Конец, послуживший началу новой истории

      Йоте казалось, что она слышала звук биения собственного сердца, настолько была напряжённая тишина между ей и Любимым. Ей казалось, что она перестала дышать, хотя отчетливо понимала, что это невозможно. Наоборот, ее дыхание с каждой секундой становилось всё более резким, но самого воздуха явно не хватало в этой комнате. Ей казалось, что во всём мире не осталось ни одного живого человека, только она и Хиро. И нельзя сказать, что ей это не нравилось.       Йота смотрела на Любимого и видела немой вопрос в его глазах, на который она сама не могла дать более-менее внятный ответ. Она вообще не могла произнести хоть слово и парень это видел. Ему самому казалось, что она, когда кивала головой не имела в виду то, о чем он ее спрашивал буквально несколько минут назад.        — Наверное, у неё просто затекла шея, — это была первая, разумеется после «она передумала!» мысль, которая посетила его голову сразу после её «оцепенения».        Он убрал руки с её щёк и даже в полумраке комнаты увидел, как сильно горит её кожа. А вскоре понял, что на своих ладонях он ощущал такой же жар. Хиро отошёл на шаг, а после на ещё один, но даже после этого Йота не шелохнулась. Она стояла прямо как Франкс на аллее — без единого движения и смотрела точно ему в глаза, словно в мишень и лишь её вздымающая грудь давала понять, что она не машина.        — Йота..? — Хиро шепотом позвал девушку по имени и вновь взял её за руку.       В этот момент Йота дёрнулась и забегала глазами уже по всему лицу Любимого, ни на чём долго не задерживая свой взгляд. Все эти долгие минуты что девушка стояла и смотрела на него, она провела в размышлениях. И как оказалось, задумалась девушка очень глубоко. Йота вспоминала абсолютно всё самое важное, что было написано в той самой книге и разговоры мамы на эту тему. И к слову, последний, самый важный, был не так уж и давно. Примерно, за несколько недель перед тем как Мизуки.. заболела. И если в тот момент Йота была готова чем угодно заткнуть уши, лишь бы всё это не слышать из-за ужасного смущения, то в данный момент, она была благодарна маме. Ведь уже не сложно догадаться, чем на самом деле закончится этот вечер и на сколько для них обоих он важен.       Йота на несколько секунд задержала дыхание и покачала головой, скромно улыбнувшись. Это было её ответом. После чего Хиро аккуратно положил ладони ей талию и притянул еще ближе к себе. И теперь, между ними не осталось ни единого сантиметра.       Этот поцелуй показался девушке каким-то особенным, непохожим на остальные. Хиро целовал Йоту с такой нежностью, на которую был только способен. Он буквально вскружил ей голову, из-за чего Йота даже не поняла каким образом её спина коснулась мягкого одеяла, и как они вообще дошли до кровати. Они прерывали поцелуи всего лишь на несколько секунд - чтобы кое-как перевести дыхание и вдохнуть побольше кислорода, а после их губы вновь соприкасались, ровно до того момента, пока Хиро сам это не прекратил и не посмотрел Йоте прямо в глаза.       Он тихо сказал:        — Ты дрожишь? Не надо так…       И ведь правда, Йоту действительно била легкая дрожь, но она сама этого даже не заметила. Девушка так же тихо ответила:        — Волнуюсь просто…       Он вздохнул и чуть вздрагивающим голосом произнёс:        — Я не сделаю ничего такого, чего ты не хочешь.        — Я не сказала, что не хочу. Я сказала, что волнуюсь.       Хиро хотел сказать что-то еще, но видимо передумал. Вместо этого он улыбнулся и вновь поцеловал девушку, но теперь уже в шею и одной рукой ухватив край свитера, потянул его вверх. От этих действий, Йота стала дышать еще чаще и теперь помимо дрожи, по всему её телу появились едва заметные мурашки, но останавливать Любимого, она ни в коем случае не хотела.        Когда розовый свитер был отброшен на другой край кровати и Йота осталась лежать практически без одежды, Хиро из-за темноты комнаты хоть и плохо, но всё же смог немного разглядеть тело Любимой и не сдержать громкого вздоха.        — Ты очень… красивая…       Он был уверен, что она покраснела еще больше от его слов, но он сказал то, что думал на самом деле. Он просто не мог этого не сказать.        — У меня нет опыта, но… — Хиро сам впервые в жизни так волновался, руки у него тряслись, а ладони вспотели.        — У меня тоже, — Йота улыбнулась и закрыла глаза, она просто была уже не в силах смотреть на Любимого. — Ты… ты не думай об этом, ладно?       Она не видела — по его голосу почувствовала, что он снова улыбался:        — Не буду. Я буду думать о тебе, — он сказал ещё тише: — Я люблю тебя, Йота!        — И я тебя… очень, очень люблю Любимый!

***

      Без каких-либо сомнений, это вполне могло быть, пожалуй, самым добрым утром за последнее время, если бы немало приятные ощущения внизу живота у Йоты, сразу после её пробуждения. Но она читала, что это вполне нормально и поэтому не стала будить Любимого из-за такой ерунды. Вместо этого, девушка скинула с себя одеяло и смущенно улыбнулась, увидев, что на ней абсолютно нет одежды, а поняв, что на Хиро соответственно тоже, ее улыбка стала только шире. Поборов желание посмотреть на него под одеялом, она встала и прям нагишом пошагала в ванную комнату.       Отражение в зеркале не могло не радовать, по крайней мере ее саму. Багровые пятна на шее и ключице особенно выделялись на её белоснежной коже. Она прикасалась к ним очень аккуратно и медлено, надеясь почувствовать боль, но ничего такого не было. Это было даже в какой-то степени приятно.       Принимая горячий душ, Йота полностью отдалась воспоминаниям прошлой ночи. Как и говорилось в книге, это было невыносимо больно, настолько, что хотелось всё прекратить в первую же минуту, но она терпела. Когда в этот момент Любимый шептал ей как сильно он ее любит и нежно целовал. Его поцелуи были абсолютно везде, он не пропускал ни единого миллиметра ее тела. Йота никогда не забудет те ощущения, когда боль сменилась настоящим наслаждением. Когда перед тем как уснуть, Хиро обнял ее и поцеловал в макушку, зарывшись носом в розовые волосы.       Выходя из душа, Йота накинула на себя халат и пошла готовить завтрак. При ходьбе небольшой дискомфорт был, но девушка просто не обращала на него никакого внимания и напевая незамысловатую мелодию подошла к самой кухне.       Стоя у плиты, Йота полностью потеряла счет времени и даже не заметила как её Любимый уже минут так десять стоял в проходе и наблюдал за ней с открытой улыбкой на немного сонном, но не менее красивом лице. Хиро подкрался как можно тише и засмеялся в голос, когда схватив Йоту за талию, она от испуга вскрикнула.       — Любимый, — зло прошептала девушка и повернулась к парню лицом, замечая, что на нем были лишь его вчерашние джинсы, без верха. — Это не смешно.       Не прерывая зрительный контакт, Йота одну руку положила ему на плечо, чуть надавливая, а второй дотянулась до покета с мукой, что стоял на столе ровно позади них. Мило улыбаясь, она взяла горсть белого порошка и кинула его прямо в лицо Хиро. Это произошло настолько быстро и неожиданно для него, что тот на секунду замер зажмурившись. И теперь настал черед смеяться уже его девушке.       — Любимый, ничья! — Йота не переставала громко смеятся и широко улыбаться.       Со вздохом, Хиро протер ладонью свое лицо и открыл глаза. Посмотрел на смеющуюся девушку и без слов притянул за талию ближе к себе, обняв крепко-крепко. Йота почти мгновенно перестала хихикать и прижалась к любимому еще сильнее.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Хиро спустя несколько минут, но не прерывая объятия.       — Хорошо, — Йота не стала признаваться ему полностью во всём, ведь она и так сказала почти правду.       — Хорошо, — казалось, он выдохнул с облегчением.       — Я приготовила завтрак, — чтобы Любимый и дальше не начинал задавать вопросы на эту тему, Йота решила перевести её.       Но Хиро, казалось бы, даже не услышал девушку. Он слегка отодвинулся и посмотрел на неё очень внимательно, и сам боролся с желанием вновь прикоснуться к ее невероятно манящим губам своими.       Он смотрел и думал:       — Милая, светловолосая и добрая девочка, как из сказок, что читала мама перед сном. Девочка, в которую просто невозможно было не влюбиться!       Но небольшая загвоздка была в том, что Хиро не просто влюбился в эту девочку, он полюбил ее по-настоящему и вряд ли что-то во всей Вселенной способно изменить его чувства к ней.       — Любимый?       — Да, — Хиро покачал головой. — Идем завтракать...