Sex, money, feelings

Каждый вечер Лос-Анджелес зажигается сотнями огней самых разнообразных форм и размеров. Это бесконечное дребезжание автомобильных двигателей, приглушенные звуки музыки из ночных клубов, нескончаемый гул голосов прохожих и прочие вещи, которые частенько угнетают меня. Я безмерно люблю Калифорнию и этот город, но, признаться, в каком-нибудь городе значительно меньших размеров мне было бы гораздо уютнее. Хоть как-то укрыться от всего шума я старалась на пляже. Здесь загрязненный выхлопом воздух сменялся свежим океанским бризом, едва не дымящийся от жаркого солнца асфальт превращался в мягкий песок, а городской гам уступал место звонкому волнению пенящегося океана. Вот за это я любила Лос-Анджелес больше всего! Именно здесь, на берегу океана, я могла расслабиться и очистить разум от дневной суеты. Я прогоняла в голове каждое мгновение сумасшедшего дня, а под конец находила полное умиротворение и психологически готовила себя к новому тяжелому дню. Серферы ловко ловят волны, а я гадаю, когда же снова сама смогу встать на доску. Вдоль берега прогуливаются как молодые люди, так и пожилые. Удивительно, как они смогли пронести свою любовь через столько лет. В голове тут же возникает Джереми Блэйк. Уж этот человек не в состоянии остаться кому-то верным хотя бы два часа. Я достаю свой сотовый. 22:13. Клэр опаздывает уже почти на пятнадцать минут. Нажав клавишу быстрого набора, я уже готовлюсь к тому, какую взбучку устрою подруге. Пунктуальностью она не блещет никогда, но я уже устала с этим бороться. Гудок. Второй. С каждым последующим у меня начинают подниматься нервы. Клэр не отвечала. Нажав «отбой», я глубоко вздохнула и снова обратила свой взор на океан. Он бурлил, пенился, с силой ударялся волнами о берег, словно возмущался вместе со мной. Как же я обожала воду! Океаны, моря, озера, водопады, реки – ко всему меня тянуло безгранично. Но почему-то именно сейчас я начала бояться, что однажды океан поглотит меня. Что я могу упасть с доски, меня ударит волной, и я в момент захлебнусь. Как же перебороть это в себе?

***

Мягкие солнечные лучи проникали сквозь жалюзи в комнату, прогоняя остатки такого сладкого сна. Я лениво открываю глаза, вытягиваясь в кровати. Тело приятно ноет от долгого положения в одной позе. Нужно поскорее привести себя в порядок и снова взяться за работу. Завтра уже должна прийти Ванесса на первую примерку моих набросков. Приняв прохладный душ я начинаю понемногу возвращаться в реальность. В каком часу я вчера пришла домой? Ох, даже не припомню. На берегу океана я полностью я полностью погрузилась в свои мысли и совсем потеряла счет времени. В момент, когда я сидела за барной стойкой, потягивая горьковатый кофе, ожил мой телефон. Это Клэр. – Ну, подружка? Я жду объяснений! – Никаких приветствий или чего-то еще. Я была настроена немедленно узнать про вчерашний вечер, ведь подруга так и не пришла. Клэр тяжело вздыхает. – Прости, Фиби. У меня неприятности. Нервное напряжение сковало меня изнутри. Я всегда переживала за своих друзей больше, чем за саму себя. – Что-то серьезное? Я могу помочь? Снова протяжный вздох, от которого стынет кровь в жилах. Я надеюсь, все живы и здоровы, и я правда могу хоть чем-то помочь Клэр. Мне становится не по себе от слишком затянувшейся паузы. – Подруга, не молчи! Расскажи мне все, как есть. – Ной влетел на крупные деньги, – голос девушки дрожит и ломается, словно прямо сейчас она заплачет. Уверена, она делала это уже ни один раз со вчерашнего вечера. – Он проиграл в карты свою машину, которую дарил ему отец и влез в кучу долгов. – Клэр не выдерживает и разбивается в рыданиях. У меня разрывается сердце. – Мы не в состоянии выплатить такую сумму! Если об этом узнают родители, у Ноя будут огромные проблемы. Ее голос срывается на последних фразах так, что я едва могу разобрать слова. Ной – младший брат Клэр, заканчивающий старшую школу. Славный, веселый парень, очень отзывчивый и добрый. Но друзей выбрал себе совершенно противоположных ему самому и ввязался Бог знает во что! Я бы могла поговорить с родителями, попросить нужную сумму денег, чтобы помочь подруге. Но какими бы прекрасными ни были мои отношения с папой сейчас, несколько лет назад мы крупно повздорили, после чего я громко и во всеуслышание заявила, что «никогда не коснусь его грязных зеленых купюр». Чем же я сейчас смогу помочь Клэр… – Давай встретимся сегодня в нашем баре? Обсудим все с глазу на глаз и постараемся что-то придумать, – говорю я в надежде на то, что девушка согласится. Слышу, как подруга шмыгает носом и глубоко дышит, стараясь немного прийти в себя. Только я сильно сомневаюсь, что у нее получится это сейчас. Бедная Клэр. Кажется, я сама зареву прямо сейчас. – Они избили Ноя, Фиби, – хнычет она, – у него сотрясение мозга, переломаны ребра и совсем не открывается правый глаз. Я не хочу отходить от него! Не хочу и не могу! Вновь громкие всхлипы и рыдания. Господи, как бы я хотела сейчас успокоить ее и помочь. Хоть чем-нибудь. – Я сказала матери, что он неудачно упал с лестницы, – продолжает Клэр на выдохе, – кажется, она поверила мне. Родители не станут копаться в этом деле и искать виноватых. Они будут не рады узнать, что все равно во всем виноват сам Ной. Пришел глав-врач, Фиби. Я позвоню тебе позже. – Конечно, – произнесла в ответ я, но сомневаюсь, что подруга это услышала. Клэр мгновенно скинула вызов. Да уж… Все мое было возмущение по поводу безответственности подруги в миг улетучивается, оставляя место только большому сожалению. Я находилась в большом потрясении от происходящего и неком бешенстве от того, что не знала, чем могу помочь здесь. Сполоснув свою кружку, я незамедлительно направляюсь к своему рабочему месту. Это поможет мне немного отвлечься. Кажется, я уже цепями была прикована к этому столу и стулу, а руки намертво приросли к тканям. Иногда я задумываюсь, какой была бы моя жизнь, начни я действовать так, как хотел этого отец. Наверняка, сейчас бы я сидела ни на обветшалом деревянном стуле, а в мягком комфортабельном кресле. Меня бы окружали ни потертые обои с множеством приколотых вырезок из журналов и набросков, а изящные стены офиса, декорированные по последней моде архитектуры. Передо мной не было бы швейной машинки, огромных лоскутов ткани, иголок на все случаи жизни, а лежали бы стопки документов и органайзер. Господи, какой кошмар! В дверь позвонили. От неожиданности я даже уколола палец иглой, которой наметывала на ткани. Может, это новые клиенты? Мечтания тут же заполонили собой все разумные мысли. Выпутавшись из всего хауса, который окружал меня за рабочим столом, я направилась открывать незваным гостям. На пороге стоял молодой паренек в голубом поло и нелепой кепке. В руках он держал большой букет пионов планшетник с ручкой. На какой-то момент мне кажется, что он ошибся адресом. – Фиби Грей? – Хмурится он, оглядывая меня с ног до головы. Да, парень, дома я не хожу одетой по последней моде, но это не повод так палятся на меня. – Допустим, – язвительно произношу я, складывая руки на груди. – Я представлял вас иначе… – В голосе парня слышно неподдельное разочарование. Какого черта?! – Получите, распишитесь, – вздыхает курьер и протягивает мне букет. Я отшатываюсь от цветов, даже не разомкнув руки. – Вы уверены, что это мне? Курьер заглядывает в бумажку на планшетнике, не переставая хмурить брови. – Двадцать пять пионов доставить Фиби Грей. И прилагается адрес. – Он поднимает глаза на меня. – Вы ведь Фиби Грей? Распишитесь. Взяв из рук парня документ и ручку, я лениво царапаю свою подпись в графе «получатель» и нехотя забираю букет. Мне до последнего кажется, что это какая-то ошибка. – Хорошего вам дня, мисс! И с этими словами курьер натягивает кепку пониже на глаза и следует к своей маленькой машинке с надписью на боку «Доставка цветов в любую точку Лос-Анжделеса». Я закрываю дверь и тащу свой презент на кухню. Придется приложить немало трудов, чтобы отыскать вазу. Мне не так часто дарили цветы, а уж тем более в такой анонимной форме. Кто бы это мог быть? Прогнав в голове все варианты, я так и не нахожу подходящей персоны. Может, это кто-то из моих клиенток решил так отблагодарить меня? Хотя, кто? Донна Вотер? Ни за что не поверю, что она решила снизойти до благодарности. Наконец откопав хрустальную вазочку, я наполняю ее водой и аккуратно ставлю букет. На глаза мне попадается небольшая прямоугольная карточка, спрятанная между пышных бутонов белых и бардовых пионов. Надпись на ней вводит меня в еще большее смятение. The game started. Игра началась. Что это еще за шутки?! Я рывком сжимаю руку в кулак, сминая в нем эту карточку. На какой-то момент мне даже становится страшно. Мало ли это прислал какой-нибудь сумасшедший маньяк, и теперь за мной будет постоянная слежка? Похоже, я слишком много смотрю телевизор… Чтобы как можно быстрее забыть об этом загадочном презенте, я решаю вернуться к работе. Кто бы это ни был, у него явно какие-то подозрительные намерения на меня… Игра началась. Что это может значить? Я просто терялась в догадках, не в силах выбросить все глупости из головы. Может, это мой ненормальный брат решил так подшутить надо мной? Я даже работать не могла спокойно. Был непонятен смысл этого послания. С благой ли целью мне прислали это? Я уже не была уверена. А может, это все глупые шуточки Блэйка? Ох, если я все же докопаюсь до истины, и это окажется он, я сотру его в порошок! Подобные фокусы он может проделывать с кем угодно, но только не со мной. Эта шутка вернется ему троекратным дерьмом, сукин сын! От красочных размышлений меня отрывает телефонный звонок. На экране мигает «Тедди» и смайлик улыбающегося медведя. – И что вдруг понадобилось моему любимому брату от меня с самого утра? – Игриво отвечаю я, поставив звонок на громкую связь, чтобы я смогла разговаривать и параллельно работать. – Доброе утро, дорогая Фиби, – я слышу нотки фальши в его веселом голосе, меня всегда раздражало, когда Тедд делал такой наигранный голос, – помнишь ту красотку, которую ты подкинула мне во время нашей игры? Таких оборотов в разговоре с братом я точно не ожидала! – Только не говори, что ты провел с ней больше одной ночи! – Восклицаю я, забав на секунду о своих наметках на ткани. Резкий смешок брата сотрясает мою маленькую комнатку. – И что же будет, если я так скажу? Я закатываю глаза: – О Боже! Тедд! – В чем дело, сестричка? Ты не рада за счастье своего брата? – Прекрати нести всякую чушь! Мы оба смеемся. Я безумно любила Теодора, но иногда он творил просто невыносимые вещи. Он впервые нарушил правила нашей игры, и, интересно знать, ради чего? Неужели та разукрашенная кукла этого стоила? Боюсь, если задам брату именно такой вопрос, то ссоры просто не избежать. Если я правильно понимаю Теодора, она ему понравилась. Вместо этого вполне уместного вопроса, я спрашиваю совершенно другое: – И ты звонишь мне, чтоб осчастливить этой замечательной новостью, или у тебя все же ко мне есть дело? Тедди фыркает: – Неужели брат может звонить сестре, только если есть какие-то дела? Хотя, от части у меня и правда к тебе дело. Я едва не прыскаю со смеху. Ну я ведь знаю Тедда от и до! – Я проговорился этой милой особе, что моя прекрасная сестра умеет шить просто чудесные наряды… Закатываю глаза: – Ближе к делу, подлиза! Братец усмехается. Будь он сейчас рядом, то с удовольствием пихнул бы меня в бок. Тедд обожал это делать. – Если мы подъедем к тебе где-то через час, ты не будешь против? Лилит хочет поговорить с тобой, посмотреть твои работы. Признаться, сегодня я не ждала гостей. Даже если эти гости могут являться потенциальными клиентами. Сегодня мое настроение витало где-то высоко-высоко, наслаждаясь одиночеством и спокойствием. Меня ждали мои выкройки, но и не менее сильно меня ждал Тедди и его новая пассия. – Ну как я могу отказать тебе? – Протянула я, поправляя волосы. – Ты всегда знаешь, на какие точки нужно давить, чтобы добиться своего. И это была чистая правда. Этой черты у Теодора было просто не отнять, и я во многом уважала его за это. – Тогда жди нас, малышка! Он первым нажимает сброс. Малышка. Эх, Тедди всегда называл меня так со времен младшей школы. И даже сейчас, когда мы оба выросли, наши дороги во много разошлись, но кое-что все равно остается неизменным, и от этого становится так тепло на душе, что просто сил нет. Есть все же на свете, так сказать, уютные люди. Не важно, как часто вы видитесь, разговариваете, занимаетесь чем-то вместе, важно то, что они просто есть в твоей жизни. В чем-то это даже помогает перетерпеть ту боль и грязь, которая нередко ложиться толстым тяжелым слоем на плечи, мешая двигаться вперед. Но каждый должен находить в себе силы сбрасывать ненужные балласты. А помощь в этом могут оказать как раз те самые «уютные люди». Я возвращаюсь за свой рабочий стол, собирая разбежавшиеся мысли в кучу. Я уже не могла думать о своих наметках, все мое внимание было сосредоточено на предстоящей встрече. Мне было крайне интересно посмотреть на эту самую Лилит, понаблюдать за ее реакцией на мое скромное ателье, за ее поведением в целом и за ее отношением к моему брату. Сильно ли она отличается от Донны? Или она все же будет близка к Ванессе? Такое любопытство овладевало моим разумом, что я даже с нетерпением начала ждать этой встречи. Теодор – любитель ломать мои планы. Всегда им был и всегда им будет. Как только у меня появлялась какая-либо перспектива времяпровождения: в кино с подругами, в одиночку по магазинам или даже на свидание с парнем, братец появлялся тут как тут и сразу же разрушал все запланированное своими внезапными идеями. Вот и сейчас. Вместо тихой и спокойной работы я должна буду беседовать с его новой девушкой. По его же прихоти, а не по моей. Я просто не умею отказывать этому наглому засранцу, а иногда это бывает просто необходимо! Решив отложить все посторонние размышления, я с головой погружаюсь в работу, в надежде, что так время будет идти гораздо быстрее. Шелковистая красная ткань была приятна на ощупь, легко поддавалась всем моим фантазиях, а я уже витала в мечтах, когда смогу воссоединить эту прекрасную вещь и чудесное кружево, которое принес мне Марко. В голове проносился вихрь идеи и образов, которые я могла бы воссоздать, но лишь один очень четко отпечатывался в моем сознании. Это было платье. Просто прелестное красное платье, переливающееся на свету, с глубоким разрезом на левой ноге и… В дверь позвонили. Да чтоб тебя! Мысленно выругавшись за «своевременное» появление кого-то за дверью, я угрюмо поплелась в прихожую. Ненавижу, ну просто ненавижу, когда меня отвлекают вот в такие моменты размышлений и мечтаний! Поправив свои спортивные штаны и опустив задранную майку, я открываю дверь. – Ну и видок у тебя, сестрица! – Возмущается Теодор с самого порога. – А где же те дорогущие тряпки, которые регулярно высылает тебе мама? – Он бесцеремонно пихает меня плечом и проходит в гостиную. Иногда мне невыносимо хочется убить Тедда! Я злостно сверлю взглядом его широкую спину, так и не ответив на братские колкости. Он ведет себя в моем доме как хозяин всего мира, и это не может не забавлять. Оставь его здесь одного пожить хотя бы на день, и он просто взвоет от недостатка пространства и порядка. Теодор всегда был чересчур чистоплотным, а вечный хаос в моем мини-ателье его дико выводил из себя. Мне кажется, будь на все воля брата, он бы незамедлительно принялся все здесь убирать и переделывать. Добрая половина моих вещей тут же оказалась бы на улице. Мое внимание падает на комок робости и смущения, нервно топчущийся на пороге. Девушка даже не решалась переступить его без приглашения. Ну надо же! А я-то думала, что у дочерей богатых шишек не осталось ни застенчивости, ни совести. Я настолько привыкла видеть наглость в своих клиентах, что подобное поведение девушки для меня с какой-то стороны в новинку. И это даже забавно. Я окидываю ее взглядом с ног до головы. Она вполне привлекательна и изящна. Темные волосы собраны в высокий хвост, на лице самый минимум макияжа, выразительные глаза подведены тонкими стрелками, легкое васильковое платье оголяет хрупкие плечи. Я замечаю маленький шрам, но особо не заостряю на нем внимание, дабы не вводить даму в краску еще сильнее. – Ты можешь последовать бесцеремонности моего брата, а не зажиматься на пороге, – хихикнула я, стараясь сделать все, чтобы эта девушка расслабилась. Ну ведь я же не кусаюсь, а она трясется как осиновый лист! – Проходи, будем знакомиться! С той же нерешительностью, с какой она переминалась с ноги на ногу, красавица делает два шага вперед, и я наконец могу закрыть дверь. Погода сегодня прохладная, океан наверняка разгуляется…Эх, мечты о серфе не покидают меня ни на секунду! – Я Фиби Грей, сестра того несносного донжуана, который привел тебя сюда. Я протягиваю ладонь для шуточного рукопожатия. Движения девушки по-прежнему нерешительные, однако она отвечает на мой жест: – Лилит Мизер, – мы жмем друг другу руки. Кажется, напряжение понемногу отпускает ее. – Теодор говорил, что ты шила наряды для Донны Вотер и ее подруг… Ох, подруга, этот опыт я бы с удовольствием выкинула со своего профессионального пути! Конечно же, эти слова остаются невысказанными. – И не только, моя дорогая Лилит! – Тедди подходит к девушке, приобнимает за талию и смотрит с таким обожанием, что красавица в момент заливается румянцем. – На счету Фиби много «золотых клиентов». Я закатываю глаза: – Закрой рот, Тедди! – Не скромничай, Фиби, – тут же прилетает от него в ответ, – как ты собираешься становится супер-крутым дизайнером, если вечно будешь замалчивать о своих крупных работах? Покажи Лилит готовые платья. Я поджимаю губы, пропуская через себя слова брата. Засранец! Он снова прав абсолютно во всем. – Они все здесь, – хмыкаю я, обводя руками комнату. Множество постеров, фотографий, вырезок, красующихся на стенах гостиной и, по совместительству, моего рабочего места, – и есть мои работы. Где-то только сырые наброски, где-то фотографии готовых нарядов, где-то просто вырезки из журналов, откуда мне хотелось бы взять пару элементов для своих работ. Лилит осматривает все с неподдельным интересом, от ее взгляда не уходит ни один снимок. Она склоняет голову на бок, заострив внимание на персиковом коктейльном платье, которое я как-то сшила для своей матери. На дне рождения бабушки оно произвело просто фурор, все гости были в восторге. – У тебя довольно интересные покрои, – задумчиво произносит Лилит. В ее взгляде читается откровенный интерес. – С одной стороны вроде и ничего необычного, но с другой абсолютно гениально. И видно, что ты уделяешь внимание каждой детали. Я удивленно выгибаю бровь. Такие развернуты похвалы я получаю довольно редко. Большинство клиентов ограничиваются простыми словами, вроде «супер» или «восторг». А такие, как Донна Вотер, в принципе не многословны. Они считают, что их «ну ладно» уже дорого стоит. – Приятно слышать, – отвечаю я девушке, складывая руки на груди. Интересно, какого вы ее действия будут в дальнейшем. Я мельком бросаю взгляд на Теодора. Переполненный трепетными эмоциями, он внимательно наблюдает за плавным передвижением своей девушки. Ему бы явно хотелось остаться наедине сейчас. На час, на день, на неделю…на всю жизнь. Меня пугали такие сладкие взгляды Тедди на эту девушку, но, кажется, в этот раз он и правда влип по полной программе. – У меня есть небольшое предложение к тебе, Фиби. – Лилит останавливается напротив меня, сцепив руки в замок. – Дело в том, модельному агентству, директором которого я являюсь, был предложен крупный фото-проект, а костюмов на всех девушек не хватает. Стиль строгой современной классики, но с определенной «изюминкой», так сказать, чтобы не выглядело слишком скучно. И, если все сложится, как надо, девушки выйдут на подиум в твоих нарядах в начале одного из показов Сильвео Ривьера. Как разогрев для публики. Что ты на это скажешь? Я остолбенела, внимая каждому слову Лилит. Внутри словно все в камень превратилось, и мозг совершенно отказывался принимать то, что мне только что предложили самую безумную перспективу за всю историю моей работы. Чувствую резкий толчок в бок и едва не подпрыгиваю на месте от неожиданности. Теодор широко ухмыляется, глядя на меня растерянную, и мне безумно хочется ему треснуть, чтобы стереть это выражение лица. – Ты язык проглотила, Фиби? Когда последний раз ты теряла дар речи? – Смеется брат, чем нервирует меня еще сильнее. – Твой колючий язык всегда находил нужные слова, а сейчас ты словно школьница, мнущаяся перед старшеклассником. Ух, дорогой Теодор, если ты сейчас же не замолчишь, у тебя будут большие проблемы! – Всего нужно четыре костюма для первой съемки, – доносится до меня голос Лилит, и я невольно перевожу свое внимание на нее, – я могу прислать тебе уже имеющиеся варианты, чтобы ты имела представление, в каком направлении тебе двигаться. Ты согласна работать со мной? Я туго сглатываю, пытаясь понять, что все это происходит реально, и меня не обманывают. Я всегда занималась простым пошивом платьев для всех, кому были интересны мои работы, а сейчас мне предлагают стать частью крупного фото-проекта, по окончанию которого существует возможность поучаствовать в показе Сильвео. Господи, неужели это правда не сон? Сильвео Ривьера довольно знаменитый дизайнер в Америке, его наряды приходят по вкусу даже знаменитостям. И я должна буду сделать все возможное, чтобы он заметил меня и одобрил мои работы. Ведь только тогда модели смогут продемонстрировать мою одежду на подиуме в начале показа Сильвео. Ну просто поверить не могу, что золотая жила сама взяла и упала ко мне в руки! – За первую тематику ты получишь три тысячи долларов, – добавляет Лилит и подходит ближе к моему брату. Он коротко целует ее в губы и прижимает в себе. Ну и кто бы мог подумать, что робкое создание, топчущееся на моем пороге несколько минут назад, окажется директором модельного агентства? Три тысячи долларов. Это стало финальным аргументом того, почему я должна согласиться. – Я буду работать с тобой, – ответила я твердо и решительно. Я смогу помочь Клэр и Нойю. Джереми Кажется, во мне начинает бушевать самый настоящий ураган. И даже эти мимолетные интрижки не помогают мне расслабиться и забыться. Мне хотелось огня и эмоций, мне хотелось страсти и ненависти. И я думал о ней. Об этой грубой, взбалмошной, бесцеремонной девице Фиби. Мне хотелось увидеть ее, хотелось спорить и пререкаться с ней, а потом жестко наказывать за ее за длинный язык и вредность. Она другая. Но в то же время такая же, как и все эти мрази. И я вытащу это из нее. Я нажимаю на свой селектор: – Синди, закажите большой букет пионов на адрес, который я сейчас пришлю вам по емейлу. Доставка должна быть анонимной. И даже с небольшим посланием…