Живые корабли изумрудного космоса

      Слишком много света! Он ослеплял и выжигал, проникал в каждую клеточку организма, причиняя невероятную боль. Еще никогда в жизни Дейву не доводилось ощущать ничего подобного, и он предпочел бы, чтобы так оставалось и дальше. Вокруг лютовал мощный эфирный шторм, он разрывал планету на части и не только планету. Все это дело рук Мэнес, но вряд ли стоит винить девочку за ее непознанную природу. К тому же, что скрывать, он знал, что так может произойти, знал, но все равно направился именно сюда.       Боль была невероятна; она заполонила разум, вытесняя все мысли, не было иных ощущений, только бесконечная боль. Казалось, что она будет длиться вечно. Даже погрузившись во тьму, старый капитан не смог избавиться от страданий. Эфир не отпускал его, давая понять, кто властвует над жизнью и смертью. Старый капитан не сомневался, что настал его последний миг, но все равно продолжал отчаянно хвататься за Эниля, не желая расставаться со своим последним и самым преданным другом, с кораблем, подарившим ему надежду и вернувшим к жизни, позволившим пусть и ненадолго, но вернуть веселые деньки. Их ждет разная судьба. Дейв не сомневался в том, что манта выживет, а вот к нему это уже не относилось. Он сумел извлечь гарпун в последний момент, теперь Мэнес сможет преобразить корабль, позволить ему совершить очередной эволюционный скачок. Хотел бы он на это посмотреть…       Планета преображалась, словно сама была живым кораблем, подверженным воздействию эфира. Все на ее поверхности и в глубоких недрах пришло в движение, завертелось, заскрежетало и заискрилось. Давно погибшие корабли, и те, в которых все еще теплились жалкие крупицы жизни, наполнялись эфиром, их ткани стремительно восстанавливались и преобразовались. Этот процесс казался нескончаемым, как и яркое сияние изумрудно-зеленого эфира, подобное зарождению звезды. Шторм, окутавший планету, вырвался далеко за ее пределы, распространяя в космосе разрушительные волны эфира. В этом потоке даже самые сильные и выносливые корабли могли захлебнуться, не выдержав напряжения и мощи. Изумрудный космос содрогался снова и снова, бился в конвульсиях, а его оттенок становился насыщенней и ярче. Это явление привлекло внимание, пробудило интерес и страх, одних уверило в скором конце, а других в возрождении.       Эфир пришел в движение, а сотни тысяч забытых и давно списанных со счетов кораблей вновь оторвались от поверхности планеты, устремляясь в безграничные просторы космоса. Мертвый флот, призванный лишь для одного — защищать источник энергии, дарующим им вторую жизнь, способный создать то, что еще никогда не существовало. Корабли не просто возрождались, забирая все, что Мэнес могла ем дать, они делились знаниями и воспоминаниями, восполняя пустоту в голове девушки. За считанные доли секунд она проживала тысячи чужих жизней, пропитывалась чужими эмоциями и чувствами. Эта планета не просто так стала кладбищем, корабли и сами стремились сюда еще в те времена, когда были дикими и свободными. Обитель смерти притягивала к себе уставшие и немощные, ищущие последнее пристанище, не способные и дальше плыть в потоке эфира корабли. Ныне планета стала источником жизни и угрозой для всего изумрудного космоса, для каждого его обитателя. ***       Когда Мэнес открыла глаза, сразу осознала, что вновь находится на борту Эниля. Она ощущала корабль, ставший ей другом, точно знала, что он в порядке, а на его корпусе нет больше ран и повреждений. Ничто больше не тревожило его, не отравляло организм; манта вновь преобразилась, став больше, внушительней, мощней. Теперь ее броня могла выдержать любой залп, а огромные пушки разнести на атомы врага. Маневренность и скорость хотя и стали меньше, но все еще превосходили по своим характеристикам корабли-гиганты. В обновленном корабле сложно было узнать прежнюю манту, но это все еще был Эниль. Девушка вздохнула с облегчением, она не сделала хуже, смогла помочь, хотя и не до конца осознавала, что именно сделала, к чему приведут последствия сегодняшнего дня. Да и неважно это! Она жива, корабль тоже.       Как она сюда попала? На этот вопрос ответа не находилось, но кажется, это как-то связано с кораблями, пришедшими на помощь. Точно сказать было невозможно, ведь голова гудела от обилия разнообразной информации, казалось, что мозг попросту не способен выдержать напряжения. Одна мысль сменяла другую, ни одна не задерживалась в голове надолго, казалось, что чужие воспоминания пытаются подраться за пальму первенства. Мэнес была близка к тому, чтобы снова потерять сознание или сойти с ума, а может, и то, другое сразу. Еще недавно внутри нее была пустота, которую отчаянно хотелось заполнить хоть чем-нибудь, а теперь девушка скучала по тому состоянию, мечтала вернуть. Слишком больно. Она задыхалась, хватала ртом воздух, но легче не становилось. Мэнес не знала что делать, откуда ждать помощи. В чреве корабля она ощущала себя невероятно одинокой, брошенной и ни на что неспособной.       — Дейв…       Как же ей не хватает капитана. С тех пор, как она впервые увидела его, он заботился о ней, оберегал, направлял, терпеливо объяснял прописные истины. А вот теперь его нет рядом. Без Дейва ей не справиться, не выдержать груза, свалившегося на нее в одночасье. Смог ли он выжить? Учитывая то, что творилось снаружи — маловероятно. Сердце забилось быстрее, а в груди закололо, с каждой секундой становилось все хуже, хотя казалось, что это невозможно. Ей не справиться и с одним Энилем, что говорить о целом флоте из вернувшихся с того света кораблей, окружившем Эниля. Для нее это слишком! Мэнес понятия не имела, что делать, да и не видела в происходящем смысла. У нее нет прошлого, и как это ни прискорбно, будущего тоже. Ей некуда стремиться, некуда возвращаться, а новые знания никак не укладывались в голове. Она бы заплакала, если бы знала как. Не каждый способен выдержать груз одиночества и взглянуть на творение рук своих. Мэнес отчаянно нуждалась в поддержке, в том, чтобы ее направляли и подсказывали, помогли разобраться в том, кто или что она такое. Но никого не было рядом, а она в чреве корабля, ждущего приказ своего капитана.       — Дейв…       Девушка и сама не понимала, зачем зовет того, кого не может быть рядом, она просто была не способна отпустить капитана, окончательно поверить, что он погиб, а она ничем не смогла ему помочь, лишь ускорила его гибель. Она виновата! Виновата перед Дейвом, перед кораблями, перед планетой, которой больше нет. Боль не утихала, но и не усиливалась, она, будто, стала частью ее существования. Мэнес захлебывалась в чувстве вины и жалости к себе. Страшно. Впервые ей было по-настоящему страшно. Уж лучше вновь забраться в гробницу, оказаться в небытие. Лучше бы ее не находили вовсе!       — Дейв…       — Тише, девочка, тише, — совершенно неожиданно послышался знакомый и такой родной голос. — Я здесь. Все будет хорошо. Обещаю.       — Дейв? — девушка видела лишь размытый образ. Сосредоточиться все еще было непросто. Так мало этого, она начала слышать множество голосов, будто корабли пытались что-то сказать ей. Неужели нельзя подождать!       — Да, девочка, я, — мужчина с огромным трудом приподнял легкую девушку. Ее лучше доставить в медицинский отсек и посмотреть, какие будут показания. Явно не утешительные. Как впрочем, и у него. Удивительно, что он с такими повреждениями вообще способен двигаться. А вот тот факт, что он жив никак иначе, кроме как чудом и не назовешь. — Должен признать, что в этот раз ты перестаралась. Я хотя и ожидал подобное, но не думал, что все зайдет так далеко. Моя вина. Не стоило везти тебя именно сюда. Но, что сделано, что сделано.       — Ты жив? — довольно-таки глупый вопрос, но не задать его Мэнес не могла. Она ведь не была уверена в том, что не бредит или, что не сошла с ума. В ее положении всего можно ожидать.       — Относительно.       — А так бывает?       — Поверь мне, бывает, — Дейв с трудом ковылял по коридору, надеясь на то, что отсеки на своих местах. Весьма сомнительно, учитывая масштаб изменений. — Но ты не бойся, все будет хорошо.       — Почему-то я не верю тебе…       — Зря. Мы выкарабкаемся, и никакие преследователи нас не остановят. Ты главное тоже шевели ногами. Я сам не справлюсь, так что давай, девочка, напрягись немного.       — А как же остальные корабли? — голос Мэнес задрожал, как и она вся, а что-то внутри сжалось в маленький пульсирующий комок. Она не боялась воскреснувших и преобразившихся до неузнаваемости кораблей, которых вполне можно было назвать новыми видами. Девушку страшило то, что весь флот чего-то ждал от нее. Она должна вести их за собой? Но, куда? Отпустить? Но, как? Многое зависело от нее, но, как и с созданием эфира, Мэнес ничего не контролировала. — Они рядом, никуда не уйдут…       — Тем лучше. Наших преследователей ждет горячая встреча, а мы, тем временем восстановимся и подумаем, как сбежать.       — Бежать? Снова?       — Предпочитаешь сражаться? — Дейв лишь усмехнулся. Он и сам начинал думать, что им лучше дать бой. Так хотя бы упрут красиво, и на тот свет всех врагов утащат. Ну, или многих, что тоже неплохо. — Это тоже вариант. К тому же теперь у нас не только одна пушка, но и целый флот.       — Корабли… Они совсем, как дети…       — Это не так. Я видел их собственными глазами, и они вполне себе взрослые особи, способные сражаться и плыть в океане эфира.       — Они только возродились, они потеряны и ничего не понимают, как я, когда ты меня разбудил. Они нуждаются в том, чтобы их направляли. Раньше корабли держались вместе, плавали косяками, помогали друг другу, а после появились капитаны. Но эти корабли… Они свободны…       — Малышка, не обижайся, но ты явно сильно приложилась головой, раз несешь этот бред. Не стоит. Не думай об этом. У нас еще есть время, чтобы прийти себя в порядок, — капитан болезненно поморщился.       — Наверное, ты прав…       Девушка честно пыталась сделать то, о чем ее просили и помочь Дейву, но шевелить ногами было невыносимо. Казалось, что на ее лодыжках груз, и с каждым шагом он становился все тяжелей. Но она, хотя бы не одна! Страх отступал, а голоса кораблей становились все тише. Казалось, что появление Дейва создало некий барьер вокруг нее. Мэнес все крепче хваталась за старого капитана, даже не подозревая, насколько тому тяжело, что Дейв истекает кровью, с трудом держится на ногах. Она все еще была не способна видеть четко и ясно, а сам капитан не жаловался, стойко терпел боль. Ему не впервой. Кто если не он позаботится о Мэнес и Эниле? Больше некому, а потому он просто не имел права сдохнуть.