"Better" place

POV Кристал Мы долго обсуждали доставшуюся нам по чистой случайности часть пророчества (или её подобие, даже не знаю: пророчеством это назвать тяжело). Ну, как мы: в основном спорили Сайлас и Лука, а остальные изредка вмешивались. Я же, сколько ни знала о подобных вещах, предпочла помолчать. Лучше пока не высказывать своих предположений, тем более что я не очень-то понимаю, как всё взаимосвязано. Ясно одно: этот мир кишит тварями, и с ними должны сразиться шесть полукровок. Нас только пять, значит, жертвой этого места станет ещё один полубог. Ещё и нужно искать среди нас предателя, что вот вообще никому здесь не сдалось. И я бы не предположила, кто это, если бы знала больше, чем слышала из истории. Предателем вполне мог быть, кто угодно за исключением Сайласа, которого я знаю довольно хорошо, чтобы не назвать его этим громким словом. Но в то же время по закону подлости может выйти и то, что я ошибусь, поэтому мой внутренний параноик просто устроил дебаты с разумом, где пока оставался победителем. Я не могу доверять никому, собственно, так думает теперь каждый из нас. Тогда ещё один вопрос: причём тут заражённые мысли, чем заражённые и о ком шла речь? При упоминании об этом складывается впечатление, словно один из нас – зомби, который обратит тут всех в себе подобных. Но ведь это такая же чушь, как то, что Аид – бог солнца и счастья. Я, конечно, могу быть человеком нездоровым, но не настолько. – Там говорилось о мёртвой душе*. Кто-то из нас, что ли, должен умереть?– услышала я Сайласа. Я совсем не вслушивалась в этот разговор (очень, конечно, зря). Самое время включаться. – Вполне возможно. Только, если честно, плохо я представляю, как уже мёртвый способен предавать,– ответил Лука. Странно, но именно его я стала бы подозревать первым, если бы не Талия. У неё ведь были причины, чтобы оставить его в живых, несмотря на его гнусное прошлое. Иначе застрелила бы. Значит, я опять же сужу предвзято. – Хорошо, теперь нам подозревать каждого? Спор прервался. Возможно, это было то, что ставило всё рассуждение в тупик: у каждого своя кандидатура. – Ага, мы перегрызёмся, и убить нас будет только проще, – тон Луки становился раздражённее. – К тому же пока что рано: по пророчеству мы ещё не в полном составе. – Возможно, он прав, – вставила Талия. – Вдруг про предателя нам было сказано именно сейчас, чтобы разделить? Вдруг его и вправду пока среди нас нет? Мне слабо верится в то, что это может быть кто-то из вас. Спорю, что она соврала. ‒ Единственная разумная мысль, – всё-таки согласилась я. Некоторые удивлённо повернули головы в мою сторону, явно забыв про меня. – Никто же сейчас не встанет и не заявит в открытую о том, что он явился нас всех переубивать. Подозрения бесполезны. Нужны для них основания. И пока что лучше молчать о своих наблюдениях, глупых догадках и прочем, что можно использовать против любого из нас. – Чёрт, как будто мы тут сидим и играем в «Мафию», – снова сказал Лука. – В любом случае мы ничего не узнаем, пока у нас не будет всего пророчества и шестого человека. – И мерзавцу в любой момент можно будет открутить голову, когда узнаем, кто это, – добавил Сайлас. – Лично мне пока тоже слабо верится в то, что это один из здесь сидящих, поэтому я воздержусь от подозрений. Думаю, так будет разумнее поступить и всем остальным, иначе мы действительно сами друг друга перебьём. Это всё прекрасная ложь, но пусть уж пока она будет правдой. Говорю же, что каждый уже выбрал «мафию». Хотя…по себе же людей не судят. Это мой внутренний параноик уже готов был тыкать пальцем в каждого, кто не так смотрел в мою сторону. Или же сразу пометил бы всех крестиками. Возможно, компромисс – пока что единственное верное решение. – Отлично. Поэтому теперь вернёмся к прежней теме: как отсюда выбираться? – да, тему Кастеллан перевёл удачно: ни там, ни тут ответов мы пока не получили. Стало только больше вопросов. Ответ Сайласа был прежним: посмотреть диск. Вот только опять же место нашего сегодняшнего пристанища не имело техники для этого. Из старых районов мы ещё не вышли. И тут в моей голове возник новый вопрос: а вдруг этот город – только часть всего мира, где мы оказались? Вдруг Дедал создавал его десятилетиями до нас? Отлично, ещё один вопрос в копилку. Больше мы не затрагивали тему пророчества и какую-то другую, потому что дальше уже верх взяли биологические потребности: в еде и сне. Вот только если второе более-менее выполнимо, то где взять еду в совершенно пустом городе? И как тогда здесь столько времени выживали Сайлас и Корали? Раньше подумать над вопросами попроще мы просто не успели: сначала всё вытеснял адреналин, потом вещи посложнее. Никто и не заикался о таком слове, как еда. А я и вовсе долгое время игнорировала то, что я человек, из-за одного только страха. У которого была почва. Я уже подумала, а не пошариться ли по другим местам? В здешнем холодильнике была идеальная пустота, но ведь здесь должно быть хоть что-то, если Дедал предусматривал такие внезапные аномалии с перемещениями полукровок. Только я уже собралась проверить свою теорию, ко мне подошла Корали, протянув пару маленьких шоколадных батончиков. Я поблагодарила её, но, разумеется, не удержалась от вопроса, откуда они. – Здесь есть еда, но её не так много. То, что не портится. Главное, по адресу попасть и не наткнуться на чудовищ, – улыбнувшись, ответила она. – А ты думала, как мы тут с Сайласом живы до сих пор? – Об этом и задумалась. Странно это всё. Тут вполне можно жить, но город кишит только тварями из Тартара. – И я о том же говорила. Пока у нас есть кое-какие запасы еды, но потом придётся искать снова, минуя монстров. Иначе нам самим придётся стать пищей. – Ты права. И ещё раз спасибо. – Не за что. Корали меня пока что оставила. Если в этой компании и был кто-то молчаливее меня, так это именно она. Но в то же время я не видела в девушке врага до определённого момента. Сейчас меня кольнуло подозрение, но я его откинула в сторону, списав всё на паранойю. Рискованно, но я больше склонялась к тому, что накручивала себя сама. Корали довольно добрый человек, нечего подозревать реально всех и каждого. Я плохо помнила её, но точно никогда не слышала о ней плохого. Если мы тогда и знали друг друга, то только в лицо: она пропала через несколько дней после моего прибытия. Не помню, чтобы я когда-то была рада обычным дешёвым батончикам, как сейчас. В детском доме шоколад – вещь редкая, точнее, там не появляющаяся, поэтому потом я долго не могла смириться с тем, что он мог быть доступным и мне (это в мои-то пятнадцать). Уже тогда я не представляла вещей вкуснее, но сейчас это была просто манна небесная. Да уж, придётся поворовать в этом мире, если хочешь остаться живым. * * * Уже ближе к часу ночи мы стали располагаться с надеждой вздремнуть хоть пару часов. Мою усталость рукой сняло ближе к этому времени, хотя ещё около часа назад я была готова рухнуть там, где стояла. Режущая боль в желудке несколько поутихла, а из-за такой пищи по моим венам теперь гулял сахар, из-за чего спать я не могла. Не хотела. Ладно, отсижусь где-нибудь до утра или до момента, пока меня не выключит. Мои мысли вновь пришли к пророчеству. Мысль о том, что нам предстоит нешуточная битва, меня пугала. Не потому что я боялась мифических тварей, а потому что я боялась своей же слабости. Я реально слаба, по крайней мере, сейчас. Реальных сражений в моей жизни действительно не было, поэтому откуда брать опыт? Тем более я оказалась слишком самоуверенна, и теперь мне было даже стыдно за моё же высокое о себе мнение. Это тоже было для меня большой проблемой. Мало было просто взять на заметку пробелы, их ещё и исправлять надо. На практике. А с этим как: бегать и искать монстров, которые раздавят и мокрого места не оставят? Идея, конечно шикарная. Для того, кто идиот или хочет умереть. Но идея, которая пришла ко мне в голову после этой шуточной, показалась мне куда хуже. «Серьёзно, Кристал? Ты реально собралась это сделать?» – мысленно спросила я себя же. Чисто теоретически эта мысль была самой верной, чисто фактически…наступить на себя довольно тяжело. С другой-то, чёрт возьми, стороны, а мне кто-то разве говорил, что легко будет? Косячить куда легче, кто бы спорил. – Да, и всё-таки именно ты решила стать едой для здешних обитателей, – услышала я насмешливый голос у себя над головой. С тех пор, как каждый выбрал себе угол для отдыха, я надеялась, что никто не станет обращать на меня внимания, и устроилась на крохотной кухне. Вот только я не ожидала, что моя глупая идея найдёт меня сама. И какого чёрта человек, именуемый мною психопатом Кастелланом, никак не оставит меня в покое? Он снова стоял в проходе, скрестив руки на груди и с каким-то даже весельем в глазах поглядывая на меня. – Вообще-то ты тоже на ногах не одни сутки, поэтому кто бы говорил, – ответила я, стараясь контролировать свои вспышки ярости и неприязнь. – Не пойму, насколько надо тебя вымотать, чтобы ты уже свалилась, – Лука усмехнулся, но вроде бы пока беззлобно. – Ну, поймёшь, тогда поговорим. Чёрт, с каких это пор я цитирую его же?! И какого хрена именно сейчас, когда я пообещала себе не разговаривать в таком ключе, хоть и злилась? – Ну, мы ещё не раз поговорим, потому что я уверен на сто процентов, что ещё не раз поймаю тебя среди ночи без малейшего намёка на сон. Мои мысли оказались примерно такими же. Это чёртов терминатор, не спящий сутками. Только сейчас я вспомнила, о чём думала до его появления. – Возможно. Но можно всё-таки тебя кое о чём попросить? Лука удивлённо взглянул на меня. Конечно, не ожидал, что я заикнусь о просьбе. – Ну, попытайся. Снова этот тон, смахивающий на издёвку. Надо было бы заткнуться, потому что мой язык до добра меня не доводил никогда, но я всё же наступила на свою гордость: – Научи меня нормально обращаться с мечом. Помоги исправить те самые ошибки, которые увидел. Я ожидала чего угодно в духе сарказма, но этого не последовало. Наоборот его лицо стало серьёзным. – Это, конечно, похвально, что ты хочешь расти дальше, но ты хоть понимаешь, кого и о чём просишь? – спросил он без своей шутовской манеры. – Тебя не смущает, что у меня прошлое террориста-смертника, и я просто могу тебя заколоть? – Тогда зачем предупреждать об этом? – вопросом на вопрос ответила я.– Ты единственный, кто всё мне разъяснил, кто знает, что исправлять. Поэтому я прошу именно тебя. Лука помолчал несколько секунд, словно ещё размышляя, но почему-то я уже была уверена в том, что уговорила его. Как-то просто, кстати. Но тут же я обратила внимание на его глаза. Черти во взгляде довольно усмехались под стать ему самому. Что-то автоматически мне подсказало, что я не раз пожалею о своей просьбе. – Что ж, дело твоё. Хочешь научиться сражаться, я помогу тебе. И раз уж выдалось время, предлагаю его впустую не тратить. * * * Никогда не тренировалась с мечом ночью, но ведь начинать никогда не поздно, правда? К тому же, сама ввязалась в это, поэтому теперь придётся быть готовой и к ночным тренировкам. Ладно, не впервой мне не спать несколько суток. Разумеется, пришлось сменить место, иначе Талия убила бы нас раньше, чем исправился хоть один бы мой промах в фехтовании. Но я была удивлена, когда Лука предложил выйти на улицу. Сам же он советовал остальным подобного не делать, и я припомнила это, но не вслух. Я понимала, что с ним мне легко точно не будет, но теперь слова назад уже не заберёшь. Думать поздно, поэтому мне оставалось только соглашаться на все условия. Недалеко от дома, где мы временно укрылись, нашлась площадка для баскетбола. Пустое пространство, скрыться негде, отлично. Лука объяснил это тем, что в случае чего, практики станет куда больше, чем я просила. Я проигнорировала это. Жалеть меня Кастеллан точно не станет по известной мне причине: он всё-таки ненавидит меня. Только сейчас до меня дошло, что я попросила мне помочь самого дьявола. Уж лучше бы пошла искать на свою голову мантикор. Как и ожидалось, теории он давал немного. Только то, что уже мне говорил. Ничего нового. Просто маленькое напоминание о том, что он размажет меня по асфальту. – Что ж, думаю, слов с тебя хватит, – закончив своё немногословное «объяснение», Лука обнажил свой страшный меч. Моя рука сжалась на рукоятке моего клинка, и я вдруг поняла, что мне реально страшно биться с ним (какого хрена я игнорирую предупреждения?). Память услужливо подкидывала мне факты из его биографии один за другим. «Чёрт, Джексон, соберись» – я уже мысленно была готова себя материть по-гречески за подобное, но не знала таких ругательств. «Неужели струсишь и теперь? А ведь он пока ничего не сделал». Ну уж нет, хватит паранойи. – Не передумала? – Лука усмехнулся, словно считав моё состояние. – Ага, размечтался, – ответила я, плюнув на осторожность. Смерть я себе обеспечила и без этого. По закону подлости первой отбиваться пришлось мне, ибо, как только я атаковала, инициатива сразу ушла из моих рук. Мне оставалось только вспоминать «теорию» и всё, что я наработала в Лагере. Ставил ли Лука себе цель вкопать меня в асфальт, я не думала, но пока что мне удавалось как-то контролировать ситуацию. Он давал мне сосредоточиться только на том, что у меня изначально плохо получалось, поэтому я уже на секунду подумала, что сама себя снова накрутила, но потом резко перешёл уже на другую мою ошибку, самую главную, которую он выделял: неумение импровизировать. Сделав резкий выпад, парень всё же задел меня лезвием. Но это не стало для него каким-то стоп-сигналом, на что я, собственно, и не рассчитывала. Я понимала, что Лука хотел до меня донести: противник не всегда играет честно, а может и вообще честность не соблюдать, но сладить с ним всё равно не могла. Пару раз, правда, я переносила удары на конец лезвия, надеясь выбить клинок, как я делала раньше, но потом поняла, что опять же нужна неожиданность. А Кастеллан считывал меня, как открытую книгу, что весьма затрудняло дело. Он не спешил выбивать у меня оружие – хотел бы, уже бы давно это сделал. Всё это делалось специально. Вскоре я потеряла счёт тому, сколько раз переходила в позицию защиты, хотя первым делом Лука мне советовал делать это как можно меньше. Конечно, не исключать совсем, но это может быть чревато последствиями при злоупотреблении. А ещё лучше совмещать защиту и нападение. И когда я снова изловчилась и с большим трудом перешла в нападение, надеясь точным ударом выбить-таки меч у него из руки, он принял мой удар на плоскую сторону меча и, сделав всего одно резкое движение рукой, вывернул мой клинок так, что вместе с ним чуть в том же направлении не ушла и рука, и тут же ударил по нему. Я разжала пальцы от боли в запястье, и тут же мне в шею упёрлось холодное лезвие Коварного меча. Раньше, чем я успела услышать звон металла, упавшего на асфальт. Теперь всё моё внимание заострилось только на мече у моего горла. Дыхание сбилось ко всем чертям, вывернутая с мечом рука болела, а царапину на ноге жгло. Вот теперь мне не казалось, что всё хреново. Всё так и было. – Ясно. Ты снова меня не услышала, – разочарованно вздохнул Лука, убрав от меня меч. Кстати, уж больно быстро у него получилось выровнять дыхание, да и при таком количестве нападений измотанным он совсем не выглядел. – Во-первых, что я говорил про частые переходы в защиту. Во-вторых, ты неправильно действовала с самого начала, пытаясь оценить исключительно силу, поэтому в защиту надолго и перешла. В-третьих, когда считываешь противника, не пытайся думать, что он сделает дальше. Попытайся понять, в какое твоё слабое место он метит. И изредка поглядывай, куда взглядом бегает. Он тебе сам покажет, что дальше делать. Вот и вся твоя импровизация: наблюдение. Тут большего от тебя не нужно. Подними меч. Я понимала, что это означает, и как же мне хотелось возразить хотя бы из-за того, что царапина на ноге от меча кровоточила и ныла, но промолчала. Это тренировка, но чувство такое, будто Лука хочет убить меня моими же силами. Вот только хрен он увидит, что я собираюсь сдаться из-за такого пустяка. Я подняла клинок. – Больше этого объяснять не буду, Джексон, имей в виду,– добавил Кастеллан. – Ещё раз. Я едва собралась. Где-то уже понимала, что столько же не выстою, но хотя бы попробовать нужно. Иначе в чём смысл сегодняшней тренировки? В этот раз напасть я не успела, что уже было не в мою пользу. Но что-то всё же отложилось в моей голове и неосознанно использовалось. Я заметила, что теперь Лука целился в место, куда пришлась моя болезненная царапина. Однако больше ориентировался на скорость: больная рука уже не так быстро реагировала на удары. Поэтому он был прав на счёт того, что в защите мне сейчас долго находиться нельзя. И это мне помогло. Опять же с трудом мне удалось перехватить инициативу, но теперь я удерживала её с куда большим рвением. Да, удары не такие быстрые, как до этого, но всё-таки точные. Почему-то такое положение дела придало мне сил. Я наносила удар за ударом, и мне казалось, что буквально чуть-чуть, и я выбью меч, но снова просчиталась. Боль, которую я чувствовала, стала острее: я попыталась нанести удар, он был парирован, и в следующую секунду лезвие чужого меча пришлось мне в то же место на ноге. Не знаю, насколько случайно это было, но я почувствовала, как слёзы брызнули из глаз. Я едва сдержала крик от боли, до крови прокусив себе нижнюю губу, и чуть сама не выбросила меч. Лишний шум привлечёт сюда всех, кого только можно, поэтому мысленно я едва заставляла себя молчать. «Серьёзно? И вот так вот сдаться?». Чёртова моя гордость… Два раза резануть по одному месту – это уже, конечно, перебор. Разумеется, я попыталась прикрыть место, ставшее уже просто самым уязвимым, но снова лишилась меча. Мокрыми от слёз боли глазами я смотрела на Луку с нескрываемой злостью. И досадой: несмотря на все мои усилия, будь передо мной не он, а тварь из Тартара, я была бы мертва. – Что ж, в этот раз намного лучше,- мне казалось, что он даже слегка улыбнулся, но это не меняло моего состояния. – Не безнадёжная ты ученица, Джексон. – Мне плевать. Сейчас мне реально плевать, – чётко, с реальной яростью и отчаянием выговорила я. Теперь порез кровоточил сильнее. – Скажи, ты каждого своего ученика можешь так калечить, как меня? – Сейчас ситуация не лагерная. Будь всё иначе, боевых царапин ты наполучала бы там и не от меня. Лука кинул взгляд на мою ногу. Он наклонился, осторожно осмотрев свои же труды. Я сняла с пояса кофту, про которую вообще забыла до поры до времени, прижав к порезу её рукав, осторожно стирая кровь и не давая ему до меня дотронуться. Эх, послать бы его матом подальше с такими уроками. Один раз я бы ещё поняла, но два по тому же месту…это элементарная подлость. – А вообще, честно, ты неплохо справилась, – Лука вдруг забрал у меня кофту, соорудив что-то вроде повязки. Правда, из рук я свою вещь не сразу выпустила, видя в нём по большей части врага. – Признаюсь, порезать тебя, зная, что это всего лишь тренировка, было не так легко. Тем более дважды и так подло. Тебе просто нужно было понять, что вся ситуация – суровая реальность, поэтому ты меня и услышала наконец. Да уж, объясни теперь это кому-нибудь попробуй. Талия пристрелит обоих, узнав обо всём и увидев сие зрелище на моей ноге. – А, так значит, покалечить из своих учеников ты решил только меня, – зло заключила я, дёрнувшись в сторону и зашипев от вспышки боли. Классно, что тут скажешь! – Вот спасибо так спасибо, учитель. Дальше отпилишь мне руку или сразу голову? – Язык. Больно длинный, – усмехнулся он, но потом добавил уже без сарказма: – Это правда было тяжело. Пошли, надо нормально тебя залатать, пока никто нас не хватился.