Папа и еще один папа

      Всю дорогу домой Адам молча вел машину. Он отстранился от Кэса и Винсента, сидящих сзади. Все попытки Кэса подключить его к разговору провалились.       Кэс сидел с мальчиком, чтобы тот не чувствовал себя одиноким. Он непринуждённо болтал, рассказывал веселые истории и комментировал пейзаж за окном. Винсент улыбался. Ему очень-очень нравился этот мужчина.       У Кэса был особый дар ладить с детьми. Его племянницы и племянник, дети старшей сестры, всегда с нетерпением ждали приезда любимого дядюшки. Кэс мог часами возиться с ними. Он всегда мечтал о доме, в котором будет звучать детский смех. Сейчас он в шаге от мечты.       К концу пути Винсент уснул, используя колени Кэса вместо подушки. Мужчина перебирал его мягкие, как у всех детей, волосики. Мирное посапывание малыша и его умиротворенное личико заставляли Кэса улыбаться.       В зеркало заднего вида Адам следил за тем, как Кэс налаживает контакт с мальчиком. Эти двое поладили. Неудивительно, Кэс так долго ждал такой возможности, теперь-то он свой шанс не упустит.       — Ты мог бы не быть таким? — Кэс говорил шепотом, чтобы не разбудить ребенка.       — Не быть каким?       — Черствым. Ты мог бы попытаться подружиться с малышом. Или для начала хотя бы поддержать. У него родители умерли!       Адам проигнорировал эти слова, чем еще больше разозлил Кэса. Что за детский сад, как будто эта молчаливая обида как-то кому-то поможет.       До конца пути они молчали.       Большая современная квартира. Немаленькая гостиная, плавно переходящая в кухню, просторная спальня, огромная ванная и кабинет. Эта квартира стала первым кирпичиком в совместной жизни Кэса и Адама. Они тщательно выбирали всю мебель, создавая уютное для них обоих место.       Не слишком-то просто разместить здесь еще одного человека, никого не обидев. Адам работает журналистом. Ему нужно место, где хранить материалы. Поэтому у него был свой кабинет. Конечно, все можно переместить на цифровые носители, но бумажные папки, подшивки старых газет и написанные от руки заметки словно дарили ему вдохновение. Этот кабинет — его маленькое царство.       А теперь со всем этим придется расстаться. На какие еще жертвы ему придется пойти?       Временно Винсент расположился в гостиной. При первом же свободном дне они собираются пройтись по магазинам, чтобы купить мебель в детскую. Кэс так же настаивал на том, что надо переклеить обои. Сейчас они слишком мрачные для ребенка. Адаму было совершенно все равно.       Адам не выказывал к мальчику откровенной враждебности. Он был вежлив и отстранен. Дети, они очень умные, и они все чувствуют. Винсент чувствовал, что Адам ему не рад, поэтому старался держаться в стороне. В его присутствии он почти всегда молчал и никогда не шумел. Зато когда он был с Кэсом, то тянулся к нему всеми силами.       Винсент скучал по маме и папе. Иногда ему становилось так нестерпимо грустно, что он не мог сдержать слез. Но он не хотел расстраивать кого-то еще. Заперевшись в ванной, он оставался наедине с собой и мог дать волю своим чувствам.       Однажды Кэс застал плачущего мальчика, он забыл запереть дверь. Грусть, тоска по ушедшим родителям, это так естественно. Кэс не стал ни о чем спрашивать Винсента, он просто обнял его и крепко держал в своих объятьях, пока малыш не успокоился.       — Ты уже решил, какую детскую себе хочешь?       — Нет.       Два дня назад Винсент переехал в свой новый дом. А сегодня они едут в магазин, чтобы обустроить его детскую. Вообще-то он уже не такой уж и ребенок. Пожалуйста, не стоит называть его комнату детской.       Пока Кэс и Винсент выбирали обои, рассматривали мебель и примерялись с кроватью, Адам стоял в стороне, уткнувшись в телефон. Он пытался отделаться от забот, связанных с мальчиком. Раз уж они в огромном торговом центре, то не порадовать ли себя новой рубашкой D&G.       — Адам, — Кэс привлек внимание мужа. — Не мог бы ты подойти. Посмотри, тебе нравится? — он указывал на фотообои в космическом стиле. Винсент с восторгом смотрел на россыпь звезд.       — Не слишком ли детские?       — Нет, нормальные! — мальчик вцепился в руку Кэса, ища поддержки.       — Тебе виднее, — Адам последний раз глянул на экран телефона. — Я отлучусь, позвоните, когда закончите.       — Винсент, пойди пока выбери стол. Мне приглянулся тот белый, — Кэс отослал ребенка, чтобы наедине поговорить с Адамом.       — Тебе совсем не интересно? Может быть, хотя бы посмотришь по сторонам, а не в свой чертов мобильник.       — Мне не интересно. Оставляю все на тебя. Пойду присмотрю себе что-нибудь из новой коллекции, давно себя не баловал.       — Притормози, пожалуйста. Обновки, это хорошо. Но нам пока не стоит тратиться. Ребенок потребует много затрат, а в кризис бизнес недвижимости не так стабилен как кажется.       Это стало последней каплей. Адам пытался себя сдержать, но какого черта!       — Так! Этот чертов ребенок падает как снег на голову. Он забирает у меня кабинет, потом он забирает у меня тебя, а теперь он забирает у меня даже рубашки.       Адам развернулся и выскочил из магазина. Кэс почти бросился за ним, а потом вспомнил, что не может оставить Винсента.       Купив все, что требовалось, они вернулись домой. Атмосфера была не самая лучшая. Адам жалел, что сорвался. За пять дней они ссорились больше, чем за пять лет отношений.       Адам готовил ужин, а Кэс разговаривал по телефону с кем-то из клиентов. Винсент смотрел мультики. Со стороны выглядит как настоящая идиллия, но это не так.       Кэс уложил Винсента спать и пошел в душ, вернувшись, он застал Адама развалившегося на кровати. Когда Кэс вошел, муж улыбнулся ему. Адам встал с постели обнял его, прижался к шее, вдыхая запах свежести.       — Милый, прости меня, я веду себя как большая задница, — Адам потянулся к Кэсу для поцелуя.       — Это так, но я все равно люблю тебя, — легкий поцелуй перешел в страстные объятья.       С самого возвращения из загородной поездки у них не было близости. Сначала шок от известий, канитель с оформлением бумаг, потом появление Винсента и резкая смена уклада. Адам соскучился по своему мужчине.       Поцелуй набирал обороты. Адам толкнул Кэса на постель и устроился сверху. Отстранившись, чтобы стянуть футболку, Адам залюбовался своим избранником. В их паре он был красавчиком, но было в Кэсе что-то, что делало его неотразимым.       — Любимый, подожди, — Кэс не позволил снова увлечь себя.       — В чем дело?       — Давай не будем пока… ну ты понял.       — С чего бы это?       — Винсент спит в соседней комнате. Подождем, пока он заселится в свою спальню. Иногда мы очень шумим, не хочу, чтобы он нас услышал, — Кэс поглаживал плечо Адама, но тот сбросил его руку.       — Твою мать, ты серьезно? — Адам вскочил. — А знаешь, хорошо, ты прав. Никакого секса, никаких рубашек, никаких выходных и никакой жизни, — он принялся одеваться. — Просто замечательно! Если тебе так все это нравится, то счастливо оставаться.       — Куда ты собрался?       Адам не соизволил ответить. Хлопнула входная дверь.       Кэс проверил, не разбудили ли они малыша. Винсент уморился за день и крепко спал, даже громкая ссора его не разбудила.       Все, что Кэс любит — рушится на глазах.       Выговориться и выпить. Адам отправил смс и поймал такси. Через пятнадцать минут они были на месте. Расплатившись, Адам поднялся на третий этаж и позвонил в звонок. Вскоре ему открыли.       — Какого хрена я должен лицезреть твою унылую рожу в вечер пятницы вместо того, чтобы снимать классных парней в клубе?       — Я тоже рад тебя видеть, Рэнди, — Адам поцеловал друга в губы и, не дожидаясь приглашения, вошел в квартиру.       С Рэнди их связывали годы дружбы. Они познакомились в колледже, где Адам учился на журналиста, а Рэнди метался между дизайнерскими курсами и школой модельеров. Они жили в одной комнате в общежитии, ходили на одни вечеринки, зависали в одних клубах и были очень хорошими друзьями.       — Что у тебя случилось? — Рэнди безошибочно умел читать настроения Адама.       — Прежде, чем я начну изливать душу, мне бы хотелось немного успокоиться.       — Выпивка, травка или секс?       — Хм, пожалуй, выпивка. Травка это для подростков. А секс… прости, дорогой, но ты вряд ли дашь то, что мне хочется.       Рэнди засмеялся и притащил целую упаковку пива. К концу четвертой бутылки он знал обо всех бедах Адама. И, мягко говоря, был шокирован.       — Ребенок. У меня в голове не укладывается! Ты — отец! Невероятно. Вероника… она мне никогда не нравилась. А твой старик, черт, тебя даже не спросили?       — Во-первых, спросили, и я же не изверг, чтобы бросить мальца совсем одного. И, во-вторых, Кэс не старик.       — Ему уже тридцать пять. Не удивлюсь, если это вовсе не ребенок виноват в ваших провалах в постели.       — Ему тридцать восемь. И он просто божественен. Ни один твой одноразовый трах с ним не сравнится.       У Адама начала тяжелеть голова. Рэнди вытряхнул его из куртки и уложил в спальне. Друг ошарашил его. В непростую ситуацию он попал.       Когда Адам окончательно уснул, Рэнди вытащил его телефон и проверил входящие. Так и есть, несколько пропущенных от любимого. Сделав фотографию, Рэнди отправил Кэсу ммс. Он любил подкалывать старичка.       Телефон завибрировал. Сообщение от Адама. Кэс увидел фото, на котором Рэнди показывал ему фак, посасывая средний палец. Кэс усмехнулся, вполне в его духе. Слава богу, теперь он знает, что с Адамом все в порядке.       Рэнди дождался ответа. Прости, что испортил вечер.       Утро. Адам проснулся с головной болью и Рэнди под боком. Он нашел взглядом часы, полдвенадцатого. Растолкав друга, он засобирался домой. Хотя ему дико не хотелось возвращаться. Он чувствовал себя чужим в собственной квартире.       — Таблетка счастья!       — Это еще что такое?       — Аспирин, идиот, — Рэнди протянул Адаму стакан и таблетку.       Рэнди начал приводить себя в порядок, этот парень уделял прорву времени своему внешнему виду.       — Подожди меня, я с тобой пойду.       Адам даже поперхнулся.       — Зачем?       — Как зачем?! Я должен увидеть твоего сына. Мне же интересно. И я, между прочим, люблю детей, чужих детей.       Адаму не очень понравилась эта затея.       — Стоп, стоп, стоп. Ты увидишь моего сына не раньше, чем ему стукнет восемнадцать! Не хватало еще, чтобы он нашел какие-нибудь запрещенные вещества в твоих карманах или презервативы. Ему рановато знать о таком.       — Милый Адам, ты будешь отличным отцом, ты уже ведешь себя как папочка!       Мой сын. Адам случайно так назвал Винсента. Он вовсе так не считает, мальчик — сын Вероники. Да он и знает-то его всего два дня. Это просто слова, они ничего не значат. Но на самом деле Адаму понравилось, как они звучат.       Кэс надеялся, что Адам не будет пропадать у друга все выходные. О нет, он никогда не ревновал к Рэнди. Эти двое были только друзьями и никем больше, даже какая-нибудь давняя сексуальная связь ничего бы не значила. До встречи с Кэсом Адам вел достаточно распутный образ жизни. Когда ты расстроен, огни гей-клуба могут показаться привлекательными.       Звонок прервал мысли Кэса. У Адама есть ключи, кто бы это мог быть?       — Сюрприз, сюрприз, — на пороге стоял лучезарный Рэнди и изрядно помятый Адам. У него явно похмелье. Кэс почувствовал мстительное удовольствие, пусть помучается немного за то, что заставил его переживать.       — Проходите, — Кэс открыл дверь.       Адам молча поцеловал мужа и пошел в спальню. Рэнди чмокнул Кэса в щеку.       — Угостишь своим фирменным кофе?       — Конечно.       Пока Кэс варил кофе, Рэнди знакомился с Винсентом. Мальчик поразил его, смышленый, спокойный и симпатичный. Серые глаза Адама и милые ямочки на щеках. Просто прелесть. Рэнди терпеть не мог Веронику, но она дала жизнь очаровательному созданию. По крайней мере, за это стоит сказать ей спасибо.       — Он у вас милашка, — Рэнди потягивал ароматный напиток.       — Да, это так… — Кэс замялся. — Что скажешь? Он сможет все это принять?       — Конечно, — мгновенно ответил Рэнди.       — Ты в этом уверен?       — Как в собственной ориентации. Кэс, когда вы только съехались, он приходил ко мне и плакался, как ему тяжело и непривычно, как многого ты хочешь и прочее, прочее, прочее, — Рэнди щелкнул пальцами и указал на опустевшую кружку. Кэс налил добавку. — Этот парень с трудом выходит из своей зоны комфорта. Потерпи чуть-чуть, он привыкнет, и все образумится.       — У нас не было никаких проблем, когда мы съехались!       — Это ты так думаешь, просто терапия доктора Рэнди всегда работает, — самопровозглашенный терапевт отставил чашку. — А теперь покажи мне, что ты творишь с детской, может быть, я еще успею ее спасти.       Вопреки всем ожиданиям Рэнди похвалил Кэса и Винсента за отличный выбор. Дав несколько профессиональных советов, он еще немного поиграл с малышом и, попрощавшись с Адамом, убежал в свою быстротекущую, вечно суматошную жизнь.       Стоит ли благодарить за это Рэнди или нет, но Адам стал спокойнее. Он старался, он очень старался сдерживать любое раздражение и мирился с новой жизнью.       Винсент пойдет в школу только следующей осенью. Заниматься им днем некому. Временно Кэс брал мальчика с собой на работу. Там он тихонько игрался, но это не выход. Нужно устраивать его в детский сад или найти няню.       В конец концов, поручив эти заботы своей сестре, Кэс нашел отличный детский сад. Винсенту там понравилось. Каждый будний день Кэс до работы отводил мальчика в сад и забирал после нее. Они проводили вместе намного больше времени, чем с Адамом. Кэсу было невыносимо думать, что они с мужем отдаляются друг от друга, но кое-кто другой нуждался в его внимании намного больше.       Как-то вечером Кэса вызвали на работу по срочному делу, могла сорваться крупная сделка. Впервые Адам и Винсент остались вдвоем.       Мальчик спокойно игрался в своей «космической» детской, а Адам работал над статьей. Полностью погрузившись в работу, Адам уже почти нащупал вдохновение, когда услышал короткий вскрик Винсента. Отбросив ноутбук, он мигом бросился в детскую.       Посередине комнаты, спустившись на тонкой паутине, висел большой паук. Как его занесло в их квартиру, Адам не знал, но выглядел он действительно мерзко. Винсент забрался на кровать и, не отрываясь, смотрел на восьмилапого монстра.       Адам взял газету и подцепил паука, потом подошел к окну и вытряхнул его наружу. Мальчик испугался, надо бы его как-то успокоить.       — Все, Винсент, этот недоделанный Питер Паркер тебя не побеспокоит, — Адам сел на пол рядом с игрушками и стал крутить в руках какой-то кубик.       — Паркер? Это же Человек-паук! — Винсент спустился к нему.       — Паркер — да, а этот мохнатый чудик, которого ты испугался — нет.       Винсент полез в шкаф и долго там рылся, а потом выудил красно-синюю толстовку с черной паутиной. Мальчик гордо продемонстрировал ее Адаму.       — Ого, кое-кто стильно выглядит! Эй, может, посмотрим фильм?       — Какой?       — Человек-паук, конечно!       — Мама говорила, что я еще слишком маленький, чтобы его смотреть, — но глаза у Винсента уже загорелись.       Адам посмотрел на фотографию Вероники и ее мужа на столе. Он бы ни за что не поставил ее фото, где бы то ни было в своей квартире, но Кэс настоял. Они — родители Винсента, будет неправильно лишать его любого напоминания о них.       — Твоя мама могла говорить все, что угодно, но в этом доме всегда есть место комиксам.       Когда Кэс вернулся домой, он застал своих мужчин, переживающих за супергероя. На экране Человек-паук спасал Нью-Йорк от злодеяний Зеленого гоблина.       Кажется, лед тронулся.