Прекращай!

***

      Мы просидели в том классе не меньше 10 минут и отправились домой. Он подвёз меня. Такими темпами, вряд ли перестанут обращать на меня внимание.       Мы поднялись по ступенькам, и он наклонился к моему коврику.       — Что ты делаешь? — спросила я.       Он задрал край коврика и взял ключ. Я продолжала пялиться на него. Чонгук подошёл к своему коврику, достал из-под него свой ключ и положил мой. Затем подошёл снова к моему и положил туда свой. Я улыбнулась его действиям.       — Теперь мы обхитрили дяденьку грабителя.       Я засмеялась в голос. Это действительно выглядело прикольно и… мило. Чонгук улыбнулся.       — Даже если он туда попадёт, — я указала на свою дверь, — то ничего не найдёт.       И тут я вспомнила про деньги, которые должны мне прийти от неизвестного человека. Теперь, рядом с Чонгуком я сомневалась, что сделаю с собой что-нибудь. А если из-за этих денег меня посадят? Ох, это будет не круто.       Но ведь, если хотели посадить, то сделали бы уже. Значит всё нормально. Наверно.       Чонгук начал открывать свою дверь и пригласил меня.       — Подожди, — сказала я и поднялась к почтовым ящичкам.       — Что там?       Я была права, деньги лежали тут. Прихватив их, я быстро спустилась к Чонгуку.       — Что это? — спросил Чонгук.       — Деньги, — заходя на порог, объяснила я.       — Деньги? — переспросил Гук, закрывая дверь.       Я сняла кроссовки и направилась на кухню. Чёрт, я вела себя у него в квартире так раскрепощённо, хотя находилась здесь только второй раз. Я даже осмелилась заглянуть в холодильник и нашла там кимбаб с корейской говядиной.       Чонгук появился сзади и тоже смотрел на содержимое холодильника, обнимая левой рукой меня за талию.       — Пожарить тебе мяса? — спросил он.       — Да! — резво ответила я, а затем добавила, — прости.       — За что? — он потянулся к говядине, от моего слуха не скрылось его насмешка.       — За то, что веду себя так, — я закрыла холодильник, когда он достал всё, что ему нужно.       — Хм… не извиняйся за это, — в его голосе была слышна улыбка, которую я не увидела на лице.       Я уселась за стол и начала открыто пялиться на спину Чонгука. Хм… Недавно я видела его без рубашки. И вид мне абсолютно точно понравился.       — Так что это за деньги? — вытянул меня из моих воспоминаний он.       — Деньги? Эм… Сама не знаю, — (он замер). — Нет, я их не краду! Ты не подумай! Просто мне кто-то присылает деньги каждый месяц по 50 тысяч вон.       — И ты не пыталась выяснить кто это? — он возобновил действия, и тон его прозвучал обыденно.       — Нет. Мне вообще всё равно, потому что… — я успела прикусить язык прежде, чем сказать то, что хотела сказать, — деньги, это всегда хорошо, особенно для детдомовских детей, как я. Плюс ко всему идёт моё наследственное заболевание.       — Не говори так.       — Но это так и есть. Кстати, почему ты до сих пор не сказал мне, что нужно обратиться к психологу? — этот вопрос промелькнул в моей голове сегодня утром в душе, но вскоре вообще вылетел из головы.       — А ты хочешь к нему идти?       — Нет!       — Вот поэтому и не сказал. И вообще, он тебе не нужен. А знаешь почему? Потому что у тебя есть я.       Теперь я смотрела не на его спину, а просто на него. Сердце ёкнуло от его слов.       — Ты? — спросила я, а в голове прозвучало: «Но ведь мы даже не встречаемся!»       — Конечно, я. Хочешь сказать у тебя есть ещё кто-то, кому ты рассказала свой секрет?       — Нет. Ты единственный кому я рассказывала, — не считая Ён и Тэхёна, конечно.       В сковородке зашипело масло, когда опустилось мясо. У меня аж слюнки потекли.       — Мне приятно быть у тебя первым, — вдруг сказал Чонгук.       Постойте! О чём это он?!       — Что?! — мои глаза чуть не выпали из орбит.       — Я сказал, что мне приятно быть первым, кому ты рассказала это историю.       — Ааааа, — вообще-то я ещё девственница, но мне вдруг поплохело, когда он сказал о своём успевании, и в голове промелькнуло, что вдруг я забыла кое о чём.       — Божее! Я недооценил тебя, маленькая развратница, — он усмехнулся, когда его взгляд был сосредоточен на мясе, но это не скрылось от меня. — Но если хочешь, я могу быть тем первым.       Я уже смотрела куда угодно, но только не на него. Ну вот, что мне ему ответить? «Нет, спасибо, не хочу»? Но это будет ложью. Он единственный кому я доверяла и даже готова была отдать всю себя. Но не прямо сейчас. И говорить «Да, конечно, я не против» будет совсем неловко. Поэтому я приняла рациональное решение: молчать.       — Слушай, у меня вон там на полке лежит рамён. Завари его, пожалуйста, — странно, но этот парень спасает меня даже от самой себя, а точнее от своих же вопросов.       Я поднялась и направилась к шкафчику. Тот находится высоко, а когда я его открыла, лапша в упаковке лежала ещё выше. Для Чонгука не составит труда его достать самому.       Сейчас я потянусь к рамёну, и Чонгук, увидев мои старания достать его, поможет мне. Прямо как во всех мелодрамах.       Я начала тянуться левой рукой, а правой уперлась об стол. Чонгук стоял в полуметрах от меня. Ну давай же, подойди ко мне и помоги.       — Можешь взять стул.       Эээ?       — Что? — (он сейчас это серьёзно?)       — Я говорю, если не дотягиваешься, можешь взять стул и залезть на него.       Я прямо слышала недосказанные слова: «Как маленький ребёнок».       — А, ну да. Точно. Как я сразу не додумалась?       Чонгук надул щёки и продолжил жарить мясо, а я… Я поплелась за стулом. Мой мозг всё ещё переваривал полученную информацию. Это парень… Аааа! Но несмотря на это, я всё равно не хочу менять своего мнения.       Поставив стул возле шкафчика, я забралась на него. Страх о том, что нога может соскользнуть и я упаду, родился моментально. А затем вместе со страхом родилось любопытство. Что если я начну падать, а Чонгук меня поймает? Это будет даже романтичнее. Но падать было слишком рискованно. Вдруг он не успеет? Или крикнет «группируйся!», пока я буду лететь вниз.       Чонгук наблюдал за тем, как я достаю рамён с полки шкафчика, и сдерживал смех (с всё ещё надутыми щечками).       Вот мне было ни капельки не смешно! Я уставилась на него сердитым взглядом. Он повернулся и посмотрел на меня эгёшными глазами. Я не смогла устоять и тоже надула щёки, но всё ещё хмурила брови. В глазах Чонгука промелькнуло удивление и вмиг «пузырь лопнул» и он разрыдался в смехе. Серьёзно, у него даже слёзы потекли. Я улыбнулась и слезла со стула. Его руки легли мне на талию и развернули к себе. Я вроде ойкнула.       Его губы растянулись в улыбке. Губы, которые все ближе приближались к моим губам. Осталось несколько миллиметров. И вот теплые твердые губы примкнули к моим. Вначале осторожно. Этот поцелуй был очень нежен, от чего у меня вырвался жалобный стон. Он облизал мою нижнюю губу, чуть прикусил, а потом провёл кончиком языка между губ. На вкус он был как мята, и из-за этого я снова всхлипнула. Когда его язык наконец оказывался у меня во рту, он издал хриплый стон, который стрелой пустился в полёт по моему телу и расплывался внизу живота.       Но счастье длилось недолго. Чонгук отстранился, прикусив напоследок мою нижнюю губу.       — Рамён, — напомнил он мне, а сам развернулся к говядине.       Я приступила к заварке лапши, а в голове опять задвигались шестерёнки. По-идее мы вроде как стали друзьями, буквально позавчера. Потом он меня поцеловал на трассе. А потом был мой первый оргазм. И кто теперь мы друг другу? А что, если Чонгук пользуется мной, как очередной девчонкой? Если так, то это ранит мне сердце. За этот короткий срок, что мы общаемся, мне он стал нравится. Очень сильно.       И всё-таки мне кажется, Чонгук не сделал бы со мной такого. Он знает всё обо мне и зная его… Чёрт, но я ведь даже не знаю о нём ничего, кроме дня рождения, любимого цвета и таланте. А спрашивать об этом напрямую кишка тонка.       — О чём ты так задумалась? — подал голос Чонгук, его большой палец коснулся моей губы и вытер её. Только сейчас я поняла, что прикусила губу до крови. Прежде чем Чонгук убрал свой палец, я схватила его ртом и облизала кровь. Это было спонтанно. Мой разум иногда вырубается из-за сексуальных действий этого парня.       Чонгук был шокирован моими действиями, но не вытащил свой палец из моего рта. Я начала его посасывать. Все мои оставшиеся мысли насчёт всего улетучились, когда Чонгук задвигал им взад-вперёд. Его глаза блестели, когда смотрели на мои сжатые губы.       Через секунд так тридцать он вытащил палец и припал к моим губам. Этот поцелуй был глубоким и жёстким. Его язык то посасывал мой, то отпускал его. Правая рука, палец которой был у меня во рту, легла мне на правую грудь. На мне был тот же лифчик, что и вчера, поэтому затвердевшие соски не скрылись от Чонгука. А когда он ущипнул один, из меня вырвался стон.       И он говорил правду. Я действительно возбуждала его одними лишь поцелуями. Это стало ясно, когда его дружок начал упираться мне чуть ниже живота. Бедняжка. Целый день ходил как на иголках. Мне кажется, я могу это исправить.       Но не успела моя рука коснуться его ширинки, как он отстранился и рванул к говядине на сковородке. Блестяще, оба остались возбуждёнными.       Мясо чуть-чуть подгорело, зато рамён удался на славу. С готовкой я на «Вы», но с рамёном мы «best friends».       — Ты сводишь меня с ума, — сказал Чонгук.       И ты меня.       Мы уселись за стол и как-то получилось, что начали просто пожирать мясо и рамён как дикие животные. Через минуту Чонгук не выдержал и расхохотался, держась за живот. Я воспользовалась этим и украла у него говядину.       — Эй!       — Что? Что? — подразнила я с набитым ртом.       — Думаю, я смог бы вытащить своё мясо из твоего рта.       От его слов по спине побежали мурашки. Но я лишь сделала вид, что мне всё равно и сказала:       — Тебе придётся залезть мне в кишки, чтобы достать своё мясо.       — Фу! — он мило сморщил нос. — Приятного аппетита.       — Ха-ха-ха, и тебе.

***

      Сегодня мы снова оказались на фан-зоне и смотрели футбол. Правда теперь меня он уже почти не интересовал. Теперь, когда рядом Чонгук, я совсем забыла про свои проблемы. А футбол помогал мне оставаться на ровной подошве. Благодаря моему соседу, эта подошва до сих пор держалась.       Я сидела за столом рядом с Джису, она мне рассказывала про то, как познакомилась с Чонгуком. Ей было 16, а ему 14. Она дружила с Чимином, который дружил с Джином, а тот с Тэхёном, который был лучшим другом Чонгука. Да, вот такая путаница. Однажды они устроили настоящий кавардак. Дома у Чимина закатили вечеринку, за что потом влетели за решётку на одну ночь.       — Но знаешь, — продолжала Джису, — Чонгук в свои 14 выглядел на все 16. Я серьёзно. Поэтому я случайно переспала с ним.       Я подавилась соком. «О нет, кажется я сейчас умру от удушья», — было моей первой мыслью, в то время как второй была: «какого чёрта?». Все сразу подбежали ко мне, услышав измученный кашель. Джису тоже запаниковала.       — Что случилось? — спросил Чонгук, тихо стучавший по моей спине.       — Соком подавилась, — ответила Джису, — когда я сказала, что лишила тебя девственности.       Я чуть не упала со стула, но Чонгук поддержал меня. Кашель не заканчивался. О Господи! Случайно переспать с ним? 14 лет. Ну, да. Всё нормально. Чёрта с два!       Я прикрыла рот рукой, чтобы откашливаться туда, и встала со стула, отодвинувшись от Чонгука. В глаза появились слёзы от кашля.       Неожиданно перед глазами появилась рука и звёздочки. В руке лежал стакан с водой; я резко взяла его и начала пить жидкость. Вскоре я поняла, что рука была Тэхёна. Я поблагодарила его, но голос совсем не было слышно (особенно на последнем слоге «бо»)*.       Я подняла глаза на остальных и увидела их лица, сдерживающие смех. Моё лицо тут же залилось краской. Кажется, другие посетители тоже искоса поглядывали на нас.       Я хотела сбежать, но Тэхён положил свою правую руку мне на плечи, от чего я чуть-чуть подпрыгнула, и произнёс, улыбаясь во все тридцать два:       — Ну, с кем не бывает.       Этот человек. Если выпит ещё одну банку пива, точно вырубиться.       Мой взгляд уткнулся в Чонгука. От еле сдерживаемой улыбки не осталось и следа. Теперь он взглядом пронзал на сквозь руку Тэхёна на моём плече. А затем поднялся и посмотрел в мои глаза. И тут… О боже, он «просто» сексуально подмигнул! Я выпучила на него глаза. В то время как в его голове, кажется, зародилась какая-то идея.       Ещё секунда и Чонгук стоял рядом со мной, схватив меня за руку и повёл к выходу, выкрикнув друзьям короткое «пока».       Ещё пятнадцать минут, и мы были в его квартире, целуясь как будто голодали целый месяц. Я столько раз за сегодня целовала его, что теперь могу смело отвечать ему на поцелуй. Можно сказать, что сейчас нами движет алкоголь, но одна банка вряд ли способна на такое.       Его язык бушевал в моём рту, пока он куда-то вёл нас. Вскоре я почувствовала, как мы приземлились на что-то мягкое и пружинистое. Его кровать.       Я пустила свои пальцы ему в волосы и буквально вдавила его в себя. Его язык проник глубже и дразнил мой. Но вдруг, Чонгук остановился у меня во рту и через секунду поцелуй стал медленным. Это сильнее меня возбудило, и я выдохнула мучительный стон ему в губы. Его руки поддели край футболки, и он медленно снял её с меня. Языком Гук провёл по моей шее, а его ловкие пальцы стянули с меня лифчик, и тот улетел куда-то по инерции. Затем губы парня вернулись к моим. Они свободно скользили по моим губам, а рукой он наконец коснулся моей груди. Искусными пальцами ущипнул меня за сосок, и я укусила его за нижнюю губу. Он отстранился и начал прокладывать дорожку из поцелуев к моему уху.       — Я хочу подарить тебе наслаждение, — шепнул Чонгук, вырисовывая круги на моём животе одним пальцем, а другим лаская сосок. И это всё сводило меня с ума. — И только.       — Почему? — мне хотелось не только наслаждения. Я хотела его. Но не осмелилась сказать ему об этом.       — О, я хочу большего. Гораздо большего. Хочу проникнуть внутрь тебя. Хочу заполнить тебя целиком и слушать, как ты выкрикиваешь мое имя.       Мне хотелось крикнуть «Так сделай это!», но я остановила себя, из-за его следующих слов.       — Но я не хочу, чтоб твой первый раз был именно таким.       — Каким таким? — не сдавалась я.       — Для начала — пьяным. А другое скажу позже, — был его ответ, и он снова приник к моим губам.       Я вздрогнула всем телом, когда его палец захватил боковую стороны моих трусиков. Его рука начала спускаться, а с ней и нижнее бельё. Наши рты не могли оторваться друг от друга. Да мы сами не были на это способны.       Он нежно начал скользить рукой по моей разгоряченной плоти. Я вышла из реальности и мне стало тяжело дышать, словно только что пробежала марафон. Когда Чонгук пальцем нажал на крохотный сгусток нервов у меня между ногами, я всхлипнула.       — Всё хорошо? — спросил он.       — Да, — простонала я, из-за чего Чонгук усилил давление. Мои бёдра прекратили слушаться меня и задвигались, забились о его руку. Внутри поднялась волна немыслимого жара, которая заставила меня забыть обо всем. Да, вот это мне было нужно. Я так долго пыталась справиться со своей болезнью, а лекарство всё это время жило напротив меня.       Меня бросило в жар, когда Чонгук скользнул тонким пальцем по моей влажной промежности. Напряжение достигло пика, и я прильнула к его руке.       — Только попроси меня остановиться, и я повинуюсь, — он принялся покрывать поцелуями мою шею, словно умоляя меня не останавливать его. Это был взрыв всех моих клеток. Дрожащими пальцами я схватила Чонгука за рубашку и потянула ее вверх. Он пораженно остановился и помог мне снять её. Это было моим ответом для него. Я отбросила рубашку в сторону. Не знаю, что на меня нашло, но увидев его широкую голую грудь, я начала в прямом смысле лапать его. Мы оба сводили друг друга с ума. Боже, он просто великолепен. Его кожа была такой гладкой и тёплой.       Затем губы Чонгука неожиданно коснулись моего соска, и он с силой втянул его в рот. И тут я растаяла. Навсегда.       — Чонгук, — сама не знаю почему я выкрикнула его имя. Это вышло само по себе.       В ответ на мольбу он прижал ладонь к моей промежности и одним пальцем скользнул меж половых губ. Из-за этого я выгнула спину. Мои бёдра сжали его руку. Всё это казалось безумием.       Во мне разгорелся настоящий пожар, когда он добавил второй палец. Его имя безостановочно срывалось с моих губ. Чонгук тем временем уделял внимание моей груди, иногда поднимаясь к губам. В моих глазах начали летать звёзды, и я вцепилась в его руки и прижалась сильнее.       Напряжение внутри нарастало, и весь здравый смысл давно покинул моё тело. Я положила руку на пояс его брюк. Мне было мало, опять. Ещё.       — Пожалуйста, — простонала я.       — Джесси, не надо, — умолял он мне прямо в губы и ввёл пальцы глубже.       Чёрт! Чёрт! Чёрт! Это то, что мне надо, но про него я не могла забыть. Я со всей силы дёрнула ткань брюк, что даже пуговицы не осталось на месте. Моя рука потянула брюки вниз вместе с боксерами, и член выпрыгнул наружу. Я обхватила его рукой, и Чонгук дёрнулся, словно моя рука была огнём. Для меня это всё было впервые, но делала я это так будто уже сто лет знаю, умею, практикую. Потом Чонгук застонал и прогнулся всем телом, когда я провела рукой верх-вниз.       — Джесси, блять, — я остановила руку, боясь, что сделала что-то не так, — не останавливайся!       И я продолжила водить рукой по затвердевшей плоти. Впервые я слышала, как Чонгук дышит прерывисто. Я чувствовала себя, как победительница олимпийских игр на пьедестале: он возбудился до предела и его дыхание сбилось. Я и не знала, что мои прикосновения способны на такое. Затем он задвигал бёдрами и, не выходя пальцами из меня, надавил большим пальцем на клитор. Я запрокинула голову от удовольствия.       — Не оставляй меня, Джесси, — Чонгук вывел меня из транса. Я снова подняла на него глаза и прикусила нижнюю губу. А затем на меня что-то нашло, и я выкинула:       — Я хочу тебя. Прямо сейчас, — хотя прекрасно знала, что эти желания останутся безответны.       Но это заставило Чонгука зарычать по-животному, лаская пальцем клитор. Я почувствовала то же, что и вчера, только в сто раз круче. Целый ураган пронёсся по моему телу и остановился в нижней части. Я вскрикнула, зажмурив глаза, и напрягла бёдра. Его имя вылетело с моих губ. Моё тело стало будто не моим, и пальцы ног впились в одеяло. Открыв глаза, я увидела Чонгука, его член пульсировал в моей руке. Затем он тоже достиг той самой точки и кончил, выкрикнув моё имя, заставив меня вздрогнуть.       Это был второй оргазм в моей жизни и пока что самый сильный. Чонгук поцеловал меня в щёчку и улёгся рядом. Я была в шоке, осознав, что мы сделали. Ещё мешало сосредоточиться дыхание, которое было слишком громким.       — Может отпустишь? — спросил Чонгук.       — Что отпустить? — не понимала я.       — Его, — он указал глазами в ту часть, что ниже живота.       О боже! Я до сих пор держала его член в руке, который снова начал напрягаться. На секунду я обрадовалась, что так быстро его завожу, но потом отдёрнула свою руку. Моё лицо наверно стало пунцовым.       — Прости, — выпалила я.       — Меня скоро начнёт бесить это слово, — произнёс Чонгук, будто и не задыхался. — Не извиняйся. Только не за это.       Я прикусила губу, потому что чуть не извинилась за то, что извинилась. Тогда, я точно бы получила ярлык ненормальной.       Но сейчас мне даже весь мир по колено. И не важно с кем и когда он лишился этой девственности. Но я определённо хотела, чтобы мою забрал он. -------------------------------- Прим.: *По-идее считается, что она сказала это на корейском 고마워요. Так что там было не «бо» (спасиБО), а «요».