два
18 ноября 2020 г., 15:50
Несмотря на то, что они находились предположительно в Северной части Англии, всё равно шёл дождь. Конечно, можно было бы и не удивляться такой погоде, типо: "хэй, Элисон, ты живёшь в Великобритании", но девушка до сих пор поражалась, как такое продолжительное количество времени небо остаётся серым.
Всё-таки ей стоило в маггловской школе лучше слушать учителя географии.
Всей интересной компанией они трансгрессировали в какой-то переулок в Паучьем Тупике. Об их местонахождении сообщило объявление о продаже дома, в углу которого весьма заметно сообщался адрес. Бумага была пожелтевшей, печатные буквы расплывались от воды, оставляя серые разводы. Но несмотря на всё это, текст оставался хоть немного, но читабельным.
Элисон ногой наступила в лужу. С противным хлюпаньем и такими же неприятными ощущениями она пошла за взрослыми волшебниками, что быстро удалялись от неё, спеша покинуть этот грязное место. На ногах были её старые коричневые сандали, из-за чего воду она чувствовала ещё сильнее, а хлюпанье было слышно сквозь льющий, как из ведра, дождь. Впереди неё профессор помогал её матери идти, придерживая за локоть, а девушка несла сумки. Быстрым шагом она следовала за ними, пытаясь не отставать, но противная сырость обуви не покидала её, становясь ещё ощутимее, хоть Элисон и пыталась обходить лужи.
Таким образом они шли минут пять почти до окраины этого странного места. Город (а город ли?) оказался очень маленьким, а дома одинаковыми. От такого однообразия раздражение росло ещё больше, ведь эта обстановка навевала ощущение бесконечности этого пути.
На очередном повороте (каким по счёту, Монтгомери не знала, так как сбилась уже на второй минуте) они остановились перед чёрной металлической дверью, где-то поцарапанной, а где-то с отсутствием краски. Невысокие ступеньки вели ко входу, на вид очень старые, вот-вот развалятся.
— А чары нас пропустят? — скептично осмотрев фасад дома, спросила Элисон.
— Со мной — конечно, откуда такие глупые вопросы, мисс Монтгомери? — ответил ей в своей манере Снейп, проходя внутрь сначала с Элизой, а потом отлеветировав к тумбе из тёмного дерева дорожные сумки.
Обстановка была... Мрачной и скудной. Свет практически не проникал в комнату, что была подобием гостиной, лишь небольшое грязное окно было источником освещения. Рядом с ним стоял книжный шкаф, набитый (как ни странно) книгами. Ещё несколько таких стояли вдоль двух стен. Похожий предмет мебели находился прямо рядом, больше напоминая буфет.
Клубки пыли взлетели, когда девушка захлопнула входную дверь, и Элисон чихнула, отчего дождевые капли брызгами разлетелись в стороны. Вода, что фактически лилась с её одежды, образовала лужицу под ногами. В центре стоял диван, обтянутой чёрной тканью, и точно такое же кресло, посеревшие от пыли. Рядом расположился круглый и маленький деревянный столик на тонких ножках. Свободного места там не наблюдалось, и девушка заинтересованно пробежалась взглядом по крупным строчкам названий выпуска газет.
— Мисс Монтгомери, возьмите из серванта со второй полки, справа зелёный флакон. — Приказал Снейп, и Элисон быстро подбежала к названному предмету мебели. Подумав, что это всё-таки не буфет, а сервант, и не услышав высказываний против в свою сторону, она восприняла свои действия верными. Открыв стеклянную дверцу за медные ручки, она взяла с полки бутылочку, по форме напоминавшую яблоко. Где-то за остальными склянками мелькнуло что-то блестящее и яркое.
Не особо зацикливаясь над мыслью, что в рядом стоящем с ней шкафу очень много разнообразных и, что самое главное — готовых зелий, девушка передала в руки предмет. Она наблюдала, как профессор чуть капнул на макушку Элизы пипеткой жидкость из флакона, на что в ответ женщина зашипела от боли. Параллельно с этим Элисон сгорая от желания изучить все стоящие склянки за её спиной.
— Вулнера санентур, — прошептал мужчина, проводя палочкой над головой миссис Монтгомери.
Женщина отметила, что пульсирующая и весьма продолжительная боль в затылке пропала, и ей стало лучше. Остался только сломанный нос, который приносил немалый дискомфорт.
— Эпискеи. Всё, Элиза, твои муки кончились, — сообщил ей Северус, смотря на скривившееся лицо его давней знакомой от секундной боли.
— Спасибо, — поблагодарила его женщина.
Элисон стояла в стороне от них, наблюдая за этой картиной и машинально потирая ладонь. Под пальцами чувствовалась шершавость от только-только остановившейся крови.
"— Интересно, Снейп вообще хоть с кем-нибудь жил когда-то?".
Девушка перевела взгляд на серую стену. На ней было пусто, не считая колдографии, которую она не смогла разглядеть с такого расстояния, но увидела названия рядом стоящих книг. Они стопками стояли на всех местах, где это вообще возможно и, кажется, скоро упадут кому-нибудь на голову. Большинство из них являлись справочниками о различных травах, зелья, а так же по Тёмным Искусствам. М-да, навряд ли здесь уместилось бы хотя бы два человека.
— Элисон, давай я залечу тебе руку, — попросила её мама, уже сидя в кресле и потирая виски круговыми движениями. Девушка будто очнулась от сна. Она подошла к Элизе и протянула ладонь. Мама прошептала заклинание и порезы мгновенно затянулись. — Ещё раз спасибо за помощь, Северус.
Снейп в ответ только медленно кивнул. Взгляд его чёрных глаз пробежался по Элисон и Элизе, и он медленно вздохнул, предвещая очередной вечер, наполненный философскими разговорами с Элизой и рассказами о некоторых зельях любопытной ученице. Нет, ему определённо не будет скучно в компании этих двоих. И пусть все его шпионские дела подождут.
— Чаю? — предложил он.
— Будь так любезен.
***
Вообще-то, за этим столом ей сидеть нельзя. От слова «совсем». Но в уставе об этом не написано, так ведь? Какая разница, где сидеть, если еда везде одинаковая? С такими мыслями Элисон глядела на сине-коричневый флаг с эмблемой ворона, что висел напротив длинного обеденного стола. Сидящие за ним люди осторожно косились на неё. Ещё бы, что слизеринке делать за столом Рэйвенкло, на пиру в честь начала учебного года? — Весь Слизерин сегодня в ударе, — сообщила она повернувшемуся к ней Тони, который улыбался на шутку рядом сидящей рэйвенкловки. Элис особо не запоминает их, но её лицо показалось ей знакомым. — Да я вижу. Учти, в гостиную ночевать не пущу. Уж туда-то тебе точно нельзя, — ответил ей друг, после чего повернулся обратно к той девушке. И всё же, она знает эту особу с азиатской внешностью. Возможно, они пересекались на каких-то лекциях. Протяжно вздохнув, Элисон перевела взгляд на место, где стоял несколько минут назад табурет со старой остроконечной шляпой. Чёртов артефакт и её тормозное мышление. А могла бы сидеть за этим столом как рэйвенкловка, а не беглая слизеринка, в попытках скрыться от ужасных однокашников. Или вообще уйти к хаффлпафцам, зачем ей эти холодные изворотливые змеи? Она машинально отметила, что за столом преподавателей сидит знакомый ей по фотографиям и рассказам человек, что был Горацием Слизнортом. А так же заметила отсутствие декана факультета змей. Опять в Хогвартсе происходит какая-то чертовщина. Постаравшись слиться с потоком «воронят», чтобы её не узнали (что получалось довольно плохо, учитывая, что каждый должен был удивиться её пребыванию здесь. "Серьёзно, прекратите, я уже здесь столько раз сидела!"), повернула голову в сторону двери, которая была открыта, впуская студентов в Большой Зал. В проёме появился Поттер, прижимающий к носу пропитанную кровью тряпку, а рядом шёл довольный Снейп. «И не сидится же ему на месте» — отметила девушка, закатывая глаза и ещё раз вздохнув. Спохватившись, что профессор всё же её декан, она отвернулась от занимательного зрелища в лице очередных препирательств Поттера и Снейпа и уставилась в центр стола, опустив голову так, чтобы волосы скрывали лицо. Когда они прошли мимо неё, вроде бы не заметив, она осмотрела всю еду на столе. Есть совершенно не хотелось, а огромные тарелки, набитые всякими вкусностями и её любимыми блюдами не вызывали чувство голода, хотя она почти не ела сегодня. Если приёмом пищи конечно можно было считать пару драже Берти Боттс, незаметно стащенные у Тони в поезде. Приметив чуть недалеко от неё кувшин с тыквенным соком, она попросила его передать через друга и налила себе половину кружки. Медленно и маленькими глотками девушка пила жидкость. Элисон прикрыла глаза, оперевшись головой об ладонь. — Как насчёт мороженого? Голос казался далёким, как будто с ней разговаривали через толщу воды, но именно он отвлёк её от минутной дрёмы. Резко раскрыв веки, она поняла, что находится сейчас вообще-то в Большом Зале среди студентов другого факультета, и спит прямо перед их носом, чуть не падая лицом в пустую тарелку. — Что? — глупо спросила она, затуманенным взором смотря на Тони. — Я говорю, мороженое будешь? Десерты подали. Посмотрев вокруг, Элисон увидела пироги, пирожные, мороженое, конфеты, торты и ещё куча кондитерских и очень калорийных изделий. — Нет, спасибо, — отказалась Монтгомери. — И даже не будешь твоё любимое клубничное? — с ноткой обиды в голосе, уточнил Голдстейн. — Я думал, щас навернём одну большую порцию, это же наша фишка: раз в год вместе опустошать запас сладкого за столом Хогвартса. Открой ротик и скажи «а-а-а»! Покосившись на ложку, что стремительно приближалась к её лицу, она хотела бы возмутиться, но как только Элисон раскрыла рот, Тони быстро заснул туда ложку и ей пришлось закрыть рот, чтобы не выглядеть ещё глупее. Вокруг послышались смешки рэйвенкловцев, и девушка мысленно застонала. «Какой позор» — думала она, глотая холодное мороженое. — Тони, ты идиот. — Констатировала Элисон, проклиная то, что он оказался прав, говоря о том, как это вкусно. Она хоть и ела мороженое летом, но хогвартское почему-то ей понравилось больше. — Теперь весь Хогвартс знает, что я инвалидка, которая не может и ложку в руках держать. — Ты меня вынудила, — поднимая руки в жесте «я тут не при делах». — К тому же, ты почти не ела сегодня. — Да ну тебя… — пробурчала Элисон и замолчала, вглядываясь на дно стакана с тыквенным соком, уходя далеко в свои мысли. «Это невыносимо. Я не хочу здесь находится. А если я прямо сейчас просто уйду отсюда? Будет ли это слишком заметно, или у меня получится проскользнуть к выходу? Так…» Элисон заставила повернуться к ней Тони, дёрнув его за рукав мантии. — Отвлеки внимание на себя, — шепотом попросила его девушка, чтобы никто не задавал лишних вопросов. Голдштейн еле заметно кивнул головой и в следующую секунду «случайно» опрокинул стакан с соком на себя, громко ругнувшись, чтобы его слышали остальные. Пока люди лениво наблюдали за тем, как парень оттирал пятно с мантии и приговаривал «и откуда же у меня растут руки?», отпуская пару самоироничных шуток в свою сторону, Элисон спокойно встала из-за стола и прошла к выходу. Не оглядываясь, она покинула Большой Зал и направилась гулять по коридорам Хогвартса. Старинный замок как будто спал. Обычно такого не бывает 1 сентября, ведь это начало нового учебного года, но в этот раз напряжение из-за массовых нападений Пожирателей Смерти как будто стало элементом кислорода. Либо же Элисон просто сама себя накрутила, неспособная оптимистично относится к вещам. «В любом случае, — думала Монтгомери, — никак не избежать этого. Можно было бы догадаться, что рано или поздно этот чёрт из табакерки снова возродиться и захочет власти. Лишь бы маму не трогал…» Она медленно проходила по пустым коридорам. Тихие шаги распространялись в пространстве громким звуком, заглушавшимся треском пламени от факелов. Где-то вдалеке слышались голоса ужинающих студентов, бурно обсуждающих проведённые каникулы и следующий учебный год. И ведь действительно, сколько всего успело произойти за 6 лет её обучения: то запретные коридоры, то василиски, то преступники, то чемпионат, то тирания министерства… М-да. С появлением Поттера, вся школа уже давно стоит на ушах… И, кажется, не собирается опускаться обратно, учитывая довольно занимательную картину с участием её декана и Поттера в крови. Кстати говоря о декане... Что-то ей подсказывает, что её отсутствие за столом Слизерина и уход с ужина он просто так не оставит. В очередной раз. Ей придётся слушать его речи о сближении с сокурсниками, язвительные высказывания в сторону её невыносливости, угрозы рассказать об этом матери (которая давно уже в курсе, но что поделать, Элисон довольно упрямая), и всё это она благополучно прослушает и тихонько проберётся к себе в комнату после выговора спать. Говоря «к себе в комнату», именно это она имела в виду. Некоторым старостам положены свои привилегии. Элисон, конечно же, не староста школы, но староста факультета, а это даёт преимущество. Например, отдельная спальня. Она не огромная, не обставлена вычурной мебелью и в цветовой гамме Слизерина. Нет. Скорее обычная спальня в цветах факультета. Да, там совершенно обычная кровать, стол, шкаф и маленькая ванная комната. Дело в том, что обычно старосты не отселялись из общих спален. Это довольно удобно, потому что за тебя кто-то будет поддерживать согревающие чары (по расписанию, конечно), следить за порядком, да и соседки-подружки редко наскучивают. А если захочется личного пространства, можно просто закрыться балдахином и наложить защитные чары. Но у Элисон не было подружек, личного пространства и желания действительно делить по-честному комнату. Ну сами подумайте, кому захочется жить и спать в комнате, где твои сокурсницы хотят тебе испортить нормальное существование, убирая личное пространство и вешая часто работу на тебя? Конечно же, никому не захочется. Вот Элисон и съехала в ближайшее время, как только появилась возможность. А появилась она в прошлом году. Спальня была запущенной и заброшенной. Никто ей не пользовался, видимо, несколько веков. Да и никто и не знал о её существовании с того времени, наверное. А вот Элисон нашла упоминание о том, что староста факультета имеет право хотя бы на отдельную комнату, о чём сразу же сообщила Снейпу и тот быстренько переселил её сюда. Пришлось подключать тогда домовиков, потому что такое количество пыли Элисон не видела никогда, помня, что иногда и её дом похож на свалку из-за отца. Но они управились довольно быстро, так что девушка въехала тогда с чистой душой и облегчением. В общем, хоть какое-то преимущество, у неё, всё же, было. Правда это не мешало однокашникам время от времени портить ей жизнь своими выходками, учитывая, как часто под её дверью Элисон находила много сюрпризов. И они были не безобидными. От мыслей девушку отвлек звук шагов в коридоре, и они явно принадлежали не ей. «Какая сообразительность, Элисон Монтгомери!» — подумала она, пристыдив себя за тупость. Человек ускорялся, и Элисон пришлось нырнуть за нишу, чтобы хоть как-то слиться с окружающей обстановкой. Как никак, её здесь быть не должно. И Драко Малфоя в том числе. *** — Можешь не пытаться, тебя видно, — прокомментировал её жалкие попытки спрятаться, Драко. И опять он со своей манерой говорить так, будто она ему должна ноги расцеловать. — Тебя забыла спросить. — В тон его надменности ответила Монтгомери. Он был один. И, кажется, пришёл за ней, что крайне поразило блондинку. Они… Не враждовали. Нет. Элисон попросту это было не нужно, она могла спокойно сосуществовать с людьми в одном помещении, до тех пор, пока кто-то сам не решит разжечь с ней конфликт. Однажды и Драко попытался, но девушка моментально поставила его на место, стараясь пресечь все эти поползновения в её сторону. В свою очередь Драко не остался молчать как рыба, а просто заговорил с ней. О зельеварении. И с тех пор между ними не было никакой ненависти или чего-то подобного, так, небольшой дух соперничества, как лучших студентов на курсе среди слизерницев. Серьёзно, они оба шли в ногу, и никак не получилось спихнуть одного ниже другого. — Между прочим, Монтгомери, ты всё ещё обязана выполнять свои обязанности старосты. Снейп уже постучал мне по голове, не хочу возиться с тобой до конца года, — парень медленно подошёл к ней, оперевшись плечом на стену рядом с девушкой. — Да ладно, Малфой, меня не было буквально минут 5. — Элисон, полчаса как минимум. Скоро закончится ужин. Первокурсников надо вводить в режим, а у меня и без них полно дел. Элисон вздохнула. Ей, честно говоря, было очень и очень лень заниматься мелкими, которые то в ненужный коридор заглянут и потеряются, то случайно потеряют друг друга и грохнуться с лестницы. — Малфой, ты прекрасно справлялся с этой задачей в прошлом году, не желаю отнимать твой статус «любимчика детей». Будь душкой, повтори подвиг, — она эффектно махнула волосами, развернулась к нему спиной и уже хотела было отойти… — Снейпу не очень понравилось твоё сегодняшнее поведение. Прозвучало, как гром среди ясного неба. Ей показалось, или в окне мелькнула молния? Было ясно, что Драко начал злиться. Он некрасиво нахмурился и сжал руку в кулак, дабы контролировать свою вспышку эмоций. — А мне не нравится вся эта ситуация, но я же молчу. — А я бы советовал вам не молчать, а извиниться перед вашим дорогим деканом и отправиться вместе с мистером Малфоем в Большой Зал, чтобы отвести первокурсников в гостиную. — Голос Северуса Снейпа немного хрипел, пока он на одном дыхании произнес выговор двум шестикурсникам. — Живо! А вас, мисс Монтгомери, я жду в 9 в своем кабинете. И чтобы без опозданий! «Да какого хрена!» — возмутилась про себя девушка. И как он умудрился испортить вечер всем троим сегодня? Ах, да, он же был испорчен с самого начала.
