимым. Во снах оно покрывалось гематомами, синяками и укусами, точно зверь терзал молодую и белую кожу. И правда, зверь.
Санса опустила одну ногу в горячую воду, затем вторую, а потом и вовсе села. Тело пронзило легкое жжение — вода была горячей. Но буквально через несколько минут ощущение прошло, оставив после себя лишь томную негу. Она любила это чувство. Уже завтра, а после и много лет, ей не расслабиться, не побыть в одиночестве. Почему бы не насладиться этим чувством сейчас? Девушка приняла лежачее положение, хотя бадья была ей мала. Взяв связку верёвок, она обмакнула их в воду и неспешно провела сначала по левой руке от предплечья и до запястья, потом то же проделала с правой рукой.
Рыжеволосая вспомнила, как один раз, давно-давно, принимала ванну с Арьей. Сестре было тогда всего пять лет, но она уже была неугомонной. Умудрилась расплескать всю воду, забрызгать саму Сансу и подошедшую тогда септу Мордейн. Да, тогда Арью наказали за беспорядок, и больше она ни с кем не принимала ванну, но сейчас Санса горько рассмеялась, припоминая этот случай. Как же было хорошо тогда!
Вода остывала. Старк почти закончила, когда в покои вернулась Шая и напомнила ей, что пора заканчивать. Пора блаженства закончилась. Северянка позволила служанке вымыть ей волосы, а после закутать её всю в полотенце. Пришли остальные служанки, убирая бадью, воду и занося свадебное платье и прочие к нему атрибуты.
Шая высушила волосы своей хозяйки, и они заструились по спине осенним водопадом. Накинула на свежее и чистое тело нижнюю сорочку, а вскоре пришёл черёд и платья. Санса помнила две примерки, на них всегда присутствовала Серсея. Она велела не делать платье слишком вычурным или открытым. Всё просто и никаких излишеств.
«Ты же этого хотела, голубка », — как-то сказала королева-регент и усмехнулась. Она знала, что её собеседница поймёт, в чем дело.
Сансе и не нужны были эти платья. Да провались они в Пекло, ей бы хотелось вернуться домой, в Винтерфелл, к родным. Куда угодно, только бы подальше от короля. Но ничто нельзя вернуть назад, и придётся смириться. Сегодня она станет королевой.
— Посмотритесь, миледи, вы прекрасны, — Шая повернула её к небольшому зеркалу. За размышлениями Старк и не заметила, как оказалась уже собрана.
Из зеркала на неё смотрела девушка, которую невозможно было узнать. В платье цвета слоновой кости и вышитыми на нем золотыми узорами. Воротник, прикрывающий шею, расписанный узорами подол и шлейф. Он будет тянуться, может, метр. Платье скромное, но ей даже такого не надо. Её волосы уложили в высокую южную причёску, а на шее… На шее красовалось то самое ожерелье. На мгновение Санса даже похолодела, узнавая его. Золотое, красивое. Это её ошейник, и другого Джоффри не надо. Он точно будет доволен.
— Весь двор ещё долгое время будет восхвалять вашу красоту, — одна из служанок позволила себе вольность, но Санса пропустила её мимо ушей. Кого сейчас волнуют слова прислуги?
Шая щёлкнула застёжкой у горла, и рыжеволосая заметила, что на неё накинули плащ. Застежка была выполнена в виде головы лютоволка, а сам плащ был серым и тоже с изображением зверя. В глазах защипало от воспоминаний, боли и осознания происходящего.
— Невесты часто плачут перед свадьбой, не так ли?
Старк вздрогнула, поворачиваясь к источнику звука. В проёме двери стоял Тирион Ланнистер. Вот уж кого-кого, а его здесь видеть было очень странно.
— Что вы здесь делаете? — Санса развернулась к нему лицом, не выдавая своего подавленного состояния.
— Пришёл сопроводить вас, полагаю. Мой любимый племянник решил отдать эту честь мне.
Конечно, ещё один плевок ей в лицо. Послать сопровождать её карлика, почему бы и нет? Северянка сглотнула и шагнула навстречу мужчине.
— Обычно эта честь выпадает отцу, но… Как вы помните, Джоффри лишил вас и этой возможности. Прошу, леди Санса.
Ему бы впору подставить локоть, да вот только эта пятнадцатилетняя девица выше его чуть ли не на фут. Но некое подобие этого удалось изобразить, и оба вышли из покоев.
* * *
Всю дорогу до двора Красного замка у неё гулко стучало сердце, тело пробирала дрожь, и Санса всеми силами старалась не выдать своего состояния спутнику. Тирион был самым лучшим из Ланнистеров, но теперь она не доверяет никому. Со стороны это выглядело смешно. Шаг у девушки был широкий, а вот у него не очень. Забавная картина: высокая девица и почти бегущий за ней маленький человечек. Оба осознавали всю комичность ситуации, но никто ничего не мог сделать. Отказаться от сопровождения невеста не могла, а сопровождающий — тем более. Во дворе их ждал крытый паланкин, окружённый четырьмя Золотыми плащами. Оставшийся путь до Септы Бейелора Санса должна была проделать там. Глубоко вздохнув, она забралась в паланкин и, подобрав подол, дабы он не смялся, откинулась на подушки. Тирион Ланнистер забрался следом, и путь начался. В голове у каждого из них была сотня мыслей, но никто не осмеливался высказать их. Санса с отстраненностью глядела в никуда, а Тирион мечтал поскорее добраться до кувшина с вином. — Вы очень красивы, леди Санса, — он попытался заговорить с девушкой, но та лишь слегка улыбнулась. — Благодарю, милорд. — Джоффри не заслужил такую, как вы. Мой любимейший племянник не заслуживает даже шлюхи. Рыжеволосая дернулась при этих словах, но при этом осознавая, что карлик прав. Её он хотя бы оставит в живых, а вот с девушками… подобного поведения, можно сделать что угодно. Хотя иной раз можно задуматься: а что лучше? Было неимоверно жарко, а из-за сдавливающего грудь платья вдвойне невыносимо. Санса уже было подумала, что умрёт прямо здесь, на пути к своему суженному. А что, было бы забавно. Джоффри, по крайней мере, точно бы посмеялся. Но ничего этого не произошло, так как паланкин вскоре остановился. Санса отодвинула шторку и обнаружила, что они и впрямь около Септы Бейелора. Дверца открылась, и северянка, подобрав полы платья, вылезла наружу. Запах Королевской Гавани ударил в нос. Был и свежий воздух, и нотка помоев и нечистот, но всё же это был воздух. Уже не тот спёртый, как в паланкине. Оттуда, кстати говоря, уже вылезал Тирион Ланнистер. Он оправил свой камзол и вновь предложил Сансе руку. Девушка вздохнула и, приняв её, ступила на первую ступеньку. Назад дороги нет. Как ни странно, присутствие рядом Тириона Ланнистера успокаивало. Двери септы приближались с каждой секундой, и это нервировало Сансу. Она вцепилась в ткань дублета Тириона, и он это почувствовал, даже ободряюще ей улыбнулся. И даже этого жеста ей было недостаточно. Когда она окажется наедине с Джоффри, никакие улыбки ей не помогут. Особенно улыбки. Раньше она мечтала, чтобы в септу её вёл отец. Он бы улыбался ей, шутил, а рядом с септоном стоял бы её будущий муж - статный, добрый и справедливый. Эддард Старк точно не жалел бы, что отдаёт дочь в руки хорошего человека. Но её теперешний жених втоптал будущее в землю, превратил в прах. Отец никогда не поведёт её больше к алтарю, она не поцелует того, кого любит. Перед септой стояло двое Золотых плащей. Уже отсюда можно было заметить, сколько внутри народу. И они все ожидают её, ожидают зрелищности. На самом деле мир давно ослеп, и всем плевать, королева ты или дочь изменника. Возле алтаря, прямо рядом с Великим септоном, стоял Джоффри. Статный, улыбающийся, в красном камзоле и плаще с цветами и гербом Баратеонов. Хотела бы Санса считать его некрасивым, мерзким и отталкивающим. Нет, молодой король был красив, статью пошёл в деда, а некоторые черты лица отдалённо напоминали Серсею. Половина девиц здесь смотрели на него с придыханием, и каждая из них мечтала стать его королевой. Санса шла к алтарю и видела знакомые лица. Вот мелькнуло личико кузины Маргери, знакомые придворные девушки. И сама Маргери Тирелл. Она кивнула невесте, улыбнувшись, и Старк почувствовала себя легче. Рядом стоял Лорас Тирелл. О, как ей хотелось, чтобы её женихом оказался он! Она бы любила его всем сердцем, без сомнений отдала бы невинность и не боялась бы, не вздрагивала от каждого слова. У подножия алтаря Тирион отпустил её. И рыжеволосая тут же стушевалась. Вот час её казни. Сейчас Санса Старк из Винтерфелла исчезнет навсегда, и на смену ей придёт Санса Баратеон, королева Семи королевств. И жертва в лапах чудовища. Теперь никто не спасет её. Девушка даже впервые пожалела, что Тирион отпустил её. Это была какая-никакая, но поддержка. Джоффри протянул руку, и Санса приняла ее, поднимаясь и становясь рядом. Губы юноши искривились в улыбке, он сжал её руку, и всего на миг их взгляды пересеклись. Зелёные глаза пронзили голубые, ожидали увидеть страх, но Старк просто повернула голову, смотря куда-то в толпу, и это слегка разозлило Джоффри. Ему нравился этот вид напуганной голубки. Но ещё больше ему нравилось то, что уже сегодня он отыграется за всё. Венчание началось. Септон произнёс молитвы Семерым, в то время как все молчали, склонив головы. Раньше бы Санса самозабвенно молилась Деве, что послала ей такого мужа, но раньше она не знала настоящего Джоффри. Теперь же она слушала септона, и ей хотелось рассмеяться в голос. Какие боги, очнитесь! Семеро безжалостны ко всем одинаково, и им всё равно на этот брак. Пришла очередь жениху с невестой давать обеты. Первым был король. Его голос был звонким, хорошо различимым. Произнеся свои слова, он выжидающе посмотрел на будущую жену. Санса сглотнула и, немного теряясь, начала говорить. Ещё с детства она знала все обеты наизусть, в Винтерфелле она и Джейни часто играли в свадьбу. Самой любимой частью их обоих была часть обмена плащами. Так жених доказывает невесте своё покровительство, принимает в семью. Когда слова были сказаны, септон семикратно возблагодарил богов за их милость. Санса не смела шевелиться, хоть стоять уже было тяжело. Спертый воздух давил на грудную клетку, ладони вспотели. Старк казалось, что ещё немного — и она потеряет сознание. Но вскоре зазвучал свадебный гимн, и девушка осознала, что скоро все закончится. И для неё, и для всех. Великий септон обратился к присутствующим, спрашивая, есть ли возражения, благодаря которым этот брак не может состояться. «Есть, — мысленно сказала Санса, сжимая и разжимая кулаки. — Жених — чудовище, которое вскоре разорвёт свою невесту.» Но ни единого слова не вырвалось из толпы. Все молчали. Септон обратился теперь уже к новобрачным, предлагая им обменяться плащами. Санса оглянулась: Тириона Ланнистера на месте не было, а ведь это была его обязанность. Но зато из толпы вышел десница, Тайвин Ланнистер. Северянка вся съёжилась, но всё же поняла, в чём дело. Мужчина поднялся по ступеням и, встав за ней, отстегнул плащ. Рыжеволосая почувствовала небывалую лёгкость, когда ткань исчезла с плеч. Но одновременно с этим она почувствовала и пустоту. Она потеряла последнюю связь с семьёй. И снова тяжесть. Джоффри накинул на девушку плащ, и её плечи ссутулились под тяжестью грубой ткани. Это символ покровительства, защиты, но для неё — как топор для человека, приговоренного к казни. Лезвие приложили к шее, и теперь она ждёт часа, когда палачу дадут команду. И его не заставили ждать. Санса знала, что по традиции далее следует поцелуй. Она развернулась к Джоффри лицом, смотря в эти пронзительные глаза и не отводя взгляда. Губы юноши скривились в улыбке, и его невеста еле сдержалась, чтобы не передёрнуться от омерзения. Времени на размышления не было, надо было произносить клятвы. — Этим поцелуем я клянусь тебе в любви и признаю тебя моим лордом и мужем, — Старк произнесла это слегка скомкано, но спокойно. Как бы ей хотелось изобразить счастливую невесту. Серсея пригрозила ей, что, если она заметит малейшую толику грусти на лице северянки, то у них состоится неприятный разговор. — Этим поцелуем я клянусь тебе в любви и признаю тебя моей леди и женой, — звонкий голос короля отозвался от свод септы, прокатился по залу, и не было ни одного человека, который бы не услышал этого. Санса замерла, когда жених наклонился к ней. Джоффри сильнее сжал её пальцы и резко поцеловал. Напористо, с желанием и рвением. Его губы были сухие, но жадные, требующие впустить, дать больше. Санса растерялась, но не успела она опомниться, как Джоффри отстранился. Она всё ещё чувствовала его губы на своих и сделала небольшой шажок назад, втягивая в себя воздух. Вокруг уже раздавались чьи-то хлопки, одобрительные возгласы, и оставался только черед септона. Санса развернулась лицом к толпе. В ней были разные лица: насмешливые, грустные, сочувствующие, весёлые, но всё это было неважно. Как гром среди ясного неба раздался голос Верховного септона. Санса закрыла глаза и постаралась думать о чём угодно, но только не о том, что происходит. Слова и мысли смешались, но самые главные долетали до её сознания. — Пред ликами богов и людей… Её ладони вспотели, плечи ссутулились ещё больше. Закрыть бы уши ладонями, не слышать этих слов, которые разрушат её жизнь навсегда. — …торжественно объявляю… «Нет-нет, замолчи, прошу! Матушка, Робб, Арья, Рикон…» — …Джоффри из дома Баратеонов… «Он - Ланнистер, проклятые вы слепцы!» — хотелось крикнуть Сансе, но она лишь поджала губы, невидящим взглядом смотря вдаль, в одну точку. — …и Сансу из дома Старков… «У меня больше нет дома», — новая мысль будто обухом ударила. Старк разглядела в первых рядах Серсею. Та словно разгадала её мысль, и она ядовито усмехнулась. Лишь на секунду, затем она перевела взгляд на сына. — …мужем и женой. «Вот он, конец?» — Одна плоть… У неё задрожали коленки, и на мгновение ей показалось, что она сейчас упадёт. Было бы здорово, тогда Джоффри точно бы разозлился. Кому нужна неуклюжая королева? — …одно сердце… «У него нет сердца. И у меня скоро не станет.» — …одна душа, отныне и навеки… «Вот уж точно, навеки…» — …и да будет проклят тот, кто встанет между ними. Санса выдохнула, и тут же одновременно раздались аплодисменты, возгласы и поздравления. Джоффри слегка поднял их руки, и народ возликовал ещё больше. Рыжеволосая заставила себя слегка улыбнуться. Её глаза совершенно случайно нашли Маргери Тирелл в первом ряду. Девушка улыбнулась ей и так же захлопала в ладоши. И это почему-то взбодрило Сансу. Та улыбнулась ещё шире и первая шагнула с возвышения. И несмотря на то, что плащ давил ей на плечи, шагать ей было куда как легче. Все мысли внезапно выветрились из головы, ладони перестали потеть, а колени подкашиваться. Она останется сильной. Если Серсея хочет послушную куклу и радостную невесту — она её получит.* * *
После небольшого отдыха Санса проследовала в Малый зал, чтобы присутствовать на своём свадебном пиру. Волнение отсутствовало, а настрой был вполне бодрым. Она отыграет свою роль послушно и направится в логово зверя с гордостью волка. Ей уготована такая судьба — значит, необходимо смириться. Войдя в зал, толпа, уже успевшая занять места за столом, поприветствовала новую королеву. Церемониймейстер учтивым жестом указал, куда девушке нужно сесть. Джоффри ещё не было на месте, но зато прямо рядом с местом, куда должна была сесть Санса, сидела его мать. Серсея не обратила на севшую рядом невестку ровно никакого внимания, как ни в чём не бывало попивая вино и улыбаясь придворным. «Тоже хорошая актриса, — мысленно прибавила Старк, — но так и мечтает вцепиться мне в глотку.» Маргери и её брат Лорас сидели чуть поодаль, за угловым столом. Санса заметила ещё несколько знакомых лиц, но не стала придавать им значения и резко вздрогнула, когда громкий голос объявил о присутствии короля. Конечно, где же без него. В Малый зал развязной походкой зашёл Джоффри, и собравшиеся поприветствовали его поклонами и аплодисментами. Тот, как всегда, наслаждался лестью, комплиментами и поздравлениями, и они имели место. На нём был красный камзол с золотой вышивкой, начищенные до блеска сапоги из лучшей кожи, а за пояс бридж был заткнут кинжал в великолепных и дорогих ножнах. Золотистые волосы падали на плечи, а изумрудные глаза искрились. Его губы изогнулись в улыбке, а затем он перевёл взгляд в сторону Сансы. Та слегка напряглась, но всё же нашла силы улыбнуться мужу. Как непривычно… Он теперь её муж. Что же, теперь стоит привыкнуть. Девушка заметила, как придворные девицы смотрят на него. С придыханием, с восхищением и с завистью на саму новую королеву. Санса знала, что это новые девушки, прибывшие в столицу совсем недавно. Ещё не знают о том, какой тиран и садист стоит перед ними. А если бы и знали, то польстились бы на красоту и то, какие преимущества даёт корона. Маленькие дурочки. Когда-то и Санса была такой. Те времена прошли, девочка умерла вместе со своим отцом, а в столице осталась слабая пташка с обрезанными крыльями. Пташка… Рыжеволосая грустно улыбнулась. Так называл её самый страшный мужчина в Семи Королевствах. Он был страшен лицом, но душа его была изранена так же, как и у неё. Она была доброй и сострадательной, когда того требовала ситуация — злой. Санса ощутила внезапную пустоту в груди и осознала, что скучает по этому человеку. Ей было бы в разы спокойней, знай она, что он здесь. Но она так задумалась и не заметила, что Джоффри уже сел рядом с ней. Опомнилась она только тогда, когда муж больно сжал её пальцы, заставляя смотреть на него. — Ваша милость… — растерянно пробормотала Старк, мазнув по его лицу взглядом. — «Ваша милость»… — передразнил юноша, смотря на неё. — Теперь ты моя королева. Привыкай и ты к этому обращению. Девушка кивнула и отвернулась, смотря на менестрелей, которые уже начали своё выступление, славя короля и его новую королеву. Слуги уже засеменили туда-сюда, поднося первые блюда. Всего их было около пятнадцати, и на первое был суп из улиток. Аппетита Санса особо не испытывала, поэтому попросила не накладывать ей. Её больше занимало выступление талантливого парня, что желал королю править долго и счастливо рядом со своей возлюбленной. Джоффри не дослушал совсем чуть-чуть, швырнув певцу монеты. И тут же потянулись придворные. Старков в столице не любили, но при этом северянка слушала поздравления, даже получила пару подарков и всеми силами старалась изобразить если не радость, то удовлетворение от происходящего. Слишком много лиц, пожеланий и всех, кого нужно запомнить. Вот новая задача королевы. К столу подошёл Тирион Ланнистер. Санса была удивлена, ведь он был её шафером и неизвестно куда подевался, когда произошла замена плащей. Уже позже девушка догадалась, что Джоффри хотел высмеять её. Карлик собирается отстегнуть плащ у девушки, которая чуть ли не на фут выше его самого. Некоторые точно попадали бы со смеху. Но бывший десница это понял и решил удалиться. Умён, однако. — Дядя! — воскликнул Джоффри, подскакивая на месте и улыбаясь. — Как хорошо, что ты здесь! А я-то думал, что ты и с пира сбежишь. — К сожалению, мои ноги не выдержат столь долгой дистанции. И я не мог не уйти, не повидав новую королеву, — Бес склонил голову, смотря на застывшую девушку. Под мышкой у мужчины было зажато что-то очень объёмное. — Мои поздравления, Ваша милость. Мой вам подарок. Уж простите за скромность, подарки Мастера над монетой не отличаются особой красотой. Рыжеволосая слегка отодвинула свою тарелку, чтобы освободить место для свёртка, и ахнула, увидев, что это было. Обёрнутая в толстый пергамент, перевязанная бечёвками, перед ней лежала книга. Старк развернула пергамент, понимая, что это «Песни и сказания Севера». Тот самый большущий том, который обычно лежал на коленях старой Нэн, когда она рассказывала им сказки. Девушке даже показалось, что она вновь слышит потрескивание дров в очаге, завывание ветра за окном. Она всегда слушала вполуха, больше воображая, а вот Арья и Бран, лежавшие рядом с ней, слушали с придыханием, изредка пихая её и смеясь. — Благодарю, милорд, — ей даже показалось, что на глаза наворачиваются слёзы, но чувство прошло быстро, словно его и не было. Она улыбнулась искренне и с благодарностью взглянула на этого человека. — Это я должен благодарить Вас… — Да-да, дядя. Это всё очень трогательно, но будь добр, займись своими делами и не заставляй плакать мою жену! — Джоффри раздражительно повёл плечами. Тирион склонил голову и удалился, бросив на Сансу короткий взгляд. Северянка посмотрела на книгу, лежащую перед ней, и поняла, что Бес отблагодарил её за то, что она помогла ему со свадьбой. Рыжеволосая оглянулась, замечая Шаю рядом и подзывая служанку к себе. — Отнеси эту книгу в мои покои. После я перенесу всё оттуда в… королевские. Девица кивнула и, взяв том в руки, ушла с ним. Санса развернулась, продолжая наблюдать за событиями, но одновременно думая о том, что сейчас сказала. Ей придётся жить вместе с Джоффри в одних покоях, делить с ним постель. Это страшило её, она знала, что произойдёт, но всё равно боялась. Однако происходящее на пиру отгоняло ненужные мысли. Короля поздравлял нынешний десница, Тайвин Ланнистер. Его мать, немногочисленные друзья, а когда к столу подошли Маргери Тирелл с отцом, всё обещало быть еще интересней. — Ваша милость, — Маргери улыбнулась, кротко и невинно, как голубка, но её декольте говорило об обратном. Джоффри улыбнулся ей смело и, будь его воля, наверняка не удержался бы от поцелуя в руку. — Я поздравляю вас обоих с этой свадьбой. Моя королева, надеюсь вы станете ему хорошей женой, — на этот раз Тирелл обращалась уже конкретно к Сансе. — Спасибо, леди Маргери, — девушка улыбнулась. — Я очень… — Но вы же хотели занять её место! — вдруг сказал Баратеон, глядя прямо на леди Хайгардена. — Если бы не мой дед, королевой стали бы Вы, и все славили бы Вас. Маргери улыбнулась снисходительно, точно объясняла простые житейские проблемы маленькому ребёнку, а тот всё ещё баловался и не мог принять ничего из того, что говорят. — Верно, но леди Санса гораздо лучше меня. Она добра, невинна и красива. Нам всем повезло с королевой. И у нас есть особый подарок для Вас. Дом Тиреллов поддержал корону в битве — поддержит и теперь. Слуга что-то катил вперёд. Когда объект был на месте, Маргери сдёрнула ткань, и у Сансы рухнуло сердце. Это была золотая клетка, с трепыхающейся птичкой внутри. Она была светло-голубого цвета: чирикала звонко и беззаботно, совсем не понимая, что мир жесток и порочен. Старк не заметила, как отодвинула стул, встала и подошла совсем близко к клетке. Так хотелось дотронуться рукой до мягких пёрышек, послушать песенки и забыться, не думать о том, что будет этой ночью. Из глаз чуть не хлынули слёзы, но девушка нашла в себе силы улыбнуться. — Она прекрасна. Благодарю вас, — это относилось и к Маргери, и к Мейсу Тиреллу. Северянка ни в чём его не винила, и он не вызывал никаких чувств, так что и повода ненавидеть этого человека не было. Рыжеволосая вернулась на место, поймав настороженный взгляд Джоффри. Он не сулил ничего хорошего, ей уж точно. Для него она должна быть послушной куклой, не разговаривать ни с кем — вот тогда её новоиспечённый супруг будет счастлив. Следующую часть пира Санса помнила смутно. Блюда сменялись одно за другим, барды не переставали играть, и в какой-то момент девушка поняла, что её куда-то тянут, а в следующую секунду она уже стоит посреди зала, прижавшись к груди короля. Тот усмехнулся, сжав её пальцы, и Старк вынуждена была улыбнуться. Оба закружились в танце, и северянка отметила, что Джоффри был неплох в движении. Вёл он уверенно, с азартом, и всё время ухмылялся. И его невесте эта ухмылка не нравилась. Она знала, что он замышляет. Задеть, сделать как можно больнее. Ну уж нет. Этого он не получит. Едва юноша отпустил её, Санса расслабилась, и тут же сильные руки притянули её к себе, а в губы впились настойчивым поцелуем. Рыжеволосая пискнула, упираясь вспотевшими ладонями в красный камзол, не отталкивая, но сдерживая напор. Со всех сторон послышались аплодисменты, улюлюканья и поздравления. Джоффри отстранился, сжимая руку своей королевы почти до боли. — Разве не это твоя мечта, дорогая жёнушка? — его губы скривились в улыбке, и смысл её был понятен только Сансе. — Быть моей королевой. «Винтерфелл. Я хочу вернуться домой. Вот моя мечта», — эти мысли прочно засели в голове, но она никогда бы не озвучила их. Молодожёны вернулись за стол. От духоты, гула голосов и всей этой какофонии Старк показалось, что ей нечем дышать. Да ещё и корсет платья больно сдавливал грудь, вдвойне затрудняя дыхание. Девушка решила, что неплохо было бы подышать воздухом. Она отодвинула стул, кивая Джоффри и покидая зал, подходя к террасе. Поток свежего воздуха тут же хлынул ей в лицо, и северянка была готова забыть обо всём. Открывался прекрасный вид на залив Черноводной, и только сумерки оповещали о том, что вот уже и пиру подходит конец, а она должна выполнить свои обязанности как жены — разделить со своим мужем ложе. Сейчас, когда она была одна, Санса позволила тревожным и, возможно, даже паническим мыслям занять её голову. Разделить ложе с королём… Об этом мечтает любая, но это означает, что будет провожание, затем её внесут почти раздетую в покои мужа и предоставят их обоих самим себе. Девушку передёрнуло. Придётся терпеть эти мерзкие прикосновения, подчиняться и, самое главное, не разозлить Джоффри. А то сон может повториться, а ей бы этого не хотелось. — Скучаешь? Санса вздрогнула, поворачивая голову. Возле неё стояла Серсея с уже привычным кубком вина в руке. Она смотрела на невестку насмешливо, даже почти не скрывая истинного отношения. — В зале очень душно… — Не виню тебя, — усмехнулась Ланнистер, делая глоток вина, — в день моей свадьбы мне тоже было душно, да и Роберт гонял меня, что своих кабанов! С одного танца на другой — на потеху, будто мы шуты! Впрочем, вы неплохо открыли вечер. И закроете его тоже достойно. Старк поняла, что королева-регент имеет в виду и тут же сжалась. И Серсея, кажется, это заметила. — Не бойся, голубка. Мой сын — не Роберт. Как знать, может, тебе ещё и понравится. Угоди ему — и даже не заметишь, как пройдет ночь. Рыжеволосая была удивлена. Серсея всегда хотела сделать ей как можно больнее, задеть поострее, но из-за действия вина, видимо, она решила поддержать невестку. Быть может, и она прошла через подобное? Тоже ненавидела, тоже было неприятно. Как никогда Санса ощутила непонятную силу, постепенно разрастающуюся в груди. Действительно, она выдержит. Главное — дать королю то, что он хочет. Покорность, что бы он не делал, послушание. Пусть она и выглядит сломанной куклой, так будет намного легче. Старк вспомнила свой сон и содрогнулась. Этот нож в бедре, кровь, лицо Джоффри над ней и злобный смех. Нет, о таком лучше не думать. Санса вернулась за стол и даже нашла в себе силы улыбнуться супругу, доесть до конца блюдо и выпить три кубка вина. Может, если она выпьет, то ничего не ощутит? Говорят, хмель перебивает все ощущения. Девушка снова потянулась к кубку, но её ладонь нежно накрыла рука короля. Баратеон усмехнулся, сжав её пальцы. — Не стоит налегать на вино, милая жёнушка. Ваш рассудок мне нужен трезвым. Рыжеволосая обречённо выдохнула, но благосклонно улыбнулась мужу. Вино теперь не поможет, но голова уже слегка кружилась. От выпитого алкоголя, музыки и гула голосов. — Ваша милость, — Старк подняла глаза, слыша знакомый голос. Перед столом стоял Лорас Тирелл, но обращался он к Джоффри. — Не позволите украсть Вашу королеву? Играет восхитительная мелодия, почему бы не отдать мне этот танец? — Королева устала, — отчеканил Джоффри, сжимая в руке кубок, — она желает остаться со мной… — Отчего же? Я с удовольствием отдам Вам этот танец, — Санса и сама удивилась своей смелости, но, кажется, её терпение было на исходе. Он помыкает ею как хочет, так пускай захлебнётся свой желчью! Девушка встала и, приняв руку Тирелла, как птичка впорхнула в середину зала. Лишь только когда руки Лораса легли ей на талию, и они закружились в танце, она поняла, что натворила. Предпочла вместо своего мужа, короля, абсолютно чужого человека. Лучшего способа поссориться с Джоффри было ещё поискать. Но уже поздно. Лорас кружил её в танце, говоря, что счастлив танцевать с такой красивой девушкой, и он надеется, что брак с Джоффри окажется счастливым. Санса лишь грустно улыбнулась в ответ на эти слова. Впрочем, можно было бы представить, что Лорас и есть её супруг, что кружит её сейчас в танце. И его сильные руки обнимают её за талию. Теперь она точно в безопасности. Теперь никто не сможет добраться до неё. Но мелодия затихла, а на смену ей пришла другая, более веселая. Они остановились, и Старк улыбнулась, тяжело дыша. Танец вышел быстрым и плавным, но отнял много сил. Рыжеволосая сделала реверанс и повернула голову в сторону короля. Она увидела его сжатые в тонкую полоску губы, но через секунду они скривились, изображая улыбку. Юноша встал, хлопая, и этот звук перекрыл даже музыку и гул голосов. — Лорды и леди! Вероятно, вы все видели, как ваша королева почтила своим вниманием одного из наших гостей. Но теперь она должна уделить время и своему мужу, не так ли? — В постель их! Гости дружно поддержали своего короля гулом, одобрительным и смешливым. У Сансы вмиг вспотели ладони, она беспомощно оглянулась на Лораса Тирелла, но того уже не было на месте. Сейчас к ней потянутся эти липкие руки, она будет ощущать винное дыхание и слушать пошлые шуточки. Нет, она Старк. Она волчица. Она не позволит унизить себя. Когда мужчины с одобрительными возгласами потянулись к ней, девушка отпрянула и гордо вскинула подбородок. — Не прикасайтесь ко мне. Вмиг повисла тишина, и даже музыканты перестали играть ту самую песню, под которую проводится провожание. Даже женщины и девушки, ринувшиеся к Джоффри, остановились, несмело топчась на месте и не зная, что делать. Санса двинулась вперёд, и мужчины расступились перед ней. Одни разочарованно стенали, другие ворчали, а кто-то даже выругался. Нет, она не позволит трогать волчицу, не позволит осквернить себя. Короля стерпит, но мужичье — никогда. Проходя мимо столов рыжеволосая увидела удивлённое лицо Маргери, пренебрежительное Серсеи и сочувствующее Шаи, что ещё стояла возле стула, где сидела королева. Остановившись перед Джоффри, Санса сделала реверанс. — Что же, — Баратеон усмехнулся и взял жену под руку. — Ваша королева желает обойтись без провожания. Уважайте её волю! На негнущихся ногах Старк последовала за королём. В полной тишине. И осознавала, что же натворила. Отказалась от традиции, танцевала с другим, пока её супруг смотрел на неё. Её ждало самое худшее, и она уже готова. Добровольно зайдет в берлогу чудовища и добровольно отдаст себя в его лапы. Очнулась девушка только тогда, когда дверь покоев закрылась за ней с противным лязгом, а перед глазами предстал Джоффри, улыбающийся и обманчиво спокойный. Но это пока что… Продолжение следует
