Дорогой, огненный дождь идет

      Желудок разбудил Сака рано утром, но тот не смел пошевелиться. Глухая, почти приятная боль чувствовалась во всем теле. Он лежал на боку, с онемевшей рукой, лицом уткнувшись в чужое плечо, скрытое толстовкой. И смутно осознавал, что у него течет из носа. Он шмыгнул, пытаясь прочистить пути. — Пожалуйста, не используй меня как салфетку.       Медленно отходя от сердечного приступа, Сак взглянул на Джонатана, который попытался подавить ухмылку и с треском провалился. — Я и не использую! — Ага. Конечно. — Джо приподнялся на локте, сбросив с себя голову мальчишки. Надувшись, тот плюхнулся обратно на пол. — Как скажешь. — Неловко, Джонатан сел и положил на одеяло одну из последних пачек чипсов. — Ты что, заболеваешь, что ли?       Снова шмыгнув носом, Сак кивнул. Он не сильно удивился, у него просто была такая удача — простудиться сразу после того, как завел парня. Скользнув взглядом к вышеупомянутому парню, — жадно поглощавшему чипсы, грубо — он вспомнил, почему щеки были так напряжены этим утром, а живот так громко жаловался.       О, черт. Вчера. Случилось вчера.       Сак перекатился на спину, размял пальцы в попытке восстановить кровоток и зажмурился, желая, чтобы воспоминания стерлись. Случилось вчера. Он плакал, действительно плакал, даже не думая об этом и не стараясь, и его трясло всего лишь от мысли, что слезы текли по его щекам. Боже, он был таким неоправданно жалким, и что еще хуже, он заставил Джо волноваться, что однажды можно проснуться и попросту не застать мальчишку рядом.       Конечно, он действительно думал об этом, но Джонатану об этом знать было не нужно.       Сак слегка откашлялся, чтобы привлечь внимание. Голос вышел хриплым, но сейчас бы ни за что не получилось сделать его нормальным. — Хей, насчет вчерашнего...       Джо внезапно закрыл пакет с чипсами и снова улегся рядом с Саком. — Все в порядке. — Нихрена. Я спятил. — Я же сказал, все в порядке. Никто не пострадал, — сказал он и замолк, переминая пластик пакета. Опустил одну руку, нашел чужую ладонь и, ободряюще сжав, продолжил более низким голосом: — Пожалуйста, не оставляй меня.       В груди болезненно сжалось, и на мгновение Саку показалось, что сердце вот-вот разорвется — как, блядь, он мог оставить этого парня? — но нет, это оказались подымающиеся по горлу сопли. Ответом на мольбу вышел яростный приступ кашля. Озабоченность Джо быстро сменилась ухмылкой, а затем безнадежным, тихим хихиканьем. Сак впился взглядом в своего парня, сглотнул, чтобы ненадолго успокоить глотку. — Заткнись, — прохрипел он, прежде чем сам выпустил смешок. Больно.       Развернув пакет, Джонатан выудил оттуда маленький чипс, поднес его к чужому рту. — Давай. Ты вчера ничего не ел.       От запаха ароматизатора у Сака слегка скрутило живот, и он отвернулся, пытась дотянуться и оттолкнуть руку, но обнаружил, что их пальцы все еще сцеплены. Джо, хмуро-веселый, приподнялся и настойчиво ткнул чипсом в мальчишку. — Может, съешь уже эту чертову чипсину?       Сак хихикнул, перекатился на бок, избегая чипс, так что тот ткнулся ему в щеку и оставил крошки. — Ты невыносим.       В конце концов сдавшись, Джонатан бросил чипс прямо перед его носом. Сак тут же схватил его и с вызовом откусил маленький кусочек. — Твое лицо невыносимо.       Он улыбнулся, а Джо закатил глаза и осторожно отодвинул остатки. Сак был голоден, но в животе все бурлило. Через несколько часов можно попробовать еще раз. А пока он ткнул парня локтем в надутую щеку. — Невыносимо очаровательно.       Снова закатив глаза, — хотя на этот раз с приятным легким румянцем на лице, — Джонатан осторожно обхватил Сака за пояс, другой рукой все еще держа его ладонь. Они отдыхали так несколько минут, сплетя руки прямо под ребрами мальчишки. Живот Сака пару раз недовольно булькнул, и оба тихо рассмеялись. Джонатан притянул Сака чуть ближе, уткнувшись носом ему в плечо, и уже собирался предложить встать и сделать что-нибудь — что угодно — продуктивное, как вдруг громкий лязг разрушил спокойную атмосферу.       Сак немедленно попытался вскочить, но оказался зажат рукой Джо, упрямо не желавшей сдвигаться и даже сильнее придавившей его к полу. — Отпусти! — прошептал он через плечо и снова попробовал подняться, но результат остался тот же.       Джонатан шикнул и поспешно отодвинул пакет с чипсами подальше, чтобы случайно не зашуршать. Они лежали в напряженной тишине еще с полминуты, а затем снова резко подпрыгнули при громком звуке, на этот разраздавшемся не так далеко. Шаги по асфальту стали ближе, затем отдалились. Донеслись приглушенные стеклом голоса. — Пошевеливай задницей, ублюдок ты эдакий. — Я смотрю, не улетел ли еще Голубок.       Саку хотелось либо растечься в лужицу, либо ударить себя от облегчения. Но это длилось недолго; он вскоре почувствовал, как Джо едва ли не оторвал ему руку, потащив за собой по проходам в дальнюю комнату. — Что ты делаешь?! — прохрипел Сак, волоча ступни по испортившемуся линолеуму.       Джонатан шикнул сильнее, и Сак впервые с тех пор, как узнал голоса, ясно увидел его лицо. Было что-то такое в его глазах, что-то такое в том, как отчаянно скривились уголки рта, отчего у Сака защемило живот. Джо указал на их сумки, все еще лежавшие рядом с одеялами. — Возьми их.       Потянувшись назад, схватившись за лямки так хорошо, как только можно, Сак, как и Джонатан, понизил голос. — Что мы делаем? — Прячемся!       Джо быстро пополз дальше. Сак последовал его примеру и покрался за ним, по пути запихивая одеяла в рюкзаки. Джонатан медленно повернул ручку двери, ведущей в дальнюю комнату, приоткрыл ее, выпустив наружу отвратительный запах тухлых яиц и молока, и скользнул внутрь. Сак затолкал туда сумки и развернулся обратно, низко пригнувшись за полками.       Он подошел к двери так близко, как только осмелился, и прислушался. Трой и Майкл спорили о том, убрался ли он из города, и, что еще хуже, решился ли он съесть Джонатана. Он медленно приблизился к одному из окон и выглянул на улицу. Майкл стоял возле одной из бензоколонок, спиной к зданию. Троя не было видно, но живот все равно скрутило.       Майкл небрежно опирался на свою трубу, которая теперь была значительно грязнее, чем в прошлую их встречу. На свинце даже, казалось, виднелись остатки кости, а это означало, что последняя драка была особенно жестокой.       Конечно же, жертва была надежно завернута в брезент. Тело внутри вряд ли было особо большим, учитывая собранную на концах лишнюю ткань. За маленькой дырочкой внизу Сак едва смог разглядеть тусклую, запачканную кровью и грязью куртку.       Он оглянулся на Джонатана, сидевшего в дверях и нервно наблюдавшего за Саком, наблюдавшего за Майклом.       Это мог быть Джонатан.       Поспешив обратно к подсобке, прежде чем Майкл успел обернуться и заметить, что за ним следят, Сак жестом показал Джонатану забираться внутрь. Медленно, как можно бесшумнее, он закрыл за собой дверь, задвинул щеколду и с тихим щелчком повернул замок. Он услышал чужое дыхание в новой тьме комнаты и повернулся на звук. В один момент он попытался прошептать, но обнаружил, что горло слишком пересохло, и выдавил чуть громче, чем хотелось бы: — Мы уйдем сразу за ними.

***

      Джонатан не знал, как долго они сидели в темноте в этой чертовой комнате. Он знал только то, что ему действительно нужно было в туалет, и что если эти два ублюдочных Демона не уйдут до того, как он выберется из этой дыры, он их точно изобьет.       Теоретически, сидеть здесь с Саком должно было быть приятно. Тесное помещение, почти полная темнота — оба условия идеально подходили для обжиманий. Конечно, фантазия не учитывала ни холодный, жесткий, сырой бетонный пол холодильника, ни сильную вонь кислого молока, ни напряженную нервозность его парня. Каждый раз, стоило хотя бы пошевелиться, Сак с шумом пугался. Первые несколько раз Джо почти удалось отшутиться. Теперь же он всерьез беспокоился, не подскочит ли у Сака давление.       Конечно, прятаться было не такой уж плохой идеей. Однажды, не так давно, Трой и Как-его-там прошлись по магазину, разбрасывая оставшиеся на полках товары. Разобрать, о чем они говорили, не вышло, но судя по тому, что он успел о них узнать, ни о чем хорошем речь идти не могла.       Но это становилось действительно смешно. Они пробыли здесь достаточно долго — может, часа четыре, — и Сак ни разу не притронулся к двери, даже чтобы проверить, поблизости ли Демоны. Джонатан вздохнул и, услышав легкий хлопок ушей шапки по щекам, когда Сак резко повернул голову в сторону шума, нарочно шаркнул ботинком по полу. Сак издал низкий, ноющий, раздраженный звук, и Джо воспринял это как сигнал к началу разговора. — Мы здесь надолго? Я знаю, я сказал прятаться, но это уже слишком, разве нет? — Я не уйду, пока не придется.       Он застонал, едва сдерживаясь, чтобы не плюхнуться обратно на пол. Здесь так можно ненароком разбить себе голову о бетон. — И когда это будет? Мне бы отлить.       Стон Сака прервался болью в горле. — Не знаю... Может, еще полчаса? Я хочу убедиться. — Единственный способ убедиться в этом — выйти и посмотреть, чувак. — Я знаю, но тогда я оставлю тебя здесь, — сказал Сак и добавил ниже, едва слышно, — одного. — Что?       Сделав глубокий вдох, он придвинулся ближе и нашарил холодные пальцы в темноте. — Я не хочу оставлять тебя одного. В последний раз, когда я оставил тебя одного... — Он резко остановился, подтянул ноги к груди, подальше от чужой лодыжки. — Ты знаешь. — Мне надрал задницу шестифутовый Демон с трубой?       Сак фыркнул, и Джонатан ухмыльнулся, несмотря на приступ боли в лодыжке. — Верно. — Безрезультатно откашлявшись, Сак неуверенно продолжил: — Джонатан? — Хм? — Прости меня? — За что? — За... все? Наверно. — Он поудобнее устроил свою руку в чужой, чуть сильнее прижался к плечу блондина. — Я имею в виду, то, что случилось с тех пор, как мы встретились. Мне жаль. — ...Все равно не понимаю. — Твое колено, например. А теперь и лодыжка, и рука. — Потирая большим пальцем свежеобразовавшуюся корку на правой руке Джо, Сак подумал о теле, что снаружи тащили по земле. О всех телах, что таскал подобным образом. — Мне так жаль, что я так плохо тебя защищаю. — Справедливости ради, никто тебя об этом и не просил.       Руку сжали еще сильнее, и Джонатан на мгновение задумался, стоило ли ему это говорить. — Никто не должен просить, — холодно сказал Сак. Ага, не стоило. Затем, немного мягче, добавил. — Не нужно зарабатывать право любить кого-то. Это просто случается.       Он мягко ткнул плечом в ребра Джо, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. Тот закатил глаза, хотя и знал, что Сак его не видит. — Ага, хорошо. Я это заслужил.       Сак расслабился, вздохнул, гнев в плечах иссяк. — Ты многого заслуживаешь, Джонатан. — Он потянулся и снова опустился на пол. — Самого лучшего.       Джонатан поднял левую, свободную руку и стянул шапку с головы Сака. — Ну, поэтому я с тобой.       Сак замер, а потом вдруг начал, заикясь, бормотать какие-то извинения, на что Джо просто рассмеялся и принялся расчесывать пальцами рыжие вихры.       Когда мальчишка уткнулся носом ему в бок, Джонатан снова подумал о шансе на поцелуй. Может, можно было просто немного наклонить голову и быстро клюнуть его в губы. Может, можно было сблизить лица, подрегулировать все как надо и украсть поцелуй.       Сак наклонился к его шее и легчайшим из поцелуев прижался к слабому месту, о существовании которого Джо даже не подозревал.       ...Может, ему стоит просто попросить. — Эм. Сак?       Отстранившись, Сак забеспокоился, что, возможно, ему не следовало этого делать. — Да?       Джонатан глубоко вдохнул, уловив среди тухлых яиц и молока смесь чужих пота и мускуса. Он мог это сделать. Пусть даже если это его убьет, он мог это сделать. — Могу я, э. Ну, я хочу спросить, могу ли я, может, ты знаешь...       Он замолчал, пытаясь отдышаться. — ...Что? — Я бы хотел... Нет, это не то... — Джонатан, просто скажи уже. — Можно тебя поцеловать?       Ну вот, это прозвучало не совсем ужасно. Он почти чувствовал себя немного уверенным, пока звенящая тишина, последовавшая за вопросом, не затянулась слишком надолго. — Сак?       Сак испустил дрожащий, писклявый вздох и ответил единой длинной цепочкой слов. — Я бы очень хотел но может не прямо сейчас потому что здесь темно и я хотел бы хотя бы видеть что делаю ну не то чтобы я буду с открытыми глазами но знаешь... — Наконец он втянул столь необходимый воздух, дважды кашлянул и закончил. — Да, но только после того, как выберемся из шкафа. — В ответ на непроизвольное фырканье он снова ткнул Джо в ребра. — Заткнись, ты же знаешь, о чем я! — Конечно знаю. — Как только Сак начал опасливо расслабляться на насиженном месте, Джонатан добавил: — Все равно чертовски смешно.       И почувствовал, как с еще одним ударом у него появился приличный синяк.       Сак поднялся и бессмысленно показал ему язык. — Ладно, мистер Умник, я проверю, как там снаружи.       Он тихо отпер дверь и повернул ручку. Откинувшись назад, Джо смог взглянуть на магазин. Он негромко присвистнул. Свет полуденного солнца лился в окна, два из которых теперь были разбиты. Перевернутый стеллаж лежал на полу, его содержимое рассыпалось по плиткам. Другие продукты беспорядочно валялись повсюду. Там даже была коробка, свисавшая с мокрых потолочных плиток в углу. — Вот это изуродовали, да? — Ага.       Сак ногой отбросил упаковку раздавленных пончиков от двери. Джонатан придвинулся поближе к выходу, волоча за собой одну из сумок. — Рад, что нас не было здесь, когда они... — Майк! Бросай!       Следующие пять секунд прошли для Джонатана как в тумане. Трой бежал спиной вперед, ловя что-то, что Майкл бросил через дорогу, и с размаху врезался во входную дверь. Последствий он не увидел, потому что Сак захлопнул дверь, скрипнул задвижкой, шагнул назад прямо на Джо и величественно споткнулся об пол. Они сплелись в кучку, когда Трой начал кричать что-то неразборчивое Майклу.       Пока Джонатан пытался сообразить, чьи конечности чьи, дверь сотряслась от удара. Оба тут же замерли, и Джо нагнулся к полу так близко, как можно было, не задушив Сака. Каким-то чудом дверь не поддалась, но потом Трой начал распахивать холодильники, посылая их тусклый свет в тесную комнату.       Казалось, что единственным, что двигалось в эти тридцать секунд ужаса, был звук — грохот стеллажей, треск и звон стекла, когда Трой и Майкл переворачивали магазин вверх дном, ища способ попасть внутрь. Джонатан знал, что его глаза открыты, только потому что они начали болеть. Он лишь смутно видел лицо Сака под собой, застывшее в похожем выражении.       Наконец, Майкл, видимо, успокоил Троя, и они потащились к выходу из магазина. Раздался последний треск, затем остались только приглушенный шум спорящих голосов и скрип чего-то, что тащили по дороге.       Они просидели совершенно неподвижно еще две минуты, прежде чем осмелились хотя бы вдохнуть. Другие чувства Джонатана снова нахлынули, и он взглянул через холодильник на размытые очертания разрушенных полок, сломанного окна и битых бутылок с алгоколем и газировкой. Сак судорожно вздохнул, и Джо, не раздумывая, повернулся к своему парню. — Кажется, они ушли. Ты...       Он резко остановился. Сак смотрел на него широко раскрытыми настороженными глазами. Уже не в первый раз Джонатан восхитился тем, насколько чертовски зеленые у мальчишки глаза, насколько много веснушек рассыпано по его носу и щекам, насколько невыносимо мягкими выглядят его губы. И все это было прямо перед ним, ближе к его лицу, чем имело какое-либо право быть.       Зубы мягко закусили эти губы, яркий румянец разлился по щекам, взгляд на мгновение задержался на чужом рту. Затем, едва слышно, Сак выдохнул: — ...Окей.       Путь до рта прервал на середине мальчишка, потянувшийся навстречу.