Лишняя

Саске знает, чего он хочет. Саске знает, что для этого нужно. Но никто не может ему этого дать. Итачи вырезан из всех фотографий. Его имя вырезано на парте в приступе злости. Его лицо вырезано в самом уме мальчишки. Итачи вырезан из сердца. Ему там нечего делать. И Саске знает, что истина перед глазами, а результаты на кладбище. Чтобы ненароком это не забыть, Учиха постоянно напоминает себе по утрам, просыпаясь в одинокой квартире. На Саске клеймо. Оно черное и крепкое, насильно опутавшее все тело, вытянув свои корни далеко вверх, задает путь и дальнейшее развитие. Оно черное и крепкое, держащее в своих цепких лапах ада, контролирует все его действия. Саске марионетка, на груди которой черное клеймо и идущие длинные нити, двигающие все тело куклы. И ни смыть его, ни оттереть. И будто никто его не замечает. Будто все видят только маленького гения, который красив и умен. Клеймо, поставленное собственным братом. У него только одна цель, только одна мечта. Убить предателя. — Нарисуй свою семью, — попросили бы Саске. Саске бы нарисовал семью собственной кровью, используя вместо кисти костлявый палец старшего брата. *** — Я убила человека, — сжимаю в руках вилку сильнее, чем хотела. Металл гнется под моими пальцами, превращаясь в ненужный мусор. Я знаю, что порчу день рождения Горо. Но не могу ничего поделать. — Мне так больно… — я плачу. — Но я не должна плакать. Слабая. Какая же я слабая. Я закрываю ладонями глаза, пытаясь скрыть свою слабость. Но кто-то отводит руки от моего лица и целует в уголок глаза. Юка прекрасна даже, когда выглядит, как размытый водой рисунок. — Это не слабость, — со спины меня обнимает Горо, ероша волосы. — Это человечность. *** — Что за хрень? — я в полнейшем шоке наблюдаю за движущимся недокамнем идеальной прямоугольной формы с двумя дырками спереди. — Это достойный противник! — орет камень, превращаясь в три облака дыма, попутно ослепляя меня. Розовая дымка пахнет приторными духами, в которой проглядывается мелкая девчонка лет десяти. Длинный красный шарф, широкие штаны и два веселых торчащих хвостика. — Изучаю взрослую романтику! — кричит звонко, вставая в позу дешевой модели. Синий дымок заставляет глаза слезиться, открывая миру пацана с висящей из носа соплей. Мне становится жутко смешно, и я не сдерживаюсь, но малявка будто этого не замечает, продолжая нести какую-то чушь. — Наруто-чан! Мы пришли к тебе с тренировками! — обиженно надувается Конохомару, притопывая ногой. — Ты занята? Я продолжаю ухахатываться, подходя ближе к Удэну. Тот отступает от меня на несколько шагов назад, но успеваю перехватить его за руку, притягивая обратно. — Шарф! — требовательно говорю я, протягивая руку в сторону Конохомару с синим шарфом. Тот послушно отдает мне его в руки, на что я благодарно киваю и со спокойным лицом подтираю сопли Удэну. — Теперь ты больше смахиваешь на ниндзя, Удэн, — задиристо ухмыляюсь, уже слыша возмущенные крики Конохомару. — Меня зовут Удон, — это последнее, что я слышу, все дальше убегая от разъяренного мальца. Я проскакиваю мимо Сакуры, которой наступаю на ногу. — НАРУТО! — она поворачивается в мою сторону, показывая кулак и обещая своим взглядом много мучений. Сарутоби не успевает затормозить прежде, чем налетает на Сакуру. Она падает на землю, а волосы взлетают к небу, заслоняя солнце и медленно плывущие облака. Пыль остается на ее красном платье некрасивыми пятнами. Мне плевать, что недавно Конохомару пытался избить меня. Я разворачиваюсь назад, тормозя подошвой своих ботинок, подхватываю мальчишку за футболку и бегу от злобной зубрилки. *** В какой-то момент Конохомару запинается о свой длинный синий шарф, грозясь разбить себе нос и получить сотрясение от девочки-подростка. Мне приходится вновь ловить его, затормаживая саму себя. Когда окончательно ставлю Сарутоби на ноги, то Сакура успевает догнать нас и дышит мне прямо в спину. — Беги, юное дитя! — ору я, выталкивая Конохомару за угол, чтобы тот успел убежать. — Кто это у нас такой? — слышу противный голос, который начинает говорить все громче и громче. Когда я оказываюсь за углом, то вижу, как мальчика держит парень явно старше меня. На нем черный костюм с высокими ушками, а лицо разукрашено всякими отметинами. Рядом стоит блондинка с веером. — Малявка, — сплевывает парень, ближе поднося Конохомару за шиворот. — Нам не нужны проблемы, Канкуро, — жестко говорит блондинка. Я вижу, как Харуно стоит, сжимая кулаки. Ей явно это не нравится. — Во всем виновата я, — Сакура напугана, а весь ее вид источает сожаление. — Пока эти проблемы идут, хочу поразвлечься. Протекторы песчаников. — Отпусти, — я завязываю свои распущенные волосы в тугой хвост, который стягивает где-то в затылке. — Вы, иностранцы, не имеете права так обращаться с горожанами нашего поселения. Если ты что-то сделаешь, то вас вышвырнут. А я помогу. — Любопытно, — усмехается придурок. — Больная малышня. Хочу вас поломать. Он улыбается, смотря, как хищный зверь на охоте. — Зверье, а не люди, — я принимаю предупреждающую стойку. — За зверье ответишь, — больной ублюдок заносит свой кулак. Работать на опережение… Горо подхватывает кунай, целясь в очередной раз в дерево. — Иногда нужно уметь работать на опережение, — серьезно смотрит прямо в глаза. — Если ты не имеешь такого навыка, то ты никудышный шиноби. Защити уже это чертово дерево. Я тяжело дышу, пытаясь перекрыть доступ к дереву, отбиваясь кунаем. Оружие в очередной раз летит в дерево, а я пытаюсь отбить его. И ничего не выходит. — Как ты это делаешь? — не хватает воздуха. — Ты должна думать только о защите, а не о принципе действия работы. Когда поймешь — будет слишком поздно. Там нет вторых шансов. Я становлюсь в боевую стойку. — Готова! Горо в очередной раз пытается кинуть кунай. Лезвие разрезает воздух с громким свистом, а время будто остановилось. Я вижу, как кунай медленно летит ко мне, как он плавно скользит, пытаясь ударить по дереву. Вначале действую, а потом думаю. Я выкидываю вперед свое холодное оружие. Два куная сталкиваются в воздухе и опадают на землю острием вниз. Я просто устранила причину, а не результаты. — Я думал, до тебя никогда не дойдет, — тяжело вздыхает Горо, прикрывая глаза рукой. — Ты должен иметь хоть каплю человечности, — я рычу, кидая в руку шиноби камнем. Тот от неожиданности выпускает Конохомару из рук, который плюхается спиной о землю. Я быстро подхватываю мальчишку и бегу в сторону Сакуры. — Валим, — шепчу я, но не успеваю. Сакура испуганно вскрикивает, когда сзади нападает странный парень. Я прикрываю Конохомару, подставляя под удар собственную спину, но ничего не происходит. — Чего ты забыл здесь? — слышу угрюмый тон Саске позади себя. И облегченно вздыхаю, усаживаясь дрожащими коленями на прохладные камни. — Саске-кун, — Харуно чуть ли не визжит, а я быстро встаю на ноги, пытаясь скрыть дрожь в коленях. — Сестренка, — улыбается Конохомару, обнимая меня со спины. — Отойди, — голос у меня хриплый и сиплый. — Тупая малышня, — Канкуро вытаскивает на свет свою деревянную куклу. — Прекрати, Канкуро, — голос низкий, рычащий и отдает чем-то скрипящим, будто мелом по доске ведут. Он сидит на дереве в тени. Учиха поднимает голову, пытаясь лучше его рассмотреть. — Кабачок какой-то, — кто умеет напрячь всех еще больше, когда этого совершенно не нужно? Правильно, я. Красные волосы, татуировка на лбу и черные круги под глазами. Я то думала, что это у меня мешки огромные, а оказалось нет. — Енот, — возникает в голове не моя мысль. Кьюби изредка теряется в образах моего сознания, словно слабый отголосок. До меня доносится лишь эхо его мыслей. Печать не позволяет демону разговаривать со мной, издеваться и шутить. — Ты позор для деревни, — спокойно произносит мальчишка, которого при всем своем желании не могу назвать мелочью. Взгляд. У него пустой взгляд, как у куклы. Мурашки бегут по коже, когда он поворачивается ко мне. Канкуро, тот, кто недавно смеялся и унижал нас, стоит и нервно сглатывает настолько громко, что все это услышали. — Любовь, — шепчет Сакура. Но Гааре, как назвал его старший парень, плевать. Он только рассказывает о правилах. И вдруг мальчишка превращается в песок, шустро перемещаясь к старшим детям. Струйки песка тонкие и гибкие. Хочется кинуть камень, чтобы проверить чувствительность этой техники по отношению к хозяину. — Постойте, — Харуно резко осмелела и начала диктовать правила посещения деревни. Я тяжело вздыхаю, но считаю, что это хоть и важно, но слишком уж лишнее. — Экзамен на чунина, — усмехается блондинка, показывая визу. — Имя… Я смотрю на заинтересованного Саске, поправляю свою лямку белой майки, заправленной в шорты и иду в сторону Конохомару и его друзей. Поскорее бы уйти. — Собаку, но Гаара, — поворачивается к нам демоненок. — Я тобой тоже заинтересован. — Учиха Саске. Я фыркаю и подхватываю Моэги за руку, пытаясь уже уйти. — Идем, детвора, — но поворачиваюсь обратно, смотря в упор на Канкуро. — Только попробуй еще раз напасть на нас, и я активирую печать, которая на твоей подошве. Саске удивленно поворачивается ко мне, а Канкуро поднимает стопу, отлепляя бумагу. Я же замечаю на себе взгляд Гаары. И тут до меня доходит, что это за енот. — Мы уходим сейчас же, — я вляпалась в очередное говно. — И советую вам, Саске и Сакура, сваливать по собственным делам. — Стой, — шепчет Однохвостый, останавливая меня. Я в ужасе поворачиваю голову назад, шумно сглатывая. — Как тебя зовут? — Я знаю, кто ты такой. Мне этого достаточно. И, не дожидаясь ответа, просто убегаю вместе с детьми за угол. *** Я смотрю на рекомендательный листочек и чувствую, как же выкрутиться из этого дерьма. Во-первых, я уверенна, что не сдам этот чертов экзамен. Во-вторых, там будет джинчурики Однохвостого. Устало вздыхаю, наливая кипяток в кружку и накладывая свой обед. Мико трется об ноги, желая моего внимания. — Ты еще блох не подцепил? — спрашиваю у кота, который нервно дергает хвостом из стороны в сторону. Медленно попиваю чай, когда в дверь стучат. Деликатно и тихо. На пороге стоит Шино. — Проходи, — я махаю в сторону кухни, чеша печать на животе. — Участвовать командой вы будете на экзамене сложном? — я улыбаюсь этой манере речи, которая казалась мне очень забавной и прикольной. — Конечно! Как я могу оставить тебя одного среди этих маленьких убийц? — я ставлю перед Абураме кружку горячего чая. Тот улыбается в ответ, подсылая пару жуков к Мико. Кот недовольно шипит, а я смеюсь. *** — Я ошиблась, — нервно усмехаюсь. — Убийцы большие.