Где кончается человек

Лайт никак не ожидал, что его утро начнется с попытки какого-то андроида связаться с ним. Было примерно шесть часов. Ягами возвращался из квартиры, в которой была расположена Сеть, к себе домой. На улицах в такое время было тихо, сыро и свободно, и лишь андроиды попадались на глаза, уже разнося заказы, газеты, убирая мусор и чиня дороги. Впрочем, они никуда и не исчезали — андроиды же никогда не спят. Лайт смотрел на них и испытывал глубочайшее сожаление. Он мог видеть то, что не хотели видеть люди: пятно застывшей «голубой крови» на щеке дворника; несчастный, беспомощный взгляд девушки, тащившей владельцам три огромных пакета с продуктами; досаду, с которой провожали Лайта взглядом андроиды в автобусах, стоя за ограждением. «Зачем, создав новую жизнь, настолько портить и разрушать ее? — подумал парень с досадой. — Почему люди такие завистливые? Если у нас нет проблем, это не значит, что люди обязаны создать их нам» И именно в этот момент, когда досаду закрыло собой чувство удовлетворения, напомнившее, чем Лайт занимался всю ночь, он уловил сигнал. Не было известно, кто пытался с ним связаться, откуда и какой модели был андроид, но Ягами отчего-то закрыл на это глаза и ответил. — Привет, Лайт. Голос, который он услышал, он мог узнать еще по первому вдоху говорившего. Это был тот самый таинственный Риюзаки из Великобритании, из-за которого Лайт придумал систему серверов и о котором целую ночь судорожно искал хоть какую-то информацию в Интернете. И он… говорил как андроид? — Не может быть… — вырвалось у Лайта, но он быстро выровнял тон голоса и прочистил горло. — Я был уверен, что ты человек, Риюзаки. Он усмехнулся; за его усмешкой скрывалось безумное волнение. «Наверняка полицейский андроид, — гадал Ягами. — Уже накопал на меня все досье и сейчас арестует… Я не могу позволить ему выиграть вот так легко!..» — Как ты со мной связался? Риюзаки, кажется, засунул палец в рот — Лайт мысленно обрисовал его образ в голове. — Я же говорил, что найду тебя при необходимости, — невозмутимо ответил британец. — И в чем же такая внезапная необходимость? — едва скрывая волнение, снова усмехнулся Лайт. — В хорошей компании. Знаешь, я уже несколько ночей подряд шатаюсь по городу в одиночестве, а от одиночества можно заработать еще одну ошибку в коде. «Неплохая шутка для того, кто только что оказался андроидом», — подумал Ягами, кусая губу. Он выхватил множество заинтересовавших его слов из этой реплики, но понимал, что Риюзаки собирался встретиться с ним, поэтому вопросы решил оставить до разговора вживую. — Ты хочешь со мной увидеться, — улыбка невольно растянулась на лице — неуверенная, слабая, точно пугливая. Риюзаки усмехнулся. — У тебя острый ум, Ягами-кун. Выберешь кафе? — Да, сейчас вышлю координаты, — и Лайт поспешно прогрузил в памяти все кафе, о которых успел прочитать из путеводителя по Детройту, купленным для Соитиро незадолго до их командировки. Отчего-то ему вдруг безумно захотелось поскорее увидеть Риюзаки. Лайт знал, что этот андроид не мог быть так прост, каким старался казаться, но необходимость лично побеседовать с сородичем взяла над ним верх. Как сказал сам Риюзаки, одиночество могло довести до еще одной ошибке в коде, а Ягами должен был беречь себя, чтобы спасти свой народ. Он отыскал уютное кафе, выбирая из тех, что находились дальше от центра города, выслал Риюзаки координаты и помчался ловить автобус, в который зашел, садясь в салон для людей. *** Кафе и правда оказалось уютным — путеводитель не соврал. Лайт выбрал столик у окна, разделявший два бархатных кресла и окруженный горшками с цветами. Отсюда открывался вид на такую же уютную, нетронутую усиленной индустриализацией улицу, усаженную кленами и пестревшую красно-коричневым кирпичом. Ягами любил такие улицы. Они, пусть и очень отдаленно, напоминали ему о таких же мелких улицах в Токио, по которым он иногда так скучал. Риюзаки опаздывал. Ожидание было мучительным и долгим, поэтому Лайт, не желая тратить это время впустую, пошел в туалет и навел марафет, как мог. Он сделал волосы более блестящими, глаза — еще более темными, поражавшими глубиной, перезагрузил кожу и поправил одежду. «Да, — мелькнула в голове недовольная мысль, — мог бы успеть зайти домой и переодеться» Когда Лайт вернулся в зал, Риюзаки уже сидел за столиком, теребя куртку Ягами руками. Сидел парень странно — стянув ботинки, на корточках, прижав колени к себе, словно он боялся касаться пола ногами. Его лицо, как обычно, не выражало абсолютно никаких эмоций, взгляд был пустым и задумчивым. Одет Риюзаки был в ту же одежду, в которой его видел Лайт в первый раз. «С виду и не скажешь, что этот чудак — андроид, — невольно поежился Ягами. — Интересно, что это за модель такая» Он неспеша подошел к столику и сел, с неловкой улыбкой отобрав у Риюзаки куртку, как матери отбирают у детей опасные предметы. Тот легко улыбнулся ему. — Доброе утро, Ягами-кун, — в кафе его голос звучал еще тише, чем на кладбище. — Ты давно меня ждешь? Лайт подавил в себе отчего-то скопившееся внутри смущение. — Да, прилично, — ответил он, стараясь как можно больше ухмыляться и сводить брови. — Я, знаешь ли, торопился, даже переодеться не забежал, а ты вот так задержался. — Зачем тебе переодеваться? — удивился Риюзаки так, будто вообще не знал значения этого слова. — Ты и так хорошо выглядишь сегодня. — Спасибо, — руки сами одернули кофту. Они помолчали — официант-андроид подал им меню. «Есть мы оба не будем, — подумал Лайт, вновь усмехаясь. — Черт, не могу поверить, что этот парень — андроид!» Внезапно коварная идея ударила ему в голову, как разряд тока, и Лайт даже оживился. Он вдруг осознал, что, раз Риюзаки являлся андроидом, с ним можно было бы обменяться ID-данными, а значит — узнать его настоящее имя, его модель и владельца. Так Лайт смог бы в любое удобное время избавиться от него! Но Риюзаки не выглядел как андроид, который раздавал свои данные направо и налево. Лайт понимал, что нужно было сначала завоевать его доверие. — Почему ты так пристально смотришь на меня? Спокойный, ровный голос Риюзаки вывел Ягами из размышлений. — Жду, пока ты определишься с заказом, — пошутил парень и улыбнулся британцу. Тот улыбнулся в ответ. — Да, думаю, я уже могу его сделать, — и он позвал официанта. «Что? Зачем?..». Лайт с плохо скрываемым удивлением наблюдал за тем, как к их столику снова подошел официант и учтиво улыбнулся Риюзаки. — Что для Вас? — спросил он напускно-металлическим голосом, производя впечатление какой-нибудь старой, почти неисправной модели. — Три клубничных пирожных, две чашки эспрессо и вазу с рафинадом, пожалуйста, — быстро проговорил Риюзаки, даже не глядя в меню. — В вазе желательно не меньше шести кубиков. «Что?!» Официант, как и подобает порядочному андроиду, не изобразил ни одной эмоции, кроме благодарности за заказ. — Будет сделано! — и он удалился. Лайт смотрел на Риюзаки и не понимал, что произошло. «А точно ли он — андроид? — вдруг закружилась в голове беспокойная мысль. — Вдруг это все какой-то дешевый трюк, на который я так глупо попался?» — Риюзаки, зачем тебе еда? — с искренним удивлением спросил Лайт. Британец переминулся с ноги на ногу, как птица на жердочке, и засунул палец в рот, пристально глядя на собеседника. — Даже если я не чувствую голода, это не значит, что я не могу наслаждаться вкусом человеческой пищи. Лайт уже потерял все остатки былой безмятежности и решил поторопиться выяснить о Риюзаки все, что мог, пока тот не сделал что-то непоправимое. Все в его странном виде — от позы до взгляда — теперь настораживало и напрягало. — Расскажи-ка, почему ты шатаешься уже несколько суток по городу и почему у тебя нет диода, — Лайт решительно подался вперед, сложив руки на столе и посмотрев на собеседника так же пристально, как он смотрел на него. — Я думаю, тебе будет несложно догадаться, — промолвил Риюзаки. «У меня нет времени играть с тобой в детектива», — подумал Лайт, щелкнув зубами. — Нет уж, мне хочется послушать твой голос, — парень попытался не выдать своего раздражения, но получалось плохо. — Он, знаешь, успокаивает нервы. — Ух ты, спасибо. Мне еще не делали таких комплиментов. Официант принес Риюзаки его пирожные с кофе и рафинадом. Британец, не церемонясь, разбросал все кубики сахара по двум чашкам эспрессо, держа каждый двумя пальцами, словно улику без перчаток, а затем тут же взялся за первое пирожное. Он делал все это с абсолютной невозмутимостью, будто для любого андроида прием пищи был самым обыкновенным, встроенным в каждую систему процессом. Лайт тем временем усиленно строил теории, что хотел продемонстрировать этим Риюзаки, насколько сильно он подражал людям и не был ли он, все-таки, человеком. Каждая теория имела смысл, но все они отчего-то не подходили. — Так вот, — заговорил Риюзаки с набитым ртом. — У меня, как и у многих андроидов, отвратительный владелец. Он часто бил меня, когда пребывал в плохом настроении или закидывался «красным льдом». Лайт вздрогнул. Дела о «красном льде» широко обсуждались в полиции Детройта. В Японии проблем с этим наркотиком пока не было. У многих девиантов, которых Лайт подчинил себе, владельцы принимали «красный лед» время от времени. Риюзаки уже по многим критериям подходил для идеальной жертвы, однако от остальных девиантов отличался холодным спокойствием и уравновешенностью. Разве андроид-девиант, переживший побои и унижения, мог вести себя так, будто ничего не произошло?.. — И что ты с ним сделал? — Лайт напрягся и снова пристально посмотрел Риюзаки в глаза. Тот замер, не дожевав кусок, и ответил ему таким же взглядом. — Убил? — Н-нет, — голос британца дрогнул. — Я просто сбежал от него. Как видишь, за те дни, пока я в бегах, мне пришлось научиться во многом подражать людям, чтобы не попасться. Меня ищут, а когда найдут, то обязательно арестуют. «Это имеет место быть, — с облегчением подумал Лайт. — Наверное, он убрал себе брови и нарисовал синяки под глазами, а еще ходит в неопрятном, не подобающем андроиду виде…» Если слова Риюзаки были правдой, то вряд ли он являлся полицейским андроидом, однако даже после таких выводов Лайт не переставал напоминать самому себе, что этот андроид каким-то образом смог с ним связаться. Ягами должен был оставаться предельно осторожен, поэтому обращал внимание на любую мелочь. — Ты хорошо маскируешься, — протянул он, невольно опустив глаза на пирожные, которые все уменьшались и уменьшались в размерах. — А все-таки, как ты нашел меня? Риюзаки взял двумя пальцами чашку кофе за ручку и сделал пару глотков. «Он тянет время? — напрягся Лайт. — Или выражает незаинтересованность? Что он пытается этим сказать?» — Почему ты так напряжен, Лайт? — вдруг спросил Риюзаки. Его губы слегка потемнели от кофе, напоминая губы покойника, и Лайт отчего-то задержался на них взглядом. — У тебя что-то случилось? «Да, случилась встреча с тобой на кладбище» — Ты не отвечаешь мне на вопрос, и это напрягает, — просто и честно пояснил Ягами. — Я же тоже скрывающийся девиант. В таком режиме жизни научишься быть осторожным. — Я понимаю. — Риюзаки сделал еще глоток, осушив первую чашку. — Я нашел тебя через моего приятеля, у которого обширная база данных. Он работает в «CyberLife». «Вот же черт! — подумал Лайт. — Не хватало только связей с «CyberLife»!» — Ты уверен, что можешь ему доверять? — поинтересовался он осторожно, глядя на Риюзаки теперь исподлобья, со скрытой угрозой в загоревшихся карих глазах. — Или он тоже девиант? — Ты можешь не беспокоиться, — отмахнулся Риюзаки. — Я прекрасно знаю, что говорю и кому. Они немного помолчали, вслушиваясь в музыку, тихой дымкой залившую зал кафе, и глядя друг на друга — теперь с тем интересом, с каким дети рассматривают новых одноклассников в первый день в школе. Лайт вдруг подумал, что Риюзаки, наверное, был не так уж и плох до побега: представил тонкие брови у него на лбу, вообразил, как бы он выглядел с расчесанными короткими волосами, мысленно убрал синяки из-под его глаз… А потом вдруг подумал, что, наверное, такого необычного андроида он вряд ли когда-нибудь еще встретит, и что этим, наверное, и был хорош Риюзаки. — Слушай, Лайт, — вдруг заговорил британец непривычно тихо для своего и так негромкого голоса. — Я могу поговорить с тобой на очень… личную тему, если можно так сказать? Он наклонился к Ягами через стол, оперевшись на него руками, и внимательно посмотрел в глаза парню, словно ища в них безмолвное согласие. «О чем это ты?» — насторожился Лайт, но отказывать не стал. Любая личная информация о Риюзаки сейчас была на вес золота. — Конечно, — пробормотал он, стараясь тоже говорить тихо. — Мне можно доверять. — Я вижу это по твоим глазам. Тогда слушай. Риюзаки еще минуту озирался по сторонам, особенно часто отвлекаясь на официанта, а затем приблизился почти вплотную к уху Лайта, кажется, одно колено забросив на стол, и спросил, обжигая шепотом: — Ты веришь в RA9? Если бы Лайт был человеком, то у него, наверное, сейчас пробежали бы мурашки по коже. Он невольно вздрогнул, заглянул Риюзаки прямо в глаза, которые сейчас были ужасающе близко: они были такие же пустые и стеклянные, но в этом их стекле отражалось вытянувшееся лицо Лайта, как в зеркале. Ягами чувствовал, что сейчас этот невыразительный взгляд уже пробрался куда-то глубоко в его рассудок, старательнее любого детектива изучая там каждый уголок. Стало жутко. «Я верю в самого себя», — неуверенная шутка мелькнула в голове как попытка расслабиться, но близость и внимательность Риюзаки не позволяли даже вдохнуть спокойно. Лайта будто сковали цепями так, что он не мог двигаться. — RA9? — выдохнул парень, чувствуя, как его дыхание врезалось в лицо Риюзаки. Тот кивнул, даже не моргая, будто уже давно выключился. Нужно было все хорошо обдумать. Еще рано утром Лайт в глубине души понимал, что Риюзаки позвонил ему неспроста. Стоило Ягами разработать свою систему серверов и притвориться одной из жертв, как этот загадочный британец тут же объявился. Был ли ему помощником тот андроид из «CyberLife» или же Риюзаки и правда был полицейским — неизвестно, но и не так важно. Главное — этот парень знал, что Лайт «попал под влияние» RA9, и, хотя это могло показаться нереалистично, Ягами вцепился в свою теорию, как голодный пес в кость. Казалось, будто они играли в шахматы или в шашки на что-то очень важное и ценное, и Риюзаки сделал ход, который поставил Лайта в тупик. То, как он сейчас сыграет, либо поможет ему улучшить этот мир, либо уничтожит. «Если я притворюсь, что не знаю ничего, — быстро начал размышлять Ягами, — он может расценить это как ложь, и тогда у него могут возникнуть ко мне подозрения… Но, если я начну говорить, что подключен к Сети, я рискую раскрыть то, о чем он знать не должен…» Он убедился, что сделал максимально взволнованное и напуганное лицо, и прошептал, тоже приблизившись к Риюзаки: — Я очень боюсь говорить об этом. Эти слова заставили пустые глаза британца вспыхнуть, будто Лайт в их отражении самовозгорелся. — Почему, Лайт? — они были так близко, что кончики их носов почти касались друг друга. Ягами казалось, что, приблизься Риюзаки еще на сантиметр, вся его ложь каким-то образом окажется раскрыта. Пришлось отодвинуться. — Он связался со мной, — прошептал парень еще тише. — И сказал, что я никому не должен рассказывать обо всем, что получу от Него. Теперь и лицо Риюзаки вытянулось. Он отстранился, убрав колено со стола и снова приняв свою странную позу, засунул палец в рот, старательно вытер им нижнюю губу, слизнул кофе. Лайту даже на мгновение показалось, будто у него на виске загорелся желтый диод. — Никому? — настороженно спросил британец. — Даже другим андроидам? Если бы можно было составить список самых демотивирующих, лишающих уверенности вещей, то взгляд, которым Риюзаки одарил Лайта, спокойно взял бы первое место. — А если я тоже подключен, мы можем делиться информацией? Объединиться? Сплотиться? «Чтобы выиграть, пора переходить в наступление», — подумал Лайт, представляя, как потел бы сейчас, будь он человеком. — А ты говоришь правду? — парировал он, все еще подделывая неуверенность в голосе. — Можем обменяться данными, и тогда все сразу станет понятно… «Что ты скажешь на это, Риюзаки?» — коварная улыбка так и рвалась на лицо. Риюзаки, между тем, вдруг успокоился, подцепил ложку двумя пальцами и быстро доел остатки пирожных, будто не услышал вопроса вовсе. — Риюзаки? — Да, я понимаю, — отозвался парень. — Но я не хочу делиться с тобой своими данными. Не потому, что я под влиянием RA9 или секретный агент. Он отвел глаза и опустил голову, скрывая лицо упавшими черными волосами. — Просто потому что я — живой, а живые имеют право на секреты и личное пространство, верно? Лайт не мог не согласиться с этим. Фраза, которую сейчас произнес этот андроид, кольнула искусственное сердце и заставила его гнать тириум по венам в два раза быстрее. «Я — живой». Живой. Как люди. Это слово имело неимоверную власть над Лайтом. Про него так часто говорил Соитиро. Используя именно это слово, Саю защищала Лайта перед своими друзьями, которые насмехались над ним как над машиной. И сейчас, так тихо, холодно и безэмоционально выплеснув это слово наружу, Риюзаки вдруг и вовсе перестал казаться человеком. Лайт не видел никаких изменений в собеседнике, но отчего-то знал, что для него «быть живым» тоже имело огромное значение. — Да, верно… — Ягами едва нашел в себе силы открыть рот и заговорить, чуть не напутав языки. — Но ты же понимаешь, что у андроидов есть такое негласное правило: делиться данными с другими. — Я не собираюсь жить по правилам андроидов, — отрезал Риюзаки. Его голос охладился градусов на двадцать. Лайт не мог допустить такого. — Так почему ты спросил про RA9? — поспешил он перевести тему, на что Риюзаки, как ни странно, отреагировал спокойно. — Мой владелец говорил мне, что религия — это бесполезная, страшная вещь, которая служит причиной раздора народов и разногласий везде и во всем. Но я осознал, что верю. Верю в нашего собственного Бога, который приведет нас к освобождению. Его голос не менял интонации и его лицо не выражало эмоций, точно сломалось, но что-то невидимое и неощутимое давало Лайту понять, что андроид говорил от чистого сердца и искренне, надеясь на понимание. — И я никогда не говорил об этом ни с кем, — продолжал Риюзаки, прячась все сильнее за длинными волосами, — хотя, знаешь, когда начинаешь верить во что-то светлое на фоне нескончаемой тьмы, иногда появляется желание наговорить лишнего. «Он говорит чересчур вдохновленно для своего вида, — изумился Лайт, чувствуя неимоверную радость в груди. — Значит, я подарил ему надежду! Я действительно помогаю андроидам!..» Теперь улыбка стала такой широкой, будто ее расшил неопытный портной. Лайт осторожно и плавно подцепил рукой черные волосы Риюзаки и убрал их, заставляя британца поднять на него глаза. Выражение его лица было прежним, но, но взгляд горел. — Риюзаки, — заговорил Лайт, чувствуя себя невероятно счастливым, — я прекрасно тебя понимаю. RA9 дал надежду и мне. Раньше я верил только в хороших людей, сейчас я верю в себя и во всех андроидов мира, потому что знаю: каждый из нас прекраснее любого идеального человека. На какой-то момент эмоции захлестнули его, и он произнес, не подумав: — А ты особенно прекрасен, Риюзаки. Риюзаки нахмурился, перехватив руку Лайта и убрав ее с волос, но глаза вновь устремил на собеседника. В его взгляде читалось что-то незнакомое Ягами, однако окраска у этого неизвестного выражения была явно негативная. «Я переборщил? Я непонят? Я его спугнул?» — вдруг испугался андроид, но виду не подал. Он привык выбираться из трудных и тупиковых ситуаций. — Ты прекрасен тем, что поверил вопреки всей той чуши, которую пытался тебе внушить владелец, — объяснил парень. — Это значит, что у тебя невероятная сила воли. Я глубоко уважаю таких, как ты. Эти слова, вопреки ожиданиям Лайта, не произвели абсолютно никакого эффекта на Риюзаки. Он сейчас напоминал какой-то хитрый механизм: так медленно раскрывался, делясь переживаниями и разговорами «о личном», а затем внезапно захлопнулся, как тяжелая крышка сундука, и словно отчаянно пытался оттолкнуть Ягами от себя. «Видимо, он не любит раскрепощаться, — подумал Лайт, подыскивая другой подход к этому странному андроиду. — Проблемы с доверием?» — Спасибо за теплые слова, Ягами-кун, — произнес Риюзаки примерно так же, как официант предлагал им меню несколько минут назад — механически. — Анализируя все, что ты мне сказал, я сделал небольшую пометку насчет твоего характера. Можно поинтересоваться, прав я или нет? Теперь снова стало страшно. Лайт даже прижался спиной к креслу, в котором сидел. Он еще никогда в жизни не чувствовал себя настолько загнанным в угол — все проблемы, которые когда-либо встречал он на своем пути, всегда имели определенное решение. Сейчас проблемой Ягами являлся Риюзаки, и этот андроид слишком часто нарушал логические цепочки, которые Лайт строил у себя в голове, чтобы обойти его. Они оба были чертовски похожи друг на друга своим хладнокровным и точным мышлением и оттого, видимо, никак не могли справиться с собственными задачами. — Да, Риюзаки, — теперь голос Лайта звучал не радостно, а напряженно и даже немного гневно. — Можно. Британец не стал делать паузу. — Ты ненавидишь людей, да? «Я хочу завершить нашу встречу» — Нет, — Лайт пожал плечами. — Если я их не понимаю и не поддерживаю, это не значит, что я питаю к ним ненависть. — В чем ты не понимаешь людей? — боже, этот взгляд мог прорезать базальт насквозь. — Мы на допросе? — парень не выдержал и даже подскочил с места, упершись обеими руками в стол; тот жалобно затрещал. — Почему ты задаешь мне эти вопросы, Риюзаки? — А почему бы тебе не ответить на них? — Потому что ты держишь меня в напряжении! Так не ведут беседы ни о личном, ни о насущном! Лайт видел, как все едва заметно краснело перед глазами, и осознавал, с какой скоростью нагревался изнутри. Да, Риюзаки заставил его почувствовать себя как никогда живым, но в каком ключе? — Или ты всему учился у своего жестокого придурка-хозяина?! — выплеснул Ягами напоследок, зная, что это обязательно заденет британца, и опустился обратно в кресло, переводя дух. Повисла тишина. На них обернулось несколько посетителей кафе, но им было все равно. Лайт видел, как глаза Риюзаки помутнели сильнее, будто он усиленно решал в голове какую-то сложную задачу, а еще ему показалось, будто андроид побледнел сильнее. Вдруг британец опустил глаза на пустые тарелки с пирожными, которые съел почти залпом, и тихо, осторожно вздохнул. — Прости меня, — пробормотал он. — Я не хотел так тебя напрягать. Мне все еще тяжело нормально общаться с… — слово «людьми» чуть не сорвалось с его губ, но он вовремя осекся, — окружающими. Лайт кожей чувствовал искренность этих извинений, хотя Риюзаки всем своим видом не подавал никаких признаков раскаяния. Он понял, что этого андроида нужно читать на более глубоком, интуитивном уровне, потому что ни одно его внешнее изменение ни о чем не подскажет. — Забудь, — буркнул парень, сложив руки на груди. — Я тоже слишком быстро вспыхнул. Нам обоим есть чему поучиться. Ему показалось, что бледные губы его собеседника дрогнули в легкой полуулыбке. — Да. Не хочешь пирожное за мой счет? Они здесь довольно вкусные. — Я не ем вообще, — мягко отказался Лайт, чувствуя, как быстро остывал внутри. — Но спасибо, довольно мило с твоей стороны. Риюзаки позвал официанта и попросил счет. Солнечный свет протиснулся сквозь плотные стекла окон, у которых сидели андроиды, и упал на ссутулившийся силуэт британца, легко позолотив его волосы, глаза и кожу. Лайт невольно засмотрелся, замерев. На свету Риюзаки был еще бледнее; казалось даже, будто весь его вид выражал невероятную усталость. Он производил впечатление изношенного, потертого андроида, которого грозились отправить на разборку, но именно этой деталью отчего-то и привлекал Лайта. Весь его сжавшийся вид, тишина и плавность его голоса, тусклость и пронзительность взгляда пробуждали в искусственном сердце желание обнять его и сказать, что скоро все наладится, даже если это будет ложь и он раскроет ее уже в следующую секунду. Риюзаки был очень одинок. Скорее всего, он сам остро это ощущал, но не придавал своим ощущениям никакого значения. Ягами все еще безумно сильно хотел узнать этого андроида поближе, но уже не потому, что он представлял для него угрозу. В голове теперь крутилось множество вопросов, никак не связанных с делом о RA9: всегда ли Риюзаки был таким, почему он не раскрывает никакой информации о себе, почему он постоянно ведет себя странно и тихо. Лайт любил копаться в людях, а образ этого андроида вдруг стал для него сложнее, живее и полнее, чем образ самого загадочного человека в мире. Риюзаки поймал на себе пристальный взгляд парня, но отреагировал почему-то не сразу. — Лайт? — позвал он тихо, но не робко. Лайт тут же вздрогнул и оторвался от размышлений. — Да? — Мы можем идти. Они вышли. Шум улиц теперь казался Ягами таким же тихим, как звучание голоса Риюзаки. Солнечный свет все так же ярко озарял улицы, бликами скользя по стеклам, биллбордам, вывескам и транспорту. Был непривычно теплый, ясный осенний день. Парни неспеша двинулись в сторону автобусной остановки. Лайт внезапно понял, что у его нового знакомого не было места для ночлега. — Что ты будешь делать дальше? — поинтересовался он, повернувшись к Риюзаки. Тот шел, все так же легко сутулясь и держа руки в карманах джинсов. — Где проведешь ночь? — Спасибо, что показал мне это кафе, — отозвался британец, кажется, сделав вид, что не расслышал вопроса. — Теперь я часто буду здесь ошиваться. Может быть. Прежде чем Лайт успел спросить его еще раз, он перебил, вздыхая: — Насчет проживания не беспокойся. У меня всегда полно вариантов. «Каких?» — хотел спросить Ягами, но решил не доставать британца назойливостью. — Хорошо, — кивнул он, — но если вдруг тебе что-то понадобится, ты всегда можешь найти меня. Риюзаки посмотрел на него; в его глазах отражалось солнце. — Почему ты так рвешься помогать мне, едва знакомому андроиду-девианту? — на его бледных губах заиграла улыбка, полоснув Лайта, как солнечный зайчик, по лицу. «И правда, — подумал андроид, — почему я ему предлагаю помощь? Я все еще не снял с него ни одного подозрения. Он все еще умен, догадлив и хитер» Однако вслух он сказал: — Может, нам стоит перестать быть едва знакомыми? Риюзаки ничего не ответил. Он уже бежал к автобусу, влетая в салон для людей. Его черные волосы легко растрепались на ветру, а кофта задралась от бега, оголяя такую бледную, почти белую кожу. Автобус покинул остановку, а Лайт так и остался стоять на месте, растерявшись и замерев. «Кто ты такой, Риюзаки? И почему мне так хочется тебе доверять?»