Трудности перевода

– Как это мужская??!! Алекс металась по коридору, пытаясь сообразить, что происходит. Ученики удивленно оглядывались на нее, и только сейчас она начала понимать значение этих взглядов. За то время, пока она ходила по школе, ей ни разу не встретилась ни одна девушка. – Пожалуйста, успокойся, – сказал Кен, – Если директриса тебя увидит, она будет в ярости! – В школе для парней директор – женщина? – Да, и она… Эм… Как бы это сказать?.. В общем, она ярая женоненавистница. И поэтому… Поэтому… – Да? И что мне теперь делать? Мне же нужно подойти к ней за документами! – И поэтому тебя нужно переодеть! Сказав это, Кентин направился к шкафчикам. Достав свою спортивную форму, он отдал ее девушке, а затем отвел к спортзалу. – Тут сейчас никого, поэтому можешь спокойно переодеться в раздевалке. В раздевалке девушка сняла свое платье, спрятала в сумку и натянула форму. – Маловата, – вздохнула она, – Штаны короткие, носки даже видно. Кену не помешало бы подрасти! То, что она не красилась – пришлось как раз кстати. А и так короткие волосы были собраны в хвостик. Алекс посмотрела на себя в зеркало: – Неплохо. Вполне мальчишеский вид… Хотя, кого я обманываю? Это не прокатит! Как только она вышла из раздевалки, Кен повел ее к кабинету директора. Кабинет располагался на первом этаже в самой дальней части школы. Идя по коридору, Алекс казалось, что атмосфера постепенно сгущается и мрачнеет… А в конце коридора высились огромные двустворчатые деревянные двери. Прям вход в подземелье какой-то… – Как-то мне не по себе от этого места, – вздрогнула Александра. – Ничего не бойся! Просто забери у нее документы и все. А если она в хорошем настроении, то сразу объясни ей всю эту ситуацию. Быть может, и не дойдет до скандала. Все будет нормально. А я тебя тут подожду. Алекс тихонько постучалась в дверь. Сразу же раздалось властное «Входите!». Девушка еще раз обернулась на Кена, собрала всю волю в кулак и отворила дверь. Это был просторный кабинет. Интерьер кабинета был представлен небольшим кожаным диваном, шкафом с множеством книг (основная часть из них была по психологии и управлению), большим письменным столом с кучей бумаг и черной настольной лампой, тремя креслами около стола и парочкой цветов в керамических горшках, стилизованных под дерево. Вся обстановка была выдержана в едином строгом стиле. Единственное, что бросалось в глаза – это розовый пуфик, на котором лежала маленькая собачка и розовый (строгий!) костюм директрисы. Сама же директриса представляла собой «выдержку из того же стиля»: на носу строгие очки в черной оправе, волосы собраны сзади в тугой пучок, руки скрещены на груди – само воплощение решимости. И Алекс подумала о том, как хорошо директриса вписывается в интерьер кабинета. – Вы, наверное, Алекс Холл! Опаздываете! – улыбнулась директриса. – Прошу Вас, присаживайтесь. Должна сказать, я очень рада, что Вы выбрали нашу школу. Ваши родители ведь довольно известные археологи? Они, наверное, очень занятые люди! – Да. Занятые… Такие занятые, что даже перевод своего ребенка не могут нормально оформить… – пробубнила Алекс. – Ну-ну! Что Вы! Не думаю, что в Вашем переводе были допущены какие-то ошибки! Разве что совсем мелочи? Но это пустяки. Тем более что Ваши родители организовали все на должном уровне и даже заплатили сразу за весь год обучения! «Готова поспорить, – подумала девушка, – деньги теперь так просто не вернут… И как же мне сказать ей о том, что я девушка? А что, если она сразу же вышвырнет меня из школы?» – Кстати! Ваши родители рассказывали мне о близнецах. Значит, у Вас есть сестра? Она тоже переехала с Вами? Рядом с нами располагается школа для девочек им. Святой Марии. Превосходнейшее заведение, чтящее традиции. Там строго следуют правилам и воспитывают в соответствии со всеми канонами традиционного обучения, учат этике, послушанию и нравственности. Я считаю, это самое подходящее место для юной леди. «Вот уж куда бы я точно ни за что не поступила…» – подумала девушка, а вслух сказала: – Нет, он… Она! Она не поехала со мной и осталась дома. Извините, но мне нужно Вам кое-что сказать по поводу моего перевода… – Только не сейчас! Я уже тороплюсь! Вот Ваши документы. Остальное заберете у старосты, также возьмете у него расписание всех учителей и кабинетов, и он Вам все объяснит. Ах, да, и еще одно! В нашей школе нет обязательной школьной формы, но мы все-таки просим учеников придерживаться некоторого дресс-кода, и спортивная форма в него никак не вписывается. А сейчас мне нужно идти! – закончила директриса и выжидательно посмотрела на девушку. Алекс встала, попрощалась с директором и вышла из кабинета. «Так ничего ей и не сказала… Да о чем это я? Она же вообще ничего не поняла!» – думала девушка. – Наверное, это все мой грубоватый голос… И… Ну почему у меня такая маленькая грудь?? Почему у всех есть, а у меня нет?? Ой… Кажется, я это вслух сказала… – она оглянулась по сторонам, – Хорошо, что по-русски здесь никто не понимает. Ждавший девушку Кен спросил, как все прошло, и повел ее в актовый зал, где обещали дать небольшой концерт, и с приветственной речью должна была выступить директриса. В зале Алекс нашла себе место в самом конце и поудобнее устроилась в крайнем кресле, чтобы особо не привлекать к себе ничье внимание. Прозвучали слова «Добро пожаловать». И, утомленная утренней беготней, девушка не заметила, как заснула.