Кроваво-красная история. Том первый

      Потом девушки сидели в таверне «Пчела и жало», пили превосходное пряное вино, которое проставила явно зажиточная босмерка, и Хейра почему-то честно ей рассказала о своём приключении одной тёмной и страшной виндхельмской ночью. Заодно рассказала и про Мясника, поскольку Альвиэль, как оказалось, никогда не бывала в Виндхельме и не знала почти ничего об этом городе, кроме того, что он эпицентр восстания Братьев Бури. Удивлению босмерки не было предела, и Хейре показалось, что она в восторге от всех этих историй. Похоже, авантюристка, но пытается это скрыть, потому что, наверно, молодой красивой богатой женщине не к лицу быть авантюристкой. О себе она рассказала, что живёт в Солитьюде, в Скайриме только второй год, приехала сюда к сестре, вышедшей замуж за богатого норда, и остановилась у них в особняке. Что-то там не сложилось у неё с жизнью в родном Валендвуде. А в Солитьюде она быстро раззнакомилась с местными торговцами и уже открыла свой магазин модной одежды, который вполне себе процветает, настолько, что она может позволить себе попутешествовать по Скайриму, поручив вести дела своим помощникам. Узнав, что в Рифтене есть сиротский приют, она загорелась идеей усыновить кого-нибудь оттуда. Выходить замуж и рожать своих детей она не хочет, не встретила ещё мужчину, способного покорить её сердце, да и портить фигуру вынашиванием ребёнка не хочется. Но ей часто бывает одиноко, да и воспитывать ребёнка, как Хейра поняла, для неё что-то вроде игры с живой куклой, определённый вызов и интересный опыт. И теперь, когда Грелод Добрая мертва, она ещё раз попытается получить этот опыт. Девушки в ту ночь изрядно перебрали, переночевали в комнате Хейры, и поздним утром Альвиэль, шатаясь, держась за голову и прихлёбывая какое-то зелье, уползла по своим делам.       Охота в Рифте прошла на ура. Как ни странно, то, что Хейра убила человека, ничуть не отразилось на её психике, во всяком случае, убийство волка она переживала гораздо ярче. Возможно, у неё в мозгу прочно отложилось, что она совершила значительное доброе дело этим убийством, осчастливила целую кучу обездоленных детей, так что тут переживать не о чем. А убивать людей даже легче, чем зверей, у них органы чувств развиты куда хуже, не заметят, не услышат, не учуют там, где заметили бы, услышали и учуяли звери. Невольно думалось, что, существуй Тёмное Братство на самом деле, Хейра вполне сгодилась бы для работы в нём…       Вернувшись с добычей в Виндхельм, девушка первым делом разыскала дом Аретино, уже при дневном свете — Мясника, кстати, за время её отсутствия, так и не поймали. Дом оказался заперт и заколочен, как положено, но, когда она уже собралась уходить, ей свистнули с заднего двора. Юный Авентус высовывался из секретного хода в подвал и весь сиял, как новенький септим.        — Я уже знаю, слухи дошли до Виндхельма! Грелод Добрая мертва! — радостно зашептал он. — Идите за мной, я с вами расплачусь!       В подвале, весьма запущенном, заваленном пустыми разбитыми ящиками, соломой и битым стеклом, выделялась только одна вещь, стоящая на одной из бочек, — золотая статуя богини любви и семейных уз Мары размером с младенца. На неё и указал Авентус.        — Вот, возьмите статую! Она из чистого золота, наша фамильная реликвия. Это самая ценная вещь, которая есть в моём доме. А ещё я нашёл вот это, — он протянул Хейре небольшую потрёпанную книжку с загадочной руной на обложке. — Это книга магической школы восстановления, там заклинания, которыми вы сможете лечить себя и других. Вам в вашей работе ведь наверняка приходится лечиться, вас ведь, наверно, иногда ранят… Мама говорила, что такие книги хранятся только в Коллегии Магов, просто так их нигде не купить, а мама когда-то училась в этой Коллегии, и у неё осталось вот это…       Авентус снова сник, и Хейра, испугавшись очередной детской истерики, поспешила забрать оплату, посоветовать мальчику снова вернуться в приют, чтоб у него потом не было проблем с вступлением в наследство, и удрать подобру-поздорову. Статую она отнесла к тому самому данмеру-торговцу, который загадочно нарезал возле неё круги, явно раздумывая, не жениться ли на ней, и долго упорно торговалась с ним, видя по хитрым красным глазам, что данмеру очень хочется получить такой внушительный кусок золота. В итоге они сошлись на цене в две тысячи септимов, неплохой куш. А книгу с заклинаниями Хейра оставила у себя и принялась её тщательно изучать. Действительно ведь полезные знания, доставшиеся абсолютно даром. Спустя пару дней зубрёжки заклинаний и попыток их воспроизвести она тайком ранила кинжалом чужую корову и за считанные секунды заживила ей рану. Результат привёл её в восторг. Да с таким умением никакие приключения на охоте не страшны, и не надо тратиться на дорогие лечебные зелья, если получила какую травму!

***

      В тот приснопамятный день Хейра проснулась с трудом. Она хорошо помнила, что засыпала у себя в кровати в таверне «Очаг и свеча», но вот, продрав глаза спустя несколько часов, она обнаружила три очень неприятные вещи. Во-первых, было очень холодно, всё тело закоченело, и где-то совсем рядом жутко завывал сквозняк. Во-вторых, под ней явно была не кровать, а голые жёсткие доски, небось, в спине и плечах теперь обнаружится немало заноз, и над головой обнаружился какой-то совсем чужой низкий потолок, местами гниющий и протекающий. И в-третьих, у неё подозрительно кружилась голова, взгляд с трудом фокусировался, будто она совсем недавно накатила бочонок хорошего вина. А потом рядом послышались голоса, пробивающиеся в уши как сквозь плотный слой ваты. Слов было не разобрать, но голоса были определённо женские, один спокойный и уверенный, второй дрожащий и какой-то будто умоляющий. Затем над Хейрой склонилась тёмная тень, и она отчётливо услышала:        — А, проснулась. Наконец-то. Мы без тебя уже немного заскучали.        — Где я? Вы кто?.. — Хейра активно завозилась и села. Голова взорвалась болью, зато руки и ноги оказались не связаны, она даже была одета. Уже хорошо. — И что, даэдра вас подери, вы со мной сделали? Напоили чем-то? Башка сейчас взорвётся!        — Не взорвётся. Немного переборщили с сонным газом, признаю. Наш… кхм, умелец по этой части, любит перебарщивать. Но не волнуйся, скоро пройдёт.        — Хейра, нас похитили! Эта сумасшедшая нас похитила!       Девушка с трудом сфокусировалась на лице другой тёмной фигуры, сидящей с другой стороны от неё, и узнала Альвиэль, всё в той же роскошной одежде, но теперь с чумазым лицом, встрёпанную и очень испуганную. Обернувшись, Хейра увидела ещё одну женщину. Ну, судить о её поле можно было только по внушительно топорщащейся сквозь кожаную броню груди, потому что голову и лицо незнакомки до самых глаз закрывали капюшон с маской. Её броня выглядела весьма пугающе, чёрно-красная, из отличной кожи, с металлическими вставками и явно какая-то… форменная, что ли. Чем-то незнакомая женщина напоминала змею в этой «форме», ядовитую и очень опасную. На поясе были удобно прикреплены ножны с одноручным мечом, за плечами висели лук и колчан, полный дорогущих даэдрических стрел… и что-то подсказывало Хейре, что в голенищах сапог у дамочки вполне могут быть кинжалы.        — Так всё же, кто вы, и зачем мы вам сдались? — Хейра постаралась ничем не показать, что испугалась. Тут как с хищниками на охоте, главное, не дать им почувствовать твой страх.        — Это Тёмное Братство! — снова влезла перепуганная Альвиэль. — Она ассасин Тёмного Братства! А ты говорила, что их не существует!        — Правда? Ты не веришь в нас, м? — женщина в броне, судя по голосу, ехидно улыбалась.        — Не верю. А чем вы докажете, что есть какое-то там Братство, а не просто одна женщина, любящая похищать людей? — Хейра вдруг ощутила прилив сил и наглости. Наверно, побочное действие этого самого сонного газа. И в самом деле, она уже состоявшаяся охотница и убийца, уже немало крови побывало на её руках, чего это она должна робеть перед какой-то бабой?        — Они прислали мне письмо… — снова залепетала Альвиэль и сунула Хейре пожелтевший кусок бумаги с жутким чёрным отпечатком ладони и корявой надписью: «Мы знаем». Хейра не впечатлилась.        — И что? Я тоже могу такое состряпать, испачкать руки углём и оттиснуть на бумаге. Так я, выходит, тоже из Тёмного Братства?        — Ты больно наглая, девчонка! — рявкнула женщина в броне. — Видимо, до твоих скудных мозгов не дошло, что происходит, так я сейчас объясню. Вы с этой босмеркой украли наш контракт! Мальчишка Аретино звал Тёмное Братство, а не случайных дамочек-авантюристок, и убить Грелод Добрую должны были мы! Никому ещё не удавалось перейти дорогу Тёмному Братству и выжить!        — Не орите на меня, любезная! — Хейру такое обращение только раздразнило. — Так на минуточку, Аретино звал вас кучу времени, уже отчаялся, что кто-то отзовётся! Если вы и правда такая могучая и серьёзная организация наёмных убийц, где же вы раньше были, почему сразу не откликнулись? Ваши претензии были бы уместны, если бы я подсуетилась через какую пару дней после первой его… эмм… молитвы, но я нашла мальчишку уже в таком состоянии, что ещё немного — и он наложил бы на себя руки от отчаяния! А теперь вы что, затребуете у меня заплатить вам деньги, которые я получила от мальчика за убийство старой карги?! Только потому, что вы опоздали?!        — Хм… Так это действительно ты убила Грелод Добрую? Босмерка тут не при чём? — похоже, вопли Хейры не произвели на даму в броне никакого впечатления. Хейра нервно рассмеялась.        — О, так вы даже не знаете точно, кто исполнил ваш «контракт»?! Очаровательно! Да, я понимаю, почему вы схватили Альвиэль! Помощница Грелод рассказала страже, что в день смерти старухи в приют приходила очень сердитая босмерка, пытавшаяся усыновить ребёнка, и в горле Грелод торчала стрела, а босмеры славятся великолепным владением луком! Если у вас так худо обстоят дела со сбором информации, я не удивляюсь, что люди, желающие воспользоваться вашими услугами, долго не могут вас дождаться!..        — Заткнись! — женщина заехала Хейре мощную оплеуху, от которой у той будто череп раскроило в куски. Перед глазами снова всё поплыло, лицо начало гореть адским пламенем. Тяжёлая рука оказалась у ассасинки, да и перчатка, похоже, окована железом. — Не твоё собачье дело, как мы собираем информацию! Главное, что тебе сейчас нужно понять, — ты не выйдешь отсюда живой, пока не выполнишь мои требования! И твоя мелкая ушастая подружка не выйдет! Либо вы делаете, как я скажу, либо ваши трупы пойдут на корм волкам! Я ясно выразилась?!        — Я-я-ясно… — робко проблеяла Альвиэль. Хейра только сжала зубы и мрачно набычила голову. Ну дела. Оказывается, Тёмное Братство действительно существует, правда, оно далеко не так профессионально, как о нём думают, зато, похоже, довольно ревностно относится к своей репутации. Даже если не может её поддерживать на должном уровне.        — Отлично. Теперь посмотрите направо. Здесь у нас в «гостях» три любопытных персонажа.       Хейра глянула, куда показывала женщина. В дальнем конце дома — весьма запущенного, грязного, заваленного мусором и, похоже, давно заброшенного, — действительно стояли на коленях трое, привязанные к столбам, на голове у каждого был мешок. Один из «гостей» был в броне и имел довольно могучее телосложение, небось, военный. Второй был в богатом коричневом кафтане, шитом золотом, тоже явно мужчина, правда, Хейра разглядела сзади него пушистый хвост. Каджит, ага. Третья вовсе была женщина в недорогом, но довольно вызывающем платье с глубоким декольте.        — Кого-то из них заказали Тёмному Братству, — пояснила ассасинка. — Но каждый из них совершил нечто такое, за что его можно было бы заказать. Ваша задача — угадать, кто же наш «клиент», и убить его. Кровь за кровь, смерть за смерть. Такова моя цена за ваши жизни, девочки.        — Глупая цена, — буркнула Хейра. — Вы же всё равно убьёте всех троих, даже если мы откажемся кого-либо убивать, только во втором случае мы сами присоединимся к этим несчастным. Вам ведь не нужны лишние свидетели. Лучше бы заставили вернуть деньги, в самом деле.        — Ты ещё будешь указывать мне, какую цену с вас просить?! — ассасинка больно схватила Хейру за горло и встряхнула, выбивая из неё последний воздух, заставляя хрипеть и корчиться. — Я сказала, что нужно делать, и ты либо повинуешься, либо сдохнешь!        — Хейра, пожалуйста! — захныкала рядом Альвиэль. — Я не хочу умирать!..       «Всё с этой дамочкой понятно, — думала Хейра, кашляя и пытаясь вздохнуть, когда её отпустили. — Властная, пафосная и явно глупая баба, которой необходимо самоутверждаться, как дышать. Убьёт уже только за то, что кто-то не согласен с её мнением. Мда, и правда, умирать так глупо не хочется».        — Хорошо… Альвиэль, поскольку плату требуют с нас обеих, ты выбери, кого нужно убить… а я убью… — хрипло выдала Хейра. Босмерка округлила на неё глаза, вздрогнула всем телом, вскочила и, испуганно косясь на ассасинку, подошла к жертвам.       О чём она с ними разговаривала, Хейра не слышала, до неё доносились только обрывки фраз. Воин в броне хныкал и умолял, говоря что-то про то, как он честно сражался за свою землю и не заслужил смерти. Женщина визжала мерзким голосом, грязно ругалась и, кажется, проклинала Альвиэль на все лады. Каджит говорил тихо, сквозь зубы, но по его тону слышалось, что он совсем не боится смерти, прекрасно знает, за что его хотят убить, и давно готов к этому. Вернувшись и пряча глаза, босмерка зашептала Хейре:        — Мне кажется, нужно убить каджита… Он, похоже, сам не отрицает, что прожжённый преступник, а остальные… Ну, наверно, мужик в броне просто убивал людей на войне, но это ведь война, там все убивают всех… А женщина, конечно, очень неприятная, но мало ли таких склочных баб, если всех убивать, то половины женщин не станет… Но это только моё мнение…        — Наивная ты, Альвиэль. Они все тут трупы. А может, и мы тоже…       Хейра встала. Рядом с жертвами лежали лук, колчан со стрелами и кинжал, типа, выбирайте, дамочки, какое оружие вам удобней. Хейра взяла лук, уверенно натянула тетиву, прицелилась. Мишени были отличные, лучше, чем Грелод Добрая, они не дёргались и хорошо освещались светом из единственного окна в этой лачуге. Каджит умер первым, Хейра попала ему точно в глаз, несмотря даже на мешок у него на голове. Дёрнулся только разок и застыл. Потом умерла женщина, она ещё успела издать жуткий придушенный всхрип, но, когда стрела пронзила тебе мозг, долго не похрипишь. Последним был хнычущий воин. Рука ни разу не дрогнула, стрелы уверенно полетели прямо в глазницы, скрытые мешковиной. Альвиэль мелко затряслась, закрыла рот руками и сползла вдоль стены. Кажется, у неё на глаза навернулись слёзы.        — Ооо… Я впечатлена… — голос у ассасинки даже невольно дрогнул, похоже, она не преувеличивала, действительно зрелище её впечатлило. — Такое хладнокровное убийство всех троих… Это заслуживает уважения, девочка. Я знаю, что ты из простой крестьянской семьи, связалась с охотниками и уже хорошо убиваешь зверей, но я честно не ожидала, что людей ты убиваешь ничуть не хуже.        — Мы теперь свободны? — мрачно буркнула Хейра, отшвыривая лук.        — Ха-ха! Разумеется, нет! Неужели ты думала, что я просто так выпущу вас отсюда? Тёмное Братство не просуществовало бы и года, если бы там все были такими… честными. Теперь у вас обеих одна дорога — присоединиться к нам. Стать нашими сёстрами. Тёмными Сёстрами. Или умереть. Других вариантов нет. Особенно у тебя, дорогуша. Ты украла один наш не состоявшийся контракт и выполнила второй, состоявшийся. Ты уже одна из нас, помазана кровью, пролитой во славу Отца Ужаса, Ситиса. И если ты откажешься служить ему на земле, ты отправишься служить ему в Пустоте. А твоя подружка босмерка слишком много знает из того, что ей знать не следует. Мы могли бы найти ей применение, но, если она не захочет, её душа тоже отлетит к Ситису…        — Я согласна! Что угодно, только не убивайте! — пискнула Альвиэль рыдающим голосом. Хейра закатила глаза и тяжело вздохнула. Проклятая жизнь. А всё шло так хорошо! Вот она как чувствовала, что не видать ей в жизни счастья… А с другой стороны — что она теряет? Как будто у неё были перспективы лучшей жизни. Всё время торчать за прилавком и торговать мясом, иногда выезжая с мужиками на охоту? В конце концов, в этом идиотском Братстве должны платить немалые деньги, за такую-то работу. А то, что придётся убивать людей… как-то её даже до обидного это не колышет. Ни мук совести, ни ночных кошмаров. От ощущения стали, вонзающейся в плоть, даже какое-то странное удовольствие. Наверно, это не нормально, но даёт надежду, что в Тёмном Братстве её не оприходуют сразу, на первом же контракте.        — Хорошо, даэдра с вами. Я тоже согласна…       Едва она это сказала, как раздалось тихое грозное шипение, в глазах снова помутилось, и Хейра потеряла сознание.