Люди, живущие с вирусом

- Привет всем, меня зовут Лиам, мне 36 лет, я один из ЛЖВ уже десять лет. Когда все это только началось, я думал, что обречен стать изгоем. Думал, что родные отвернутся от меня, друзья начнут боятся. Я думал, что на моей жизни поставлен крест, и, возможно, я скоро умру. В один момент у меня появилась целая уйма вопросов, было трудно понять, с чего надо начать. Теперь я знаю, что у таких как я есть время, чтобы ответить на все эти вопросы, и есть люди, которые готовы мне помочь. И эти люди – такие же, как я ЛЖВ. - Точно, Лиам, я тоже ожил в тот момент, когда встретил людей, что поддержали меня в трудную минуту. ЛЖВ с момента нашей первой встречи всегда были веселые, радовались жизни и помогали таким как я. Я узнал, что есть лечение, благодаря которому я могу прожить долго. И тогда я понял, что мой положительный статус – не приговор. Сегодня я слишком сильно приблизился в своих мыслях к умершим, чтобы безбоязненно оставаться в своем затхлом склепе одному. Но я не хочу слушать их всех, Саймон. Я хочу впитать в себя именно твой голос, чтобы хотя бы на несколько минут снова почувствовать себя живым. Словно в ответ на мои немые мольбы ты берешь слово: - То, что мы считаем правдой - правда. Вне зависимости от того, знают ли о ней другие или нет. Вирус это не проклятие, это дар. Жаннет, расскажи нам, пожалуйста, свою историю. Я стою, опершись на дверной косяк, выглядывая в щелку приоткрытой двери, чтобы не пропустить ни одного твоего слова, Монро. Но ты присаживаешься в круг с остальными, чтобы дать слово полной женщине со неряшливой прической. - Знаете, когда доктор впервые рассказал нам о плане лечения нашего мальчика, мы на минуту подумали, что он сошел с ума. Все это выглядело так, словно они хотят заразить его, ну, сами понимаете чем. Понимаете, у Брендена недостаток фермента - аденозиндеаминазы, без которого нет иммунитета. Для того, чтобы он появился, нам предложили доставить его на быстро делящемся вирусе. На вашем вирусе. Среди сидящих в круге людей послышались пораженные возгласы. Большая часть присутствующих слышала эту историю впервые. Саймон похлопал женщину по плечу, поблагодарив за рассказ и предлагая вновь садиться. - На Земле есть миллионы вирусов. Некоторыми из них очень легко заразиться. Например, испанский грипп всего за 18 месяцев эпидемии унес жизни приблизительно 50-100млн человек, что на тот момент являлось едва ли 5% от всего населения планеты. Некоторые быстро проходят, а некоторые, такие как вирус герпеса, остаются с нами навсегда. Некоторые вирусы легко словить и встреча с ними это практически смертельный приговор. Так например, вирус бешенства имеет смертность практически в 99% случаев из ста, если лечение было назначено тогда, когда уже появились симптомы. Что делает особенным вирус, которым больны мы? Главная его особенность в том, что в отличие от всех остальных, он интегрирует свой геном в наш. Клетки, инфицированные вирусом, будут передавать его своим дочерним клеткам при делении. Больше ни один вирус на это не способен, никто не вмешивается в наш геном. Никто не интегрирует свои гены в наши хромосомы. Никто, кроме него. Именно поэтому мы находимся на грани величайшего открытия всех времен. Именно поэтому мы с вами особенные. Ученым известна последовательность правильной, здоровой версии генов и они уже научились синтезировать их искусственным путем. Но только теперь, благодаря нашему вирусу у мира появилось средство, способное доставить и интегрировать здоровый ген в клетки. Теперь мутации генома стали излечимы! Семилетняя Эмили Уайтхэд из Нью-Джерси в течение двух лет сражалась с лимфобластным лейкозом. Доктора назначали ей сеансы облучения и химиотерапии, но видимых результатов не было. В конце концов девочке стало чуть лучше, но прямо перед тяжелой операцией по пересадке костного мозга у нее случился рецидив. Тогда врачи поставили крест на возможности выздоровления. Эмили оставались считанные дни, прежде чем ее органы должны были отказать. Тогда родители согласились на экспериментальное, но подающее большие надежды лечение, которое называют CTL019-терапией. Ему сопутствуют окончательный упадок и так ослабленного иммунитета, а также жуткие боли. У Эмили было мало шансов пережить первую ночь после операции, но без вмешательства девочка не прожила бы и двух дней. После введения модифицированного вируса состояние Эмили улучшилось буквально за несколько часов. Медики отметили, что она стала дышать ровнее, у нее нормализовались температура и давление. К удивлению врачей, через три недели от рака не осталось и следа. - Жаннет, а как сейчас твой сын? - Они с Нэнси ждут малыша! - разрыдалась женщина от счастья. Все поднялись со своих мест, чтобы утешить счастливицу. Кто-то хлопал ее по плечу, кто-то раскрывал руки для объятий. Слышались смех и слезы. Эмоции переполняли присутствующих. - Спасибо, спасибо вам! Благодаря вам и другим ЛЖВ все происходящее стало возможным. Я бесконечно благодарна вам. - Верно, Жаннет, наши братья умирали не зря - прозвучал вновь твой голос. - Мы первые и последние. Мы те, кто живы и были мертвы. И созерцали. Мы вечно живущие и держим ключи от ада и от смерти в своих руках. Черт, твои слова прямиком моему выдуманному Саймону на язык. Как будто действительно говоришь про зомби. Все вы гребаные ПЖЧ, просто не хотите признать этого. Внезапно захожусь кашлем, ненароком испортив момент. Все взгляды обращены на меня. Привет ребята, это я, Кирен Уокер, я зомби вот уже пять долбанных лет. Но ничего - не так уж долго осталось. – Я принимаю медикаменты. Говорят, что на них я не заразен даже для ВАС. - делаю акцент на последнейм слове. - Простите за беспокойство, мне нужно пройти. – слегка покачиваясь спускаюсь вниз, чтобы закрыться в уборной и смыть кровь с рук. А когда возвращаюсь, твои гости уже расходятся.