Трудности перевода

Уроки закончились. Алекс стояла около расписания и уже собиралась уходить домой, когда ее окликнули. По коридору к ней шел Кастиэль. – Ты не мог бы мне помочь кое с чем? – Конечно! А что случилось? – Мне нужно забрать кое-что из учительской, но самому мне туда проход закрыт. Это все заявление о прогуле, оно оформляется по специальной форме, а я ее потерял. – Но почему просто не попросить еще одну? – Слушай, учителя на меня просто наорут, а к Нату я обращаться не собираюсь! Так ты поможешь или нет? – Ну… Ну, ладно… – неуверенно произнесла Алекс и пошла к учительской. Кабинет оказался пуст. Она подошла к столам, на которых высились груды бумаг. Осмотрев пару стопок, она не нашла ничего похожего на нужный документ. «Может, где-то в ящиках?» Но как только Александра открыла первый ящик, за ее спиной раздался голос: – Что ты тут делаешь? На пороге стоял Натаниэль. Девушка почувствовала, как ее охватывает паника. Она даже не представляла, как ей все это ему объяснить, но внезапно заметила, что позади старосты Кас что-то пишет на бумаге. – Тебя долго не было, поэтому я решил сам взять… – прочла она. – Мне нужна была бумага… Я, возможно, пропущу пару дней… Поэтому я хотел написать заявление… – она уже не задумывалась над тем, что говорила, просто читала то, что было написано на листах, представляя, как глупо при этом выглядит, и краснея от этого все больше и больше. – Извини, что пытался найти тут что-то без спросу… Надеюсь, ты мне поможешь?.. И я еще хотел сказать тебе… Дело в том, что… Ты мне нравишься… … … Чтоо??? – вскричала девушка. Нат выглядел не менее удивленным. И в этот момент раздался громкий смех Кастиэля. Алекс стояла, зажмурившись и пытаясь закрыть уши руками. Но в голове все равно отдавался его смех. Вдоволь насмеявшись, Кас ушел, оставив их в этой неловкой ситуации. – Это… Это неправильно… – прошептала девушка. – Я вовсе не это хотел сказать! Просто… Просто в голове все так перепуталось… – пыталась она оправдаться. – Это знаешь ли непросто – думать на русском, мысленно переводить, а потом еще и воспроизводить все это вслух на английском! Я всего лишь хотел сказать.. что ты очень хороший человек. Ну… В общем… Извини! – сказав это, она выбежала из учительской, чтобы только не слышать, что он ответит. Ей было ужасно стыдно! Как Кастиэль мог так ее подставить? Выйдя из школы, она увидела его. – Кас! Зачем ты это сделал? Это было не смешно! Мне пришлось оправдываться перед Натаниэлем и… – Проваливай! – Что? – Меня не интересуют заискивающие люди! Можешь подлизываться к кому-нибудь другому, а от меня отвали! Ненавижу подкаблучников… Тебе самое место рядом с Натом. И знаешь, разыграть тебя было действительно весело! Я получил от этого неимоверное удовольствие! Алекс почувствовала, что сейчас разревется и побежала прочь… Быстрее! Подальше отсюда! Подальше от него! Больно! Слишком больно! Ей в первый раз причинили такую боль. Как будто со всей силы резанули ножом. И не просто порезали, а еще и воткнули его в рану. И от этого боль еще сильнее. Больно. Корчишься. Но вытащить не можешь. Потому что как только прикасаешься, он впивается еще глубже. И каждое движение. Каждый вздох. Боль. И, вроде бы, снаружи ничего нет… Зато внутри огромная кровоточащая рана…