Голос под волной

Морозный ночной воздух бил в лицо, забирался под хлипко запахнутый плащ, холодя спину и придатки. Под босыми ногами мелькали крыши домов, различных по виду и строению, зажженные фонари, тускло освещавшие улочки Дайле. Городская часовня, что стояла рядом с монетным двором, отражала в своих куполах лёгкие, как тонкие слои ваты, облака порозовевшего неба. Над Акатавой доносились быстрые взмахи трепещущих крыльев, прозрачных, вроде бы похожих на стрекозиные. Сирена не разглядывала их, когда они были в аукционном доме. Костлявые руки фейри давили под рёбра. Но Акатаве грех было жаловаться, она радовалась, что осталась непойманной. — Спускайся здесь, мы на месте. — выкрикнула она, и для большей убедительности задрыгала ногами, указывая обеими руками вниз. Посадка оказалась стремительной, такой, что у Акатавы защекотало в животе, когда земля стала становиться ближе. В ушах свистел ветер. Едва Акатава почувствовала твердь под ногами, фейри свалилась на неё, опрокинув их обеих на пыльную тропу из прохудившихся досок. Она тяжело дышала. Поднявшись и, помогая подняться фейри, сирена быстро оглянулась по сторонам. — Вроде оторвались. Тебя должно быть интересует, что будет дальше? Фейри моргнула, вытаскивая изо рта прилипшую к губе прядь волос. Акатава обречённо вздохнула, потирая переносицу. — Так, ты вообще меня понимаешь? Кивок. — Ну надо же. А сказать что-нибудь можешь? Фейри поскребла свою тонкую шею в районе гортани, высоко задрав голову, и отрицательно покачала головой. — Не можешь, значит. Ну это не проблема, под водой всё-равно говорить не придётся. Не в привычном понимании. — задумчиво произнесла сирена, зашагав по улице пружинящей походкой. — Но я тебя научу. Знаешь язык жестов? Тела? Кивок, мотание головой. — И да и нет? Забавно. Знаешь куда мы идём? Не дождавшись очередного мотания головой, Акатава продолжила: — Мы идём к моей старой подруге, купим зелье, чтобы ты могла дышать под водой. Акатава резко затормозила, почувствовав как натянулись мышцы руки, которой она держала руку фейри. Та не пускала русалку вперёд, стоя как вкопанная. Акатава потянула спутницу на себя, но так лишь умоляюще глядела на русалку. — Ты не хочешь лезть в воду? — догадалась Акатава. Несколько быстрых, полных уверенности кивков. — Думаю, я понимаю... Но в этой воде не будет ничего... страшного. Ты сможешь дышать там точно также как и на суше. К тому же, ты наполовину русалка! Отрицательный ответ и нахмуренные брови. Глаза заблестели от слёз. Акатава повернулась к фейри, мягко взяв её за плечи и наклонилась к самому лицу. — Послушай, я вытащила тебя. Вода мой дом. Если ты останешься здесь, то рано или поздно тебя снова поймают и посадят в клетку. А если пойдёшь со мной, ты будешь в безопасности. Ты мне веришь? Фейри не ответила, отводя взгляд. Крупные мотыльки кружили у створок зажженного уличного фонаря. — Ладненько, выбор у тебя всё-равно не велик. — протяжно заключила Акатава, потянув фейри вслед за собой. В этот раз сопротивления не было. Вскоре они подошли к маленькому дому с жёлтой крышей. Над дверью висела ветхая, противно скрипучая табличка с некогда красивым орнаментом, украшавшим надпись: «Магазин лекарственных трав и снадобий Мисс Тот». Сквозь оконные витрины, густо замазанные пылью, можно было разглядеть разве что силуэты содержащихся в лавке товаров, обрамлённых тёплым светом совершенно немагических керосиновых ламп. Пара быстро приблизилась ко входу. —Хей, Эллин! — радостно поприветствовала Акатава со звоном фарфоровых ветряных колокольчиков открытой двери. — Я тебе тут клиента привела. Из-под прилавка послышалось неразборчивое бормотание, после, над ним выросла молодая девушка, одетая в простенький жёлтый сарафан с фартуком. Она явно была не в восторге от нагрянувших посетителей и даже не скрывала этого. — Госпожа Акатава, помнится мне, вы в прошлый раз привели мне «клиента» и стащили снадобье от запора. А ведь у русалок его даже не бывает! — Ну что ты, это же было так давно… — Позавчера. — девушка скрестила руки на груди. — Как быстро летит время! — сирена приблизилась вплотную к стойке. — К тому же, я всё вернула и пообещала, что больше не буду так делать… Изящный палец сирены заскользил по деревянной поверхности прилавка, вырисовывая невидимые узоры. Эллин сглотнула. — Скажите спасибо, что я не вызвала стражу, Госпожа Акатава. — стояла на своём девушка, сделав нарочитое ударение на последнюю фразу. — Но ведь не вызвала. И зачем же так официально, Эллин, давай как раньше... Пока Акатава болтала с Эллин, пустив в ход всё своё обаяние, фейри жадно поглощала глазами магазин, принюхиваясь к душному пряному запаху этого места. Массивные стеллажи из тёмного дерева упирались в самый потолок, а на грубых полках лежало множество прелюбопытнейших вещей. Деревянные коробки с цветочным орнаментом, разноцветные пузырьки с непонятными надписями на их этикетках, пахучие отвары, склянки с эфирными маслами и благовониями. С потолка свисали веники сушеных трав, а на ржавом гвозде висел серый камешек с дыркой посередине. — Ничего не трогать! — послышался строгий голос Эллин, когда фейри потянулась к полке с блестящими лекарскими инструментами и бинтами для примочек. Русалка искоса поглядывала на неё, внутренне радуясь, не зная толком чему. То ли тому, что она сделала доброе дело, то ли тому, что заглушила жажду заимствовать чужие вещи на ближайшие пару недель. Но определённо было что-то ещё. — Сможешь подогнать то снадобье из кочерыжки, которое даёт дышать под водой? Двойную дозу? — обратилась она к Эллин, наклонившись к самому её лицу. — Я ненадолго отлучусь… в уборную. — Шепнула она напоследок, скрываясь в подсобке. Девушка тяжело вздохнула, откинула растрепавшуюся косу назад и вышла из-за прилавка, держа в руках складную деревянную лестницу. Достав с верхней полки небольшую коробочку из бересты, она вернулась на своё место, не обращая на фейри никакого внимания. — Госпожа, подойдите, мне нужно узнать ваш вес, чтобы правильно рассчитать дозу. — не поднимая глаз, буркнула она. Фейри неловко стояла у стеллажей, переминаясь с ноги на ногу. — Быстрее, если можно. Я собиралась закрываться.

***

Эллин действовала на автомате. Не задавая лишних вопросов ни по поводу вида загадочной посетительницы, ни по поводу окровавленной сорочки. Профессия травника, как и любая профессия тесно связанная с жизнью клиента требовала полного равнодушия ко многим аспектам. Ведь помимо мазей и снадобий от обычной простуды, ящики старого прилавка хранили в себе множество тайн, унёсших не одну жизнь деликатных проблем. Достав из берестяной коробочки несколько кубиков, напоминающих цукаты, Эллин положила их в стеклянный сосуд, по форме напоминающий грушу. Затем, она залила ингредиенты голубой жидкостью из высокого глиняного графина, закупорила сосуд и ритмично потрясла его, держа обеими руками. Всё это сопровождалось удивлёнными вздохами фейри, очарованной столь отточенными профессиональными действиями. — Срок свежести после открытия три дня. Действие пассивное, эффект длится сорок дней в счёт удвоения дозы. Перед употреблением, убедитесь, что у вас нет аллергии на капусту. — сухим тоном объяснила Эллин и выставила пузырёк на прилавок. — С вас 89 вархам. Фейри молчала. Оглядев её и не обнаружив места куда можно было пристроить кошелёк, Эллин в очередной раз тяжело вздохнула и оторвала от стопки небольшой жёлтенький листочек. — Я запишу это на ваш счёт, госпожа… Позвольте узнать ваше имя... Повисла пауза. Фейри беспомощно хлопала длинными ресницами, смотря на травницу. Тут, откуда ни возьмись прямо перед носом Эллин появилась сирена, опершись обеими руками о край стойки. На лице её была широкая улыбка. — Она фей… — Акатава на мгновение посмотрела на лакричные леденцы в стеклянной пиале, стоящие на прилавке. — Её зовут Фэй! Кстати, действие зелья пассивное? — Да. — только и смогла проронить хозяйка лавки. — Отлично, можешь выпить сейчас. — русалка кинула сосуд за спину и тот приземлился точно в руки новоиспечённой Фэй. — Спасибо, Эллин. Я выпишу чек. — звонко проговорила Акатава, чмокнув травницу в порозовевшую щёку, и незамедлительно повела фейри к выходу. — Кстати, если что, ты её не видела. Дверь захлопнулась со звоном ветряных колокольчиков.

***

— Фэй… Фэй, Фэй, Фэй. — задумчиво повторяла русалка, смакуя имя на вкус. — Тебе нравится? Фэй задумалась и, немного погодя, кивнула. — Вот так говорят «спасибо». — Акатава приложила ладонь к своим губам, будто хотела послать воздушный поцелуй. Фейри повторила это движение. Они пошли дальше. Портовый городок Дайле практически весь погрузился в сон. Резные ставни домов были плотно затворены. В лавках ремесленников давно потухли искры лучин и кутерьма звуков. Сумеречная тишина заставляла слышать даже собственное дыхание, а где-то с соседней улицы доносилась ругань, похожая на лай собак, впрочем, лай минимум одной собаки тоже присутствовал. Из окна прямо на мостовую, по которой через пару секунд прошли бы Акатава и Фэй, выплеснулась по меньшей мере половина кринки гнусно пахнущей жижи. Пропитанные зловонием капли разлетелись во все стороны, окропив подол пальто сирены. Акатава громогласно выругалась, погрозив кулаком в сторону окна. Вроде бы в такое время единственными оживленными местами Дайле должны были оставаться только кабаки с весёлыми разговорами бывалых моряков, пропитанные ромом и табаком, да бордели, где становились мужчинами юнцы и искали спасения мужья. Но на деле, город хоть и казался спящим, жизнь в нём не угасала ни на миг. — Забавно, ты знала, что один человеческий учёный изобрёл это снадобье, только потому, что любил экспериментировать со своими пассиями? — бодро сказала Акатава. — Люди удивительные существа, особенно алхимики. Они наварили столько добра для красоты, здоровья, ног. Представляешь, если бы не существовало "Горного Прула", — она достала из ридикюля маленький пузырёк и потрясла им перед носом спутницы. — Мне б за моими прекрасными длинными ножками пришлось бы обращаться ко всяким сомнительного вида старухам, живущим у чёрта на куличиках и приплетающие всякие проклятия к своим отварам. Совсем как моя прабабка, представляешь? Чтобы обменять хвост на ноги, прабабке пришлось лишиться голоса! Лишиться голоса —худшее, что можно себе представить! Нет, мы, русалки, народ конечно не болтливый. Но представляешь какое это наказание для той, кто собирается выступить на Плясках Селены? Фейри вопросительно поморгала. — Селена — это наша богиня луны. Наша, в смысле морского народа, русалок в общем. Она же вызывает приливы и отливы. Каждое второе полнолуние мы пляшем на волнах воспевая её. — пояснила Акатава. — А в конце плясок выбирают ту, кто пел лучше всех. Ей вручают лунный камень и назначают Открывающей следующие пляски. И угадай кто победил на прошлых? Фэй молчала. — Я! И лунный камень мой. Не могу дождаться, чтоб показать тебе! — Сирена издала восторженный звук, захлопав в ладоши. Она едва ли не прыгала от счастья. — Обязательно свожу тебя на следующие пляски. Это воистину волшебное зрелище!

***

Море шумело. Фэй услышала его шебуршание задолго до того, как оно появилось на горизонте. Когда они ступили на причал, звёзды уже вовсю светили своим холодным молочным светом, и вода мерцала под ними. В порту не было фонарей. Идя по скрипучим и сырым доскам, Фэй завороженно смотрела на белые волны-барашки разбивающиеся о край причала, орошая его градом брызг. — Думаю тебе лучше снять это. — Акатава оглядела сорочку. — Кровь может привлечь хищников, а они её за много миль чуют. Фейри заколебалась, но нехотя сняла с себя сорочку, стыдливо прикрываясь руками. Стало ясно, что без одежды, она чувствует себя совсем не так раскованно как Акатава. Сирена невольно засмотрелась на черты её стройного тела, талии, аккуратной груди, ложбинки меж ключиц. Засмотрелась на щёки и кончики ушей, к которым вмиг прилила кровь. — Совсем не русалка. — вздохнула Акатава, раскрывая ридикюль, покоящийся всё это время в просторном внутреннем кармане плаща. — Надень это, если хочешь. Только, боюсь крылья тебе лучше спрятать под ним. Не порви. В руках фейри оказалось голубое вечернее платье, в котором совсем недавно выступала сирена. Оно было безразмерным, по виду напоминало парео. Кряхтя и извиваясь, фейри надела его. Ткань беспощадно затрещала, когда она наклонилась, поправляя юбку. И этот звук больно кольнул душу и женское достоинство Акатавы. — В груди значит жмёт. — проскрипела она, но тут же натянула милую улыбку. — Ничего, подберём тебе что-нибудь по размеру попозже, а пока потерпи. Фейри оказалась бесцеремонно скинутой с причала. Она попыталась всплыть, но русалка мягко опустилась на колени, наклонилась и силком резко опустила создание за голову обратно под воду. Кверху начали всплывать крупные частые пузырьки. Чтобы зелье подействовало в лёгких должно начать жечь.