Пешка судьбы

      Мне снится Квина. Она идет по деревне, в руках ее букет цветов, а одна ромашка вправлена в волосы. Но… Кто такая Квина? Что это за деревня? Вокруг ходят люди, которые кажутся мне знакомыми. В одном из лиц проходящих людей девушка видит того, кого искала, и машет ему, улыбаясь. Проследив за ее взглядом, я вижу рыжую низенькую девчушку в просторной рыбацкой одежде. Она безумно мне знакома, ведь это я сама. Нет никаких оснований для этого, но я просто знаю. Почему-то мне не удается разглядеть свое лицо более подробно. Люди снуют туда-сюда, занимаясь своими ежедневными делами. Мирная деревня в мирное время… Воины в стальных нагрудниках с гербовыми щитами весело смеются, один из них зачитывает с листка какой-то текст. Все, что я слышу, словно доносится с большого расстояния, нечетко, как будто из бочки.       Идиллию прерывает рев большого зверя, страшного зверя. Четкий и громкий, в отличие от всего остального. Он доносится с моря. Там не должно быть таких существ. Люди начинают оглядываться, не понимая, что происходит. Спустя несколько секунд недоумение сменяется ужасом и паникой. Все, в том числе и я, обе меня видят красного дракона, летящего в сторону деревни. Копия (копия ли?) меня бросается в сторону и подхватывает меч, брошенный одним из «воинов», трусливо сбежавших. Неуклюжий укол, и я вижу со стороны, как мое собственное тело отброшено на песок когтем гигантского дракона. Он в задумчивости смотрит на лапу, в которую вонзился клинок. Легкий поворот и меч сам выпадает из небольшой ранки. Красный дракон что-то говорит на непонятном языке, а после… после я смотрю на свое собственное сердце, надетое на коготь величавой твари. Из-за драконьих слов сердце горит странным светом, который, кажется, устраивает дракона. Он подносит коготь к пасти и мое сердце медленно отделяется от когтя и летит к драконьему языку. Сознания двух меня медленно угасают.       Я чуть не вскочила с кровати в панике. Меня прошибал холодный пот.       — Ну и ну… Приснится же такое… — Привычно положила руку на сердце, чтобы почувствовать его частое биение. Ничего не было. Взгляд на грудь лишил меня дара речи. Вместо обычной гладкой кожи, которая должна быть у человека, на груди с левой стороны белел шрам практически от плеча до живота. Оказывается, я даже была одета в какие-то кровавые тряпки, бывшие моей повседневной одеждой. Приложив руку к самому шраму, я услышала странный голос и в испуге отдернула руку. Голос прекратился. Еще раз приложив руку и приготовившись, я услышала уже не просто голос, но внятную речь:       — Если ты решишься встретиться со мной… Возьми оружие, новоизбранный Пробужденный. Бери оружие, Пробужденный. Мой род не обращает внимания на беззубых. Новоизбранный Пробужденный… Вооружайся, и приди ко мне. Верни свое сердце.       Значит, это был не сон. Дракон и правда напал на Кассардис. История повторяется. Цикл повторяется. В прошлый раз герцог Эдмун Драконоборец устроил Змеиную Охоту, убил дракона, будучи Пробужденным, и получил свое прозвище и титул. Раз появился дракон, должна была начаться Охота. А значит, должны набирать ополчение. Рядом с деревней располагалось небольшое укрепление, построенное с целью защиты ближайших земель от гоблинов и прочих враждебных человеку существ. Стоит сходить туда и записаться. Научусь владеть оружием, да и насчет этого самого Пробуждения узнать побольше стоит. Рыбаки — народ темный, поэтому для нас сказки о Пробужденных были лишь сказками. С другой стороны мы знали о Пешках, которых очень и очень многие не любили и которые напрямую были связаны с Пробужденными.       На столике лежала заботливо оставленная Квиной одежда. Наскоро одевшись и подойдя к двери, я услышала разговор старосты и Квины. Они обсуждали последствия нападения дракона, раненых и… меня. Кажется, моя подруга детства как раз сказала о шраме на груди и отсутствующем сердце.       — Квина… Ты уверена в этом? Если это правда… Значит, легенда правдива. — Староста Адаро покачал головой.       — Но ведь мы можем как-то ей помочь? Должны быть какие-то лекарства! Травы! Может, в Ведьмином…       — Квина! Я не могу позволить тебе так рисковать! Ты же мне как дочь!       — Хорошо, староста. Тогда я лучше займусь ранеными… — Она повернулась и вошла в комнату, столкнувшись со мной. — Ты… Ты все слышала, да?       Мне не оставалось ничего иного как кивнуть. После чего я прошла мимо них и вышла на улицу.       Кассардис представлял собой практически руины. Конечно, те дома, что находились рядом с утесом уцелели, как уцелели и рынок с таверной. Остальные же здания были стерты с лица земли, лишь в паре мест можно было увидеть кривые стены, балки и разбросанные вокруг камни. Должно быть, пока я и пострадавшие пытались восстановиться от ран, те, кому повезло больше расчистили завалы. Пирс же… Вернее, то, что от него осталось, ситуацию для деревни не улучшало. Несколько лодок уже догорали, а остальные превратились в щепы.       Бенита — наша знахарка — колдовала над больными и ранеными на наскоро собранных лежанках, используя лечебные травы.       — О, наша героиня проснулась. — Тепло поприветствовала она меня. — Кхм. Ты случайно не собираешься выходить из деревни? Мне бы пригодились несколько порций солнцесвета и луносвета. Скажем, пять цветков первого и три второго. Поможешь?       — Тетя Бенита, конечно. Мы же семья. Деревня должна быть дружной. — Давным-давно так сложилось, что все в деревне были одной большой семьей, пусть нас и не связывала кровь.       — Спасибо тебе большое. Ты же помнишь, где их искать?       — Солнцесвет можно найти только днем около больших деревьев. Луносвет можно найти только ночью соответственно. А три цветка как раз я недавно видела на пляже в бухте рядом с деревней. — Улыбнулась я. — Ладно, пойду и поищу ваши целебные травы.       По положению солнца можно было понять, что день уже в самом разгаре, а значит, стоило поторопиться, чтобы уже ночью принести знахарке цветы. Кассардис хоть и был небольшой приморской деревушкой, но у нас была собственная каменная стена с железной решеткой, которую можно было опустить в случае нападения со стороны дороги. Рядом с ними располагался древний камень, покрытый странными узорами. По легенде, они были связаны с Пешками и Пробужденными. Если первое подтверждалось раз в несколько недель, то второе… Для нас Пробужденные были героями из сказок, а появляющихся порой в королевстве виверн и прочих опасных тварей убивали обычные солдаты. Хотя и такие существа были не более чем слухами для нашей далекой от всего деревни, в которую иной раз забредали Пешки и путешественники.       Возле ворот стоял молодой человек с посохом. Кажется, он ждал кого-то. Завидев меня, он быстро пошел в мою сторону, остановился шагах в десяти и поднял руку. На ней сиял странный знак. Мой шрам отреагировал легким жжением. Значит, не путешественник.       — Пробужденный. Я здесь, чтобы проверить, достаточно ли в тебе смелости принять свою судьбу. — Голос Пешки был безэмоционален, словно какая-либо личность отсутствовала в этом теле. Будто оживленная магией кукла.       В этот момент рядом со мной появился староста и протянул меч, который я подобрала во время безуспешных попыток спасти деревню.       — Это ведь Пешка, да? И он признал тебя Пробужденным… В таком случае, твоя судьба ждет тебя. Возвращайся хотя бы иногда к нам, хорошо? Мы будем молиться за тебя.       Первый мой выход за пределы деревни в качестве героя из древних легенд был самым обычным. Я лишь собрала необходимые травы и вернулась в деревню. Как я и ожидала, уже стемнело, луносветы показались из своих неведомых никому укрытий. Всего двадцать минут поисков и я нашла все, что нужно было Бените. Было уже достаточно поздно, часов одиннадцать-двенадцать, но знахарка не спала, ухаживая за жертвами нападения.       — Бенита? Ты тут? — Спросила я в пустоту. — Я нашла травы, которые ты просила.       — Благодарю, зайчик. Вот, держи пятнадцать монет. Ты их заслужила. — Целительница, позевывая, протянула мне стопку монет.       — Целых пятнадцать? Но это же очень много за такую простую просьбу. — Я удивилась и хотела отказаться от денег, но Бенита прервала меня:       — Нет-нет. Бери. Ты храбро поступила, когда напал дракон. Тебе эти деньги нужнее. — Твердо сказала знахарка.       Еще раз поблагодарив ее за такую щедрую награду, я вместе с Пешкой, назвавшимся Руком, пошла в свой дом. Надо было выспаться перед путешествием к лагерю ополчения.       Новый день встретил меня совсем не так, как раньше. Осознание своего отличия от других тяжким грузом давило на плечи. Солнце, высоко сиявшее в небе, меня совсем не радовало. Путь до форта пусть и не был далек, но придется с собой взять больший запас воды. Несколько раз я уже ходила туда, к солдатам, обменивая на их знания и некоторые безделушки рыбу.       Магазин Эстеллы был открыт нараспашку. Хозяйка деловито сновала по комнате, смахивая с продаваемого несуществующую пыль. Ее можно было понять. После произошедшего хотелось чем-то занять себя, лишь бы не думать.       — Эстелла, привет. Мне надо купить у тебя несколько вещей. — Я привычно поздоровалась с уже не совсем молодой, но все еще красивой владелицей.       — О, заходи-заходи. Что желаешь приобрести?       — Мне надо много всего. Следи за ценой, пожалуйста. Если будет больше десяти золотых, скажи мне.       — Ого! Ты собралась в далекое путешествие? Сейчас? Когда на деревню столько всего навалилось…       — Да, мне очень нужно. И все же. Мне надо два рюкзака, щит, запас еды на три дня, воды на пять, некоторую броню. — Я оглянулась на Рука, молчаливо стоявшего в тени у дверей.       — Рюкзаки — четыре монеты… Еда и вода — две монеты… — Эстелла внимательно следила за тем, что я говорила и считала стоимость, попутно выкладывая на столик рядом требуемое. — Дорогая, если ты хочешь щит, тебе придется обойтись без брони. Я готова продать тебе либо деревянный щит, либо укрепленную кожаными пластинами тунику за четыре монеты.       — Я возьму щит. — Уверенно сказала я, оставляя на прилавке десять желтых кругляшков. — До встречи. Я когда-нибудь вернусь.       Выходя вместе с Пешкой из магазина, я уже не слышала фразу, тихо сказанную Эстеллой:       — Когда-нибудь ты вернешься… Но будешь ли ты тогда собой?..       По пути я долго расспрашивала Рука о Пешках, Пробужденных, Рифте, откуда они появляются и прочих вещах. Кто такие Пешки? Почему они не являются людьми в полной мере? Что такое Рифт? Все эти вопросы крутились в моей голове без устали, а я все заваливала и заваливала ими попутчика. Спустя несколько часов пути, когда мы уже порядком устали, а на горизонте замаячили верхушки деревянных башен, мы услышали истошный человеческий крик.       Из ближайшего леска выскочил парень лет двадцати, судя по одежде и рюкзаку за спиной — странствующий торговец. Я видела его раза три в деревне, но поговорить ни разу не удалось. За ним практически по пятам гнались визжащие гоблины с ржавыми тесаками. Самые обычные гоблины, три штуки, безо всякого умения сражаться и неспособные справиться ни с кем серьезнее вот таких вот безобидных торговцев. Гоблины редко появлялись в наших краях, обычно охотясь на кроликов и воруя по ночам продукты и блестящие предметы.       Не отставай! — Крикнула я Руку, выхватывая клинок и устремляясь наперерез монстрам. Я не слышала шагов за спиной, значит, он не спешил присоединиться ко мне. Тем не менее, поддержку я от него получила, почувствовав теплоту от рукояти меча. Маг наложил на оружие огненное зачарование, длящееся несколько минут. Для короткого боя с гоблинами этого было достаточно.       Бедный торговец. С одной стороны за ним гнались мерзкие существа, с другой возникло непонятное пятно с оружием. Ему ничего не оставалось, кроме как свернуть в сторону. Это дало мне шанс атаковать увлекшихся тварей с наибольшей эффективностью. Первый погиб сразу, напоровшись всем телом на острие клинка. Второй от неожиданности опешил, а пока я вытаскивала меч из трупа, кинулся на меня, размахивая проржавевшей железкой. Впрочем, он успел сделать только пару шагов перед тем, как в него влетел небольшой, размером с кулак, огненный шар, поджегший мохнатую тварь. В нос ударил противный запах паленого мяса. Зажав рот рукой, я бросилась прочь от отвратительного запаха, стараясь сохранить в желудке остатки завтрака.       Пока я приходила в себя, странствующий торговец попытался поговорить с Руком, но получал только односложные ответы. Оставив это гиблое дело, он подошел ко мне:       — Спасибо за помощь. Меня зовут Рейнард, я странствующий торговец, как ты уже могла заметить. Подумать только, гоблины так близко к форту. — Представившись, он предложил мне побыть его охранницей на пути в лагерь ополчения, пообещав за это несколько монет.       Поздним вечером мы прибыли к укреплениям, в которых базировалось ополчение. Из рассказов я знала, что подобных мест было как минимум пять. Два больших замка, проход сквозь гору, небольшой лагерь где-то на северо-востоке и это место. Я уже достаточно хорошо знала, где что находится, поэтому сразу направилась к квартирмейстеру Экбелу. Благодаря Рейнарду я получила пять монет, которые могла с пользой потратить на предметы первой необходимости, такие как броня и лук со стрелами. Хорошо бы еще палатку и фонарь, но… цены на такие вещи всегда высоки.       — Экбел! Да это же грабеж! — Возмутилась я, услышав цену за ночлег. — Три золотых монеты за чертов спальник в лагере?! Да у нас в таверне монеты хватит!       — У вас в таверне может и хватит. Хочешь спальник — плати три монеты. Ты прекрасно знаешь, что мы «не можем» предоставлять какие-либо услуги не ополчению. — Квартирмейстер невозмутимо перебирал мешки с провизией. — С броней тебе повезло. Кожаная безрукавка с несколькими карманами под склянки с зельями, кольцами для ношения оружия и даже с креплениями для лука и колчана. По дружбе отдам всего за шесть монет.       Всегда и всюду найдутся люди на таких постах, которые смогут заработать, продавая списанные предметы. Мне же ничего не оставалось, как взять и спальник на ночь, и поношенную безрукавку. Как бы я ни возмущалась по поводу цены, обновка стоила больше отданного за нее. Хотя бы потому, что любые полезные в бою предметы можно было удобно распределить по всем отделам и кармашкам. Легкая и облегающая кожаная броня была прекрасным выбором для тех, кто ценит в бою скорость и подвижность. Для меня, привыкшей полагаться лишь на длинный нож, используемый жителями деревень подобной нашей при нападениях гоблинов, такая броня стала настоящим подарком судьбы. Ну как подарком… Все же шесть золотых отдала.       Утро нового дня, я со стоном блаженства потягиваюсь на спальнике, Рук сидит у костра, рядом снуют без дела солдаты, избегая Мерседес, строгую темнокожую женщину, являющуюся командиром всех ополченцев в этой части провинции. Кажется, Пешка вообще не сомкнула глаз. Это была одна из причин, по которым их не любили. Мы всегда негативно относимся к тому, что не является привычным или похожим на нас. Вот так и этим бессмертным людям, которым не требуется есть, пить и спать не рады практически нигде. Единственное, что они умеют делать — убивать. Профессиональные воины, знающие только искусство умерщвления живого и неживого. По слухам, нет ни одной Пешки, которая занималась бы чем угодно другим.       — Пошли. — Рук неожиданно проявил инициативу. — Тебе необходимо подойти к камню Рифта, Пробужденная.       В той же палатке, где находился бесчестный и не имеющий совести квартирмейстер Корпуса ополчения, находился и камень Рифта. Точно такой же, какой стоит в Кассардисе. Те же узоры. То же слабое сияние при приближении к нему Пробужденного или Пешки. Казалось, будто камень Рифта просто находится сразу во многих местах, настолько неотличимы были они друг от друга.       — Пробужденный… Мы рады приветствовать тебя. Мы надеемся, что ты будешь верна своей судьбе, но мы также не хотим и чествовать того, кто лишь выдает себя за связанного с драконом. — Голоса, накладываясь друг на друга, зазвучали прямо из камня, стоило лишь мне подойти к нему. — Мы просим тебя пройти испытание. Оно покажет, являешься ли ты воистину Пробужденным. Ты согласна принять наше испытание?       — Да. — Мой голос был тверд. Это моя судьба. Я ответственна за гибель многих моих друзей. И я хочу отомстить за них. Вернуть то, что у меня отобрал дракон.       — Это ответ истинного Пробужденного. — С удовлетворением отметили голоса. — Иди же. Ты поймешь, что тебе нужно сделать.       Я вышла из палатки, не понимая абсолютно ничего. Но стоило мне сделать еще пару шагов, как дозорные на башнях закричали. До сих пор ничего не было понятно. Ополченцы уже надевали броню, брали оружие и бежали к воротам, закрывавшим путь к столице герцогства. Мы с Руком переглянулись и побежали за ними.       За воротами уже шел бой. На дороге ревел циклоп, зажимая плечо, в котором торчали четыре стрелы. Его поддержку в виде нескольких гоблинов теснили ополченцы в латах, поэтому шансов у противника не было. Если не брать в расчет циклопа, который и стал нашей основной целью. Рук сразу же наложил на мой меч чары, а сам принялся осыпать гиганта огненными шарами. Я в это время, благодаря его расторопность, рванула к одноглазой громадине. Как только Пешка увидел меня рядом с ним, он перестал атаковать его и занялся лечением раненых. Оказавшись позади циклопа, я подпрыгнула и ухватилась за шерсть на его спине. Держаться на твари было тяжело, гигант никак не хотел стоять смирно. Пришлось осторожно и медленно лезть к нему, надеясь, что силы не покинут меня. Я уже была на пределе, когда схватилась за его макушку. Стрелы осыпали его спереди, не давая сконцентрироваться на мне. Одной рукой ухватившись как можно крепче, я вытянула клинок, вновь почувствовав теплоту, придавшую мне смелости, а после, перехватив оружие, вонзила его в глаз. Рука, державшая меч, сразу покраснела, а циклоп, потерявший единственный свой глаз, взбесился и скинул меня с себя. Он затопал в сторону пляжа и упал со скалы.       Солдаты, к этому времени уже успевшие расправиться с гоблинами, восхищенно переговаривались, поглядывая на меня. Пока я переводила дух, ко мне подошла сама капитан Мерседес.       — Ты достойно сражалась. Такие люди нужны нам сейчас. Если желаешь отдохнуть, спальники в твоем распоряжении.       Все, что я могла — кивнуть, пока шла в сторону рюкзака, в котором хранилась в бурдюке вода. Вдоволь напившись и наевшись, я сократила свои оставшиеся запасы вдвое.       — Воды на два дня, еды на один. — Подвела я неутешительные итоги. — Остался еще один золотой, его хватит на некоторое время.        Камень встретил меня молчанием, но после того, как я коснулась его, голоса вновь заговорили:       — Пробужденная. Ты справилась с нашим испытанием! Теперь мы видим, что ты действительно связана с нами. Отныне и до появления нового Пробужденного ты станешь предводителем Легиона Пешек. — Пока я слушала камень, в палатку вошли Рук и несколько пешек и склонились передо мной. — А теперь тебе необходимо создать связь между собой и Пешкой. Это не просто Пешка, но отражение твоей души. Представь себе внешность Пешки, характер, способности… Выбирай!       Кажется, слова были обращены не к моему разуму, но к сердцу. Пешка появилась почти сразу. Была одета в обычную льняную рубашку и штаны, которые можно видеть практически на всех людях среднего класса. На ногах обувь, идеально подходящая для долгих походов. Одного со мной роста, рыженькая конопатая девчушка с короткой, практически как у меня, стрижкой. Круглое личико с мягкими губами и маленьким носиком, хрупкие плечи, от них и до ног можно было провести прямую линию, которая бы повторяла ее талию… Таким пристало танцевать на лугах во время деревенских праздников, а не сражаться. Ее внешность была особенной. Во всех смыслах этого слова. Она была не просто отражением души, но величайшей ценностью в мире. Самой душой.       Похоже, я слишком пристально ее рассматривала, так как Пешка смутилась и повернула голову в сторону. А после заговорила тем голосом, который окунул меня в счастье:       — Меня зовут Рейла… Пробужденная. И я рада служить тебе.       Камень затихает, больше нет звуков. Есть только я и она. Рейла грациозно подходит ко мне и протягивает руку. С рукопожатием мир снова начинает бежать. В голову бьет шум лагеря, где люди делятся своими переживаниями, храбрятся, хвастаются тем, что видели Пробужденную в бою, приукрашая действительность…       Практически все Пешки уже покинули палатку. Мы выходим следом за ними. Нас трое: я, Рейла и Рук. За то время, пока шел ритуал признания, успело стемнеть. Большая часть Корпуса здесь уже спит, бодрствуют лишь дозорные и мастеровые. И, конечно, капитан. Мерседес не может позволить себе отдохнуть пока есть незаконченные дела. Она обращается ко мне как к обычному солдату, не обращая внимания на мой новый статус:       — Значит, Пробужденная… Я буду рада любой помощи, будь то Пробужденная, Пешка, дровосек или жена рыбака. Интересно, какая магия позволяет тебе управлять ими?.. Никто не может заставить их делать что-либо или сопровождать кого-либо. Впрочем, это неважно. Суть в том, что ты можешь это. И большего мне не надо. А теперь отдохни, это был тяжелый день.       Поблагодарив капитана Мерседес, я направляюсь к спальникам. Рук ушел к костру, а моя Пешка идет за мной. Ее мотивы мне понятны, ведь она часть меня. Ей хочется следить за мной и учиться жить в этом мире, ведь она ничего о нем не знает. Но все начнется только завтра, когда появятся силы.