Андроид, присланный Киберлайф

— Коннор, — устало буркнул Тони, — твоя главная задача сейчас — не мешать. Тебе ясно? Мы всего лишь пару часов назад посмотрели обращение этого Маркуса, а, оказывается, кампания против него идет полным ходом, поэтому нужно делать все как можно быстрее. И вообще, тебя лучше перевести в режим гибернации или аналогичное состояние… — Нет! — запротестовал он. — Я… я не хочу. Не надо. Мне спокойнее быть здесь, все видеть и наблюдать. — Тогда наблюдай молча.

***

Тони внезапно стал очень восприимчив, будто ему передалась нервозность Коннора. Каждый шорох, стук и скрип вызывали в его мозгу нервную вспышку, и он тут же приказывал Пятнице доложить обстановку. Она лишь подтрунивала над ним, обвиняя в излишней осторожности и боязливости. Но ее нападки прекратились. Тони напряженно наблюдал, как сотрудники Киберлайф запрашивают доступ в пентхаус, при этом глядя в камеру Пятницы и мило улыбаясь. — Гестаповцы, — буркнул Тони. — Пятница, все в порядке? — Да, мистер Старк, — без толики прежней веселости сказала она. — Одобряю запрос? — Впускай их. До прихода сотрудников Киберлайф оставалось еще около десяти минут: Пятница специально будет обрабатывать запрос через стационарные системы небоскреба, а также подъем на лифте займет какое-то время. Тони в очередной раз проверил каждый угол пентхауса своими глазами и глазами Пятницы. Проходя к следующему углу, он уловил свое мимолетное отражение в зеркале, и даже этого хватило, чтобы Тони понял, что выглядит он неважно: осунувшееся лицо, нервный взгляд и морщины, будто сложенные по трафарету. Он заскочил в ванную и, умывшись ледяной водой, поежился; ему стало немного спокойнее. Порепетировав у зеркала, он напустил на себя непринужденную мину. Тони отправился на кухню и налил себе виски. Осушив стакан, он подлил еще и направился в гостиную. Только стоило ему сесть на диван, перекинув ногу на ногу, как в дверь постучались. Приняв наиболее расслабленную и безмятежную позу, он крикнул: — Проходите, господа. Дверь отъехала, и перед Тони оказалось трое сотрудников Киберлайф, ввезшие металлический каркас. Одетые как все на подбор в нейтральные полуформальные костюмы, они мало чем отличались от андроидов. Лишь отсутствие нашивок на одежде и диода говорило об их принадлежности к человеческому роду. — Добрый день, мистер Старк, — кивнула в знак приветствия женщина и, достав из кейса документы, раскрыла рот для продолжения реплики. — Чем могу помочь? — перебил ее Тони, отхлебнув из стакана, чем вызвал ее тщательно маскируемый неприятельский взгляд. — Компания Киберлайф просит прощения за беспокойство, — заговорил подручный. — Как вы уже знаете, все андроиды подлежат изъятию и утилизации. — Я, в свою очередь, тоже прошу прощения, но по иному поводу. Напомните мне, по какой причине андроиды подлежат деактивации? — Из-за распространения явления девиации, — холодно сказала женщина. — Посмотрите-ка в свои документы и прочитайте вслух, к кому вы пришли. Теперь уже все трое недовольно смотрели на Тони. Он усмехнулся в стакан и снова отпил. — Мы знаем, что вы работаете над устранением девиации, но, к сожалению, Киберлайф не может больше ждать. Это не прихоть директората: сюда уже вмешалось правительство. — Это, конечно, занятно. Но вот еще один занятный момент: Киберлайф меня не то что не поторопил с разработками, но и не уведомил вовсе. Хорошо, что мой мозг еще не иссох и я прикинул, что вы придете за андроидом, — Тони намеренно обезличил Коннора. — Хотя, это весьма странно: уж наверняка я-то справился бы с ним, если бы обнаружил девиацию… — Эта ситуация взята под контроль правительством, — повторила женщина и, чуть тряхнув головой, зачитала документ: — В вашем распоряжении находится модель RK800 #313 248 317-51 по имени Коннор. Все верно? — В точку. Что ж, пройдемте за мной, господа. Отдам вам бедолагу-андроида. Тони поставил стакан на кофейный столик и поднялся с дивана. Поманив сотрудников за собой, он направился в лабораторию. Хоть он и чуть улыбался, а весь его вид говорил о безмятежности, но внутри все понемногу холодело. Они вошли в лабораторию, и она вмиг осветилась стерильной белизной. На фоне светлого интерьера сидящий на столе Коннор выделялся, но все же гармонировал с обстановкой. Андроид был абсолютно спокоен, и ни взгляд, ни выражение лица не выражало никаких эмоций, лишь нейтральность и спокойную покорность, присущие всем роботам. — Расчехляйте ваши приборчики, проверяйте его и забирайте. У меня еще много работы, — буркнул Тони, постаравшись скрыть в голосе беспокойство. Сотрудники достали портативные инфракрасные анализаторы; на миг лаборатория озарилась алым. Коннор и бровью не повел. — Перейди в состояние гибернации, — приказали ему. Женщина вытащила из кейса совсем крошечный нетбук размером с блокнот и, ощупав затылок застывшего Коннора, подключилась к нему. — Модель RK800 #313 248 317-51, — кивнула женщина. — Целостность состава не нарушена, все модули в порядке, резервные копии здесь. Коды, команды… все в норме. Она принялась молча проверять Коннора, но все это продлилось недолго: вскоре андроид распахнул глаза. — Ах да, забыл вам черкануть в Киберлайф: краткий период гибернации. Пофиксите. — Желваки выступили на скулах Тони. Женщина достала небольшой чип и погрузила его в затылок Коннора. Он долго моргал, а диод нестабильно мерцал, но вскоре вовсе погас. Взгляд его застыл, а лицо приняло неестественную статичность. — Он отключился, — констатировала дама и вынула чип. — Забираем. — Передайте своему начальству, что неплохо было бы услышать от них объяснения всей ситуации, — сказал Тони недовольно. — И желательно в ближайшее время. — Мы непременно передадим, — холодно отозвалась женщина. — Девятое ноября 2038 года, десять часов пять минут утра… Распишитесь вот здесь, пожалуйста. Так… Спасибо. Просим прощения за неудобства. До свидания, мистер Старк. Двое парней подхватили Коннора и водрузили на металлический каркас. Закрепив положение андроида, они вывезли его из лаборатории; и женщина, и Тони последовали за ними. Старк не стал доводить их до выхода, а сел на диван и припал к оставшемуся в стакане виски. Проводив сотрудников Киберлайф и Коннора взглядом, он глубоко выдохнул. Как только они скрылись за дверью, Пятница сообщила, что они направились к лифту. — Следи за ними. И проверь тут все: мало ли какую гадость они могли оставить. Тони облегченно выдохнул. Беспокойство отступило и отправилось таиться на задворках сознания. Он распластался по дивану и, вытянувшись напряженно, как струна, замер в таком положении. Лишь затекшее тело напоминало ему о связи с материальным миром: его мысли блуждали в кромешной и непроглядной тьме. Где-то через час Пятница вернула его из ментальных блужданий: — Они прибыли в утилизационный лагерь номер три. Пентхаус чист от всяческих жучков и враждебных датчиков. — Чудно. Выводи его: хватит прятаться. Тони лениво встал с дивана и побрел на кухню со стаканом в руке. Наполнив его, он отпил, и алкоголь разом вдарил в голову, что показалось Старку странным, так как час назад он уже вливал в себя виски. Он снова сел на диван. Тони уже и забыл, где конкретно упрятал Коннора — или же он доверил это дело Пятнице? Это было неважно: андроид уже стоял посреди гостиной с взволнованным, но радостным видом. — Мистер Старк! — выдохнул он. — Я… я… — Обязан мне жизнью? — Обязан всем, — сказал Коннор и приблизился. — Честно признаться, я и не думал, что у вас получится провернуть такую авантюру. — Как оказалось, софт андроидов оказался еще легче, чем я думал. Скопировал точь-в-точь твою систему, смастерил идентичный облик, нарядил того робота в твои шмотки, и вуаля — Лжеконнор готов. Они даже разницы не заметили, — фыркнул Тони. — Но как вы скопировали заводские клейма и штампы? И откуда у вас тириум? — У меня есть мозг, оборудование и деньги, а это значит, что для меня мало неразрешимых ситуаций. Если не брать в расчет природные катаклизмы, конечно. Тони и не заметил, когда Коннор присел на диван. — Мистер Старк… — его ресницы порхали, и взгляд не осмеливался задержаться на Тони надолго; уголки губ сами по себе тянулись вверх, что еще больше затрудняло Коннора. — Я не могу найти слов, чтобы выразить вам свою благодарность. Не знаю, как описать то, что чувствую… — Радость, — подсказал Тони. — Эйфорию от спасения. Наслаждение жизнью, просто существованием. Вот как это называется — мотай на ус. — Невероятно, — Коннор покачал головой. — Я и не подозревал — не мог даже подумать, что когда-либо смогу… чувствовать жизнь, ощущать ее. Кажется, что я руками могу пощупать эту энергию, о которой так много говорят люди. Жизненную энергию, да? Я… не могу это объяснить. — Как и человечество. Вот уже не один век все писатели и философы пытаются дать точное объяснение и определение тому, что ты чувствуешь сейчас. Да и не все люди понимают. Чтобы вникнуть, нужно расширить сознание, а на достаточную величину — если это вообще измеряется — это можно сделать лишь с помощью наркотиков. Но когда ты под кайфом, вся жизнь и существование кажется такой ерундой, ибо мозг занят осознаванием несуществующего и невозможного. Ну вот, я снова заболтался… Тони почувствовал удивительную легкость. Ему вспомнился их с Коннором ночной разговор, что прочистил его мозги. Сейчас, по его ощущениям, происходило примерно то же самое. — Что же будет с остальными? — спросил Коннор обеспокоенно. — Ты про андроидов? Мы вряд ли что можем сделать. Да и не стоит забывать о Маркусе — он же главный борец. Посмотрим, что будет происходить дальше — нам ничего больше не остается. И неужели ты беспокоишься о своих собратьях? — Я предполагаю, к каким последствиям это может привести. Ненависть людей к андроидам удесярится, и тогда… Даже не знаю, что может произойти. — Коннор застыл, осмысляя перспективы. Немного подумав, он спросил: — А что мне теперь делать? — О чем ты? — Я уже вряд ли смогу заниматься ловлей девиантов. Во-первых, я сам же им стал, а во-вторых, скоро никого не останется, — со скорбью сказал Коннор, которая показалась Старку не слишком убедительной. — Могу тебя перепрошить… переквалифицировать, то есть. Но нужно ли? Это дело, которое не терпит спешки. Поэтому мы подождем… просто подождем… Тони окончательно разморило. Слабость накрыла его с головой, и он, закрыв глаза, почувствовал, как на него накатывает нега, поднимающаяся с ног к груди. Старк даже не понял, что Коннор приблизился к нему. Легко, почти невесомо он коснулся плеча Тони, будто призывая его раскрыть глаза. Но Старк не стал этого делать. Тогда он почувствовал, как Коннор сжал его плечо и накрыл его губы своими. Из Тони словно выбили весь воздух: он явно не ожидал этого от андроида. От машины. Но насколько он сам являлся человеком? Тони не оттолкнул Коннора: в нем зародились интерес и… удовлетворение? Неужели подсознательно он этого ждал и желал? Коннор целовал неумело, робко; немного большей уверенностью отвечал ему ошарашенный и дезориентированный Старк. Поцелуй был немного скованный, но в то же время отчасти жадный, желанный. Вскоре Тони, ощутив необъяснимый подъем и еле сдерживаемое рвение, стал напористее; проведя по гладкому лицу Коннора рукой, Тони зарылся в его на удивление мягкие волосы, чуть сжимая их и оттягивая голову назад. Старк, оторвавшись от губ андроида, нежно прикусил подбородок и, отведя его голову еще дальше, прикоснулся к шее. Он почувствовал, как Коннора бьет мелкая дрожь. «Неужели он на это способен?» Старк внезапно ощутил непонятную ему вину и беспокойство, и этот поцелуй ему показался настолько вопиюще неправильным, что он отстранился от Коннора, как-то тоскливо проведя ладонью по его щеке. — Мистер Старк… — прошептал Коннор, и его глаза лучились от переизбытка непонятых ему, машине, чувств. — Это лишь малая часть того, что называется человеческая жизнь, — Тони показалась эта фраза настолько нелепой, что он поджал губы, словно не давая слететь с них еще чему-то несуразному. Но поток мыслей был неумолим: — Откуда ты… где ты этому научился? Я не помню, чтобы у тебя был модуль развития. — Вышло само собой, — сказал он, глядя на Тони всепоглощающе, самозабвенно, будто бы Старк был эпицентром всей вселенной. Возможно, так оно и было. Тони с тоской встал с дивана, ибо понимал, что если Коннор скажет еще хоть что-нибудь, то он заткнет его поцелуем. Его обуревали странные ощущения, словно его мозг перестал воспринимать Коннора в качестве андроида. «Камски достиг невероятных высот. Смог алгоритмами и кодами отобразить человеческую сущность. Для чего это? Шутки ради? Впрочем, шалость вышла на ура: у Коннора впрямь образовалось человеческое сознание, будто бы оно было с самого начала». Мысли Тони приняли мрачное русло, и где-то затаилось предположение, что, возможно, это все не сложнейший код, а человеческое сознание, перенесенное в синтетическое тело, лишь блокируемое программой. — Простите меня, — сказал Коннор, и Старк чувствовал, как его взгляд упирается ему в спину. — Все нормально, — не поворачиваясь, ответил он. — Это рано или поздно бы случилось. Я так думаю. — Мистер Старк… — Тони, — он перебил его жестом. — Зови меня Тони. — Тони… — протянул Коннор, словно смакуя и пробуя на вкус новое, прежде недопустимое для него имя.