Оксюморон

      Вжимая глубоко в пол педаль газа своими найковскими сникерсами и абсолютно игнорируя знаки скоростных ограничений, Мерфи даже не замечал сигналящих ему на дороге водителей. Он выехал на автобан из Остина, и теперь перед его глазами мельтешила пригородная местность. Парень бы, может, в другой ситуации обратил внимание на это, но все его мысли были заняты, конечно же, Рейес.       Он даже не получал привычного кайфа от скорости.       Оставив голосовое сообщение Блейку о том, что пропадет на пару дней, Джон вновь проверил телефон: все мессенджеры, оба своих почтовых ящика и голосовую почту, а также запросил детализацию входящих вызовов на случай, если Рейвен ему звонила, но гребанный оператор не смог соединить.       Но та, конечно же, не звонила.       Парень с психом ударил по рулю, когда движение на дороге встало — какая-то фура решила развернуться, но, в силу своих габаритов и отсутствия хорошей маневренности, загородила пол автострады, заставляя всех нервно сигналить.       На то, чтобы фургону завершить задуманное, понадобилось, примерно, минут десять — но и они были для Мерфи невероятно долгими. Казалось, что он вот-вот опоздает.       Правда, куда он опоздает, он и сам не знал. Потому что в выставочный космический центр, который работал только еще полчаса с того момента, как Джон глянул на часы на приборной панели, ему не нужно было — там Рейвен, вряд ли, подрабатывала экскурсоводом или же экспонатом.       Он на секунду ухмыльнулся этой мысли: девушка бы никогда не стала рассказывать детям, как устроен космический корабль — она пошла бы строить его самостоятельно.       Осталось только где-то откопать эту ракету.       Парень даже не заметил, в какой оглушающей тишине он ехал, до тех пор, пока его телефон не зазвонил. Его сердце пропустило удар — Джон так отчаянно хотел увидеть такие родные три буквы в имени звонившего. Но это был всего лишь Беллами.       — Да?! — голосом где-то за гранью спокойствия поинтересовался он.       — Ты там давай без глупостей, ок? — послышался треск из динамиков машины.       Мерфи фыркнул — это Блейк ему о глупостях говорить будет?       — Если что, найдешь мне знакомого копа в Хьюстоне, — лишь ответил Джон, заглядывая в зеркало дальнего вида, собираясь перестроиться на левую полосу.       Это был не вопрос, и его лучший друг прекрасно данную вещь осознавал.       — Конечно, Мерф, — в голосе Блейка просквозила усталость — водитель даже представил, как тот потирает глаза.       Джон выдохнул.       Когда все стало так сложно?       Где они все свернули не туда?       — Гриффин все еще не поменяла своего мнения после вечеринки? — когда красный свет светофора загорелся перед подъезжающим к нему Мерфи, то парень собирался проскочить. Но за мгновение передумал, и теперь нервно колотил пальцами по рулю.       Беллами, казалось, закатил глаза:       — Не-а.       — Хуево, — заключил Джон.       Мерфи не знал: то ли гормоны в организме девушки оказывали такое влияние, то ли ее тараканы собрали совет и всем составом постановили, что Блейк им снова не нравился.       Беременные.       Светофор вновь подмигнул своим зеленым светом, и парень снова газанул.       — Ага, — только сказал Беллами. — Как найдешь Рейвен, набери меня, мы переживаем.       Парень пообещал исполнить просьбу друга, и тот отключился, вновь оставляя Джона один на один со своими мыслями.       Он оставил машину на парковке внутри территории самого центра и огляделся. При въезде он видел несколько таких же парковок и однотипные многоэтажные здания.       Очень многообещающе.       Парень, почему-то, еле сдержался от того, чтобы перекреститься.       Отправил с дохреллион СМС-ок Рейес с требованием выйти и поговорить, как взрослые люди.       И с толикой шантажа, что парня из-за нее арестуют, так как он не уйдет без разговора с ней.       Но, оказалось, что это бесполезно.       Рейвен также молчала, заставляя Джона активно накручивать себя.       Ему хотелось найти ее, треснуть по черепушке, чтобы та, наконец, поняла, что мозгами там и не пахнет (иначе она бы уже подняла трубку). Но еще больше ему просто хотелось, чтобы девушка была в порядке.       Вообще-то, Мерфи даже понятия не имел, в какой части всей базы находится учебный центр. На территории Космического Центра должна была быть карта. И поэтому, прекрасно осознавая, что ни в одно здание его ни за что не пропустят просто так, парень решил попробовать прикинуться одним из сотрудников. Дырявые джинсы и красные найки были сомнительным прикрытием, поэтому ему нужно было придумать, как не привлекать к себе внимания.       Но, особо ничего не обдумав, он просто двинулся к ближайшему из строений: лучший способ надурить кого-то — это самому прикинуться дурачком.       На входной двери висела табличка. В сумерках ее было плохо видно, и Мерфи посветил дисплеем телефона: Центр Изучения Почв.       Вряд ли Рейес сейчас копалась в грязи, поэтому парень двинулся дальше. Нигде карты он так и не приметил, поэтому решил спросить у двух прохожих девушек — уж они-то ему не откажут, а, может, еще и проведут прямо к комнате Рейвен.       Они явно что-то яро обсуждали, потому что девушка в очках активно жестикулировала руками. Джон уже практически подошел к ним и готовился пустить всю свою обворожительность в ход.       Но у него зазвенел телефон, привлекая внимание прохожих.       При вечернем свете яркий дисплей мобильника ослепил парня.       Так, что он сначала даже не поверил в происходящее.       Одним резким движением пальца Мерфи принял входящий звонок, затаив дыхание.       Парень так много хотел сказать, но, в итоге, лишь молчал в трубку.       — Джон, я надеюсь, ты пошутил, что ты в Хьюстоне, — через секунду после тишины в трубке раздался голос.       Это была Рейвен. Голос был поникший, хриплый. Уставший. Скорее всего, девушка с ним не хотела говорить, в принципе.       Мерфи глубоко вдохнул и начал быстро и громко говорить, пока Рейес не скинула звонок:       — Нет, я абсолютно серьезно уже в твоем центре в поисках тебя. И пока я не добьюсь от тебя зрелого ответа, я не уйду. Я обойду всю вашу охуенно большую территорию, зайду в каждое здание, но я найду тебя, Рейвен. Пусть меня хоть за шиворот вытаскивает охрана, или сразу копы. Поэтому сделай милость и облегчи жизнь всем несчастным людям, которые попадутся мне на пути, — закончил он и смог, наконец, отдышаться. Пока Джон тараторил, на него уже стали озираться. Еще чуть-чуть и его выволокут нахрен, если он не будет соблюдать норм приличия.       Рейес, должно быть, поджала губы. Она всегда так делала.       Девушка мягко, в конце концов, ответила, тяжело выдохнув:       — Ладно. Что ты видишь перед собой?       Мерфи огляделся.       Кругом все еще были одинаковые здания.       И ни одной гребанной ракеты.       — Да хрен знает. Только что прошел Центр Изучения Почв.       — Будь там, я приду минут через пятнадцать, — сообщила девушка и отключилась.       Что ж, во всяком случае, у него, наконец-таки, будет внятный ответ.       И, во всяком случае, Рейес жива и не кукует где-то в следственном изоляторе.       Джон принял это за хороший знак — могло бы быть и хуже, наверное.       Об этом он все еще думать не хотел, хоть и был к этому готов.       Все эти минуты тянулись бесконечно долго, ему хотелось уже снова набрать Рейвен и спросить, в каком направлении ему двигаться к ней навстречу, но не стал. Потому что девушка могла и передумать вовсе. Поэтому теперь он стоял у обочины, вернувшись к крыльцу здания, где изучали землю, и пинал маленький остроконечный камешек. Его движения были механическими, потому что все мысли были заняты тем, что он скажет девушке. Джон поворачивался на каждый шорох, каждое движение, чтобы не пропустить ее.       Но она подошла слишком бесшумно.       Рейвен похлопала по его плечу из-за спины. Парень повернулся и, наверное, пару минут рассматривал девушку, пытаясь оглядеть ее всю.       Волосы собраны в высокий конский хвост, щеки немного впали, а под глазами залегли темные круги. Она слегка улыбалась — Джон знал, что это искренняя улыбка, пусть и, неожиданно, робкая. Глаза все также горели, особенно в этом сумраке. Она была одета в какую-то форму, вероятно, учебную.       — Привет, Джон, — девушка все также держала Мерфи за плечо, и от ее касания кожу покалывало даже сквозь косуху.       — Рейес, что за игра в прятки? — прямо начал Мерфи. Ему не хотелось с ней ссориться, но он никак не мог совладать с собой — тон его голоса был предельно завышен. — Я понимаю, у нас с тобой непростые отношения, но Гриффин-то причем? Мы, блять, места себе эти дни не находили. Я знаю прекрасно, как ты терпеть не можешь виснуть на телефоне и, вообще, редко его берешь в руки, но раньше хоть на такой срок не пропадала! Какого хера происходит?!       Парень покачивался, перенося вес своего тела с пяток на носки в бесполезной попытке успокоиться.       Шатенка отвела взгляд. Она никогда не была той, кто отводил взгляд, но сейчас девушка это сделала. Закусила губу и смотрела куда угодно, только не на Джона.       — Если у тебя здесь новая жизнь с новыми друзьями и новым парнем, просто скажи. Просто скажи, Рей, и я уйду.       Рейвен зажмурилась и глубоко вдохнула, так, что ее плечи дернулись. Она открыла рот, будто бы, в немом крике, а потом вновь закусила губу. Мерфи показалось, что он разглядел капельку выступившей крови.       — Нет, конечно.       Содержательно, блять.       Парень все испытывающе смотрел на нее, ожидая, что та изъяснится. Она нервно теребила и так потрепанный ремешок своих часов на запястье. Джону до одури хотелось прервать эти лихорадочные движения, но он просто стоял и ждал.       В конце концов, будто найдя в себе силы, девушка заговорила:       — Я все еще лучшая в группе, Джон. Все преподаватели говорят, что я далеко подающий надежды механик. Круто, да? — а потом она так горько усмехнулась, что у парня сжалось сердце на мгновение. — Но меня протестировали. Оказывается, у меня что-то с сердцем. Какая-то херня, которую мало какая проверка выявит, да и для жизни это не смертельно. Но для космоса, — Рейес покачала головой, все еще смотря куда-то вглубь соседних зданий. — Для космоса это приговор. Меня никуда не отправят. Синклер сказал, что такое случается и что не надо расстраиваться. Что, главное, что все хорошо в целом и ничего страшного в этом нет. Легко ему говорить, он был одним из главных механиков на Ротоне в начале двухтысячных.       Как бы сильно Мерфи не ненавидел космос за то, что тот был важнее для Рейес, чем сам парень, но теперь ему было жаль. Ему было, практически, физически больно за то, что главная мечта его любимой девушки теперь неосуществима. Она столько шла к этому, столько всего делала и от столького отказалась, чтобы узнать, что никакой космос она не увидит.       Он поддался порыву и крепко прижал к себе Рейвен, укачивая на своей груди. Та тихонько всхлипывала, скорее всего, впервые за все время давая волю обуревавших ее эмоций.       И словно не было никаких четырех дней без общения с Рейес. Словно не было этих долгих четырех месяцев без нее.       Даже несмотря на то, что парень ее успокаивал, он не мог не наслаждаться этой близостью. Ему хотелось верить, что и у нее были те же чувства.       Девушка обвила руки вокруг его талии, крепко сжав в ладошках складки куртки. Он поцеловал Рейвен в затылок, наполняя легкие ароматом ее шампуня с лавандой. Джон уже и забыл этот запах — он давным-давно выветрился из подушки, на которой обычно спала девушка, когда оставалась в его квартире, а по памяти восстановить этот аромат парню все никак не удавалось. Рейес лишь теснее прижалась к Мерфи, словно утопая в нем.       Во всяком случае, он точно тонул.       Так обниматься с Рейвен было в новинку — эксцентричная девушка не любила нежности, да и это было не про них. Но сейчас они словно пытались восполнить долгое отсутствие в жизнях друг друга.       — Рей, ты поэтому нас игнорировала? Почему? И твой Синклер прав: главное, хорошо, что ты в порядке. Если ради твоей жизни нужно пожертвовать хоть космосом, хоть вселенной, мы пожертвуем, поняла? Это такая хуйня, малыш, — все шептал Мерфи.       Девушка, казалось, невнятно кивала. Потом она отпустила Джона и отстранилась, лишь слегка, чтобы беспрепятственно смотреть на него.       Потерла глаза ладонями, пытаясь вновь стать привычной Рейес — грубой, звонкой, эксцентричной и веселой. Джон видел, как в одно мгновение она словно трансформировалась.       Он слабо улыбнулся — любил-то Мерфи девушку любой.       — Какого хера я тогда здесь все еще делаю, Джон? — она развела руки в стороны. Это больше было похоже на остаток так и не выплеснувшейся истерики и нотку самоиронии.       Парень опустил руки в карман и пожал плечами. У него был готов ответ.       Удивительно, но раньше он даже не думал об этом. Возможно, из-за того, что знал Рейес — та бы никогда раньше не согласилась. А теперь…       — Ну, во-первых, ты здесь доучиваешься, чтобы сдать тесты и доказать каждому пню, что ты круче их всех. Во-вторых, для того, чтобы исполнить хоть часть из своих желаний. В-третьих, завтра я тебя похищу.       Девушка изогнула бровь, глядя на него с недоумением:       — Вообще-то, это нереально. У меня занятия весь день, я и так сейчас улизнула с трудом.       Мерфи закатил глаза, но взял ее за руку, мягко улыбнувшись. Ее рука все еще так привычно лежала в его ладони — там, где ее место.       — Оставь это профессионалу, детка, — в итоге хитро подмигнул он.       Знал, что за этим последует и вел в голове отсчет:       Три.       Девушка приподняла брови от негодования.       Два.       Она приподняла свободную руку в останавливающем жесте, выставив ладонь вперед.       Один.       — Это кто тут еще профессионал? — глубоко возмущенным голосом поинтересовалась девушка.       Рейес ненавидела проигрывать.       Мерфи обожал это.