Убей меня, убей

Они вышли в гостиную. — Но… Но как? — Ася не нашла слов, чтобы описать своё изумление. Перед поражённым взглядом девушки предстала обратная сторона её дома. Всё такая же тёмная, сырая и прогнившая, с витающим в грязном воздухе зловонным запахом яблок. — Да. Мы были здесь. Не удивляйся. Полностью невозмутимая, демонесса подхватила Аксинью под руку и повела к выходу из квартиры. Той лишь оставалось сохранять спокойствие и наблюдать мелькающие картинки разлагающихся коридора, лестничной клетки, а после и подъезда. Наконец, девушки оказались на улице. Ася, ожидавшая солнечного света, что неизменно ударит ей по глазам, неосознанно прикрылась ладошками, но, очевидно, зря. Она застыла в немом ужасе. Ада же настойчиво потащила её за собой, но остановилась, заметив сопротивление. — Ну что? — недовольно бросила брюнетка. — Я… Ёб твою мать, я же знаю это место! — подняв трясущуюся руку, девушка указала пальцем на небо, где сквозь густые тучи едва ли просачивался серый свет, в редких местах освещая дорогу, на которой покоились отжившие своё мёртвые сорняки. Она села на ступеньки крыльца и, поджав колени, начала причитать: — Мне оно снилось. Только там не было этих жутких разваливающихся домов. И осыпавшихся деревьев. Возможно, пустошь, поле или степь… Боюсь предположить. Видимо, заранее предвидела, что попаду сюда. Предостережением мне приснилось это место. Похоже, мучиться теперь мне среди гнили… Да? — Аксинья подняла взор, преисполненный надежды, вверх на Аделину. Последней, умирающей надежды. Вот-вот она была готова смириться с судьбой. Это меня ждёт?.. Возможно, я заслужила. Мой грех — эгоизм. За него и расплачиваться. — Встань, глупая, — Ада схватила спутницу за плечо и рывком поставила на ноги. — Прекрати нести чушь. Ты ещё ничего не знаешь. И они пошли дальше, вдоль по улице, мимо чернеющих многоэтажек, мимо разрушенных дворов и проржавевших детских площадок. Мимо призраков былой жизни. — Ты ничего мне не объяснишь? — девушка решилась задать вопрос, едва поспевая за демонессой. — Объясню, что захочешь, только потом. Пошли быстрее, — в её тоне сквозило раздражение, и Аксинья предпочла промолчать в ответ. Вскоре показалась просторная аллея… Или то, что от неё осталось. Вымощенная камнем широкая дорога представляла опасность для любого, кто по ней пройдёт из-за образовавшихся ям. Среди покосившихся лавочек и чёрных омертвевших кустов выделялся чудом уцелевший памятник, посвящённый кому-то из прошлого, а кому именно — неизвестно. Гравировка, прикреплённая к пьедесталу, стёрлась. — Куда же ты ведёшь меня? — не сдержалась Ася. — Не сюда точно… — буркнула брюнетка и побежала в сторону парка. Той пришлось бежать за ней. Через несколько секунд девушки уже стояли перед входом в городской парк. Витиеватая арка, наполовину вросшая в землю, обросла скользким плющом. Аксинья, стараясь ничего не задеть, медленно продвигалась вслед за озабоченной чем-то Аделиной. — И щас ничего не скажешь? — Почти. — Мне страшно. — Тихо. И вдруг демонесса остановилась и Ася, не зная, чего ждать, крепко зажмурилась и вцепилась в неё, в попытке спрятаться от неизбежного. — Открой глаза. Девушка не подчинилась приказу. — Пожалуйста. — Мне правда страшно. — Ничего страшного. Я сказала, что постараюсь исправить то, что натворила. И ты, за то, что изменилась и осознала свой грех, не заслуживаешь ужасной кары. Поверь мне. Аксинья открыла глаза и вскрикнула. — Я думала… Думала, что ничему сегодня уже не удивлюсь, — перед ней приобрело чёткие очертания дерево. Раскидистое, высокое, яркое, с сочной зелёной листвой. И спелыми налившимися плодами, издающими тонкий сладковатый аромат. Яблоня. — Этому стоит удивляться. Яблони — единственное, что выживает в обратном мире. Самое простое, самое понятное, что есть на свете — яблоня. Самое сложное — человек, но даже он тут умирает в муках. Вокруг дерева росла трава. Небо над ним не серело, не покрывалось грозными тучами. Лишь птицы и бабочки безмятежно летали с ветки на ветку. Именно здесь когда-то Ася встретила первую и единственную любовь. Возможно, единственную. После всего произошедшего она сомневалась. И тем более, та любовь так давно закончилась. — Понятно, почему она показалась мне волшебной. То есть… Заворожила, притянула, как будто во сне. Я думала, что судьба привела меня к Насте. Думала, мы с ней чуть ли не рождены друг для друга. А тут вон что. Но яблоня от этого факта не становится менее прекрасной. Ася сделала глубокий вздох, наслаждаясь душистым запахом яблок. Девушки отдались покою, царившему возле дерева, и наступила тишина. Слишком благотворная и слишком умиротворяющая. — Ты останешься возле яблони. Навсегда, — голос Ады разрезал тишину. — В смысле? — Аксинья недоумённо покосилась на рядом стоящую. Та даже бровью не повела. — После того, как ты… умерла… снова случился щелчок. В моей голове. Теперь я знаю, что ты, как и я, навеки застряла здесь. Что меня ждёт дальше, неважно. С этим уже мне разбираться. Единственное, я рада, что наконец свободна от этих оков. Находиться много лет в одном помещении, без права выйти наружу — хуже смерти. И я понимаю, о чём говорю… А у тебя один путь. И всё зависит от меня. Но я не хочу больше причинять тебе страдания. Очень больно, — Аделина резко замолчала, словно собиралась ещё что-то сказать, но передумала. После короткого промежутка времени она усмехнулась: — Плохой из меня демон получился. Аксинья округлившимися глазами смотрела на брюнетку и не верила своим ушам. Строя в мыслях тысячи разных предложений, подбирая разные слова, она не издавала ни звука. В один миг Ада обхватила её руками и поцеловала в лоб. — Не знаю, прощаемся ли, но находиться рядом с тобой и дальше нет желания, — она грустно улыбнулась. — Ты же вроде уже не ненавидишь меня, — прошептала в ответ девушка. — Но должна. Ты такая эгоистичная, такая противная, такая плаксивая, но притворяться больше не имеет смысла. Кажется, я полюбила тебя. Несмотря на то, что… — Я принадлежу к тому типу людей, которых ты презираешь? — Аксинья продолжила за неё и вздохнула, ожидая знак подтверждения. — Да. — Всякое бывает, — она решила завершить неприятный разговор. Но признание в любви заставило её затрепетать. — Единственное, о чём жалею — я так и не узнала, что случилось с Серёжей. Не раскрыла его тайну, не помогла ему с проблемами. — Зато спасла Яну. А это многое значит, — Аделина сделала шаг назад, очевидно, собираясь уходить. — Надеюсь, с ней всё будет хорошо. — Будет. У тех, кто любит жизнь и всеми силами за неё цепляется, обычно, плохо не бывает, — ответила она сухо. — Ну что же. Прощай. Ася сложила руки крестом и отвела взгляд. — Подожди. — Что? Она подошла к ней ближе и, приподнявшись, тоже поцеловала её, но уже в шею. — Красивая у тебя шея. — Вижу, нравится она тебе, — рассмеялась демонесса. — Да. А теперь иди. Прощай. И брюнетка ушла, оставив после себя лишь память об ухмылке на чувственных губах, красноречивом глубоком взгляде и дыме от сигарет. Аксинья долго смотрела ей вслед, пока худощавая фигура в чёрном пальто не исчезла где-то далеко. После же залезла на дерево, села на удобную ветку и, потянувшись, забылась глубоким сном. Теперь это её место. Тёплое, уютное и ароматное, с которым связано одно приятное воспоминание. А нет. Целых два.

***

Полина повернула ключом в замке, прижимая телефон к уху. — Так ты не заходила к нам? — Нет, я заходила, но, — раздалось спокойное, — она мне не открыла. Может, случилось что? Я волнуюсь. — Теперь и я волнуюсь… — женщина вдруг стала серьёзной — у неё появилось неприятное предчувствие. Скинув вызов, она быстро разулась, бросила сумку на пол и направилась в спальню дочери. — Ася? — позвала мать, ожидая немедленного ответа. Скорее всего, опять сидит за компьютером или в телефоне. Не мешало бы отправить её на прогулку. Постоянно дома торчит. Сколько можно? Но девушки там не оказалось. И предчувствие Полины начало расти и постепенно с силой давить на грудную клетку, не давая нормально дышать. — Ася, ты где? — она обошла все комнаты. Тишина. Последней оставалась ванная. А вдруг пошла мыться и заснула в ванне? Вот же дурочка… Женщина, прижав руку к груди, включила свет, открыла дверь и зашла внутрь. В момент её лицо исказилось в ужасе. Аксинья лежала в воде с головой. Бледная, одетая и неподвижная, словно застыла. После того, как мать оправилась от кошмара, ей сообщили, что в морге установили причину смерти. Девочка скончалась от остановки сердца.