Полудрём

Утро выдалось ветреным. Хрустальное голубое небо казалось непривычно высоким; солнце было не по-осеннему тёплым, оно отражалось в окнах домов, сверкало в витринах магазинов и окнах ленинградских квартир. Туманов проснулся, и тут же блаженно растянулся на кровати. В голове всплыли подробности их с Эриком романтического вечера, который был накануне. Улыбаясь своим воспоминаниям, Игорь встал и отправился в ванную. Когда с умыванием и чисткой зубов было покончено, мужчина прошёл на кухню. Достав из холодильника вчерашние тефтели с макаронами, он уселся вместе с кастрюлькой за стол и начал есть холодное блюдо. Подогревать было лень. Завтракая, Туман вспомнил, что у него закончился пластилин, а ведь в последнее время ему безумно нравилось лепить из него фигурки, чудовища, дома. Поскольку кризис настиг и его рабочее место, теперь Игорь целыми днями был свободен. А руки требовали творческого труда. Сперва Туманов взахлёб рисовал, а потом случайно нашёл в одном из шкафов Зингера коробку с пластилином, и понеслась. Наевшись, Игорь вышел на улицу. Жмурясь от слишком яркого солнечного света, он застегнул свою синюю куртку, и пошёл в сторону ближайшего магазина, торгующего канцелярией. — Ну привет, — раздался над ухом знакомый голос. Это был Тимофей. — Привет, — хмыкнул Игорь. — Давненько тебя не видел. — Я познакомился с одним призраком. Он прикован к дому, никак не может убраться на тот свет, — простодушно отозвался Тимофей. — Интересный человек. Ну, в прошлом человек. — Рад, что теперь тебе не так скучно. — Слушай, я тут подумал… Ты ведь можешь помочь ему уйти? — Наверное, могу. Не знаю, — Туманов поднялся на крыльцо магазина и вошёл внутрь. — Я так понял, что его останки спрятаны где-то в доме. Помоги, а? — Даже не знаю, — неуверенно ответил Игорь, рассматривая коробки с пластилином. Продавщица вопросительно уставилась на разговаривающего с самим собой. Туман кашлянул в кулак и достал деньги. Купив первую попавшую коробку, он поспешил ретироваться. — Ну будь другом! — канючил Тимофей. — А в благодарность я устрою тебе классную экскурсию по астралу! Игорь задумчиво посмотрел на призрака и едва заметно кивнул: — Ну ладно, чёрт с тобой. Веди. Тимофей радостно улыбнулся и, сделав кувырок в воздухе, повёл Туманова в сторону метро. Их путь лежал на 14-ю Линию Васильевского острова. Именно там, между книжным магазином и старинным жилым домом, затерялся небольшой заброшенный особняк. Игорь остановился и внимательно осмотрел то, что открылось его взгляду. Два этажа, потрескавшийся серый камень, выбитые оконные стёкла, почти полностью разрушенное крыльцо с некогда белыми колоннами. Рядом тихо покачивались деревья, сбрасывая на землю остатки осенней листвы. — Идём? — спросил Тимофей и через секунду оказался в тёмном дверном проёме. — Идём, — пробормотал Туманов, следуя за ним. Они очутились в некогда просторном зале, в котором теперь не было ничего, кроме запаха затхлости, обёрток от шоколада и печенья, пустых пивных бутылок. Тимофей сложил руки рупором у рта и закричал: — Александр Петрович, мы пришли! Послышались тяжёлые шаги, заставляющие деревянные половицы жалобно скрипеть, и через мгновение в зале появился бледный полупрозрачный мужчина с чёрной козлиной бородой, впалыми щеками и тёмными глазами. На нём был старомодный костюм из серой и белой тканей. «Такие носили в начале века», — подумал Туманов и прикрыл глаза, мысленно ставя блок против призрака, дабы тот не попытался занять его тело или навязать свои видения. Теперь у Игоря это неплохо получалось. — Доброго времени суток, молодой человек, — немного нараспев произнёс Александр Петрович. — Здравствуйте. — Тимофей говорил, что вы можете помочь мне уйти… — Я попробую. Вы говорите, что ваши останки здесь, в доме? — Да. Они в подвале. Туманов кивнул и, осмотревшись, пошёл в сторону лестницы, ведущей в подвальные помещения. Половицы истерично скрипели под его кедами. Игорь пнул деревянную дверь, что вела в подвал, и начал спускаться вниз. «Надо было взять фонарик», — подумал он, хмурясь. Чуть не упав с последней ступеньки, мужчина вовремя схватился за шершавую стену, и попытался почувствовать, куда двигаться дальше. Несколько долгих секунд ничего не происходило, а потом тонкий голос тихо заговорил: — Это ловушка. Зря ты пришёл сюда, зря. Игорь вздрогнул и посмотрел в ту сторону, откуда шёл звук. Маленькая полупрозрачная девочка смотрела на него огромными скорбными глазами. Туманов не успел ответить, как дверь в подвал с шумом захлопнулась, и он остался в кромешной тьме. Вздрогнув, Игорь метнулся вверх по лестнице. Навалившись всем телом на дверь, он с удивлением ощутил, что она не заперта. Упав на грязный пол, Туман тихо застонал. «Чёрт, что тут творится?!» — начиная закипать, думал он, вставая на ноги и отряхиваясь. Каким же было удивление мужчины, когда вместо незнакомого дома, в который он пришёл несколько минут назад, его глазам предстал интерьер того ужасного здания, где не так давно его ждал истинный кошмар. Фиолетовые ободранные обои, ощущение липкого страха и безысходности… — Так вот, что она имела в виду! Ловушка… — пробормотал Игорь, ощущая, как неестественно быстро колотится сердце в груди. Мужчина рванул к парадной двери, но она казалась заперта. Стараясь не поддаваться панике, что, конечно же, было очень непросто, Туманов резко обернулся и обвёл неприветливую гостиную тяжёлым взглядом. Что же делать? Как выбраться отсюда? — Ангелина? — хрипло позвал он, вспоминая старуху, которая тогда просила его остаться здесь. Игорь тянул время, хоть и понимал, что ему нужно подняться на второй этаж. Здесь не было ничего, кроме пустой гостиной, такой же кухни, заставленной старинной посудой: на столе кто-то оставил чашки и чайник, на плите стояли чугунная сковородка и грязная кастрюля. Словно кто-то вышел на пять минут, но так и не вернулся. Туманов провёл ладонью по влажному лицу и, ощущая дрожь во всём теле, начал подниматься на второй этаж. Оказавшись в уже знакомом узком коридорчике, он услышал скрип, доносящийся из комнаты, дверь в которую была слегка приоткрыта. Облизав пересохшие губы, мужчина ударил по ней кулаком. Раздался скрип, и тёмная комната поглотила Игоря, как ночь поглощает осенний город. *** Туман сидел в столовой, заполненной запахом котлет и борща, и помешивал кашу в своей жестяной миске. Рядом сидел его дружок Ян. Тот с аппетитом уминал овсянку с кусочками курятины, не глядя по сторонам. — Слушай, а ты чё так плохо ешь? — спросил парень, делая глоток компота. — Аппетита нет, — вяло ответил Игорь. — Тогда я могу съесть твою булочку? — Ешь. — Ой, спасибо, — Ян взял булку, щедро усыпанную сахарной пудрой, и начал отчаянно жевать. Он был полноватым круглолицым парнем с тёмными волосами и зелёными глазами. Очень предприимчивый и деловой, математический отличник, он был единственным человеком, который знал Тумана достаточно хорошо. После того, как Игоря выписали из психушки, где он находился после попытки убийства, Ян ничуть не отстранился от друга, хотя знал, что произошло. Более того, он держал эту историю в секрете, и в детском доме никто другой не был в курсе, что произошло со Тумановым. — Давай сегодня вечером пойдём в кино? — продолжил Ян. — Говорят, вышел отличный боевик. — Что-то не хочется. — Ну, смотри сам. Если надумаешь, то пожалуйста! Туманов не надумал. После занятий он привычно ощущал усталость, находясь на высоких дозах препарата. Подросток лежал на кровати и смотрел в окно. Время от времени в его разум проникали воспоминания их с Робертом романа. Обычно они встречались возле тех ворот, которые Игорь мог видеть со своего места. Челищев всегда был одет по последнему писку моды, предки не жалели денег на любимого мальчика. Нельзя сказать, что Туманов думал, как теперь живёт его бывший возлюбленный. В сущности, ему было всё равно. Мысли залетали в его голову и вылетали сами собой, не подвергаясь какому-либо анализу. — Игорь, привет, — произнёс Ян, усаживаясь на край его кровати. — Привет, — рассеянно ответил тот, поворачиваясь к другу. — Ты не пошёл в кино? — Нет. Ты помнишь, что скоро выпускной? — Ага. — Меня на нём не будет. — Это почему? — Меня берёт к себе одна семья, — улыбнулся Ян. — Ого! Круто! — Туман даже привстал на локтях. — Адрес хоть дашь? — Конечно. Завтра меня уже здесь не будет. Я оставлю тебе бумагу, где будет написано, где я теперь живу. — Хорошо. Игорь находился в таком состоянии, что просто не мог расспрашивать Яна о новой семье. Наутро того уже не было в детском доме, и никакой записки Туман так и не обнаружил. Спустя две недели он спросил у одного из учителей, куда переехал Ян, но тот как-то странно посмотрел на парня и ничего не ответил. Игорь с обидой думал, что старый друг просто не захотел видеть его в своей новой жизни. «Ещё бы! Он же теперь при папке с мамкой», — раздражённо подумал Туманов и поставил крест на этой дружбе. *** Игорь открыл глаза и увидел высокий чёрный потолок, спрятанный под слоем паутины. Привстав на локтях, он мотнул головой. Ян. Он не вспоминал о старом друге уже очень давно. Что же означало это видение? — Ты вернулся! Это чудесно! — раздался скрипучий голос. — Ангелина, это вы? — замечая силуэт в кресле-качалке, стоящей у окна, тихо спросил Туманов. — Да, милый, это я. — Зачем я здесь? Это вы заманили меня сюда? Старуха ничего не ответила. Начиная медленно покачиваться, она смотрела в окно, чуть склонив голову набок. Седые волосы были убраны в тугой пучок, на плечах покоилась синяя шаль. Игорь встал и подошёл к креслу, останавливаясь позади него. — Ты знаешь, милый, у меня никогда не было детей. Но я хотела иметь дочурку или сынишку… — наконец, произнесла Ангелина. — И что? При чём здесь я? Я хочу домой. — Все дороги приведут тебя сюда. Куда ни беги. — Кто такой Александр Петрович? — Это мой племянник. Туманов посмотрел на дверь. Желание свалить из этой комнаты было слишком велико, но… В его воспалённом мозгу возникла идея. Что, если попытаться «добить» эту старуху расспросами? Тогда она, быть может, прольёт свет хотя бы на что-нибудь из происходящего. — Как он умер? — громко спросил Игорь, интонацией давая понять, что не отступится. — Он… повесился, — тихо ответила Ангелина после небольшого молчания. — А вы? Как вы умерли? — Ты задаёшь очень странные вопросы, милый мой… — Как вы умерли? — с расстановкой отчеканил Туманов. — Я умерла прямо в этом кресле. Смотря на улицу. Был хороший, очень погожий день. Игорь схватил кресло за спинку и рывком развернул к себе. Всё, что он успел увидеть — огромную дыру беззубого рта, распахнутого в ужасающем крике. Дом зашатался и заскрипел, словно был живым существом. Туманов отвернулся и побежал прочь. Стены, лестницы, стены, лестницы… Проклятый особняк затягивал его в свои тёмные чертоги. Он ударился лбом о дверь и замер. Открывать её ужасно не хотелось, но ничего не оставалось. Судорожно выдохнув, Игорь вошёл в комнату и замер. За столом сидели четверо человек. Во главе восседала Ангелина (мужчина узнал её по причёске и синей шали), справа от неё находился Александр Петрович. — Сегодня девять дней, как с нами нет нашего дорогого… — Не называй его имя, — шикнул молодой человек в белом атласном костюме. — Да, конечно. Помянем нашего драгоценного, — прошептала Ангелина, медленно орудуя ножом и вилкой. Игорь видел мясо, лежащее в тарелках. Оно было покрыто коричневой корочкой. Но это явно была не курятина, как могло показаться в первую секунду. — Он будет доволен, — пролепетала девица в чёрном платье с воланами. — Ещё как! — ухмыльнулся Александр Петрович. Туманов обвёл взглядом комнату, подёрнутую дымкой, и увидел золотой ключ, призывно блеснувший в полумраке. Сглотнув, Игорь подошёл к дубовому буфету, на котором он лежал, и взял его. Четверо человек, сидящих за столом, продолжали спокойно есть. Туман увидел тёмную дверь, ведущую в смежную комнату. Что-то подсказывало ему, что это и есть нужная дверь. Затаив дыхание, мужчина подошёл к ней, вставил ключ в замок, и повернул. Та отворилась и белёсый свет, хлынувший оттуда, ослепил Туманова. Он вошёл в комнату и тут же закрыл уши руками, поскольку какофония низких и высоких голосов была просто нестерпимой. На стенах висели портреты, из которых лился яркий свет. Когда глаза Игоря привыкли к этому ужасу, он смог рассмотреть надписи, которые шли под каждой фотографией. Васнецова Ирина, 1890 — 1912. Багров Владислав, 1982 — 1933. Ежов Антон, 1890 — 1940. Сумина Эльвира, 1932 — 1968. Этих портретов было так много, что у Туманова закружилась голова. Все они рассказывали ему свои жуткие истории и просили помочь. Игорь понимал это, но не мог не разобрать ни слова. Тяжело дыша, он касался пальцами то одной рамки, то другой, читая имена. Попова Светлана, 1893 — 1936. Стасюк Виталий, 1917 — 1927. Никольский Адольф, 1900 — 1955. Шульженко Елена, 1927 — 1950. И вдруг гвалт голосов стих. Один удар часов. Второй. Третий. Туманов вспомнил слова Ангелины, что «он появляется после двенадцатого удара». Задохнувшись от мощной дозы адреналина, Игорь подошёл к двери и запер её на ключ. Восьмой удар. Девятый. Десятый. Шаги, медленные и тяжёлые, становились всё громче. Туманов прикрыл глаза, сглотнув. Некто, обитающий в этом доме, остановился прямо за дверью. Двенадцатый удар. Ручка бешено задрожала, оповещая о том, что тот, кто стоит с той стороны, пытается открыть дверь. Игорь слышал лишь собственное биение сердца и сжимал во влажной руке ключ. Всё же, нет ничего страшнее неизвестности. Страх сковывал внутренности, но Туманов старался не поддаваться панике. Он стоял тихо, бесшумно дыша. Несколько долгих секунд ничего не происходило, а потом за дверью снова послышались шаги. Это нечто уходило. Туманов поёжился и взглянул на ключ в своей руке, после чего обернулся и вздрогнул: десятки людей смотрели на него с портретов распахнутыми испуганными глазами. — Что с вами случилось? Покажите мне, — прошелестел Игорь и мысленно снял блок, позволяя чужим воспоминаниям и мыслям проникнуть в свой разум, но… ничего не произошло. — Мы не можем показать тебе, — прошептала одна женщина с фотографии. — Но, прошу, помоги нам обрести покой! Он мучает нас даже после смерти! — Как? — шепнул Туманов. — О, если бы мы знали… — Как вы оказались в этом доме? Помните хотя бы это? Женщина открыла рот, намереваясь ответить, как вдруг на её губах начали появляться стежки. Призраки с портретов тихо вскрикивали, и их рты мгновенно становились защитыми. Из скорбных глаз лились слёзы. Игорь вжался спиной в дверь, и выросшие из неё белые руки обхватили его, утягивая в соседнюю комнату, где недавно были поминки. Он не видел, кто именно шарит руками по его телу, но чувствовал жуткий запах мертвечины и хриплое дыхание. Брыкаясь, Туманов смог-таки отбиться и побежал прочь, не оглядываясь. И снова фиолетовые обои, открытая дверь на пыльную кухню, мрачная парадная дверь. Игорь скрылся на кухне и закрыл дверь, подпирая её стулом, после чего подлетел к окну. Оно было закрыто глухими ставнями. Чертыхнувшись, Туманов ударил кулаками по пыльному стеклу, после чего устало опустился на корточки. С каким-то отстранённым волнением он заметил, что у него дёргается правый глаз. Он был мокрым и вместе с тем холодным от липкого ужаса, творящегося в этом доме. Стул с грохотом упал, дверь приоткрылась, и на кухню вошли двое: тот молодой человек, что сидел за столом и Александр Петрович. Туманов вжался спиной в стену, но те даже не взглянули на него. Они были слишком увлечены противнем, на котором лежал разрубленный пополам ребёнок. Игорь ощутил дурноту и тошноту. — Посолил достаточно? — Да. И перца добавил. — Отлично. С этими словами мужчины открыли духовку и поставили в неё противень с человеченой. «Так вот, что за мясо было у них в тарелках!» — осенило Игоря. Туманов закрыл глаза, стараясь переварить увиденное. Тем временем в дверном проёме появился ребёнок. Старомодный коричневый костюм на подтяжках, гольфы, бежевая рубашка, а на лице уродливая маска с перекошенной мордой заяйца. Игорь открыл глаза и увидел, как этот мальчишка, махнув ему, выбежал в гостиную. Туманов, мысленно собравшись с духом, последовал за ним. Мальчик стоял на лестнице и смотрел на Тумана. Когда тот начал подниматься на второй этаж, тот резво побежал дальше. Ребёнок привёл его в комнату, в которой Игорь ранее не был. Он просто увидел новую дверь, вдруг появившуюся в коридоре. В комнате было много игрушек и книг, все они были покрыты вуалью паутины. Мальчишка подбежал в граммофону, поставил на пластинку иглу, и комнату наполнили звуки музыки, которая была в моде в начале двадцатых годов. Хохоча, ребёнок рухнул в кресло и захлопал в ладоши. — Что ты хочешь от меня? — спросил Игорь. — Поиграй со мной! — Во что? — В «Жмурки»! Если ты найдёшь меня, то я расскажу тебе об этом доме всё, что ты захочешь! Туманову показалось, что он когда-то уже слышал этот голос, но когда и при каких обстоятельствах, так и не смог вспоминить. Ему ничего не оставалось, кроме как согласиться. Мальчишка указал на платок, лежащий на стуле. — Завяжи себе глаза. Игорь помедлил, но выполнил просьбу. Стоя в кромешной тьме, он чувствовал себя слишком беззащитным. Где-то неподалёку раздался хлопок, и Туманов двинулся на звук. Смех сменился хлопком в совершенно другой части помещения. Игорь вытянул руки и пошёл в ту сторону. Музыка становилась всё тише и тише. Призрак был слишком ловким, хлопки раздавались то где-то совсем близко, то неожиданно далеко. Через некоторое время Туманов ощутил головокружение и остановился. Стояла полная тишина, от которой по спине мужчины бежал рой мурашек. Собравшись с духом, он снял с глаз платок и прищурился. Он стоял в комнате с заколоченным окном, у дальней стены было какое-то движение. Игорь щурился, немного ослепнув от длительного нахождения в темноте. И вот чьи-то ледяные руки схватили его, крепко сжимая. Туманов заорал и забрыкался. Тьма сменилась светом. В нос ударил запах осенней листвы и костра. — Игорь, очнись! Это мы, Валентин и Тимофей! — услышал он успокаивающий голос. Открыв глаза, Туманов увидел два знакомых лица. Одно принадлежало призраку, другое Ленницу. На обоих застыла крайняя степень встревоженности. — Что это? Где я? — выпалил Игорь, садясь и осматриваясь. Увидев дом, в котором он только что был, мужчина вздрогнул. — Тимофей нашёл меня и сообщил, что привёл тебя в ловушку, сам того не зная. Я поспешил на помощь, — пояснил Ленниц. — Тебе как, получше? — Немного. Там было… очень страшно, — ответил Туманов и потёр лицо. — Знаю. Ты был очень храбрым, — с восторгом отозвался Валентин. — Этот дом хотел бы тебя поглотить, как и всех остальных, да не может! Ты невероятно сильный. — Толку в моей силе? Я не могу разобрать, что там происходит. Те двое жрали человечину… — выпалил Игорь и встал, пошатываясь. Грязный и взлохмаченный, он был жутко похож на воробья. — Но каков прогресс! В прошлый раз ты словил рецидив после посещения этого дома, а теперь выстоял, вышел победителем! Блоки — отличная штука! — Да, вы правы, — не мог не согласиться Туманов. — Я хочу домой. Они втроём пошли по тихой улочке, сонно жмурившейся в осенних сумерках. — Прости меня. Я правда понятия не имел, что этот… Петрович… был скотиной, — пробормотал Тимофей. — Ладно, проехали. Этому дому нужен я. Они бы нашли другой способ заманить меня туда, — кисло ответил Игорь. — Я смог кое-что узнать про этот злосчастный особняк, — достав из кармана зелёного плаща батончик «Марса», Ленниц с блаженной улыбкой протянул его Туману. — Приятного аппетита! — Спасибо, — забрав шоколадку, тот по-варварски разделался с половиной обёртки, и откусил как можно больше. — Что именно вы узнали? — В этом доме жила семья Осиновских. Поговаривали, что её глава был человеком очень жестоким, и немало слуг пострадало от его рук. А потом, примерно в 1905 году, он неожиданно умер по неизвестной причине. И в течение следующих четырёх лет вся его семья отправилась на тот свет. Говорили о проклятии Осиновских, поскольку кто бы ни въезжал в особняк после — все странным образом погибали или исчезали. И вот уже порядка шестидесяти лет дом стоит заброшенным. Стараясь переварить услышанное и быстро жуя шоколадку, Туманов первым влетел в квартиру Эрика. Тот выскочил на топот и тут же нахмурился, видя растрёпанный внешний вид любимого. — Что случилось? Где ты был? — обеспокоено спросил он, хватая Игоря за руки. — Я всё расскажу, это долгая история, — ощутив небывалую радость (ради этого стоило выбраться из проклятого дома), Туманов приник виском к плечу мужчины. — Как же я соскучился… — А вы здесь каким ветром? — недобро посмотрев на входящих Тимофея и Ленница, поинтересовался Зингер. — Ах, простите мне мой визит… — залепетал было магистр, но Игорь перебил его, объясняя, что они с Тимофеем выручили его, и теперь им всем надо обсудить случившееся. Они расположились на кухне и Туманов, уминая вчерашний ужин, рассказал Эрику о своих приключениях. Тот мрачно посмотрел на призрака: — Так это из-за тебя… — Боюсь, он здесь ни при чём. Это место не отпустит Игоря, пока он не расправится с ним, — улыбнулся Ленниц. — И что теперь делать? — прищурился Зингер. — Ему придётся снова пойти туда. — Нет! — жёстко отозвался Эрик. — Даже не думайте об этом. — Дорогой, я совершенно этого не хочу и был бы счастлив забыть об этом месте, но мне и впрямь придётся туда вернуться. Я не хочу попадать в ловушки и оказываться снова и снова в том месте без какой-либо подготовки, — жуя тефтель, мрачно отозвался Туманов и накрыл ладонь мужчины своей. — Этот дом хранит не только загадку, но и разгадку. Подумай, Игорь, что ты там видел или слышал, кроме того, что рассказал нам, — глубокомысленно заявил Валентин. — Хм. Мне и впрямь надо подумать. И поспать, — Туман объелся и теперь ощущал жуткую усталость. Глаза буквально слипались. — Завтра вечером я вернусь туда. — Мы пойдём с тобой, — с готовностью ответил Тимофей. — Как вы смогли вытащить меня, кстати? — дожёвывая макароны, спросил Игорь. — Я воспользовался своим изобретением. Это потратило почти всю его энергию. Но её хватит, чтобы вызволить тебя в случае чего ещё раз. — Всего один? — Увы… — Я пойду с тобой. И это не обсуждается, — прервал их Эрик и сжал пальцы Туманова в ладони.