Любовь хулигана

Лили поверила Джеймсу, что не он напоил ее Амортенцией, ведь это действительно было так. Приворотное зелье попало в тыквенный сок Эванс по милости Сириуса Ориона Блэка III. Узнав об этом, Лили простила Джеймса, однако пойти с ним на Святочный бал так и не согласилась. За неделю до бала. — Ну спасибо за доверие, подруга, — негодовала Марлин МакКиннон, шагая рядом с Лили, — Почему ты до сих пор не сказала, с кем идёшь? Эванс вздохнула. Ладно, была не была. Марлин можно доверять. Лили схватила МакКиннон за рукав и затащила за гобелен. — Эй! Ты чего? — воскликнула Марлин. — Ладно, Марлз, но только попробуй кому-нибудь проболтаться, — зашептала Лили, — Меня никто не пригласил. — Как? — А вот так. Это все был спектакль для Поттера, чтобы он от меня отстал. Такого удивления на лице Марлин МакКиннон не было ещё никогда. Она пыталась что-то сказать, но Лили, сбегая от неудобных расспросов, выскочила из-за гобелена в коридор. — Эванс! — вновь послышались за спиной звуки знакомого голоса. «Черт, да что же за день сегодня такой?!» — негодовала Лили внутри. — Чего тебе, Поттер? — холодно спросила она и, закатив глаза, обернулась. Рядом из-за гобелена появилась Марлин и слегка улыбнулась при виде Сириуса. — Мы хотели узнать, где Марлз, но она сама подошла. Лили удивлённо вскинула бровь. Зачем это Поттеру понадобилась МакКиннон? — Марлз, — важно заговорил Сириус, — Пойдешь со мной на бал? После театральной паузы Марлин, сверкая глазами, ответила: — Я подумаю. Лили прекрасно понимала, что это всего лишь очередная игра с мальчишками в кошки-мышки, и ждать от Марлин никакого другого ответа, кроме положительного, нет смысла. Понимал это и Сириус, поэтому несмотря на шок своих друзей, лишь довольно ухмыльнулся, и увел Мародерскую шайку прочь. — Ты как всегда, Марли, — с улыбкой сказала Лили, — Почему нельзя просто согласиться, зачем все так усложнять? — Могу задать тебе тот же вопрос, Эванс, — парировала МакКиннон. А ведь Марлин была права. Лили действительно могла бы давно ответить на ухаживания Джеймса, но признаваться в своих чувствах было страшно даже самой себе. Для Эванс был странным и даже несколько обидным тот факт, что Джеймс уже несколько дней не приглашал ее на бал. Неужели, так быстро забыл свою горячо любимую старосту? — И всё-таки, Лилс, — заговорила Марлин, — Как будешь выкручиваться? У тебя ведь нет пары на Святочный бал. Эванс нахмурилась, но ей довольно быстро пришла в голову хорошая, как тогда казалось, мысль. — Есть у меня одна идея… Но ты должна будешь одолжить мне свою юбку. *** — Ох, Марлз, и как ты это носишь? Мне даже сесть в ней страшно, — недовольно сказала Лили, одергивая края мини-юбки. — Да брось, — усмехнулась МакКиннон, — Зато Дэвис увидит твои шикарные ноги и сразу согласится. Лили придумала коварный, и даже немного жестокий план по отшиванию Джеймса Поттера. Эванс решила пригласить на бал влюбленного в нее семикурсника Майкла Дэвиса, Пуффендуйского старосту. Майкл не ходил за Лили хвостом, как Джеймс, но тоже проявлял немалый интерес к девушке. Лили стояла перед зеркалом в своей комнате и пыталась понять, все ли готово к действию. — Облегающая блузка, короткая юбка и соблазнительная улыбка есть, — торжественно заключила Марлин. — Марлин, может, не надо? — жалобно произнесла Лили. — Может, и не надо, но уже поздно. Иди. *** — Лилс, он там, — ликующим голосом произнесла Марлин, — Пора. МакКиннон зашла в Большой зал и села на своё обычное место, рядом с Алисой. Лили на дрожащих ногах отправилась следом. «Так, главное, чтобы он не заметил, как я волнуюсь,"-подумала девушка, заходя в помещение. Взгляды всего Хогвартса вмиг обратились к ней. Скромняшка-староста Лили Эванс впервые появилась в таком вызывающем виде. Джеймс перевел глаза на Лили и замер в изумлении. На миг Поттер, наверное, забыл, как дышать, забыл как жить. Он любовался изгибами талии, длинными темно-рыжими локонами, аккуратно лежавшими на голых плечах, бархатными розовыми губами. Карамельные глаза Джеймса украдкой встретились со взглядом сверкающих изумрудных глаз Лили. Это продолжалось всего пару секунд, но для обоих секунды показались вечностью. Эванс, заглянула прямо в зрачки Сохатого и, наконец, приняла окончательное решение. Подавляя страх и смущение, она быстро отыскала Майка за столом Пуффендуя и уверенно отправилась к нему. — Привет, Майк, — сказала Лили, лучезарно улыбаясь. — Привет, Лили, — нежно пропел Дэвис. «Какой он приторный, Поттер никогда не пытался так со мной говорить,» — вскользь подумала Лили и ужаснулись своим мыслям. Она только что похвалила Поттера? Невероятно. — Майки, — с улыбкой сказала Лили, — У меня к тебе есть предложение, — она томно опустила глаза и слегка вздохнула, — Пойдешь со мной на бал? Сама удивляясь своей решимости, Эванс сделала то, чего и не должна была — положила свою ладонь на руку Майка. — Джим, ты чего? — обеспокоенно глядя на друга спросил Ремус.  — А? — переспросил Джеймс, словно очнувшись от транса. Джеймс опустил голову вниз и увидел в своём красном, как клешня краба, кулаке согнутую пополам ложку. — Ничего, — буркнул Поттер и снова перевел взгляд на воркующих Лили и Майка. *** Новость о том, что Лили Эванс идёт на бал с Майклом Дэвисом, немедленно облетела весь Хогвартс. Одни тихо завидовали, другие посмеивались. И только для самого Майка неделя до бала превратилась в сущий ад. Ежедневно со старостой Пуффендуя происходили всякие неприятные ситуации. В понедельник его парадные туфли выловили из Черного озера, во вторник Майкл взвыл от болезненных струпьев и волдырей, что чудесным образом вскочили ща одну ночь на его лице.  — Интересно, что Мародеры придумали для несчастного Майкла на сегодня, — грустно протянула Алиса, глядя на одногруппников за другим концом стола. — А мне вот совершенно не интересно, и проверять бы не хотелось, — гневно сверкнув глазами, сказала Лили. — Боже мой, Лилс, может, всё-таки согласишься пойти на бал с Поттером? — устало и нетерпеливо произнесла Марлин, — Он ведь так совсем угробит Дэвиса. Майки, конечно, тот ещё болван, но даже он такого не заслуживает. Лили вздохнула. Она прекрасно понимала, что все испытания, свалившиеся на плечи Майка, дело рук Джеймса, сердце которого она безжалостно разбила. Но переступить через гордость Эванс не могла и не собиралась. — Крыса! КРЫСА! — завизжал кто-то за столом Пуффендуя. Все обернулись и увидели искривленное в гримасе ужаса лицо Майкла Дэвиса. По столу бежала толстая серая крыса, которую Майк пытался убить учебником по травологии, параллельно сбивая кубки и тарелки, проливая их содержимое на ребят со своего факультета. — Лилс, ты куда? — удивилась Марлин, когда Эванс вскочила и помчалась к своему кавалеру. — Ну-ка иди сюда! — взвизгнула Лили, хватая крысу за хвост и понеслась прямиком к Мародерам. Сириус и Джеймс, не скрывая своего триумфа, покатывались со смеху, даже Ремус едва сдерживал себя. — Ты просто чокнутый, Поттер! — крикнула Лили, сверля взглядом одноклассников. — О чем ты, Эванс? — наигранно удивился Джеймс, — Я не виноват, что твой дружок боится крыс… — Ты сам прекрасно знаешь, о чем я! — негодующе прокричала девушка, и бросила грызуна в тарелку Поттера, — Заберите вашего Пит…- Лили поняла, что только что чуть не объявила на всю школу имя незарегистрированного анимага, — Питомца. — Как вам не стыдно бросаться крысами, мисс Эванс? — усмехнулся Сириус, мастерски пародируя манеру профессора МакГонагалл, — Разве так должна себя вести настоящая староста? Вы не оправдываете доверия. Лили закипала. — Ты оставишь Майка в покое, если я пойду с тобой на бал?! — выпалила она вдруг. Повисла тишина. Все повернули головы в сторону конфликтующих. Даже Джеймс не ожидал такого поворота событий. С лица Поттера сошла его обыкновенная глупая усмешка, а карамельные глаза загорелись надеждой. Неужели, это действительно происходит? — Да, — спокойно сказал Джеймс, — Обещаю. — Прекрасно, — сухо ответила Лили и направилась к выходу. «Вот дура! Зачем, зачем ты это сделала?! — корила себя Лили весь оставшийся день, — Ради Майкла идти на бал с Поттером, да ты рехнулась! Или ради себя?». Джеймс, вопреки всеобщим ожиданиям, не подшучивал над Эванс, и вообще к ней больше не подходил. Он лишь изредка поглядывал. Невзначай, совсем немного, но так ощутимо для самой Лили. *** Настал долгожданный день Святочного бала. Старшекурсницы с самого утра укладывали волосы, пробовали десятки вариантов макияжа, подбирали туфли к своим шикарным платьям. И только Лили Эванс в это утро не хотелось делать совершенно ничего. Она сидела в сугробе под своим любимым деревом, глядя на мерцающий лёд Черного озера. На рыжие локоны девушки падали крохотные снежинки, тут же тая, и превращаясь в прохладные капли. Созерцать это прекрасное явление природы было для Лили гораздо более интересно, чем суету, царившую в гостиной Гриффиндора. Девушка улыбнулась, закрыла глаза и подставила розовые от мороза щеки навстречу сонному январскому солнцу, которое едва пробивалось из-за светло-серой пелены облаков. — Можно присесть? — раздался за спиной Лили звонкий девичий голос. — Конечно, Марлз, — все с той же лёгкой улыбкой ответила Эванс. Марлин осторожно приземлилась рядом с подругой. Снег под ногами тихо хрустел, нарушая звенящую тишину зимнего утра. — Что, прячешься? — ухмыльнулась МакКиннон. — Нет, просто не хочу на все это смотреть, — спокойно ответила Лили. Разумеется, она пряталась от своей участи, но признавать этого не хотелось даже перед лучшей подругой. Однако Марлин и так это знала, просто не решилась произнести вслух. — Лилс, — заговорила МакКиннон, ложась спиной в холодный сугроб. Эванс последовала ее примеру. — Что? — Я не говорила вам с Алисой. Мы с Бродягой вчера ночью гуляли по окрестностям, ну и он… Предложил мне стать его девушкой, — будничным тоном проговорила Марлин. — Ну ничего себе! Это же здорово, — рассмеялась Эванс. Она была искренне рада за подругу, на самом деле рада. Но извлечь из себя нечто большее, чем просто пара дежурных «тёплых дружеских поздравлений», опустошенная и подавленная Лили сейчас не смогла. Однако Эванс услышала некоторые нотки тревоги в голосе Марлин. — Слушай, Марли, — ласково сказала Лили, повернувшись лицом к МакКиннон, — Я понимаю, что Сириус Блэк — далеко не пример ответственности и целомудрия. Но сама подумай, стал бы он предлагать тебе быть его официальной девушкой, если бы не хотел ничего большего, чем просто двухнедельная интрижка? Марлин тяжело вздохнула и тоже взглянула на подругу. — Я не знаю, Лили. Сказать по правде, иногда я боюсь. — И зря, — разгоряченно начала Эванс, — Я видела со стороны, как Сириус смотрит на тебя. Он ни на кого другого так не смотрел. Я уверена, что Блэк любит тебя, Марли, пусть ты этого и не видишь. Никогда бы Лили не подумала, что будет доказывать кому-либо искренность и преданность Сириуса Блэка, хотя все бывает в первый раз. — А ведь Джеймс любит тебя Лилс, — неожиданно перевела тему разговора Марлин. — А при чем тут Джеймс? — Ай, да перестань, прошу тебя, — не выдержала МакКиннон, — Ты же просто выпендриваешься, Эванс. Ты ведь видишь, что его чувства настоящие, но шанс дать не хочешь. Поттер бегает за тобой, как собачонка, я никогда такого не видела. — Ну спасибо, теперь я виновата, — закатила глаза Лили, села, обхватив колени руками, и вновь стала всматриваться в озеро. Внутри что-то больно кольнуло. Эванс понимала, что Марли права, но упорно продолжала убеждать себя, что Джеймс Поттер — обманщик и сердцеед, и что ему просто нужно покорить сердце наивной гриффиндорской старосты воимя своего самолюбия. — Вот же дурочка ты, Лили, — рассмеялась Марлин и высыпала на голову подруги горсть снега. *** — Ну, как я́ выгляжу? — спросила крутившаяся перед зеркалом Марлин и повернулась к Алисе с Лили. МакКиннон была прекрасна, как никогда. Ее белые сияющие волосы были завиты в аккуратные крупные кудри и эффектно лежали на плечах. Платье нежного персикового цвета подчёркивало стройную фигуру девушки, а серебряные блёстки на юбке сверкали в теплом свете настольной лампы. — Просто потрясно, — улыбнулась Алиса, — Сириус точно оценит. А ты, Лили, почему до сих пор не готова? Бал начинается через сорок минут, а ты даже в платье не переоделась. — Я уже готова, — непринужденно ответила Лили. — Пойдешь в ЭТОМ?! — хором воскликнули МакКиннон и Гамп. Лили выглядела совсем не по-праздничному. Обычный тёмно-синий свитер, обычные голубые джинсы, только заколка, усеянная драгоценными камнями, светилась в рыжих локонах. — Да, — уверенно ответила Эванс. — Алиса, она сходит с ума, — мученически произнесла Марлин, — Я не знаю, что делать с этим человеком. Повисло молчание, нарушаемое лишь гневным сопением МакКиннон. Лили не хотелось наряжаться в этот день, чтобы излишне не радовать Поттера, однако она не подумала о том, что будет выглядеть весьма глупо, если придет в таком виде на бал. — Зато я знаю, что делать, — воскликнула Алиса, немного погодя и бросилась к шкафу, — Вот, Лилс, — радостно сказала девушка, доставая чехол для одежды, — Я купила его летом, но надеть сейчас не смогла, оно стало мне мало, а тебе, думаю, будет в самый раз. Надень его, и ни один Поттер не останется в живых. *** — Да где они ходят?! — негодовал Джеймс, глядя на часы, — Мы же договорились с Эванс, в холле в восемь. — Марлз! — с улыбкой произнес Сириус, прижимая к себе подошедшую девушку, — Выглядите просто великолепно, миледи. — Благодарю вас, — просияла МакКиннон. — Слушай, Марлин, где Лили? Я жду ее здесь все эти двадцать минут, и безуспешно, — начал возмущаться Джеймс. — У них с Алисой были последние приготовления, — ответила МакКиннон, — А, вон же она! Джеймс повернул голову в сторону лестницы и замер в изумлении. Лили медленно, маленькими шажками спускалась навстречу друзьям. Аккуратно приподнимая подол небесно-голубого платья, она смотрела под ноги, боясь споткнуться на ровном месте. Да, наряд Алисы действительно сидел на Эванс идеально. Темно-рыжую длину волос девушки собрали в пышный пучок, выпустив и завив пряди у лица. Лили блистала. Она мило улыбнулась Марлин, затем слегка взволнованно покосилась на Сириуса, но тот лишь стоял с открытым ртом. Джеймс не подавал никаких признаков жизни. Он остолбенел, точно пораженный тройным заклинанием. — Привет, — смущённо произнесла Лили, — Извините, что опоздала. — Ты, — выдохнул Сохатый, пытаясь собраться с мыслями, — Безупречна. — Да, Эванс, просто бомба, — подхватил Бродяга. Лили залилась густым румянцем, неуверенно протянула руку своему спутнику, и отправилась на бал. Ее звездный час пришел. Студенты Хогвартса с удивлением косились на Лили и Джеймса, шагавших рядом. — Почему они все так пялятся? — тихо произнесла девушка, думая, что Поттер ее не услышит. — Не могут поверить в увиденное, — усмехнулся он в ответ, — Я тоже не могу осознать, что это все взаправду. Джеймс поймал на себе счастливый взгляд профессора МакГонагалл и слегка улыбнулся ей уголками губ. Профессор Дамблдор произнес праздничную речь и открыл бал. Зазвучала музыка, вокруг запестрели танцующие парочки. — Позвольте пригласить вас на танец, мисс Эванс, — слегка добавив баса, произнес Сохатый и галантно протянул руку Лили. «Черт побери, почему он такой сильный?!» — подумала Лили, ощутив, как Джеймс притягивает ее к себе, прочно удерживая за талию. Она осторожно сжала мокрую от волнения ладонь парня, и сама удивилась этому факту. Джеймс понял, что нужно срочно скрыть свои страх, и закружил Эванс в безудержном вальсе. Одна композиция, другая, третья, а эти двое все не отлипали друг от друга. Джеймс не мог оторваться от волшебных, горячо любимых изумрудов, что воззрились на него так же неотрывно. Лили всматривались в карюю теплоту, и не могла перестать искать для глаз Поттера какие-нибудь родственные по цвету вещи. Карамель, молочный шоколад, миндаль… Но это определенно что-то очень вкусное, и такое сладкое, что Эванс хотелось попробовать как можно больше. С другого конца зала раздался оглушительный грохот. — Мадам Помфри! — закричали множественные голоса, — Скорее! Лили и Джеймс стали протискиваться сквозь толпу, а когда добрались до места происшествия, увидели страшную картину. Майкл Дэвис лежал на полу, мертвенно бледный, сотрясаемый судорогой, а вдобавок ко всему, облитый пуншем. Изо рта парня пузырями шла пена. Девушка, с которой он пришел, в панике металась из стороны в сторону, пытаясь найти выход из положения, но не могла. — Майкл! — прошептала Лили и в мгновение ока оказалась рядом с Дэвисом. Она села перед Майком на колени, взяла его голову и развернула лицом вниз, чтобы тот не захлебнулся своей же пеной. Мадам Помфри тут же перенесла в Большой Зал носилки и поспешила отправиться с пострадавшим в больничное крыло. Лили хотела отправиться за Майклом, но его девушка не позволила этому случиться. — Лилс, — осторожно позвал Джеймс, глядя на Лили. Эванс была не менее бледной, чем час Дэвис, настолько она перепугалась. Едва рука Джеймса коснулась ее плеча, Лили дернулась, и с отвращением глядя на Поттера, сказала: — Это все ты! Ты отравил его. Джеймс не выдержал такого наглого обвинения. — Эванс, ты в своём уме? — Ты, это все ты! — Лили едва сдерживала слезы. Она подняла взгляд на заколдованный потолок, ища поддержки в звёздном небе, но ее там, конечно же, не было, — Поттер, ты ведь мне обещал! Обещал, что оставишь Майка в покое! Я сделала все честно, как мы договорились, пошла с тобой на бал, а ты… — Ну уж нет, — серьезно произнес Джеймс, — С меня хватит, Эванс. Я мог простить тебе много, потому что люблю тебя, но не это. Слова о любви сейчас звучали максимально глупо и неуместно, но Сохатый был в ярости. — Знаешь, что, Эванс, я устал! — продолжал Джеймс. Его щеки вспыхнули, грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, а непослушные волосы, казалось, ещё сильнее растрепались, словно Поттер продержался за высоковольтные провода, — В твоём представлении я всегда самый плохой человек, пусть так. Но я бы никогда не покусился на жизнь другого, пусть даже такого придурка, как Майкл Дэвис, пусть даже ради такой девушки, как ты. Джеймс больно ткнул Лили пальцем в грудь, и сам даже на миг пожалел о содеянном, хотя в этом споре, разумеется, он был пострадавшей стороной. — Отлично, думай обо мне, что хочешь. Да, я самый отвратительный человек, которого ты знала, самый грязный, подлый и лживый, это я, хорошо. Думай так, раз считаешь нужным. Но убийцей меня называть не смей. Джеймс вскочил с места, и помчался к выходу из Большого зала, расталкивая счастливые танцующие парочки. «Какая же ты дура, Эванс!» — набатом отдавалось в голове парня. *** Лили закрыла лицо руками и горько зарыдала. Она не могла поверить, что Джеймс способен на такие страшные поступки. — Лилс, что случилось? — подлетела взволнованная Марлин, увидев печаль подруги. МакКиннон принялась гладить Лили по спине, прижимать к себе и целовать в висок, параллельно пытаясь различить обрывки фраз в непрерывном вое. Сириус задумчиво разглядывал красное заплаканное лицо. — Поттер… Дэвис… Это он, это он, Марлз!..- только и получалось вымолвить у Эванс. — Что?! — воскликнул Сириус, — Ты думаешь, это Сохатый отравил Дэвиса? Лили лишь кратко кивнула и вновь разразилась рыданиями. — Да ты спятила, Эванс! — гневался Блэк, — Ты рехнулась, это точно. Думаешь, Джеймс способен на такое? Ты обвиняла его во всем? Обвиняла?! — рычал Бродяга, схватив Лили за плечи. Он тряс бедную девушку, ещё сильнее пугая. — Сириус, пожалуйста, — мягко произнесла Марлин, умоляюще глядя на парня. От своего имени, прозвучавшего из уст МакКиннон, Сириус будто пришел в себя. Он выпустил плечи Эванс из крепкой хватки своих цепких пальцев, присел на соседний стул, и крепко обнял Лили. — Прости, Цветочек, — тихо сказал он. От такого обращения и Лили, и Марлин пришли в ступор. Сириус отстранился от Эванс и, уже спокойнее, заговорил, внимательно глядя ей в глаза. — Слушай, Лили. Джеймс — один из лучших людей, которых ты встречала в жизни. Он добрый, честный и благородный. И он никогда бы так не поступил с Майклом, никогда-никогда. Я тебе об этом говорю, потому что знаю Сохатого, как себя, и он бы не смог так поступить, поверь мне. Своими обвинениями ты очень сильно обидела Джима. Если ты не дура, то иди за ним, прямо сейчас иди и извиняйся. — Но к-куда он п-п-ошел? — спросила Лили, всхлипывая. — Кажется, я знаю, куда, — загадочно улыбнулся Сириус. *** Какие же всё-таки Мародеры хитрые и изворотливые. Отыскать столько тайных ходов, чтобы просто нарушать школьные правила. Но сейчас для Лили было подарком, что Сириус знал о тайных ходах Хогвартса. Он провел Лили к потайной двери, и сказал просто идти все время вперёд, пока не найдет Джеймса. Эванс была не из робкого десятка, поэтому темный сырой коридор ее нисколько не пугал. Пройдя по туннелю, девушка осторожно отворила скрипучую деревянную дверь, и очутилась в крохотной заброшенной комнатке. Повсюду здесь валялись перевёрнутые стулья, обрывки подушек, а на стенах отчётливо виднелись длинные следы огромных когтей. Теперь-то Лили стало не по себе. Она отвела взгляд в сторону окна, и увидела силуэт Поттера, сидевшего на подоконнике. Тот даже не повернулся на звук открывшейся двери. — Уходи, — холодно произнес он запекшимися губами. — Джеймс, я… Лили сама не заметила, как впервые в жизни обратилась к Поттеру по имени. А вот он заметил, конечно, но виду не подал. Лили осторожно стала подходить ближе. — Джеймс, я обидела тебя. — Что правда, то правда, — саркастически усмехнулся Сохатый. — Прости. Я теперь буду доверять тебе, честно. Поттер молчал. Давил на Лили своим пугающим, гнетущим молчанием. — Ладно, наверное, я действительно пришла зря, — дрогнувшим голосом произнесла она, сглатывая подступающие слезы, и отправилась назад, к двери, к своему спасению от пожизненного ярлыка бессердечной стервы. Джеймс в одно мгновение слез с окна, развернул Лили и крепко прижал ее к груди, чтобы та почувствовала всю его боль. В каждом ударе сердца, в каждом вдохе была боль и обида. Он гладил Эванс по затылку, чувствуя, как единственная слеза скатывается со щеки и предательски щиплет глаза. — Я не делал этого, — прошептал Джеймс в отчаянии, — Клянусь, Лили, я не делал. Просто поверь мне, пожалуйста. Умоляю. — Я верю, — ещё тише, одними губами произнесла в ответ Лили, но Джеймс слышал каждое слово. Он разжал тиски своих объятий, взял Лили за руку и подвёл к окну. — Мы что, в Визжащей Хижине? — похолодев от страха, произнесла гриффиндорка. — Именно. — Но здесь же призраки, и… Джеймс лишь с улыбкой покачал головой. — Да уж, Лунатик хорошую славу этой лачуге обеспечил. — Лунатик? То есть? И тут Лили осенило. Она поняла, к чему клонит Джеймс, и слабо улыбнулась. Улыбнулась своим пустым страхам. — Посмотри, какая красивая ночь, — сказал Поттер, вглядываясь в густую темноту неба, в одинокую луну. Лили хотела что-то ответить, но ей помешал стук собственных зубов. Осознав, насколько в хижине холодно, Джеймс снял пиджак и аккуратно накинул на плечи Лили, прижимая девушку к себе, и укладывая ее голову на плечо. Майкл Дэвис придет в сознание на следующее же утро, но никто так никогда и не узнает, что все произошедшее тем вечером стало следствием болезненной ревности Северуса Снейпа.