Чужая роль.

— Клод, смотри-смотри! — Эсмеральда подпрыгнула, видя, как девочка, играющая с мальчиками в догонялки, упала, разбив себе колени, — бедный ребёнок, правда? — девушка глянула на судью, который не посмотрел в сторону ребёнка, не отводя взгляд от книги. — Заслужила, не стоит нарушать дисциплину, — пожал плечами судья, переворачивая очередную страницу книги. — Какой ты злой, — недовольно пробурчала девушка и залезла к нему на колени, забирая книгу — какой-то детектив, Фролло любит такое читать, — надо быть добрее к детям… и девушкам, одну ты оставил без внимания. — Я читал, — со вздохом процедил Клод, приобняв цыганку за талию. — Может, поцелуешь меня? — улыбаясь, спросила Элен, не смотря на судью. Щеки девушки порозовели. За прошедшую неделю таких отношений с Фролло, ей до сих пор было немного стыдно так заигрывать с ним.       Губы девушки приоткрылись, когда их коснулись губы Фролло — сухие, мягкие и слегка покусанные, он повернул девушку так, как ему удобно, чтобы можно было снова зарыться пальцами в ее прекрасные волосы. Сегодня они ещё не успели спутаться, поэтому его пальцы легко проскользнули в шелковистые темные пряди. Эту неделю Клод все чаще и дольше находится в соборе, это ужасно неудобно, народ и стража болтают лишнего, но он не может по-другому. За это время он стал зависим от Эсмеральды и, хоть не показывал ей этого, был готов сжечь весь Париж, если она сбежит от него. Пока она была в соборе, он знал, что она никуда не денется, но подозревал, что девчонка может просто использовать его, лишь бы он убрал стражу, давая ей сбежать. Нет… этого никогда не случится! Он будет держать стражу до того момента, пока она не выйдет за него замуж!       Фролло больно прикусил ее губу, раскусывая в кровь. Девушка вскрикнула и отстранилась от мужчины, боязно посматривая на него. Он чем-то взбешен? Что она могла сделать не так? — Клод? — слегка хриплым голосом позвала девушка, но Фролло ей не ответил, опустил голову, укладывая ее на плечо девушки, — прости, я больше не буду говорить, что ты злой, это шутка была… — виновато прошептала Элен, обнимая его. — Дело не в этом, — усмехнувшись, произнёс судья и встал с места, опуская Эсмеральду на ноги рядом с собой, — небольшие проблемы по работе, вспомнил, разозлился. Извини, если напугал тебя, — Клод улыбнулся и зажал ее нос между безымянным и указательным пальцем, провёл пальцем по ее щеке, очерчивая контур и поцеловал в лоб, — мне надо идти, Эсмеральда, у меня есть неотложные дела. Что тебе завтра принести? — ведя девушку за руку к выходу из собора, спросил Фролло. — Шоколад и побольше книг. Когда ты уходишь, а Квазимодо занят вырезаниям фигурок, тут становится ужасно скучно, — тихо проговорила Элен, слегка улыбаясь. Она не поспевала за судьей, поэтому очень тормозила его, но он не был против, ему не хотелось отсюда уходить, однако, задержался бы он здесь ещё часок другой, обидел бы цыганку своим либидо. — Договорились, — уже у выхода он собирался уйти, бросив «до свидания», но девушка его остановила, обнимая. Судья не удержался, ответив на ее объятия, — аккуратнее с объятиями, Эсмеральда, я тебе уже объяснял, что нас не должны видеть вместе в таком…положении, — тихо проговорил Фролло, отходя от девушки, — до завтра. — Пока… Клод, — Эсмеральда помахала ему рукой и прикусила больную губу. Порой он казался таким далеким от неё и бесчувственным. Было понятно, что ему стыдно от того, что он влюбился в цыганку и имеет с ней романтические отношения, но до чего же было обидно девушке! Будто бы она виновата, что цыганка…неужели он всегда будет себя так вести и у неё нет шанса на совместную жизнь и свободу?       С балкона на влюблённую пару все это время наблюдал Квазимодо, он не раз видел, что его хозяин уводит Эсмеральду, пару раз заставал их в обнимку, когда они целовались. Все эти цветы от судьи, подарки, всё было не просто так. Фролло влюблён в цыганку так же, как и Квазимодо. Стоит уступить ему девушку и забыть про свою любовь… такой урод, как он, не достоин Эсмеральды.

***

      На следующий день Фролло был в соборе, принеся с собой всё то, что обещал. Квазимодо и Эсмеральда позавтракали, Фролло провёл урок для Квази и попросил Эсмеральду прогуляться с ним до выхода из собора, сегодня он там задерживаться не хотел. Всю ночь он раздумывал о том, что делать дальше, ему было нехорошо, он ничего не решил. Сейчас же он не смог удержаться, зажав Эсмеральду в одном из поворотов, ему надоело ждать, хотелось сделать ее своей. Тело девушки было так податливо, она отвечала на его ласки губами, выгибалась. Однако как только Фролло попытался стащить с неё ее кофточку и коснуться груди, получил довольный стон и пощёчину. — Зачем Вы это сделали? — прошептала Эсмеральда, пытаясь поправить разорванную кофту. Он окончательно ее порвал. Теперь остаётся только заправить оборванную часть в юбку. Подделать кое-где, чтобы не было видно груди. — Да как ты посмела? — раздраженно прошипел судья, потирая ушибленное место, она хорошо ему вмазала, — ты — цыганское отродье, которое должно вымаливать у меня прощение за то, что натворила на том празднике. Я дарил тебе подарки, пытался сделать всё, как надо, а ты подняла на меня руку. Отродье, — снова повторил Фролло, заставляя девушку опустить голову. За ее волосами не видно было лица, но он заметил, как на пол упала ее слеза, она подняла на него голову, не плачет, но казалось вот-вот разрыдается. В голове судьи был только один вопрос: Фролло, что же ты натворил? — Я думала, что Вы дарите мне подарки, потому что любите меня, а не пытаетесь купить, — грустно улыбаясь, тихо прошептала Эсмеральда, снимая с себя обувь, — Вы мне нравились, только поэтому я от сюда не сбегала, Квазимодо бы давно помог мне, если бы я захотела, а сейчас… — девушка вздохнула и отвернулась от Клода, — вернём всё к тому, что было, Ваша честь, чтобы Вы не утруждались скрывать свои истинные чувства за маской. Найдите кого-нибудь другого для удовлетворения своих сексуальных потребностей, — Фролло попытался снова ее схватить, но девушка убежала на смотровую площадку собора, бросая туфли в судью, мимо Квазимодо, пропустив все его вопросы, ей лишь бы добежать до площадки, а там уж она может просто поплакать…

***

— Эсмеральда, — Клод подошел к ней тихо, девушка испугалась, услышав его голос над своим ухом.       Весь день она просидела на этой смотровой площадке, в начале плакала, потом просто сидела, обижалась, думая, что он придёт и начнёт извиняться, но он не приходил и тогда слезы снова запросились наружу. — Я не хотел тебя обижать, — вздохнув, произнёс мужчина, усаживаясь рядом с Эсмеральдой. На улицах никого не было, на небе уже появились первые звёзды, солнце садилось, создавая какую-то романтичную атмосферу. Жаль, что Клод не может прочитать там какие-то слова, чтобы девушка ему улыбнулась. Хотя бы улыбка, а не это грустное лицо, — ты можешь заболеть, бегая по собору босиком… — Это уже моё дело, — недовольно прошептала Эсмеральда, утирая своей кофтой слезы, которые невольно катились из глаз. — Я думаю, что и моё тоже, — Фролло накинул на девушку плед, который притащил из дома, — то, что я сказал тогда, было на эмоциях, я так не считаю, Эсмеральда. — Я не могу Вам верить, Вы просто используете меня, а потом выкините на улицу, — девушка не стала кидать в него этот плед, было холодно, поэтому она сильнее в него завернулась. — Стражи больше нет, я не держу тебя здесь, трогать твой народ тоже не собираюсь, если они не будут воровать, — Фролло встал с места и, отряхнув сутану, пошёл прочь из собора. Если она сейчас его не остановит, окажется последней идиоткой на этом свете! — Клод! — окликнула девушка, подрываясь с места, судья остановился, почувствовав, что она прижалась к нему сзади, — я… тебя… люблю, — буквально выдавила из себя девушка. Она любила его, но говорить это тогда, когда надо, не привыкла, очень стеснялась и боялась быть отвергнутой, — завтра, если меня никто не тронет из стражи, я буду танцевать на площади, можешь придти, посмотреть, а потом погуляем… считай это приглашением на свидание, — Эсмеральда поцеловала его в щеку и убежала с площадки первой, вслед за ней развивался весьма импровизированный «плащ», сделанный из пледа. Она снова оставила судью на площадке, за эту ночь ему нужно многое обдумать, а завтра… прийти на эту площадь и поскорее забрать цыганку себе, только она достойна быть с ним, никто другой…