Живые корабли изумрудного космоса

      Коридоры исследовательского центра Лица были запутанными и на первый взгляд, лишенными всякой логики, но если немного задуматься и присмотреться, то все становилось намного понятней. Чем дальше они шли за роботами, тем более знакомой Мэнес казалась обстановка. Она, словно, уже бывала в этом месте, ну, или каком-то другом, очень на него похожем. Нет. Все не было в точности так, как должно, но основная архитектура осталась нетронутой. Ученый то ли не смог, то ли не захотел все перестраивать, а может, надеялся разгадать секреты прошлого. Он ведь так умен и самонадеян! Хотела бы она увидеть, как перекосится лицо их радушного хозяина, когда он узнает, что все эти узоры и детали дизайнеров, к тому же лишены всякого практического смысла и не несут в себе никакой информации. Это был такой период в их истории — они добились много и в какой-то момент пришли к выводу, что знания нужно обрамлять в красивую оболочку. Стыдно признать, но было время, когда упаковка в этом деле ценилась больше содержимого. Поймет ли это самопровозглашенный гений?       — Жуткое место, — тихо пробормотал Хортос, то и дело оглядываясь. Он не сомневался, что за каждым их движением следят, каждое слово внимательно слушают и анализируют. Неприятно. Но ничего не изменить. Это территория Лица, и они пришли сюда по собственной воле, ведь иной надежды уже не осталось.       — Вовсе нет, — Мэнес не пугала обстановка, напротив, она навевала приятное чувство ностальгии. — Это исследовательский центр, построенный над подземными шахтами по добыче редкого минерала, который мы называли тельзер. Не знаю, сохранилось ли что-то в недрах, но это когда-то это было так.       — Ты уже бывала здесь?       — Да, — Мэнес не боялась рассказывать о прошлом. Если Лицо услышит, ничего страшного не произойдет, а вот ее спутников разговор немного успокоит, даст понять, что в случае непредвиденной ситуации, она знает как действовать. — Это все построили во времена, когда я была Клио. Мой наставник был куратором этого исследовательского центра на этапе строительства. Подобных мест было множество по всему космосу, но даже так удивительно, что что-то уцелело, настолько хорошо. Хотя… Помнится, был у нас проект по консервации планет. Его вполне могли задействовать здесь.       — Консервировать планеты? Зачем?       Хортос отвлекся от своих переживаний и сосредоточился на словах девушки. Ее уверенность непостижимым образом передавалась ему. Да и Дикай сосредоточился на разговоре. Это придавало уверенности, сбавляло уровень напряжения.       — Чтобы выжить в критической ситуации. Сохранить цивилизацию и себя. Планы были глобальными, но они исследования не достигли приемлемого уровня. Это были начальные эксперименты с целью сбора информации. Кажется, было несколько параллельных ветвей, кардинально отличающихся друг от друга.       — Значит, при катаклизме, вызванном появлением эфира, кто-то мог выжить?       — Кто-то помимо меня?       — Да.       — Вполне. Но надеяться на целую планету, я бы не стала. На такое даже мы не пошли бы.       — Даже?       — Нас мало интересовали принципы морали, — уклончиво ответила девушка. Ее мир был другим, и некоторые вещи естественные для прошлого, в нынешнем мире могли показаться дикостью.       — Сейчас так же, — пожал плечами Дикай, всегда рассуждающий на удивление здраво. Он видел вещи такими, какие они есть, и прекрасно понимал, что иногда цель бывает важнее средств, как бы жестоко это не звучало. Подобное мышление было свойственно его народу, а в их культуре принято ценить интересы общие, а не личные.       Очередная дверь перед ними открылась, открывая взору просторный ангар с установленными в нем прозрачными кубами. Выглядело впечатляюще и устрашающе. Мэнес сразу же позабыла о разговоре и собственных мыслях, ускорила шаг, чтобы поскорее войти внутрь и все как следует рассмотреть. Не сказать, что в ней пробудился азарт, но она была заинтересована. Если бы было время на их изучение, они могли бы найти слабое место в их обороне, способ уничтожить. Это принесло бы облегчение всему изумрудному космосу, да и самим некросам. Но только ли это толкало было мотивом? В глубине душе пробудилось нечто, делающее Мэнес похожей на Лицо, на безумца, готового на все ради новых знаний и возможностей. Некросы! Вне всякого сомнения, это они. Бессмертные, но не способные умереть, несчастные пленники безумного ученого. В их глазах не было даже малой искры жизни или самосознания, да и тела выглядели странно. Они будто уже начали разлагаться, но в какой-то момент процесс замер. У одного из подопытных были отрезаны все конечности и аккуратно разложены по маленьким прозрачным ящикам. И некрос и его конечности были вполне себе «живы». Казалось, что стоит лишь пришить их и подопытный сможет использовать их, как и раньше. Нужно признать, что хотя положение некроса и было удручающим, его товарищам по несчастью приходилось намного хуже. Лицо крайне продуманно подошел к опытам, исследовал все, что можно, в том числе и воздействие на некросов различных веществ.       — Ну, как? — послышался голос ученого. — Впечатляет? Только теперь Мэнес заметила очередную емкость с мозгами и растянутым лицом, подключенным к нему. Он неплохо вписался в атмосферу этого места, словно и сам был подопытным.       — Вы проделали большую работу, — похвалила девушка. Она, действительно, изменилась, ведь видя все это безумие, смогла сохранить невозмутимость, продолжить мыслить, а не поддаваться чувствам. — И как же удалось заполучить столько материала?       — Во времена моего членства во Фракции Белого пути, я смог заполучить первых подопытных. А особи слева добыты союзниками. В конце концов, несмотря на всю опасность флота некросов, они не неуязвимы.       — Артель?       — Да. В нынешних реалиях от них больше всего пользы.       — Уже пробовали подключаться к их мозгам?       — Естественно, но это оказалось неперспективным направлением. Они весьма заразны, — было видно, что Лицу все больше нравится разговор и те изменения, что произошли в Мэнес. Он видел перспективы. — Но я хотел бы услышать твое мнение о моем особом экземпляре.       — И чем же он настолько особенный?       — О… Думаю ты и сама поймешь…