еврейские чары?

«Корми строго по расписанию. Не забывай, ведь от голода станет хуже. Главное блюдо здесь — это сами мы, Так что, добро пожаловать в гости на званый ужин».

      Слава по пути страх испытывает животный, который доходит до ощущения скручивания чего-то глубоко внутри. Поворот, ещё один, теперь прямо. Он открывает дверь в мироновскую спальню, замирая прямо на пороге комнаты.       Мирон неподвижно лежит на боку рядом с кроватью, то есть на холодном паркете, а его напряжённое тело словно болезненно согнуто в животе. Неизвестно откуда, но Слава всё же находит силы сдвинуться с места и на негнущихся ногах дойти до лежащего мужчины. — Мирон? — зовёт его Слава, что, ожидаемо, не влечёт за собой никакой реакции.       Виски вибрируют, а в горле противно першит, когда Слава садится на корточки, пытаясь взять себя в руки и прислушаться к дыханию Мирону. Оно оказывается поверхностным, парень даже поначалу вообще его не слышит, отчего преждевременно пугается. Хотя, кажется, шкала его страха настолько превышена, что фраза «больше некуда» вполне уместна.       У Мирона нахмурены брови, потный лоб и напряжённые желваки на скулах — всё это Карелин сумел рассмотреть благодаря тусклому светильнику в углу спальни. А ещё он только сейчас замечает, что Мирон похудел, сравнивая его торс с тем, который Слава видел на левой хате во время какой-то тусовки. С ним происходит какая-то лютая хуйня. Психологически и физически.       Парень тяжело сглатывает, когда слышит, как Мирон резко набирает воздух через рот, нарушая своё еле слышное дыхание. Он ещё сильнее сгибается в животе, сжимая обе ладони в кулаках. Слава аккуратно прикасается к предплечью мужчины, слегка тормоша его. Поначалу кажется, что реакция по-прежнему отсутствует, но в следующее мгновение Мирон перехватывает Славину руку, отодвигая её от себя, и резко распахивает глаза. — Какого ёбанного хера ты здесь делаешь? — охрипший до предела голос нарушает тишину, а Слава вовсе не шевелится в недоумении. На секунду в голове парня проносится мысль о том, что Мирон не спал, но она на самом деле такая бредовая, что сразу же отметается. Это значит, что даже только-только проснувшись, Мирон, блять, контролирует всё на свете. — Я услышал громкий звук отсюда и… Ты хоть понимаешь, что лежишь сейчас на полу и выглядишь так, словно собрался в мир иной? Это ведь нихуя не шутки, — Слава звучит вполне разумно, но, судя по сморщенному лицу Мирона, так думает только он. — Мне нужно было повесить замок на эту спальню, прежде чем оставить тебя у себя на ночь, да? Ты не имеешь права заходить сюда, сука, без спроса.       Постепенно тон Фёдорова становится агрессивнее, что вынуждает Славу мельком вздрогнуть. Мужчина медленно, словно это причиняет ему боль, приподнимается, в следующую же секунду толкая Славу в плечо и опрокидывая его спиной на пол в горизонтальное положение. Ещё одна секунда, и Мирон нависает над парнем. Без какого-либо скрытого намёка на что-то, без желания, он делает это просто для того, чтобы вновь поставить себя на позицию нападающего, а не защищающегося. — Если с тобой что-то произошло, и требовалась бы скорая помощь, мне тоже не надо было бы заходить в твою комнату? Это бред, Мирон, сивой кобылы. — Проблемы со слухом? — рука Мирона вмиг оказывается у Славы на шее, постепенно начиная сжимать её. — Я же сказал, ни под каким предлогом не заходи в мою ебаную спальню, что бы ни происходило. Сколько раз мне нужно повторяться, чтобы до тебя дошло?       Слава пытается набрать в лёгкие кислород, но это оказывается настолько тщетно, что становится даже смешно. Правда, здесь нет ни капли смешного. Кладет свою руку поверх мироновской, предпринимая на этот раз попытку отодрать от себя душащую ладонь. Бес-по-лез-но. — Настолько похуй на себя? Мирон, послушай… — Тебя совсем не волнует, что я тебя могу задушить сейчас? Тебе, блять, нечем дышать и ты тратишь последний воздух на попытку что-то доказать мне? Не «отпусти», не «уёбок», а «Мирон, послушай»? Сука, ты в своём уме?       Последние слова он почти выкрикивает, его рука всё сильнее сжимает шею Славы. А парень лишь хрипло всхлипывает, не прерывая их зрительный контакт. Смотрит он безэмоционально, но вот в глазах напротив играет ярость вперемешку с чем-то странным. Кажется, это похоже больше всего на замешательство. — Ты не задушишь меня, — Карелин говорит без сомнений, правда, с ужасно осиплым голосом. Но это, по видимости, пугает больше Мирона, чем его самого, потому что хватка ослабляется, позволяя парню зачерпнуть немного воздуха. А ведь ещё немного и, наверняка, губы бы начали синеть. — Совсем не боишься? — Ты… — протягивает Слава, и, кашлянув, проводит указательным пальцем свободной руки по выпирающим ключицам Мирона. Неторопливо так, словно изучая каждый миллиметр кожи тактильно. — Ты похудел. Что с тобой?       Сначала Фёдоров замирает, а затем одёргивает руку от Славиной шеи, зарываясь ею же в каштановые волосы, и притягивает лицо парня ближе к своему. Тот же будто загнанная лошадь дышит, хватаясь за своё горло. — Машнов, скажи, я реально не догоняю, почему ты такой мазохист? Нравится боль, поэтому в очередной раз прибегаешь ко мне по одной лишь просьбе через переписку? В очередной, блять, раз, зная, что я тебя кину, когда мне захочется. Говорю, чтобы ты остался здесь на ночь, и ты послушно остаешься, хотя имеешь возможность просто съебаться. Я тебя душу, а ты беспокоишься за меня вместо того, чтобы бояться, — говорит Мирон уже намного сдержаннее и уравновешеннее, отодвигая руку парня от своих ключиц. — Хочешь получить роль самой преданной игрушки? — вдруг на лице мужчины появляется лёгкая ухмылка, и он с удовольствием наблюдает за болью, плескающейся в глазах напротив.       Был бы Слава девчонкой, он бы, наверное, расплакался. Ну, как минимум прослезился бы. Но сейчас он лишь закусывает нижнюю губу до крови и сводит брови. Больно-больно-больно, пиздец как больно. Осознавать, что он действительно привязался к Мирону одновременно и сложно от нежелания такой участи, и легко от того, что Слава наконец-то пришёл самостоятельно к этому выводу, объясняющему многое. — Странная хуйня, да. Всё из-за твоих еврейских чар. — Еврейских чар? Сейчас они у меня точно на нуле, поверь, — кротко хмыкает Мирон, вновь мягко запутывая свои пальцы в чужих волосах, прежде чем отстраниться. А Славу аж всего переёбывает от каждого прикосновения этих прохладных рук. — Закрой дверь в мою спальню с той стороны, будь добр. — Нет, — твёрдо отвечает он, поднимаясь с пола следом за Мироном. — Судя по всему, тебе мало досталось? Я сказал, пиздуй отсюда в темпе вальса. — Ты так и не ответил, что с тобой происходит? — Кем ты мне являешься?       Фёдорову стоит выпускать краткие пособия по тому, как завуалировано посылать людей нахуй, потому как сейчас его встречный вопрос прямо кричит о том, что Слава лезет не в свое дело. — Тем, в ком ты нашёл то, чего не нашёл в других. Ты пригласил именно меня к себе, разве нет? — Этого недостаточно. Нужна конкретика. К примеру, родственник, друг, приятель или больше чем это все? — Ты хоть сам-то, блять, знаешь ответ на этот вопрос?       Слава действительно раздражён тем, что всё перетекло в выяснение их ебучих отношений. Их встречи непостоянны — они могут встретиться на следующий же день, а могут через несколько недель, последняя подведённая черта достигла отметки в три месяца.       Это так сильно гложет Славу, честно говоря, каждый грёбанный раз, что он в самом деле чувствует усталость. Но и вместе с тем их встречи необходимы для обоих, пусть и промежуток между ними может быть слишком большим. Именно для обоих, как бы Мирон не изворачивался и не делал вид, что одному Славе это нужно. — Стараюсь не задавать людям вопросов, на которые не знаю ответ. И в данном случае ответ максимально прост. Ты для меня никем не являешься, именно поэтому даже если со мной что-то и происходит, ты последний, кто должен об этом знать. Усёк?       Наверное, он прав. Наверное, эти слова не должны причинять боль. И, наверное, Славе стоит завтра уйти к себе домой раньше, чем проснется Мирон. Просто потому что всё это порядком надоело и хочется обыкновенной стабильности, а не её противоположности.       В несколько больших шагов Карелин преодолевает расстояние до выхода из спальни, закрывая за собой дверь и возвращаясь в гостевую комнату. Ощущение того, что его кто-то душит никак не пропадает, шея словно продолжает находиться под сильным давлением. Слава утыкается носом в подушку и закрывает уши, будто надеется на то, что это спасет от всех проблем и лишних мыслей.       «Хочешь получить роль самой преданной игрушки?»       «Ты для меня никем не являешься».       «Ты для вида строишь недотрогу, чтобы не казаться слишком доступной шлюшкой как в прошлые разы?»       «Мы с тобой, вроде, не в таких отношениях, чтобы отчитываться за что-либо».       «Просто хочу убедиться в том, что ты принадлежишь исключительно мне».       «Какой раз будет последним?»       Голова трещит по швам, Слава почти воет от бесконечного потока фраз Мирона за всё время, которые автоматом начали всплывать в его сознании. Что там Мирон говорил про мазохизм? Дело в том, что он садист, а не Слава мазохист. В области сердца неприятно колет, отчего парень резко выдыхает, пытаясь отпустить скопившееся напряжение. Получается, мягко говоря, хуёво. Так какой раз будет последним?

***

      Звонок в дверь, продолжающийся уже столь длительное время, вынуждает Славу с неохотой открыть глаза, перед этим сморщив лицо. Сначала происходит потеря в пространстве и непонимание, где он находится. Уже после осознания Слава тянется к телефону, чтобы посмотреть время. Без пятнадцати полдень.       Судя по тому, что входная дверь ещё не оказалась открытой, Мирон либо спит, либо игнорирует. Хотя, первый вариант, скорее, наиболее вероятный, чем второй.       Наскоро накидывая на себя одежду, Слава выходит из комнаты и вначале заглядывает по-тихому в мироновскую спальню, и, убедившись в том, что её обитатель всё-таки спит, направляется в прихожую. Будить Мирона не хочется. Нет желания вновь разговаривать с ним ни о чем, портя себе в итоге этим настроение.       Карелин отворяет дверь, перед этим даже не посмотрев в глазок, наверное, из-за сонливости после пробуждения, и… встречается с менеджером Мирона. Слава видел частенько эту девушку на всяких видео с Окси, кажется, её зовут Женя.       Да, именно, и сейчас у этой Жени в глазах играет крайняя степень удивления. Что греха таить, Слава бы тоже удивился, если бы ему сказали, что когда-то он вот так будет открывать дверь в квартиру Мирона. — Где Мирон и как ты сюда попал? — тон голоса у неё спокойный и уверенный, не выдающий и капли изумления, которое она сейчас испытывает. Женя проходит внутрь квартиры, снимая обувь и закрывая за собой входную дверь. — Он спит, а попал я сюда обыкновенно, так же как и ты сейчас. В чём суть вопроса? — В том, что я вчера вечером ждала, пока он откроет дверь, больше получаса, и это было пустой тратой времени. То же самое было и позавчера, и позапозавчера. Я как дура стояла в подъезде в обнимку с этими ебаными лекарствами.       Девушка проходит на кухню, захватывая какой-то пакет вместе с собой. Слава же следует за ней, почёсывая затылок в лёгком недоумении. Ну, во-первых, какие лекарства? Во-вторых, действительно, то, что он не пускал её — удивительно, ведь насколько знает Слава, они находятся в очень тесных и хороших отношениях между собой.       Женя оперативно щёлкает по чайнику, хватая открытую бутылку алкоголя, которую Слава заприметил как раз со вчерашнего вечера, и выливая её содержимое в раковину, а саму бутылку ставит около мусорного ведра. Она действует так, словно проделывает одно и то же на протяжении долгих лет. — Слушай, я действительно без понятия, как долго вы общаетесь с Миром и вообще в каких взаимоотношениях находитесь, но это пиздец странно. В плане, я не удивляюсь от того, что он опять всех игнорирует и не впускает к себе в квартиру — уже пройденный этап; он всегда ведет себя так в фазе. Но какого черта тогда на тебя эта закономерность не работает? Ты просто пришел, и Мир тебя впустил?       Одновременно со своим повествованием Женя начала распаковывать всё то, что находилось в пакете. Внутри оказались лекарства, от количества которых у Славы сама по себе дёрнулась левая бровь. Так значит лекарства, про которые говорила девушка, имеют прямую связь с Мироном? Он заболел? — В фазе? Что это значит, блять, я не понимаю. Нет, меня пригласил вчера Мирон, и я… — Пригласил? — Женя закашлялась, слегка постукивая ладонью по грудной клетке. — Сам тебя пригласил? Погоди-погоди, вы так близко общаетесь? — Нет, — моментом отвечает Слава, сильно стискивая челюсти. Ощущение такое, словно у него вот-вот взорвется голова от такой идиотской ситуации. Недоумение на недоумении. — Ты хочешь сказать, что вы плохо общаетесь, и он решил пригласить именно тебя вместо близких? Бред какой. — Я хочу сказать, что мы с ним нерегулярно пересекаемся. И вообще, ты можешь вскоре сама у него поинтересоваться. У меня сейчас башка лопнет. Объясни, что за таблетки и что такое фаза — я не ебу.       Слава замечает, что после упоминания таблеток Женя вновь сосредоточенно берётся за их расфасовку. — Это ещё более странно. То, что ты оказался типа «избранным», но не знаешь о его болезни. Мне действительно нужно будет поговорить с Миром, а то в голове никак не укладывается, — произносит она с открытым удивлением, закатывая рукава своей толстовки «IMPERIVM». — Думаю, ты знаешь про то, что у Мирона есть такое заболевание как биполярное аффективное расстройство. А в нем, соответственно, есть фазы — маниакальная, депрессивная и смешанная. Ну, насчёт таблеток я думаю, что теперь всё ясно. Само собой, если у человека БАР, он будет нести это заболевание до гроба, но всё-таки и для него есть свои препараты. Вообще, есть основные, индивидуальные для Мира лекарства, которые он пьет уже продолжительное время — Ламотриджин, Зипрекс, Симбиакс, Арипразол, Оланзапин. Но я так же купила и дополнительных препаратов. Думаю, сейчас у тебя более-менее всё расположилось по полочкам?       Парень потирает виски, выслушивая продолжительную речь Жени с предельным вниманием. И вправду, постепенно у него в голове начинает вырисовываться картина происходящего. Слава находит ответы на вопросы о странном изменении Мирона, которое он заметил как только зашёл вчера в его квартиру. Но всё-таки Слава решает уточнить: — Я заметил, что он немного сбросил вес. Это тоже связано с болезнью? И он… реально странный, не такой как обычно. — Он непроизвольно худеет, но это происходит у него только на смешанной фазе. Организм, мозг, нервная система чувствуют нешуточные перепады от мании к депрессии — это оказывает своего рода давление. Мир практически не ест, у него обостряется потеря аппетита именно на этой фазе. Нужен человек, который бы смотрел за его питанием, но как я и говорила, всех близких он отвергает. Хотя, если он самостоятельно пригласил тебя, ты бы мог присмотреть за ним некоторое время? — интересуется девушка, попутно открывая дверцу холодильника и заглядывая внутрь. — Да, здесь пусто, прям как в его голове, когда он отказывается от помощи. Лежит только один лимон и пара яиц. Кстати, насчёт бухла, — вдруг дёргается Женя и направляется к серванту с алкоголем, и, закрыв его на миниатюрный замочек, отдает ключ в руки Славы. — Не буду забирать ключ к себе, просто спрячь его куда-нибудь. Но если об этом будет спрашивать Мирон, то скажи, что я унесла его, окей? — Окей, — соглашается парень, убирая ключ от серванта пока что в карман, и ловит себя на мысли о том, что перерабатывать такой объем полученной информации довольно трудно. — Как долго он будет ещё находиться в этом состоянии? Когда станет прежним? — К сожалению, это всё очень сложно и индивидуально для каждого человека с БАР. Он может прийти в норму завтра, а может через полгода. Я помню, его максимальное пребывание в фазах составляло около четырёх месяцев, он лежал в больнице. Но особенность этого заболевания заключается в том, что не только больной проходит девять кругов ада, страдают также и его близкие. То, что он знает больные места и бьёт именно по ним; то, что он может морально уничтожить даже самого близкого человека в фазе — это всё ещё цветочки, на самом деле. Самым страшным являются суицидальные попытки. Мирон взрослый человек, научился жить с биполярным расстройством, но оно по-прежнему остается страшным заболеванием, которое сложно контролировать даже с помощью препаратов, — одновременно со своими рассказами, Женя уже успела навести порядок на кухне, раскидав всё по необходимым полочкам. Да, она в самом деле очень похожа на мамочку.       Так, Мирон знает слабые места и бьёт по ним с удвоенной силой, когда он такой. Значит, многое сказанное им за прошлый вечер и сегодняшнюю ночь можно оправдать. Слава глубоко задумывается над разъяснениями от Жени, в то время как она перемещается из кухни снова в прихожую. — Мне нужно убегать по делам, постараюсь завтра заглянуть, если получится. Огромная просьба, если тебе не сложно, купи что-нибудь в продуктовом и приготовь поесть. Насчёт таблеток, если Мирон откажется от них, придется уговаривать любым способом. Ситуация может усугубиться. В любом случае, прочитай инструкцию к препаратам. Извини, что скидываю на тебя всё это, но ты единственный, кто смог проникнуть к нему в квартиру, когда он в фазе, за последние три года. Чао, — девушка выходит из квартиры, закрывая за собой дверь и оставляя Славу наедине с собой, который даже не успевает ничего ответить.       Женя не задержалась в этой квартире больше, чем на десять минут, но уже за этот срок сумела раскидать всё в Славиной голове по полочкам, навести порядок на кухне, объяснить, что следует делать, непосредственно, самому Славе. Потрясающая женщина, что сказать. Наверное, у каждого в жизни должен быть такой человек, способный вытаскивать из какого бы ни было дерьма. Парню повезло, и у него в жизни есть такая же, сугубо говоря, курица-наседка в виде Замая.       Так, что там по списку следует? Сначала сходить в магазин за продуктами и что-то приготовить? Только есть одно маленькое «упс», Слава не умеет толком готовить, только если какие-то несчастные бутерброды. Повезёт, если он ровно, а не криво отрежет кусок хлеба. Поэтому, дабы обезопасить желудок Мирона и не нарушить только-только наведённый порядок на кухне, парень решает заказать пиццу.       Но в холодильнике должны лежать хотя бы какие-то продукты, и Слава всё же по-быстрому посещает ближайший супермаркет, где закупается и овощами, и фруктами, и полуфабрикатами, и выпечкой. Он, конечно, особо не задумывается над тем, что из этого можно будет приготовить и составить полноценное блюдо, но мысль о пустом холодильнике вновь угнетает его.       Когда Слава возвращается в квартиру с двумя пакетами продуктов, на часах стрелка показывает уже час дня. Однако Мирон по-прежнему не выходит из своей берлоги, и в доме царит полнейшая тишина. И вот вскоре курьер приносит пиццу, которая уже через пару минут оказывается на кухонном столе.       Думы о том, что Слава, по сути, с инициативой взял на себя роль ответственного за Мирона ничуть не пугают. Даже наоборот — вдохновляют, уж очень хочется показать его внутренним демонам, что Слава в силах дать им отпор. Это не кажется сложным, всего лишь не стоит обращать внимание на колкие слова и поведение Мирона — вот и всё. — Ты до сих пор не съебал? — слегка хрипловатый голос раздаётся неподалеку так неожиданно, что у Славы на непродолжительное время сводит ногу судорогой. Всего лишь не стоит обращать внимания, да. Он поднимает взгляд на еврея, стоящего в домашних шортах и просторной футболке. — И тебе доброе утро. Я заказал пиццу, не хочешь перекусить? — Карелин сохраняет вежливость, лишь нервно постукивая пальцами по тумбочке.       Мирон зевает, проходя вглубь комнаты и останавливаясь около полки, на которую Женя как раз положила препараты, которые приносила. Лицо его тут же принимает недовольное выражение, затем взгляд скользит по закрытому шкафчику с алкоголем, словно Мирон уже заранее знает, что делала здесь девушка. — Во-первых, я не давал тебе никакого разрешения на то, чтобы ты открывал дверь людям в мою ёбанную квартиру без моего ёбанного мнения. Особенно, сука, если это Женя. Во-вторых, не суйся в то, что тебе не по силам, сопляк. И, в-третьих, уебывай к себе домой, ты меня услышал? — командным тоном Мирон умеет распоряжаться даже после недавнего пробуждения, это Слава усёк ещё сегодняшней ночью. А ещё Слава усёк то, что слишком сильно сжимает свои челюсти на автомате, когда слышит подобные выкиды от еврея. — Ты прекрасно понимаешь, что все за тебя волнуются, но продолжаешь вести себя как конченный еблан. — Ты прекрасно понимаешь, что я тебя посылаю вон из своей хаты, но продолжаешь читать мне нотации. Не думал, что от тебя будет ещё больше мозгоебки, чем ото всех вместе взятых. Ещё раз, русским языком повторяю. Собирай свои манатки и проваливай, в чём проблема?       Честно говоря, сейчас внутри Славы что-то лопнуло. Этим «чем-то», кажется, были оставшиеся нервы и терпение. Он ненадолго прикрывает глаза и при этом хрустит костяшками пальцев. Спокойствие, главное сохранять ебаное спокойствие, не так ли?

«Я давно обречён и мы обручены. Я имена своих демонов знаю. Дружище, спокойно, а знаешь ли ты? Всё дело в том, иными словами: их подчинить — самый главный экзамен. И чтобы остаться собой, помни: без опозданий, Корми своих демонов по расписанию».