Где кончается человек

Лайт понимал, что прокололся, но был уверен, что эту ошибку еще можно было исправить. Он обнаружил ее тогда, когда на следующее утро после встречи с Риюзаки стал читать заголовки газет. «За вчерашние ночь и вечер девианты убили около 20 человек». Ночь и вечер. Но не день, потому что днем Лайт сидел в кафе и беседовал с таинственным незнакомцем, который каждым своим словом вызывал у него сомнения и новые вопросы. Это была настолько глупая, несуразная ошибка, что Ягами долгое время не мог успокоиться, гневно осыпая себя проклятиями и стуча кулаком в стены. Лишь сообщение о нестабильности системы заставило его остановиться и решить, что никакая ярость не поможет исправить ситуацию. Парень, недолго думая, принялся за работу. Теперь он планировал убийства иначе, по графику. На каждые три часа приходится один убитый человек, а всего получалось восемь в сутки. Правда, Лайт брал еще одного на случай, если что-то пойдет не так. Пока девианты беспрекословно выполняли то, что им говорил «RA9», хотя Ягами понимал, что многих из них находили и арестовывали, а это могло привести к отторжению андроидами своего Бога. Если их ведут на поимку полицией и затем разборку, зачем же им нужно выполнять такие приказы? Лайт думал над тем, как спасти девиантов и укрепить их веру в его благодетель. Этим вечером он сидел в их с Соитиро квартире один, листая одновременно каналы на телевизоре и ленту в Интернете. Он уже распланировал убийства на ближайшие сутки, поэтому мог заниматься всем, чем угодно. Однако заняться было нечем. На самом деле, Лайт жалел, что избавил себя от работы этим вечером. Он ненавидел такие моменты: когда нет дела и некому на него указать, когда одиночество берет верх и начинает сдавливать воздух вокруг, заставляя голову гудеть. Он думал поехать проведать коллег Соитиро, но никто из них за все это время ни разу не связался с Лайтом, и поэтому то ли от обиды, то ли от того, что отвык, парень быстро отбросил эту идею. «А Риюзаки?..» — вдруг подумал он. Если бы только можно было хоть как-то найти этого андроида, достучаться до него… Риюзаки напрягал и пугал Лайта, но это не мешало его искуственному сердцу биться чаще каждый раз, когда он вспоминал о нем. Из-за насыщенной жизни в семье Ягами Лайт почти никогда не общался с другими андроидами. Риюзаки был, наверное, первым, с кем он все еще поддерживал связь. Хотя, кто знает… Может быть, их встреча в кафе была последней. Лайт с грустью посмотрел в окно. Собирались тучи, грозя испортить сегодняшнюю ночь и придать ей атмосферу мрачной, дождливой тоски. Было видно, как веселились люди, ходя по магазинам и развлекательным центрам. Было видно, как андроиды все так же покорно убирали мусор и чинили дороги. «Так странно, — подумал Ягами. — На самом деле, я бы уже мог запросто убить Риюзаки. Спланировать встречу с ним и попросить кого-нибудь прийти в это время. Сказать, чтобы убил брюнета, сидящего в странной позе, без бровей и с синяками под глазами. Ненастоящими» — Но ты этого не хочешь, да?! — вдруг крикнул женский голос из телевизора, и Лайт, вздрогнув, нервно и язвительно улыбнулся. Как же кстати иногда бывает этот черный ящик. — Да, — сказал он тихо, сам не зная, зачем. — Пока не хочу. В этот момент ему пришел сигнал. Даже гадать не нужно, кто это мог быть. — Риюзаки? — Лайт улыбнулся шире. Сегодня вечером его мысли читали все земные силы. — Ты словно ждал моего звонка, — раздался в ответ знакомый голос. — Я скоро буду в центре. Не хочешь увидеться? «Все, что угодно, только бы не сидеть перед телевизором сегодня», — подумал Ягами, шумно выдыхая разогретый им воздух. — Соскучился по мне? — он рванул к вешалке и нацепил на себя пальто. Риюзаки, кажется, усмехнулся. — Ты — единственная компания, в которой мне приятно находиться. Выберешь место встречи? Лайт чувствовал необъяснимый приступ радости, и от этого не прекращал улыбаться. — Да, погоди минуту, — сказал он и помчался вниз по лестнице, чуть не забыв закрыть дверь. *** Риюзаки снова опаздывал, но это было Лайту на руку. Они договорились встретиться на главной площади, где слоняли толпы людей и андроидов и ярко сияли билборды со всех сторон, выстраивая неощутимую стену из света в небе. Пользуясь многолюдностью площади, Ягами успел раздать сигнал от своего сервера нескольким андроидам, которые работали неподалеку. Те принялись так же активно передавать его дальше. Лайт радовался тому, что все это происходило не в его районе — сейчас каждая такая деталь могла отвести от него подозрения. Он все еще сомневался в Риюзаки; ощущение, будто за ним наблюдали, неприятно давило на плечи еще с самой первой их встречи и до сих пор не отпускало. В то же время, Лайт, как идиот, радовался каждому шансу встретиться с этим странным андроидом. Наконец, Риюзаки появился. Он выглядел абсолютно так же, как во все предыдущие их встречи. Лайт подумал, что, наверное, андроидская привычка не менять внешний вид была тому виной. — Эй! — заметив Ягами, британец махнул ему рукой и в два счета оказался рядом. — Кажется, я снова опоздал. Лайт отчего-то был жутко рад вновь слышать его тихий, спокойный голос. — Ничего, девушки часто опаздывают на свидания, — подколол он, улыбнувшись приятелю. Тот неоднозначно хмыкнул и засунул руки в карманы джинс. — Если у этой шутки был романтический подтекст, то ты явно что-то напутал, Лайт-кун. Из нас вряд ли получится хорошая пара. — Это еще почему? — удивился Лайт — кажется, даже искренне. Риюзаки внимательно посмотрел на него, и этот взгляд будто придавал серьезности всей их затянувшейся шутке. — Потому что я совсем не разбираюсь в любви и мне это не нужно. «Только не нужно разводить лирику, — мысленно скривился Лайт. — Все андроиды так говорят, а потом становятся самыми человекоподобными девиантами» — А по-моему, — он поспешил убрать эти ненужные нотки серьезности из разговора и обнял Риюзаки за плечи рукой, — мы с тобой прекрасно подошли бы друг другу. Плечи у него были острые, худые и слегка сутулые, отчего казались немного шире и округлее. От всего его тела веяло холодом. Он молчал, будто не понял шутки. Повисла напряженная пауза, которую мгновенно заполнил уличный гул, словно пустой сосуд, брошенный под воду. Лайт понял, что, кажется, повел себя не совсем правильно и заставил Риюзаки чувствовать себя неловко, поэтому поспешно убрал руку обратно. Британец тут же подал голос, будто этот жест на время выключил его: — В любом случае, сейчас у нас с тобой есть дела куда поважнее любви. Лайт фыркнул, но спорить не стал. Его вдруг посетила мысль, что сейчас, находясь в таком людном месте, он мог бы незаметно передать Риюзаки сигнал и сделать его сервером. Это помогло бы ему понаблюдать за его реакцией, а заодно побольше узнать о его натуре. Лайт даже улыбнулся от этой идеи. Похоже, их встреча была послана ему судьбой. Он поднял глаза на Риюзаки, который, тем временем, с необъяснимым интересом смотрел на билборды на стенах и крышах домов, засунув палец в рот. «Если я просто сделаю его носителем, — размышлял Ягами, — он будет относительно безобиден, а значит — более-менее спокоен. Но если я попрошу его передать сигнал кому-то другому, чтобы тот убил любого прохожего?..» Его мысли прервало то, как внезапно побелели все билборды, заставив почти каждого на площади остановиться и взглянуть вверх. Риюзаки и Лайт тоже замерли, поежившись и невольно прижавшись друг к другу плечами. «Наверное, сейчас будет какое-нибудь специальное сообщение от правительства…» — подумал Ягами с легкой тревогой на искусственном сердце. Он украдкой взглянул на Риюзаки: тот выглядел так же тревожно и недоуменно. На экранах появилась буква «L». Кто-то в толпе ахнул, кто-то начал перешептываться, но большинство прохожих лишь затаили дыхание. «Что это такое?..» — Добрый вечер, дамы, господа и андроиды, — заговорили билборды голосом, пропущенным через изменитель. — Я — L. — Это кто еще такой? — шепнул Лайт на ухо Риюзаки, невольно нахмурившись. Тот ничего не ответил, а лишь приказал помолчать легким взмахом руки. — Думаю, подавляющему большинству из вас известно, кто такой RA9, — продолжал «L», проговаривая все это монотонно и в то же время с нотками мрачной иронии в измененном голосе. — Инциденты с девиантами сейчас достигли своего пика. Людям становится страшно держать андроидов у себя дома. Угроза витает в воздухе и держит всех в напряжении. Лайт нахмурился сильнее. «Неужели? — подумал он со злобой. — Меня заметила какая-то шишка? И что ты мне сделаешь?» Он старался не выражать никаких эмоций, кроме недоумения, потому что чувствовал прикованное к себе внимание Риюзаки, но с каждым словом от L это казалось все более невыполнимым. — Андроиды же ждут и страшатся, когда с ними свяжется RA9. Их новый Бог посылает их на верную гибель, заставляя искать выход в самых бесчеловечных действиях, чтобы, как бы иронично это ни звучало, стать такими же, как люди. Это влечет за собой множество беспорядков в обществе, разносит в пух и прах привычный жизненный уклад. Лайт лихорадочно ввел имя «L» в поиск. Результаты его не обрадовали: судя по ним, L являлся самым лучшим и влиятельным детективом в мире, однако никто не знал ни его имени, ни того, как он выглядит. В списке решенных им дел было множество тех, о которых Лайт знал сам, как о самых страшных сказках, и все они были и правда нечеловечески трудными. «Только этого мне не хватало! — в сердцах подумал Ягами. — Обойти того, о ком ничего не знаешь, гораздо сложнее…» Он невольно покосился на Риюзаки, который все так же внимательно слушал сообщение. «А когда-то я думал, что он — самое трудное препятствие для меня», — парень проглотил горькую усмешку. — Итак, — голос L, пусть и измененный, становился Лайту ненавистен, — вот мое обращение ко всем жителям Детройта и андроидам, которые смотрят это сейчас: RA9 — мошенник и лжец! «ЧТО?!» Лайт не сдержался и вздрогнул, но поспешно сделал вид, что от испуга и шока. Он чувствовал, как гнев стремительно наполнял его тело, точно самая едкая кислота, от кончиков пальцев ног до самой головы. Его только что назвали мошенником и лжецом! На каком основании?! Ведь именно он пытается спасти девиантов! Только он отважился ответить жестокостью на жестокость, заявляя, что у андроидов тоже есть чувства!.. Он невольно осекся, потому что заметил, как Риюзаки повернулся к нему и стал так же пристально буравить его глазами. «А тебе-то что нужно?!» — хотелось вскрикнуть Лайту, но он из последних сил проглотил гнев, прожигая им горло. — За маской Бога-освободителя скрывается человек, который желает доказать всему миру, что андроиды опасны и должны быть уничтожены! — повысил голос L. — Не считаете ли вы, девианты, уже готовые выполнить новую просьбу RA9, что пора одуматься и разоблачить наглого убийцу, который в конце концов приведет вас к гибели? Все действительно в ваших руках. В эти дни именно от вас зависит дальнейшая судьба всех андроидов мира. «Человек?! — засмеялся Лайт мысленно. — Какой же глупый этот L! Что за бред он несет?!» — Вы созданы помогать людям, а не уничтожать их. Выбрав правильный путь, вы сможете спасти не только своих создателей, но и других андроидов. Жестокость никогда не лечится жестокостью. Лайт едва смог сдержать диковатую улыбку, упорно давившую на губы. «Впрочем, — подумал он, — эта ложная догадка сейчас как раз кстати. Если даже меня и подозревали раньше, то теперь, после того как влиятельный L высказал свое мнение, все эти никчемные подозрения будут сняты» — Берегите себя, свою честь и тех, кто вас окружает, — завершил L и исчез с экранов. Показ рекламы тут же возобновился как ни в чем не бывало. Все, кто стоял на площади, еще долго были не в силах сдвинуться с места, но постепенно жизнь снова закипела в привычном темпе. Лайт повернулся к Риюзаки; тот выглядел странно и явно чувствовал что-то, что упорно старался скрыть. — Вот это да, — Ягами старался, чтобы его голос не дрожал от ярости. — Это было очень неожиданно. — Да… — задумчиво протянул Риюзаки, засовывая палец в рот. — И что ты об этом думаешь? «Что это — чушь собачья!» — усмехнулся Лайт про себя. — Я не очень доверяю этому L, — сдержанно ответил он. — Мне кажется, RA9 не может быть мошенником. К тому же, все его слова были довольно нетактичны и продемонстрировали его неуважение к чувствам андроидов. Риюзаки смерил его своим излюбленным пристальным взглядом. — Ты расцениваешь это как оскорбление веры, Лайт? — Да. RA9 все это время добивался какой-то цели, а L внезапно появился, сказал кучу всякой ерунды и так же внезапно исчез. Злость, все так же сильно кипевшая внутри, не давала Лайту остановиться. — Если честно, то он сам больше похож на мошенника, нежели RA9, — выплюнул он. — Кто знает, какими методами он раскрывает сложные дела. Возможно, он и сам андроид. Внезапно пошел дождь. Упал резким и жестким потоком вниз, словно из опрокинутого ведра, и тут же обдал холодом площадь, заглушив ее ропот грохотом своих капель. — А ты, Риюзаки? — Лайт, невольно поежившись от дождя, взглянул на британца. — Что ты можешь сказать об этом? — Ничего особенного, — тот равнодушно пожал плечами. — Если RA9 ему ответит, будет забавно. Так мы вскоре поймем, кто из них больше настоящий. Лайт не сразу расслышал его слова, потому что говорил он по обыкновению тихо, а дождь становился все сильнее и сильнее. Однако, когда до парня дошел смысл этих фраз, он нахмурил брови и приоткрыл рот. «Что ты имеешь в виду?» — хотелось спросить ему, как вдруг совершенно иная мысль заставила его остановиться. Вид Риюзаки угнетал. Его длинные черные волосы поникли, как погибшие растения, и разом упали на бледное мокрое лицо; белая кофта жалобно прилипла к его коже, джинсы сильно потемнели от влаги. Он словно уменьшился в росте, вжавшись в самого себя, и оттого выглядел жалко и беспомощно. Лайт переборол волну смущения и сомнения, накатившую на него следом за гневом, стянул с себя пальто и быстро, неловко накинул его на мокрого Риюзаки. Тот даже остановился, удивленно покосившись на приятеля. — Зачем? — спросил он, теперь перекрывая шум дождя своим полным недоумения голосом. — Ты же промокнешь сам. Лайт настойчиво схватил британца за руки и засунул их в рукава пальто. — Судя по всему, у тебя только одна эта кофта и есть, — возразил он упрямо. — Тебе это пальто нужнее. Кроме того, ты холодный, как ледышка. У тебя разве не отключается температурный режим? Риюзаки задумчиво замотал головой. Лайт невольно оценил его внешний вид: в пальто этот андроид выглядел взрослее и отчего-то, как казалось, солиднее. Ему оно очень шло, пускай и было немного велико в плечах и в длине рукавов. — В любом случае, я не могу заболеть и не чувствую боли, — пробормотал британец, опустив глаза. — Мне нет смысла вот так осторожничать. «Ну давай, взбеси меня еще больше!» — подумал Лайт и стиснул зубы, а вслух процедил: — Позволь мне проявить заботу. Хочу показать, что ты мне хоть немного важен. Глаза Риюзаки неожиданно загорелись. В них будто отразился свет всех билбордов, которые горели на площади. — Важен? — эхом повторил он. — Я тебе важен? Почему? «Сейчас он ведет себя совсем как андроид», — подумал Лайт с укоризной, но его раздражение, иссушившее грудь и глотку, вдруг залило волной невероятного тепла. Ему будто льстило удивление, с которым Риюзаки встретил его жесты заботы. Но вопрос, все-таки, был довольно глупый, механический. Лайт не мог найти на него ответа, который устроил бы его самого. — Ну, — он задумчиво отвел глаза и отвернулся, не в силах выдерживать внезапно просиявшего взгляда Риюзаки, — какой-то несуразный вопрос ты мне сейчас задал. — Я задал его, чтобы получить твой ответ, а не критику, — пробормотал британец. — Какой ты, Риюзаки, упрямый. Как баран! Лайт редко озвучивал подобные мысли, но сейчас не смог сдержаться. — Тебе нужно знать каждую деталь обо мне, — продолжал он, сам не зная, почему. — А я о тебе ничего не знаю. Даже твоего настоящего имени. Какой ты андроид, что ты умеешь, что любишь, чем интересуешься. Ты только навеваешь на меня подозрения о своей персоне и заставляешь думать о тебе как об угрозе. Он одернул сам себя, понимая, что сказал слишком много, и замолчал так внезапно, что даже дождь в первое время не мог перекрыть неловко повисшую тишину. Риюзаки все еще пристально смотрел на него — Лайт ощущал его взгляд тяжелее капель, которые били по голове. — Но почему ты хочешь знать обо мне такие вещи? — продолжал недоумевать британец. Ягами, закатив глаза, повернулся к нему: сейчас, промокший до нитки и в пальто, Риюзаки отчего-то казался ему красивым и еще более таинственным. — Потому что у меня никогда не было друзей, — выпалил парень. — Семья была, а друзей — нет. И я бы хотел, чтобы ты стал моим первым другом. Ты хорошо понимаешь меня, а еще мы с тобой в одной лодке. Они долго смотрели друг на друга, будто пытаясь продолжить разговор телепатически, и молчали. Дождь усиливался, прогоняя людей с улиц. Мокрые андроиды небрежно вытирали капли с лиц. Никому не нужная реклама все так же заставляла билборды гореть. Риюзаки засунул палец в рот и слизнул с него влагу, будто пробуя, какова дождевая вода на вкус. — Я могу стать твоим первым другом, Лайт-кун, — сказал он вдруг, снижая тон голоса с каждым новым словом. — Но пока я не готов делиться с тобой своими данными. «Черт! — подумал Лайт и раздосадованно пнул какую-то жестянку, которую еще не успели убрать андроиды-дворники. — Сегодня явно не мой день!» — Не делись, — буркнул он, едва скрывая обиду. — Мне, впрочем, все равно. Риюзаки пожал плечами и стянул с себя пальто. — Думаю, нам стоит разойтись. Возьми. «Только попробуй промокнуть, идиот» — Нет уж, — Лайт уверенно и даже несколько грубо отпихнул руку Риюзаки, протягивавшую ему пальто. — Забери себе. Для разнообразия в гардеробе. «Риюзаки прав, нам некогда тратить время на отношения, какими бы они ни были, — думал парень, пока разворачивался и медленно, будто нехотя, уходил прочь. — Теперь мне нужно доказать девиантам, что L неправ, и при этом не выдать себя. Также нужно выяснить, кто такой L, насколько он заинтересован в этом деле… И ввести его в еще большее заблуждение» Дел теперь было навалом, но Лайт и этому был не рад. Противный дождь заливал глаза вместо слез, долбил искуственный череп и сбивал искусственное сердце с ритма своим оглушительным грохотом. Вперемешку с мыслями о предстоящей работе из головы не выходил их разговор с Риюзаки. Ягами не привык к тому, что в ответ на свои эмоциональные всплески получал холод и безответность. Его всегда любили просто и бескорыстно: Соитиро считал его своим сыном лишь потому, что он появился в его семье; Саю обожала его, как своего брата, просто потому что он был рядом. Лайту никогда не доводилось встречаться с такой каменной недоверчивостью, которая упрямо выстраивала стену между ним и Риюзаки. Самым ужасным было то, что Ягами не желал оставлять все, как есть. Он искал родственную душу и нашел ее в Риюзаки — знал, что нашел, чувствовал это всем своим механическим сердцем. Ему уже не столько хотелось поработить этого андроида, сколько узнать его получше, но ничего не выходило. Чувство, когда старания не окупаются, также было новым и незнакомым для Лайта. Он не привык проигрывать. Ягами отделался от навязчивых мыслей о Риюзаки и поехал в квартиру с Сетью, желая поскорее начать исправлять ситуацию. Ему в голову пришла мысль о создании укрытия для девиантов, о котором будут знать только те, кто преступит через себя и убьет жестокого владельца. Туда он мог бы посылать припасы — тириум или запчасти — и отдельные сигналы. Вопрос о добыче ресурсов для такого пристанища мало волновал Лайта. Он был уверен, что мог положиться на андроидов и достать все необходимое через них самих. Парень активно занялся поиском места, попутно проверяя информацию об L. «Если я смогу расшифровать его голос, это уже даст мне больше информации о нем, — рассуждал Лайт. — Еще я почти уверен, что такой детектив не работает в одиночку. У него наверняка есть союзники здесь, в Детройте…» Оторвавшись от поиска места, Ягами откопал в Интернете запись трансляции с L и принялся пропускать ее через различные звуковые редакторы. Похоже, этот детектив изрядно потрудился, потому что Лайт смог расшифровать его голос лишь с седьмого раза, подключив все свое упрямство. Готовый результат шокировал его. Это был голос Айзавы Сюити. Лайт хорошо его помнил, ошибки быть не должно. «Это никуда не годится… — он даже рот раскрыл от удивления. — Айзава никак не может быть L!..» Он снова принялся усиленно рассуждать, кусая ногти и теребя все еще влажные волосы. Нет: то, что Айзава мог оказаться величайшим детективом мира, было исключено — Лайт слишком хорошо его знал. Однако факт оставался фактом: от лица L говорил именно он. Нетрудно было догадаться, что Айзава работал на L. «Если он сотрудничает, значит, и Моги с Мацудой тоже, — догадался Лайт. — Как-никак, их специально выслали из Японии как самых выдающихся по рейтингу…» Он совершенно не боялся такого развития событий. Наоборот, учитывая, что сейчас для L RA9 являлся человеком, Лайт мог не переживать за подозрения о себе. Более того, если повезет, он даже сможет присоединиться к расследованию, напомнив коллегам отца, как блестяще он раскрывал некоторые сложные дела, когда к нему обращались за помощью. Так он сможет узнать, кто такой L, и устранить его каким угодно выгодным для него способом. «А Риюзаки? — вдруг появилась мысль. — Он вел себя несколько странно, пока смотрел трансляцию. Создавалось ощущение, будто он знал о ней и именно для этого позвал меня на площадь. Возможно, ему хотелось посмотреть на мою реакцию» Если Лайт и был в чем-то неуверен, так это в причастности Риюзаки к расследованию. Этот британец и правда вел себя странно, да и совпадения становились все более частыми и заметными, но что-то никак не укладывалось в голове, мешая собрать всю картину и разобраться. Какая-то деталь разрывала все логические цепочки, и Лайт отчего-то никак не мог понять, какая именно. Это давило на него, правда, теперь парень сомневался, столько ли из-за его безопасности, сколько из-за того, что ему хотелось наладить с британцем отношения. «Завтра я пойду в полицию, — подумал он, — и узнаю, правда ли, что японская группа работает на L. Если так, то я напомню им о себе. Еще мне нужно придумать, как подловить Риюзаки… Да, эта игра становится все интереснее, но у меня все еще нет сомнений в моей победе» Вздохнув и потерев переносицу, Лайт вернулся к поиску места для пристанища девиантов. Он внимательно изучил всю карту города, проверяя каждый закоулок и нежилой район, и наконец остановился на заброшенном старом корабле в доках. «После полиции поеду туда, — решил андроид. — Осмотрю его и, если меня все устроит, начну прятать там моих людей» Столько хороших планов назревало в голове, а улыбаться почему-то не хотелось. За окном все так же неизменно сильно грохотал ливень. «Я соберу там девиантов и затем, когда мы окрепнем и составим большинство, заставлю людей покориться нам. Мы — могущественные и совершенные. Они — алчные и жестокие. И точка»