Атака Титанов. Эволюция

      Следующие два дня прошли относительно спокойно. За это время план полковника быстро и поэтапно воплощался в жизнь. К концу второго дня после "Чуда на Весе" все подразделения "Кулака" были объединены под началом Развед-Корпуса. Без трений не обошлось. Утром 31 мая Леви от лица главнокомандующего издал приказ явиться в новый организованный штаб всем оставшимся командирам всех подразделений. На этом заседании было необходимо определить состав нового командования, потому что полным новым новым составом мог похвастаться только Развед-Корпус.       Военных в то утро собралось во Дворце Культуры ещё больше, чем на похоронах. Из-за того, что никого званием старше полковника не оставалось и генерал-лейтенант Смит был всё ещё далёк по своему состоянию от идеала и не мог быть единоличным командиром, а полковник Аккерман де-факто взял на себя его главнокомандующего, возникли временные разногласия и недоверия по отношению к последнему. Дело было в том, что полковники из первого эшелона имели срок выслуги куда больший, чем сам Аккерман. Да, что уж тут говорить - Леви был в звании полковника едва полный год. Не сказать, чтобы к нему относились как к выскочке, но тем не менее, некоторые явно считали что Аккерман не достоин выполнять такую роль. Это было видно по всему: по их взглядам, по тому как они слушали, скрипя сердце, и соглашаясь явно не со всеми его постановлениями. Однако до открытого оспаривания дело не доходило.       Вернее один раз всё же дошло - один из людей такой формации, попытался что-то намутить - попытался заставить усомниться формирующийся новый штаб в правильности действий Аккермана и их законности. Мол, следовало бы дождаться, когда решение о передачи полномочий последнему будет согласованно с министерством обороны и Аданским штабом. И возможно, это возымело бы свой эффект, если бы этот человек ко всему не сморозил такую редкостную и неуместную хрень, что то большинство, которое возможно и питало к первой реплике некоторую солидарность, явно усомнилось в способности этого человека разумно мыслить. Полковник одного из подразделений первого эшелона относительно молодой Зигмунд Герцен, сказал, что "Самым правильным решением было бы дождаться приезда новоназначенного главнокомандующего самим Аданским штабом. Так полагает устав!" В зале пополз шёпот. - Извините за прямой вопрос, полковник Герцен, - помню, как Леви выслушав это неуместное высказывание, немного приподняв брови, и максимально посерьёзнел. - Но в какой реальности вы находитесь? - тот явно насупился и хотел было возразить, но Аккерман не дал этого сделать. - Аданский штаб, как и министерство обороны, погряз в борьбе за власть, обострившейся на почве военных неудач и дальнейшей агрессии противника! - шёпот в зале умолк. Все ждали, как будут развиваться события дальше. - И вы предлагаете, нам, находящимся на отшибе и окружении врага, сидеть, просиживая зад, и чего-то ждать из столицы? - Чтобы не было принято больше ошибочных решений, считаю необходимым... - Каких ошибочных решений? - прервал Леви. - Вы чё несёте-то? Какие ошибочные решения? Вы можете назвать хотя бы одно ошибочное решение, предпринятое генерал-лейтенантом Смитом и предыдущим штабом? - тот не решился ответить. - Тогда я отвечу за вас! Прежний штаб не предпринял ни одного ошибочного решения! Он действовал конкретно и оперативно исходя из текущей ситуации! И его уничтожение - вина исключительно нашего с вами общего врага и отдельных личностей, которые сидят в высоких кабинетах! - выжидательная пауза. - Да и где гарантия, что дождавшись "нового" генерала или, кого-они-там пришлют, этот новый главнокомандующий, не будет бездарем с нулевым опытом, или национал-предателем, коих в Адане пруд пруди? - все поняли, что Аккерман говорит здравомыслящие вещи. - Мы, находясь в окружении, так или иначе за эти две недели разобрались кому можно верить и кому можно верить наверняка! И у нас единая цель, верно? - Но поскольку главнокомандующий, назначенный Аданским штабом, не может принять командование армиями на себя, мы должны получить официальное подтверждение о назначении вас или кого бы то ни было другого на вашу должность! - Герцен, почувствовав себя приструнённым, явно пошёл на попятную. - Вот потому, что он не может единолично возглавлять нашу группу армий, он передал большую часть полномочий мне! Тому, кому он доверяет. Все мои нынешние действия согласованы с ним! И я заявляю, что генерал-лейтенант Смит вернётся к исполнению своих обязанностей перед началом прорыва! Что вас не устраивает? - вопрос сам себя исчерпывал. - А вы, раз не можете обосновать своё мнение, господин Герцен, не делайте из себя законопослушного идеалиста, и воздержитесь от идиотских реплик! - светловолосый мужчина на вид лет сорока пяти обделённо опустил глаза. - Тем самым вы отнимаете у меня и у всех нас время! - тот заткнулся и больше его никто не слышал.       Вдаваться в распределение исполняющих обязанности, я не вижу смысла. Это был долгий процесс, которым занимались непосредственно Бозард с Аккерманом и Шульцем (последний был на подхвате) и, как позже я узнал участие здесь принимала ещё одна личность. Я там и вовсе побыл исключительно для демонстрации - мол, не идите против того, у кого под командованием есть такой козырь. Если честно, я и не пытался запомнить до чего они там договорились и какие роли кто получил в первом Эшелоне Стены Дружбы. Но судя по всему, что эта процедура заняла полдня, (и по некоторым слухам, дошедшим до меня после) раздача временных должностей оказалось делом не из лёгких. Куда сложнее, чем в прошлый раз.       Да и присутствовал я на заседании не до конца - десяти часам, я был вынужден покинуть штаб по рабочим обязанностям и выполнению другой части плана неожиданного наступления на врага. Из Дворца Культуры я сел в мобиль, и отдал приказ направиться к восточной стороне стены (да, теперь у меня был личный водитель), где ещё сутки назад была битва, которая предопределила всё. Приехав на место, я огляделся. Теперь на месте той грандиозной дырищи с кратером в земле на добрые двадцать метров глубиной красовалась алмазная стена-забор высотой под сорок метров и длиной метров сто двадцать. Местами она была выше, местами - ниже, но в целом, алмазные полупрозрачные кристаллы, буквально выросшие из земли, смотрелись однородно, величественно и создавали впечатление неприступности нашей крепости... которую скоро было необходимо оставить.       Да, это мы потрудились на славу с Энни вечером, после суда над предателем Марсело. Тогда, когда уже смеркалось, мы приняли форму титанов, и как следует поднапряглись, чтобы совместно сформировать эту алмазную стену-заменитель. Теперь мы могли это делать без каких-либо опасений - алмаз теперь не разрушался, после нашего выхода из боевого режима, из-за нашего выхода на новый уровень.* Да и вечером это было сделано с целью запудрить мозги врагу. Дело в том, что в процессе этой кристаллизации выделяется порядком света. Часть энергии из формирующихся кристаллов выходит в окружающее пространство. Враг, который откатился на ещё пару-тройку километров на восток, не мог этого не заметить. Наверняка он сделал выводы о том, что мы переходим в положение обороны и расслабился. Возведя двести метров алмазного забора высотой в несколько многоэтажек, мы истощились до предела. Всё на что нас хватило - поужинать в три порции, сожрав последнюю красную рыбу, что оставалась на складе, и свалиться спать.       В то утро Энни была уже там, на месте и выполняла поставленную задачу. Она, как бы это правильнее, выразиться, экспериментировала. Из книг моего отца мы знали, что с Способность Титана-Кристаллизатора третьего уровня (который он обозвал локальным) можно использовать в большем спектре областей. Нашей главной задачей было как следует опробывать новую интересную штуку - у нас у обоих должна была появиться откровенно универсальная возможность и тем самым определить возможным или невозможным одну безумную идею. (И она потом не раз нам пригодится.) Отец обозвал эту возможность "Крот." Она позволяла силой мысли активировать нанороботов, заключённых в его теле, и использовать для рытья проходов. Они, вырываясь наружу, по команде, могли увеличиваться в количестве и, занимая определённую площадь на твёрдой поверхности в виде круга, практически "выгрызали" слой этого материала, частично разлагая минералы которые было возможно разложить, а частично используя их для построения новых копий себя. Тем самым создавался туннель, по которому носитель мог перемещаться. Но плюс ещё был и в том, что эти нанороботы, не просто "выгрызали" путь в породе, но и укрепляли стенки этого прохода алмазным покрытием, которое не давало неустойчивым слоям грунта или почвы обрушится.       Эту задачу нам по-факту поставили Аккерман и Смит. Вернее поставил полковник. А предложил эту идею я сам, когда встал вопрос о том, как нам в кратчайшие сроки перебросить войска из города за стены перед наступлением, чтобы застать врага врасплох. Дело ещё было и в том, что на километров пятнадцать теперь простиралась выжженная пустошь после пожара. Теперь, если бы на этом участке стали наступать крупные подразделения, они бы оказались как на ладони перед противником. Если бы он не нанёс превентивный удар, то, по крайней мере фактор внезапности с нашей стороны сошёл бы на "нет." Тогда у меня в голове что-то щёлкнуло, пока мы пытались решить за столом эту задачу, и я прямо предложил пойти по такому пути: - Разрешите выдвинуть своё предложение, полковник Аккерман? - Леви устало ответил. - Разрешаю! - тогда все, начиная от Леви и главнокомандующего посмотрели на меня. - Я подумал, что обе способности Титана-Кристаллизатора, у меня и у моей... - я хотел было сказать "жены", но как понял, что это неуместно и назвал её по новой должности. - То есть уполномоченным советником по внешней обстановке... Способности Титана-Кристаллизатора 3 уровня. И нам стала доступна одна... функция, которая мой отец называл "крот", позволяющая перемещаться под землёй. Что если мы с Энни сможем провыть несколько крупных тоннелей, - я ткнул пальцев в карту, - под землёй, достаточных для быстрого прохождения наших войск, за первые периметры оборонительных укреплений врага? - они молча слушали меня. - Посмотрите сами, титаны, оказавшись впереди всех, нанесут удар с тыла этих укреплений, и разобьют их в кратчайшие сроки, ликвидируя угрозу для продвижения вражеских подкреплений, которые будут наступать позади той части войск, которую мы переместим восточнее, по туннелям. - Я указал на линию мощную обороны 4 класса огневой мощи. - Те части, оказавшись в лесных массивах, вот на этих холмистых возвышенностях, за резервной магистралью, успеют развернуться на достаточно большой площади, пока, скажем... один титан, например Бронированный, громит первую линию обороны, нанеся удар с тыловой части укреплений, двое приступят к штурму второй линии обороны, точно также зайдя с тыла, только ещё восточнее! К тому же, первая группа может перехватывать подкрепления, которые будут выдвинуты на помощь атакованной первой линии. - Я взял красный карандаш, и нарисовал стрелку вдоль железной дороги, идущей по направлению к нашему городу. - Здесь, где расположились основные оборонительные укрепления. С запада на первую линию выдвинутся дополнительные силы и зачистят первую линию. - Смит с Аккерманом посмотрели на меня с явным удивлением. - Пока Разумные громят вторую линию обороны с востока, на этих участках, основные войска принимаются за вторые укрепления и громят их с запада. - Но Леви правда сразу посерьёзнел и в тоже время слегка ухмыльнулся. - Молодец, интересный план... - полковник почесал подбородок, рассматривая карту. - Мы можем нанести удар по противнику, каждый раз заходя с тыла, используя главного союзника - нашу землю, на которой живём... - Это возможно?! - задал вопрос генерал-лейтенант, глядя на нас всех, а потом посмотрел на меня. - В самом деле?! Вам доступны даже такие технологии?! - я посмотрел несколько выжидающим взглядом, как и Леви. - Простите, просто я новенький в деле Титанов, и знаком со всем этим весьма поверхностно... - Никто тебя не винит, главнокомандующий, - ответил вздыхая полковник. - Частично это наша с майором Зоэ вина, что не предоставили тебе полный отчёт о той лаборатории... - Леви посмотрел на меня. - Эрен, неплохая задумка. Обнадёживает и выглядит амбициозно! - Я смотрел на него без эмоций, но на душе стало как-то увереннее. - Но, ты уверен, что справишься? - Леви недоверчиво посмотрел на меня и на Энни. - Гладко всегда бывает на бумаге, да вот на деле забывают про овраги и в конечном счёте... - он прищурился, - получается не очень хорошо. - Это необходимо выяснить! - сказал я. - Сколько сил и энергии затрачивает формирование таких подкопов и туннелей, я не знаю - ещё не пользовался! Хоть мой отец и писал, что данная способность применима, как и в форме носителя, так и его Титанической форме! Считаю, что это в теории возможно! - Энни явно скептически посмотрела на меня, хоть я и не видел её лица в тот момент. - Ну уж попытайся! - сказал полковник. - Иначе всё сведётся к тому, что твой план слишком хорош, дабы быть воплощённым в реальность! - я кивнул головой. Потом наступило некоторое молчание, которое прервал Аккерман. - Но для начала, нам надо сделать ещё довольно важную вещь... - Вот так и решили отстроить стену. В итоге эксперименты с подкопами пришлось отложить на следующий день.       На месте Энни я нашёл не сразу. Вернее сказать, нашёл её по группе солдат исследовательской группе старшего лейтенанта Бернера, которые решили ещё вчера копать в месте развалин какого-то крепления. Моблита я узнал сразу несмотря на перебинтованный лоб и заклеенную левую щеку. Ещё прошлым вечером, я узнал, что он пострадал, но тем не менее, довольно быстро вернулся в строй. Я поздоровался с ним и спросил: "Как продвигаются дела?" Тот лишь указал на дыру в земле. Я пригляделся и удовлетворительно поднял брови. Перед моими глазами предстало следующее зрелище: в земле было отверстие с идеально круглыми, обрамлёнными алмазными краями, которые в самом начале срастались с землёй, образуя спиралевидно-закрученную воронку диаметром около двух метров. Края туннеля срастались с окружающей землёй и образуя прозрачно-белый ободок, диаметром метра три, слегка сужались, углубляясь во внутрь, и изменяя угол наклона по гиперболе, терялись в темноте. - Впечатляет! - сказал я, понимая, как выглядит способность "крота". - Как глубоко она ушла? - Предел связи в глубину - семьдесят метров! Пришлось второй передатчик опускать, чтобы проблем с сигналом не было! - ответил старший лейтенант, показывая планшет с графиком и таблицей. Я немного вникся, и увидел приблизительный расчётный маршрут. - Проделанный путь составляет 1950, плюс-минус десять, метров! - У меня округлились глаза, когда я понял, что Энни сейчас должна находиться где-то за полтора километра от внешней стороны стены. - Связывается с нами каждую минуту, говорит, что проблем нет! Самочувствие - нормальное, усталости и истощения не наблюдается! - И сколько ты старший лейтенант наблюдаешь за тем, как моя жена трудится в поте лица? - с какой-то иронией сказал я. Он улыбнулся и ответил. - Двадцать две минуты! - у меня снова округлились глаза, машинально чувствуя, что это внушительные цифры. Я прикинул в голове сколько это и снова удивился. - Это же скорость пешехода! - Бернер кивнул головой. - Не верю, что "крот" оказался настолько продвинут!.. - от перспективы меня немного захлестнуло. - Если бы у нас были технологии с такой скоростью рыть земные породы... - я посмотрел на воронку. - У нас бы проблем с подземным строительством точно не было! - тот кивнул головой.       И тут я понял, что мне тоже пора впрягаться в работу. Я отошёл в сторону, напрягся, представил, что земля в полуторе метров передо мной раздвигается, выставил руки и... вообщем так я простоял наверное минут десять, пока глаза не начали вылазить из орбит, а мышцы в руках от перенапряжения едва не отказали. Я в двадцатый раз обречённо выдохнул и присел на землю, пытаясь понять, что я делаю не так. - Да ничего страшного, - улыбнулся старший лейтенант. - У неё это получилось минут через двадцать! - Уф... - я понял, что чувствую себя идиотом, несмотря на эту подбадривающую реплику главного по изучению титанов (теперь-то точно главному, поскольку у подполковника Зоэ были связаны руки другими обязанностями).       Я стал задумываться, пялясь в землю. Потом мне пришла в голову одна довольно простая мысль. На неё меня сподвигло то, что Энни связывалась с солдатами каждую минуту. По-правде сказать, я хотел немного схалтурить. Я прикрыл глаза и сконцентрировался. - Энни!.. - позвал я её мысленно. Ответа не последовало. - Энни, ты меня слышишь? - "И что? Мои телепатические сигналы не могут пробиться к ней сквозь землю? Или расстояние слишком большое?.." - я попытался мысленно и примерно представить то место, на котором она могла находиться. - Энни, ты меня слышишь? - опять ноль реакции. В этот момент я почувствовал её перемещение. И в тоже время, я понял: что-то здесь нечисто. - Жена, да ты, там, под землёй, меня слышишь? - странное бормотание. Я понял, что она меня откровенно игнорирует, и поэтому уже практически заорал мысленно. - Младший адъютант по внешней обстановке при штабе Йегер-Леонхарт, я требую от тебя ответа!!! - Да, чего тебе, блять?! - рявкнула она в ответ и я почувствовал, как её перемещение прекратилось. - У меня тут время отсчитывается, а ты тут!.. Опять за старое?! - я раздражённо скривился. - Обзавёлся телепатией и теперь мне в башку, думаешь лезть можно, когда тебе захочется?! - я вспомнил, что было прошлой ночью и понял, что она на меня всё ещё в обиде.       А ночью, у нас произошёл новый идиотский инцидент. На пустом месте. И в качестве идиота опять выступил я. Тогда выяснилось, что способность к телепатическому контакту между носителями, имеет свои недостатки - недостатки в повседневной жизни. После того, как мы легли спать, и были в состоянии полудрёма, я захотел соединиться с ней резонансом, чтобы было спокойнее и силы вернулись быстрее. Она отказала - видимо, наученная тем, что я уже утром спросил у неё то, чего она вспоминать не желала - не захотела этого. И внезапно, я понял, что слышу с её стороны странное бормотание - это бормотание шло из головы. Без злого умысла, сквозь свою дремоту, я стал улавливать ход её мыслей. Чёрт меня побрал это делать, но тогда я ещё не умел игнорировать свою способность!.. Она думала о всём хорошем, а если быть точным, о том что всего самого хорошего, что может быть между супругами давно уже не было. Про себя я согласился с её желаниями. Тоже давно хотелось. Когда там это было у нас последний раз? В марте месяце чтоль? Но потом её мысли зашли куда-то не в то русло. Может быть это было из-за того её разум входил в фазу сна (а у меня тоже в голове в такое время творится всякая чушь), а может ещё из-за чего-то, но факт в том, что она начала думать о некоторых вещах, которые меня подсознательно, если не оскорбили, то уж точно задели за мужскую гордость. И немного подпортили впечатление о ней. А также, возмутился из-за её мыслей о, как-ни-как, близком мне человеке. "...если они всё же были до этого вместе, как-то пофиг... Главное чтобы я потом не узнала от этой азиатской золовки, что она там кого-то носит... вот это будет для меня ночным кошмаром..." - я не выдержал и прямо рявкнул на неё, предварительно растолкав. - Да не гони ты на Микасу! Не было у меня с ней ничего! Пойми ты наконец! - она вскочила как ошпаренная и мы встретились взглядами. Хоть было достаточно темно, но мы видели друг друга. Представляю, с каким выражением я посмотрел на неё. - Она сама при всех признавалась, что я с ней никогда не был! - Энни удивлённо промаргивалась, не отводя от меня взгляда, явно не до конца врубаясь, как и почему я начал эту тему. - Я тебе больше скажу! Когда мы уже были женаты, она меня соблазняла, но я не поддался! - на некоторое время установилось молчание. Затем лицо моей жены стало максимально серьёзным и она немного наклонила голову на бок. И тут я понял, что зря это затеял. Она подняла брови, я почувствовал, на покрывале сжимаются её кулаки. - Да ты молодец, что, сохранил своё целомудрие, хранишь верность для меня! - Я буквально почувствовал, как вокруг Энни появилась гневная аура. - Взаимно. Ничего не имею против, уж поверь! Как будто может быть иначе... - я понял, что сейчас мне будет не очень приятно во всех смыслах. - Вот только, мне пора преподать тебе один урок... - удар в солнечное сплетение кулаком заставил меня поперхнуться, второй в живот заставил уже болезненно закашляться. - Хза... щто?.. - на самом деле я прекрасно понял за что конкретно. - А ты не понял? - она приблизилась ко мне и схватила за ухо и подтянула к себе, практически проорав. - Это мои личные мысли и чувства!! Я не разрешала тебе смотреть о чём я думаю!! Не лезь в мои мозги! Тебе это понятно?! - она едва не вырвала ухо у меня с корнем. - Энни... ай... я!.. - наши лица встретились, и мне даже показалось, что она сейчас поцелует меня, и я попытался разрядить обстановку. - Прости-прости, виноват!.. - я слегка улыбнулся, но фиг там плавал. Она сразу отстранилась, всё ещё не отпуская меня. - Если... я пойму, что ты... опять копался в моей голове... - серьёзная пауза. - Тебе не жить! - она отстранилась, повернулась и завалилась на бок, повернувшись ко мне спиной. - Идиот! - отдалось в моей голове. - Дурак, какого хера, он подслушивает мои мысли?.. Засранец, никакого личного пространства! Даже в голове... - я попытался приобнять её, но она отмахнулась и я решил ничего больше не предпринимать - отвернулся на другую сторону и уснул, попутно подумав, о том что она сама виновата - думала опять о какой-то необоснованной чуши. "Интересно, и часто она так думает?.. на какой почве?"       Утром мне не спалось. Не знаю почему, но ещё до того, как утром в пять зазвонил будильник, я покинул нашу комнату, расположенную в бывшей гостинице, или военном санатории, что ли. Жене решил дать поспать - не хотел будить после вчерашнего. Направился на продовольственный склад, отхватил немного сухомятки (по блату практически) и заранее явился в штаб к полковнику, который уже вовсю проверял какие-то списки.       И вот сейчас, я понял, почему она на меня так зла. Не только из-за того, что произошло ночью. А ещё: не разбудил, не пожелал доброго утра поцелуйчиком, да и ещё вконец опоздал на начало эксперимента. Ну и в заключении: отвлекаю от дела. - А тебе не кажется, что ты не так со старшим по званию разговариваешь? - она ответила, зря в корень дела: - Во-первых как бы ты мой муж, прости уж на первый раз! - у меня невольно закатились глаза. - Ну и во-вторых, мы общаемся не в слух, а мысленно, поэтому давай без претензий! - Ладно ты знаешь почему я к тебе обращаюсь! - молчание, а потом раздражённое: - Чего? - я почувствовал, как она пришла в движение. - Как ты добилась такого результата? - Энни мне не ответила - она по рации связалась с солдами и сообщила о положении дел, после чего продолжила копать. - Энни?.. мне кажется это сэкономит нам время! - Сам думай! - ответила она. - Значит подслушивать, что у меня в черепной коробке, научился, а как рыть землю, так всё, не судьба? - "Да, обидел я её кажись сильно..." - Как-то не выходит! А времени у нас!.. - её голос перебил меня. - Я занята! - отмахнулась она. - Ну подскажи хоть с чего начать?.. - через некоторое время её голос откликнулся. - Ладно, приготовься!.. - я по-детски воодушевился и встал на ноги. - Присядь, наклонись... - я сделал все, как она сказала, - и коснись одной рукой земли! - А дальше? - небольшая тишина. - Что дальше? -...представь, что раздвигаешь землю и немного напрягись! - ну я стал действовать по инструкции. Постоял в неудобном положении минуту, вторую, потом снова мысленно нашёл Энни и задал вопрос, долго ли так стоять. Ответ последовал почти сразу. - Вот и стой, пока не охереешь! - я зарычал от досады и закатил глаза. - Может хватит надо мной издеваться, а?! - голос Энни усмехнулся в моей голове. - Мозги включи наконец! - я нахмурился, она словно обречённо вздохнула. - Что ты обычно делаешь, чтобы акти... - в этот момент её мысли спутались и я ощутил исходящую с её стороны волну страха, а вернее испуга, которая смешалась с криком. - Ы-и-их бля!! А-а! - Энни!! - от неожиданности выкрикнул я, вскакивая с места. (На меня в тот явно посмотрели все присутствующие.) - Энни, что случилось?! - я сказал это в слух и мысленно одновременно. Но в ответ услышал только крик, который сменился болезненным вздохом. - Угрх!.. - я понял, что она кашляет. - Твою мать!.. Чё-ё-ёрт!.. ноги!.. - я потерял её, и понял, что стоять здесь больше не могу. - Эрен, что случилось?! - воскликнул Бернер. - Энни!.. Она!.. - я было опустил ноги в алмазный туннель. Её стали вызывать по рации. - Кажется, она куда-то свалилась! - меня попытались остановить. - Я иду за ней! - Бернер что-то там сказал про карстовые расщелины и пещеры в этих местах. - Погоди! - Моблит кинул мне в руки фонарь, и я кое-как схватил его. - Возьми, пригодится!.. - не сказав ничего, я соскользнул вниз, и помчался сначала по отвесной, потом по всё более наклонной, гладкой твёрдой алмазной поверхности.       Затем, проехав до того места, где уклон практически прекратился, при этом отбив себе всю задницу, я попытался затормозить. Вышло не очень - окончательно я затормозил, когда в темноте я врезался, хоть и не на полном ходу, в ящик с приёмной радиовышкой. Пришлось наспех её поправить, и рвануться дальше. С Энни мне удалось мысленно связаться. Она сказала, что "жить будет", но это меня не особо утешило, в нашем понимании этот термин слишком применим. Пару раз я подскальзывался, но в целом добежал я до неё минут за десять, может пятнадцать. Когда мой фонарик осветил место, куда провалилась моя жена, я быстро, цепляясь за края алмазного тоннеля, выступающего, как выяснилось из отвесной стены на пару метров, спрыгнул вниз с высоты метров трёх с половиной метров. - Ты цела? - спросил я, видя её сидящую на каком-то камне. - Нормально всё!.. - Я понял, что она заговорилась со мной проглядела тот момент, когда подошла напрямую к гроту. Строительный материал нанороботов закончился, и туннель, перестав формироваться, оборвался. - Я уже почти в норме... - но мне стало понятно, что нихрена она не в форме. - Обе ноги сломаны? - она вздохнула, и свет фонаря выдал пар, который исходил, как из её рта, так и от левой ноги в коленке с явно открытым переломом, и правой стопы, из сапога. Я быстро пощупал её, и она что-то там недовольно пробормотала. - Ай-яй, похоже ребра тоже... - а ещё я заметил руку без половины двух пальцев - видимо она неудачно схватилась за алмазный край, перед тем, как свалиться. - Извини, это я виноват... отвлёк тебя... - Забудь, - отмахнулась Энни. - Ты же знаешь, что нас этим не убить и не покалечить, всё заживёт, как на амёбе... - в луче фонаря, я смотрел на её лицо. И оно показалось мне красивым - напомнило то, как мы гуляли по зимним улицам Адана в медовый месяц. - У тебя пар изо рта. Как тут не беспокоится?.. - сказал я не отводя от неё взгляда, который немного затуманился. - Просто здесь холодно. - И только тогда я понял, насколько там было холодно. - Пара градусов выше нуля... - только теперь я услышал плеск воды, который был недалеко.       Я повернул фонарик и стал светить им из стороны в сторону. Я понял, что мы оказались в пещере, размером метров двадцать в ширину на тридцать в высоту, и по форме напоминающей какой-то разлом, уходивший, что называется за горизонт видимости. Что-то вроде трещины. И через эту трещину тек ручей. Кое-где можно было разглядеть сталактиты и сталагмиты. - Знаешь, - сказал я, возвращаясь к жене, - а тут красиво... - я присел на камень и мы помолчали некоторое время, рассматривая то, что освещал фонарь - стены местами поблескивали отсветами, словно блёстками. - Ага, - коротко ответила Энни, и я приобнял её левой рукой. - Не хочешь резонанса? Ты же наверное устала, пока туннель копала?..       Она не стала противиться и протянула ко мне правую руку. Появилась надпись возвещающая об обратном отсчёте. Снова то чувство. Потом неприятные ощущения поломанных конечностей, с притуплённым чувством боли. Некоторое время мы сидели молча, не зная, что говорить. Я не решился лезть к ней в голову снова, дабы избежать новых неприятных ситуаций. - Прости, что ночью побила тебя... - отдалось в голове, видимо она не решилась произнести это в слух. - Просто я не хотела, чтобы ты знал о моих страхах... наверное совсем не обоснованных... просто... - Забудь, я сделал выводы... - если есть рубеж в её личном пространстве, который даже самый близкий ей человек не должен преодолеть, значит, так тому и быть. - А про мою сестру не думай так больше. - Я почувствовал, как она повернула голову и посмотрела на меня. - Тут всё просто: я был самым близким для неё человеком все эти десять лет. - Вздох с моей стороны. - И ей хотелось, чтобы я был с ней всегда. Поэтому и хотела чего-то большего. Она... такая по характеру. Просто ты её не знаешь. Ей тяжело смириться, с тем, что я больше не могу быть рядом с ней. Вот всё... - она прижалась ко мне. - Эрен... - по её обращению я понял, что она хочет сказать нечто важное и посмотрел на неё. - А если бы всего этого не было?.. Не было войны, не было бы Титанов, не было бы противостояния с Марлией... как бы ты хотел провести свою жизнь?.. - мне стало как-то неопределённо грустно. На душе на мгновение появилась пустота.       Казалось бы это был простой вопрос. Кем бы я стал, если бы всего этого не было? Если бы отец с матерью были бы живы? Если бы моё детство было бы таким же как и большинства детей моего родного города? Если бы мое детство было бы безоблачным? Если бы ничего не было?.. Кем бы я был в итоге? Беззаботным свободным человеком, который бы в юности прожигал свою жизнь, пользуясь неплохими деньгами отца? Кем бы я стал? Врачом, как мой отец? Продолжил бы это семейное дело? Ну ведь в детстве я когда-то хотел быть как и он... Возможно. Вот только... не суждено мне пожить спокойно. И не дано. (Как и всей моей стране, у которой есть то, что чего вечно не хватает у других или нет вовсе.) И это было предопределено самим моим происхождением. Со мной случилось, то что случилось. Горе, потеря дома, утрата, травма на всю оставшуюся жизнь и возникновение мотивации хоть как-то исправить, то что случилось, чтобы потом... не было ещё больнее. Именно поэтому я и захотел изменить этот мир. И чёрт возьми, я всегда чувствовал опасность из вне, и был готов ей противостоять. Возможно, если бы я жил где-то в другом месте, или хотя бы та трагедия не коснулась меня лично, возможно бы я забил на все эти амбициозные мечты, когда бы вырос. Выбрал себе что-то спокойное, минуя юношеский максимализм, влюбился, женился, завел трое спиногрызов и прожил до конца дней где-то там, где было спокойнее. Вот только, каждый раз, проматывая все события в своей голове, я понял, что этого не могло быть.       "Вот только... жалею ли я об этом? Жалею ли я о том, что произошло со мной? Жалею ли я о том, происходящем сейчас? И был бы я счастлив, если бы мне было дано пожить незаметно, спокойно, как абсолютному большинству людей?" - И я тогда понял, что я жалею лишь об одном - о том, что не могу спасти всех, кто мне дорог. "Слишком велика моя Империя названная Раем... а я, хоть и Титан, но всё ещё слишком мал и слаб, чтобы спасти всех... что уж там говорить о том, чтобы уничтожить такой Колосс в виде Марлии и источник её силы - Титанов!" - хоть я и отметил что стал сильнее.       Я не стал изливать своих мыслей жене сразу по нескольким причинам, а главное, чтобы она правильно не поняла меня. - Я много чего хотел. И я бы нашёл себе смысл жизни. Однако, это уже не имеет значения! - я посмотрел на неё. - Это всё уже неважно! Неважно кем бы я был, но мне кажется, что тогда бы мы... - я на мгновение замолчал, неуверенный в том, что говорю, то что нужно сказать, - наверное не встретились... И поэтому я не хотел бы чего-то менять. - Она прижалась крепче. - Это наша жизнь, и мы родились не для того, чтобы на неё беспомощно жаловаться, а для того, чтобы сделать лучше... и хорошо, что всё складывается так, а не иначе. - Я погладил её по спине. - Рада, что ты так думаешь... - ответила Энни, тяжело и одновременно легко вздохнув. - Спасибо, что... хочешь быть только со мной...       Возможно то, что происходило со мной полтора года и чуть более назад до войны, я воспринимал жизнь как какое-то приключение. Кровавое, непредсказуемое, смешанное с романтикой, но именно приключение длинною в жизнь. Однако после того, как я узнал, какая сила сокрыта во мне, и какие существуют силы, и на что они уже пошли, чтобы её заполучить, моё отношение к жизни стало меняться. Это происходило не сразу. Это всё было постепенно. Сначала Гартус, потом правда, которую я узнал от Энни. Затем моё сокрытие её тайны. Полигон. Свадьба с той которая отсчитывала свои дни, и по совместительству той, кого я должен был считать врагом. И, наконец, шокирующие откровения из прошлого, оставленные отцом, которые оказались не чем иным, как последним заронённым семенем его трудов, ожидающего прихода тех немногих, которые что-то знали. Полтора года назад, я ещё этого не осознавал даже малейшей части этого. Но именно в тот момент, когда мы сидели в той карстовой пещере и чего-то ждали теперь я понял, что непросто стал старше. Я именно повзрослел. Научился отдавать отчёт своим действиям, научился испытывать и чувство вины за совершённые собой ошибки и поступки. Повзрослел как человек за эти недолгие полтора года. И за эти две недели войны, ещё прибавил немало в жизненном опыте. Увидел смерть, много смертей как врагов, так и своих, увидел историю верности и историю предательства... и как оказалось этот путь, не смотря на свою насыщенность, только-только набирал обороты.       Затрещала рация в кармане у Энни. Мы невольно раздражённо выдохнули и слегка отодвинулись друг от друга. Опять нам всё испортили. Да, и честно сказать, времени у нас не было. Она коротко доложила, что всё хорошо, и сказала: "Эрен приступает к работе!" Я поднял брови, посмотрел на неё, молча разорвал резонанс, встал с места и направился к ближайшей стене. - Порезаться говоришь надо? - уточнил я, прикладывая правую руку к стене пещеры. - Да, и представь, что раздвигаешь камень от центра, по кругу. - Я повернул кольцо, находящееся на безымянном пальце левой руки, порезался и последовал её указаниям.       Пользуясь неприятным чувством, окатившем мои нервы, я представил этот процесс. Сконцентрировал силу, как разума, так и физическую силу в руке. Отдал мысленную команду, и снова представил, как стена раздвигается. Не прошло и пяти секунд, как я почувствовал, что под глазами кожа раздвинулась, и появились полосы. Затем возникло незнакомое до селе чувство в пальцах. Затем я почувствовал, как подобные полосы возникли на пальцах, от ногтей, до непосредственно стыков костяшек. Проходили они по боковой стороне всех пяти пальцев. Я присмотрелся: из этих полос словно выстреливала едва уловимая сверкающая пыть. Перед глазами появились столбцы из цифр. Возникли новые показатели, показывающие минеральный состав и плотность стены. Мои глаза невольно расширились, а ещё через мгновение я понял, что у меня появилось ночное зрение, или что-то вроде него. Фонарь мне больше не понадобился. В стене возник светящийся круг, примерно два с половиной метра диаметром. Странная светящаяся масса, словно тесто, стала замешиваться в центр, по идеально симметричной спирали, в центре которой была моя рука. Ещё немного и эта самая масса удалилась от моей ладони, и погружаясь в саму стену, стала формировать туннель, который за секунд десять-пятнадцать был длиной уже метра три-четыре. Я улыбнулся, и решил, что пока, что хватит. Я остановил этот процесс. И через пару секунд дальняя стена, ставшая тупиком, погасла, и тоннель прекратил формироваться. - У тебя выходит лучше! - подбодрила Энни. - Сейчас попробую одну вещь! - отшёл в сторону и стал снова "бурить", но на сей раз попробовал изобразить другую фигуру - на сей раз это был квадрат. - Ну... как-то так!       Результат оказался немного хуже, чем я представлял - квадрат вышел с сильно закруглёнными концами, а площадь основания была почти в два раза меньше, чем я рассчитывал. И выходило немного не симметрично. Потребовалось ещё минут десять, чтобы все мои фигуры удались. Наиболее оптимальным я счёл полукруг - он занимал наименьший объем разрушаемой породы - экономия времени и сил. К тому времени Энни залечилась и приступила к похожей процедуре. Затем мы решили немного поэкспериментировать над тем, на что ещё способен "Крот". Следующие опыты по созданию ступенек прошли успешно, правда их одинаковость в размерах соблюдать оказалось сложно. Затем мы рассмотрели несколько других аспектов - в режиме носителя мы оба смогли формировать пики из земли на довольно большой площади - в радиусе до тридцати метров, при этом касаясь её всего в одном месте.       Затем, мы проделали ещё один опыт - начали расширять каменное пространство внутри стены, и одновременно укреплять их алмазной "коркой". Вот это был круто! Силой своих мыслей мы раздвигали тонны породы, заставляя их исчезать. Примерно мы подсчитали, что находясь в носителе, можно создавать такие "пузыри" в форме сферы до пятнадцати метров - дальше уже начинала болеть голова, а видимость в глазах резко падала. Да и чувствовалось, что затрачиваемая сила возрастает практически, в геометрической прогрессии. С ростом объемной фигуры в стене, увеличивалась и площадь "замешиваемого теста", и как следовательно и усилия, прилагаемые на дальнейшее формирование.       Другой эксперимент, затеял лично я. Мысль о нем возникла, когда я посмотрел на алмазный выпирающий из стены туннель, откуда мы пришли. Я подумал о том, что неплохо было бы туда забраться. Затем подошёл, поставил руку на землю, представил сталагмит, вырывающийся из земли, но на конце которого было бы основание - то есть место, где стоял я. Вокруг меня вспыхнул круг - "тесто" замешалось, но теперь в центре был тусклый круг, на котором стоял я. Через некоторое время, я начал плавно подниматься над землёй - и поднялся на высоту трёх метров - на высоте туннеля.       К тому же, как мы уже были уверены, "Крот" помогал уходить моментально на глубину, позволяя закрыть за собой проход лопастями из кристаллов. На этот раз подтвердили на деле. Но у Энни, видимо на почве практичности возник вопрос. - Можно ли разрушать сразу уже проделанные ходы, не знаешь? - спросила она. - Чтобы обрубить возможность потенциального преследования? - Кажется можно перемещаться, и одновременно заделывать ход, находясь внутри... - неуверенно сказал я, припоминая то, что видел весной. - Но вот разрушить туннель... может всё зависит от команды? - ну не запомнил я об этом из книг отца... я их видел-то в глаза всего один раз - не дали мне их почитать как следует. - Ну если попробовать... - я сформировал новый туннель в части стены, одновременно приказывая стенкам разрушаться. - Нет, не выходит... может это как-то действует по-другому? - Кажется, другой вариант перемещения под землёй назывался "сфера", так? - я приподнял фуражку и почесал затылок. - Не важно, как он там назывался, главное, будет ли это работать! - я прикоснулся к стене, и представил себя погружённым в алмазную оболочку, и часть стены, как и камень у меня под ногами, вспыхнули. - Попробуем!       Светящийся круг стены, как обычно замешался, словно тесто, отдалился от моей ладони, и из краёв светящихся участков вырвались объемные полуокружные сегменты, которые, ращаясь против часовой стрелки, схлопнулись и заключили меня во внутрь алмазной "жидкой" сферы. Я осмотрелся: светящееся "тесто" продолжало замешиваться, оставаясь подвижным. Первый шаг - замешивающееся тесто стало переходить за мою спину, а изогнутая стена перед лицом - удаляться. Так я прошёл по диагонали во внутрь стены примерно метров десять. Дно сферы было немного плоским, поэтому я без труда мог стоять. Объем в сфере оставался прежним. Потом я повернул назад, тем же маршрутом. Затем, когда стал просматриваться конец, но мембрана в виде этого светящегося теста всё ещё была, я отдал приказ ей "расступиться". - Кажется это так работает! - подытожил я, выходя из полусферы. И вдруг меня посетила интересная мысль. - Есть ещё одно предположение... возможно ли используя подвижные стенки, перемещаться, при этом самому оставаясь в покое... как бы стоя на месте. - Она не сразу поняла, но потом до неё дошло, что я имел ввиду. - Наверное это отнимет много сил, однако попробовать стоит!       Я снова создал сферу, углубился в стену, но теперь попытался приподнять основание, на котором я стоял. И у меня получилось перемещаться - я поднялся вверх, находясь внутри стены - всю работу делало "тесто". Затем у меня появилось странное чувство, я мысленно отдал команду о рывке влево - в глубь стены. Это удалось. Скорость была довольно высока, и я заметил, как стены засветились более ярким светом, таким ярким, что у меня заболели глаза. А чувство расхода сил возросло. Подобное движение я проделал вправо, а потом развернулся назад. Через пару секунд, выйдя из стены, и спустившись снова в пещеру, я услышал звуки кашля, и увидел Энни. - Замёрзла? - спросил я, подходя к ней. Она прижимала кулак ко рту и дохала. - Ничего, нормально всё... - я снял свой тёмно-фиолетовый китель и одел на неё сверху. - Да, тут прохладненько... - я осмотрел пещеру своим ночным зрением ещё раз, и у меня на лице выступила любопытная ухмылка. - Чего ты улыбаешься? - спросила моя жена, понимая что я кое-что затеял. - Эрен, что у тебя нехорошее за выражение лица? - Моя дорогая жена, - обратился я к ней, заглядывая в глаза, - будь добра, - я снял фуражку и отдал ей. - Закопайся в стену! - она нахмурилась. - Я хочу начать финальную и самую главную часть эксперимента! - у неё округлились глаза. - Э, ты чего, сдурел?! - поправив рубашку, я отошёл от неё. - А вдруг пещера обвалится?! - А что, если нагнусь, пространства хватит! - успокаивающий взгляд в её сторону. - А если вот так получится... поэтому и закопайся по-глубже в стену, чтобы тебя, ненароком не зацепило! - я порезался. - Д-да я не про это! - она пыталась отговорить меня от этой затеи. - Ты можешь нас спалить перед врагом!.. Чем мы тут на самом деле занимаемся! - на мгновение я задумался. - Откуда ты знаешь, что... - Прошлой ночью Пульсар взорвался в двух километрах, так что облака разогнал до горизонта, и пещера не рухнула - всё целое стоит. А глубина тут метров восемьдесят, не меньше! - Ладно, делай, как знаешь, надеюсь, ты отдаёшь отчёт своим действия и знаешь, что делаешь! - я кивнул головой.       Я вышел на приблизительную середину ширины этого разлома, встав по колено в морозной воде, и отдал команду о трансформации. Краем глаза, в тот момент, когда вокруг всё вспыхнуло белым цветом, я увидел, как Энни с некоторой тревожность, всё ещё не сводя с меня взгляда, ушла в стену, схлопнув за собой проход, алмазным тестом. Грохот окатил всё вокруг, я изначально начал формировать титана в положении полусидя, как это было в здании вокзала, чтобы ничего не обрушить вокруг. (Следует сказать, что тогда у меня было ещё меньше места.) Сформировавшись, я осмотрел на то, что было перед глазами. Система выдала наличие замкнутого пространства вокруг меня. Я немного поднял голову. Взгляд упёрся в свод пещеры, с которого свисали каменистые сталактиты. Автоматически выплыла надпись о начале сканирования. Запустилась новая функция, которая называлась "Анализ ситуации". Сразу перед глазами всплыла надпись о некоем входе в специальный режим.

Специальный режим - "Крот" - активирован

      Я улыбнулся. Затем перед глазами появилась трёхмерная клетчатая синяя сетка, которая была довольно неровной и уходила куда-то туда, наверх. По-началу я не понял роли этой сети, похожей на кубы. Повернув голову и слегка повернулся, увидел, странные образования, которые выделялись каким-то особым цветом. Потом я опусти глаза и увидел, что таким же цветом выделялся туннель, и все наши алмазные строения. Я снова поднял голову, пригляделся, и меня осенило: я видел сквозь землю, а то, что я вижу вдалеке, это те кристаллы, которые стоят на месте стены. "Нихрена себе... "Крот" даже на такое способен?!" - это было удивлением для меня. "Какими же методами осуществляется подобное зрение?! Это просто фантастика!" - если честно, для нас это так и осталось тайной окутанной мраком. Забегая наперёд скажу, что Ханджи со своими учёными в будущем пыталась воссоздать подобную технологию - не вышло даже приблизиться к подобному эффекту.       "Ладно, поизумлялись, и хватит!" - я приложил руки Титана, покрытые алмазным панцирем, к стене и отдал такую же команду. Перед глазами выплыла надпись, которую я видел в первый раз: "Из-за большого объема обрабатываемого материала, рекомендовано: создать турбулентную сферу трансформации материалов." Я поднял брови и подумал: "Это ещё что такое? И как это понимать?" Не зная, что делать, и про какую сферу идёт речь, не долго думая, прошептал: "И как мне её активировать?" В ответ на мой вопрос, перед глазами выплыла новая надпись: "Активировать турбулентную сферу трансформации?" И внизу: Да/Нет Я проморгался, но у меня округлились глаза. Снова. "Где-то я такое видел... в компьютерных программах... - но удивило меня не только это. - Погодите? Система меня понимает? Нанороботы отвечают на мои вопросы?!" Не помню, чтобы отец что-то писал на это счёт, или я упустил этот момент, или просто не понял. Тогда я решил проверить свои домыслы: "Активировать турбулентную сферу!" Некоторое время ничего не происходило, а затем, перед глазами исчезла последняя надпись, и я, практически не контролируя процесс, выставил руки на уровне груди, расставив пальцы.** Между ладонями и пальцами (на которых алмазная оболочка приподнялась с боковых сторон) вспыхнула белая плазма, которая стала "сжиматься" и светиться всё ярче, до тех пор, пока не "рухнула" в одну яркую точку. Затем, из отверстий пальцев, из которых выглядывали мелкие биогенераторы, вырвались потоки металлического цвета, состоящие из нанороботов, которые переплетаясь друг с другом в форме словно каких-то танцующих волокон (толщиной с канат), создали второй слой вокруг светящейся точки. Эти потоки, став металлическими сегментами колец, начали с бешенной скоростью вращаться вокруг неё. После этого большие биогенераторы на ладонях вспыхнули с новой силой - вокруг сферы из нанороботов сформировался ещё один светящийся слой. На весь процесс ушло около пятнадцати секунд. Шар белого света достигал примерно 3 метров в диаметре, и он не был стабильным - с каждой секундой я чувствовал, как поддерживать его становится всё труднее. Ещё до окончания процесса формирования турбулентной сферы, выплыла надпись: "Задайте параметры создаваемого прохода." Рядом выплыла ещё сводка с трёхмерной моделью окружающего пространства. Не долго думая, я мысленно представил размеры арки. Получилось примерно тридцать метров в высоту и сорок пять в ширину. (Этого вполне хватило бы, чтобы по нему проехали бронемашины и танки в четыре полосы.) Задал длину - пятьсот метров. Угол наклона - ноль градусов - по прямой. И процесс пошёл.       Мои руки сами собой разошлись в стороны, высвобождая сфероид из магнитных полей, сдерживающих его, и одновременно придавая ему импульс. Я почувствовал некоторое облегчение - силы перестали затрачиваться. Едва коснувшись стены, я едва смог уловить, как та зажглась белым цветом по всей своей высоте, в форме полуовала, и белое тесто буквально обрушилось во внутрь сферы. От самой сферы, в две противоположные стороны, от неё, по направлению к стенам отходили два неких вихря из белой преобразуемой материи, закрученных до состояния какой-то вихреобразной трубки-воронки. (Даже сейчас не знаю точных терминов о том, как это описать.) Обе вращались против часовой стрелки вместе со сферой, формируя как бы два противоположных полюса. Как я понял, один вихрь засасывал, а другой - высвобождал обработанную материю, распределяя преобразованное алмазное тесто по стенкам. (А углероду тут было откуда взяться - кругом карбонат кальция. Если уж этим нанороботам хватает атмосферного углерода, и немного ядерного синтеза, для построения подобных конструкций, то что говорить, про горную породу и минералы, в которых этого элемента на порядки больше!) Быстро образовывался проход - не прошло и десяти секунд, как сфера построила арочный туннель метров пятьдесят в длину, а ещё через полторы минуты - достигла конечной точки маршрута, и плавно растворилась, немного вспыхнув белым цветом. - Что ты сейчас сделал?.. - услышал я шокированный голос Энни с другой стороны пещеры. - Использовал турбулентную сферу преобразования или как-её-там... - чтобы она не надрывалась, я ответил ей мысленно. Честно говоря, я был тоже был удивлён, рассматривая какой объем работы оказался проделан мной за каких-то две минуты. - У тебя такая же есть, так что не завидуй и, если хочешь, присоединяйся!       Я выпрямился в полный рост и зашёл в исполинский туннель, который напоминал величественный зал самой большой станции Аданской подземки. Проделан был не просто проход, а целый туннель огромных масштабов, плюс сразу завершены работы по укреплению стенок. Они сделаны из трёхметрового слоя однородного алмаза, что само по себе исключает возможность обрушения даже в случае мощного землетрясения и смещения земных пород. - Эрен, какова длина туннеля? - я повернул голову Титана и увидел её, стоящую с фонарём на берегу ручья. - Я проделал на 500! Однако, я уверен, что это не предел! - я мысленно попытался смоделировать дальность полёта на полтора километра, но что-то пошло не так и система меня не особо поняла.       Покрутившись и покопавшись с этими столбцами и сводками, мне удалось вычислить максимальную дальность полёта без режима самоусиления - примерно до 5 км. И в режиме самоусиления - 15 км. Но это уже предел моих возможностей. Объем и мощность турбулентной сферы зависят от количества энергии, вложенной в сфероид. То есть для максимальной дальности необходимо было создать сфероид, диаметром метров, эдак восемь, а то и все десять. Сформировать подобное за раз очень затратно. И я решил действовать по-другому. Я решил, что если создать несколько сфероидов, меньшей мощности, но использовав их чаще, эффект будет лучше. Поскольку энергия, которую Титан -тело тратило на поддержания сферы в процессе формирования, могла быть сэкономлена на формирование ещё одного сфероида, с меньшей мощностью. Но конечный результат проделанного маршрута был бы больше. По сути это как во время акции в магазине - (берёшь три дешёвых, получаешь четвёртый дешёвый в подарок.) - Эрен! - услышал я её голос и мысли. - Нас вызывают сверху! Говорят в штабе нас хотят видеть! Что-то важное! - Ох блин... - я вышел из туннеля. - А ведь сами послали на очень важный эксперимент! - сказал я понимая, что нам к этому не привыкать.       И в этот момент у меня появилась интересная мысль. Можно походу дела, сделать ещё одно. Я подошёл к стене и вытянул руки. Отдал мысленный приказ о формировании турбулентной сферы. Свет вспыхнул между алмазных ладоней. - Энни, спрячься пока за меня! - судя по всему, спряталась за ногой. - Хочешь сразу похвастаться перед научной группой чему научился? - услышал я в голове её голос. - Просто хочу, чтобы отчёт был готов, на всякий случай! - ответил я, не отвлекаясь для дела.       Просмотрел сквозь землю, прикинул приблизительное расстояние, задал конечную точку, которая располагалась недалеко от места входа в подземный туннель, созданный Энни, и отпустил сформированный сфероид. Тот быстро углубился в стену, та вспыхнула, замешалась, частично обрушилась во внутрь этого устройства, и материя стала перераспределяться по стенкам, формируя арку туннеля. Я не стал стоять и ждать, когда этот процесс закончится. Я аккуратно обернулся, сказал жене взобраться на мою ладонь, что она без особых промедлений сделала, и мы направились к концу. Дойдя до конца, и поставив жену на алмазный пол, я решил проверить ещё кое-что. Прислонив руку к тупику, я отдал команду о "локальном преобразовании" и таким образом создал небольшой зал на высоте метров двадцать. После чего подсадил туда Энни, а сам вылез внизу, и уже, как человек, создал алмазные ступеньки, по которым и взобрался наверх. (Голова уже начинала побаливать, а силёнок было уже не много. - Сколько нам тут до выхода? - спросила она. - Мы прямо под ними. - Я посмотрел в дальнюю часть созданного зала, где оказался замурован след от старого туннеля. - Где-то метров десять, пятнадцать. - Как ты можешь так легко ориентироваться, где находится группа? - и тут я понял, что не объяснил, какое преимущество есть у крота. Пришлось объяснять на пальцах. Энни поразилась. - ... ладно, испытаю, когда снова вернёмся сюда. - Она вздохнула и посмотрела наверх.       Я принялся за работу. Я формировал последний горизонтальный туннель, в котором были ступеньки. Но походу дела, я понял, что сил становится всё меньше. Оставалось каких-то несколько метров, и я понял - начинаю шататься. Стенка в форме линзы потухла. Энни тоже это поняла и поддержала меня. Взяла за руку и дала запрос на резонанс. Я удивился, но ответил утвердительно. Внезапно появились силы, головная боль отступила. Сердце перестало отбивать сильные удары. Я посмотрел на неё. "Довершим вместе?" - на моем лице возникла улыбка, которая перекинулась и на неё. Я коснулся стенки правой рукой. Она - левой. И так, держась за руки, мы дотронувшись затухшей стенки и подстроившись под мысленные представления друг друга, отдали коллективную команду.       Стена вспыхнула вдвое ярче, и вдвое быстрее (если не больше), пошла стала удаляться в высь, а под ногами стали формироваться ступеньки. Довольно бодро мы шагали по ним, до тех пор, пока в глаза резко не ударил свет. Зрение на некоторое время было утеряно. Приходилось минуту промаргиваться, чтобы привыкнуть к дневному свету. Впрочем, когда солдаты группы Бернера нас заметили, мы оба пришли в норму. Ошибся я на метров 30, не больше. Создав последние ступеньки, мы выбрались из алмазной воронки. Моблит встретил нас, и явно не хотел отпускать, но в тоже время понимал - штаб вызывает, значит надо идти. За нами уже приехала стояла машина. На последок, я сказал: "Если хотите, старший лейтенант - смотрите! Всё перед вами!" Офицер научной группы с перевязанным лбом, улыбнувшись, сказал: "Работы вы мне подвалили с утра!"       Во дворце культуры, в особом зале, который Леви использовал только для личных совещаний, нашей оформляющейся группы, мы собрались в 11.45. Аккерман был довольно воодушевлён, хоть особых эмоций его лицо и не выражало, и одновременно серьёзен. Когда полный состав был собран, он приступил. - Я прервал организационное заседание на технический часовой перерыв. Дела продвигаются сносно, большая часть высокопоставленных офицеров не видит альтернатив и предпочитает сделовать нашей военной политике. Есть кое-где отдельные личности, но... их оппозиция слишком труслива, чтобы что-то сказать против. - Пауза. Он осматривал нас с каким-то загадочным выражением. - Причина, этого технического перерыва, кроется в том... что сейчас, я получил подтверждения того, что наш план по выманиванию предателя недомаршала Комлина, начал осуществляться быстрее, чем я планировал. Но обо всём по порядку. - Снова выдержанная пауза. - Сегодня ночью, а вернее утром, в Адане, о нас наконец-то заговорила большая часть стерео-каналов, а произошло это на фоне капитуляции Ламарии, произошедшей в 2.50 по местному времени. Похоже, Пиксис задействовал все свои связи, и убедил правительство Марудзяна, перестать восхвалять того, кто просрал всё, что было в его силах просрать. Это хорошая новость. Почву в людских массах, мы себе кое-какую обеспечиваем. - Если честно, я не понял о какой почве идёт речь, но уже через неделю, я всё пойму. - И ещё более обнадёживающая новость, которую мне принёс исполняющий обязанности главного связиста Инфоротдела... - "У нас новый главный связист, интересно, кто это?"-подумал я. - К нам, по воли, всё того же Комлина, которого, кстати не восстановили в должности... и который, судя по всему, зол на нас, как последняя драная собака, приезжает, сегодня ночью, незадолго до наступления, его пешка. - Взгляд на Эрвина Смита. - В наше расположение прилетает сам Данило Мордасов. - Аккерман достал из папки фотографию и показал всем присутствующим. Это был полноваты усатый человек. - Генерал, за какие заслуги - непонятно, но вроде возглавляющий какие-то тыловые войска. Вместе с ним полбатальона серьёзных людей, в то числе и люди в сером. - Я понял, кого он имеет ввиду. - Думаю, надо быть наивным и недалёким, чтобы не понимать, зачем сюда летят эти люди! - глаза полковника окинули нас своим выжидающим взглядом. - У меня нет сомнений, что эти люди летят арестовывать нас с вами! - Имеется такая информация? - спросил с поразительным спокойствием Смит и Аккерман утвердительно кивнул головой. - И что же является поводом для ареста? Самоуправство? - Скажем так, человек Пиксиса всего полтора часа назад сообщил, что против нашего "Кулака" со стороны людей Комлина готовится диверсия и провокация. - Мне как-то стало дурно. Я невольно потёр лоб, и усталостью давя подкатывающую злость, невольно подумал: "Как мы собираемся не то что выигрывать, а хотя бы отбиваться от врага с таким командованием?.. когда одни хоть как-то помогают, но чертовски ограниченны в своих действиях, чтобы не потерять своё место, а другие и вовсе отправляют на забой и намерены сдать козыри?.." - Комлин хочет вернуть доверие Марудзяну, после того, как мы косвенно раскусили его мотивы, основываясь на скудной информации. Поэтому ему надо хоть как-то поквитаться с нами, и выставить Развед-Корпус и Первый Эшелон виноватыми. Логично, что первым поводом для нашего ареста станет раздача денег солдатам вопреки закона. Им про это известно. Марсело проинформировал их, до того, как был разоблачён. - Леви опустил глаза и сразу поднял их. - А второе - наше самоуправство, которое мы затеяли вчера. - Пауза. - Да, последнее немного надуманно, ведь здесь мы делали так, как полагали обстоятельства, однако, как говорится, кого это ебёт, если речь заходит о крупных деньгах? - вздох. - Многое будет зависеть от того, как поведёт себя сам Мордасов. Если будет чувствовать свою безнаказанность, и вести себя как и полагает предателю, то будем действовать жёстко. Информация о нём довольно скудная... - Я знаю, кто это такой, - сказал Смит. - Он присутствовал на заседании высшего состава министерства обороны вместо Комлина, за день до объявления войны. Заявился, словно на какие-то посиделки! - главнокомандующий сверкнул глазами. - Говорят, этот человек - хуже, чем просто бездарь или дурак. Умный дурак, циник и ловкач! А ещё и наглец! Нет такой щели, куда бы он ни пролез, если нужно! Поэтому, я уверен, что придётся идти на самые крайние шаги, чтобы заставить его сыграть по нашим правилам! - Как бы то ни было, приезд такого человека, может значить только одно - недомаршал купился на наш вброс, отправленный вчера Марсело - дезинформация удалась! Комлин думает, что у нас нет никакой иерархии и кругом бардак, а значит, мы так и ждём "дворянина" который приехал бы и всё рассудил! - лицо полковника обрело какой-то оттенок грусти, смешанный с решимостью, и на мгновение он опустил глаза. - Раз Комлин присылает сюда такое лицо, значит, дело с нашей клеветой обрело серьёзный оборот. Логично предположить, что сейчас этот человек предпримет меры, чтобы не только покарать нас, исполнить свою задачу: ему необходимо сдать Титанов. И следовательно... - на лице Аккермана появилась ухмылка. - Если Мордасов не справится со своей целью, ему придётся предпринять новые меры. - Хотите арестовать генерала Мордасова? - Леви поднял брови и посмотрел на Бозарда. - И вы думаете, это выманит самого Комлина к нам? А если он пошлёт ещё кого-то вместо себя? - В том случае, если арест не даст должного результата, придётся жестко и быстро! А у нас запланированное наступление через двое с половиной суток! - пауза. - Поэтому, чем раньше будет ликвидирован предатель в верховных кабинетах, тем!.. - он не успел договорить, как к нам в дверь постучали. - Фуф... - надул щёки полковник. - Лучше бы телефон провели... - буркнул он и сказал. - Войдите! - я скосил глаза.       Входная дверь в кабинет распахнулась и в дверном проёме показался новый главный связист инфоротдела. Вернее, исполняющий его обязанности. Он был высок и одет в тёмный-фиолетовый китель, но вот погоны, словно выбивались из общей картины - они погоны принадлежали какому-то невысокому офицерскому званию, а из нагрудного кармана выглядывала вторая пара погон, принадлежащая толи подполковнику, толи вообще полковнику (не разглядел я, а от этого позора, он уже к вечеру избавился.) - Срочное сообщение, полковник Аккерман! - сказал знакомый мне голос, и у меня невольно полезли наверх брови, всё ещё не веря, что это именно тот человек. - Вы приказали мне явиться, когда станут известны новые подробности об прилёте генерала Мордасова! - Леви выставил руку и жестом двух пальцев приказал подойти. Тот подошёл и протянул планшет с листами. Теперь, когда он был ближе, я всё ещё помаргивая глазами, я смог убедиться, что это он. - Отлично, исполняющий обязанности инфоротдела Кирштайн! - Леви вытащил из-под фиксатора планшета пару листов. - Вы свободны! - тот показательно отдал честь, забрал планшет и удалился, перед уходом глянув на нас с Энни, мол, привет ребят! - Отличная новость! - Аккерман улыбнулся. - Известно чёткое время прилёта Мордасова - 8 часов вечера, теперь можем как следует подготовиться и начать действовать! - Как нам наверняка вслед за Мордасовым, выдавить сюда и Комлина? - спросил подполковник Бозард. - Если ваша затея, полковник не удастся, то у нас могу возникнуть большие неприятности во время прорыва: Комлин и его люди могу что-то учудить на поле боя - подорвать наступательные способности сил с юга, с Юдэгланского хребта, или вовсе плюнув на нас, начать переворот в столице... - Последнее маловероятно. - С уверенностью сказал Леви. - Этот человек теперь на прицеле у Марудзяна, и теперь ему придётся действовать осторожней, поскольку его старый друг может первый выставить его виноватым во всем! - взгляд на Бозарда. - Но есть и другой способ - мы можем подтолкнуть Комлина лично пробраться сюда. - Каким образом? - спросил Эрвин. - Комлин не дурак, чтобы сюда, в окружение соваться! - Есть у меня кое-какие соображения на этот счёт! - Леви начал оглашать свой план. - Мы заставим Марудзяна, лично отдать ему этот приказ!.. - Слушая его, я стал что-то чувствовать.       А именно, у меня появилось ощущение, что дело начинает выходить на какой-то принципиально новый уровень и я поводил глазами из стороны в сторону. Я вспомнил, когда в феврале, мы сидели вместе с полковником на полигоне в его кабинете управления, пили чай, глядя на снегопад и он рассказывал мне о своём видении мира, и то, какие в нём есть силы. Как-то всё в голове на мгновение сошлось и по спине пробежали мурашки. И вдруг в голове всплыли слова, сказанные тем существом, которое я видел за день до этого: "Скоро случится то, что будет иметь большие исторические последствия планетарного масштаба и тебе придётся принимать в этом непосредственное участие и играть одну из главных ролей." Я долго не мог отойти от странных мыслей, бродивших в моей голове в тот момент. Это было странное чувство неизвестности, неопределённости и загадочности, которая развеивалась. И я не был к этому готов. До тех пор, пока ко мне не обратились лично. -... Адъютант при планировании наступления, Эрен Йегер, мне третий раз повторить?! - Энни толкнула меня в бок и я вздрогнул, и вонзил взгляд в полковника, который с негодующе-сдержанным выражением смотрел на меня. - Как прошли первые опыты по использовании способности "Крота?" - я встал с места, собрался с мыслями и сказал. - Результат успешен! -Леви не выразил никаких эмоций, лишь слушал. - В ходе эксперимента были созданы два арочных туннеля, общей длиной в три километра и высотой сорок пять метров. - У Ханджи сверкнули глаза. Я заикнулся и сглотнув продолжил. - Установлен предел... рытья этих тоннелей - до двадцати километров. В режиме усиления - возможно немного больше. - Я кое-что прикинул в голове. - Считаю возможным построить за день минимум два туннеля, каждый протяжённостью дальше первой линии врага... - Достаточно! Как появится возможность, - начал Леви, - я непременно осмотрю результат вашей работы. И мы обсудим дальнейшие нюансы плана наступления. Думаю освобожусь до пяти часов! Тогда мы проработаем окончательный вариант наступления и в ночь с 1 на 2 осуществим прорыв! - взгляд на нас с Энни. - Можете быть свободны! - мы молча встали, отдали честь и удалились.       По дороге к месту бурения, моя жена спросила у меня. - Ради этого нас пригласили? - я устало поводил глазами. - Мне кажется, Аккерман с его шестёркой управился и без нас! - Что-то мне подсказывает, что у нашего полковника большие планы... И он хочет, чтобы мы были посвящены в них! - многозначно сказал я, после чего мы ехали молча.       По дороге заехали в полевую кухню вытребовали дополнительную порцию, закусили на скорую руку и приехали на место проведения эксперимента. Возобновили процесс. Бернер был просто в восторге - они уже подводили освещение в рукотворную "туннель-пещеру" с алмазными стенами. Пришлось собраться силами и ещё раз сформировать Титана, чтобы провести режим самоусиления. Энни пришлось обучаться этому с нуля, а училась она быстро. После её усиления и моего самоусиления, результаты работы стали ещё круче - оба пробурили на два десятка километров. Тут же выяснилась ещё одна особенность "Крота" - во время прохождения процессов в породе, он не производит никаких сейсмических толчков или даже просто активности. Проще говоря - перемещающегося Титана, что в человеческом обличие, что в боевой форме, под землёй можно засечь только самыми чувствительными приборами, и эти приборы уже должны быть заложены под землёй, а с поверхности - фактически невозможно. Конечные тупики были уже за первыми позициями войск коалиции. После чего, я ненадолго откинулся по причине окончания сил - по крайней мере проспал часа два - вылез из Титана под землёй, а очнулся в спальном мешке, на поверхности. Энни сидела рядом и что-то жевала. Мы о чём-то поговорили, а потом началось главное веселье того дня. Вечером, полшестого наконец-то приехали полковник и с главнокомандующим, ну с ними подоспела ещё и подполковник Зоэ.       Поприветствовав главных, мы направились вместе с ними, к одной из трёхметровых воронок-проходов со ступеньками, ведущих в алмазный зал (да, мы сделали ещё парочку другую, чтобы солдатам таскать оборудование можно было больше). Шли мы в таком порядке: впереди всех был Бернер со своими ребятами, в центре был полковник, я с Энни, шли справа, Ханджи - слева от него. Позади был широкоплечий главнокомандующий, а там и все остальные, "кого приглашали." Только начали спускаться, как Ханджи стала вести себя, словно малое дитя - её глаза вспыхнули при виде таких конструкций, упала на колени и скинув очки, стала рассматривать всё, до чего глаза могли дотянуться, и кричать что-то там в духе "Нихерасе, и это всё алмазное?!!" Леви, остановился повернулся на девяносто градусов, осуждающе-безэмоционально посмотрел, и лично схватив её за шиворот, поднял её, одновременно взяв под руку (видимо чтобы не позорить её), и потащил вниз. "Ой, а тут даже поворот есть?!" "Ну нихренасе, тут ступенечки даже с округлённым концами!" "Ахиреть, а что там, целая комната с алмазными стенами?!" Леви мастерски игнорировал все выходки, сорвавшейся на эмоции подполковника Зоэ, и продолжал идти, однако от него так и исходило желание треснуть ей по умной голове. Когда вышли в зал, созданный мной, у неё чуть не случился нервный срыв на почве увиденного. Он был освещён неплохо, но всё, что было дальше - не было видно. - Выглядит неплохо... - сказал полковник, пытаясь всячески проигнорировать поведение своей спутницы. - Это самое начало! - сказал Бернер. - Прошу узреть! - он Моблит собственноручно включил рубильник на трансформаторе, и зажёгся свет прожекторов.       Прожектора осветили исполинский полуовальный туннель на несколько сотен метров, и всё вокруг заиграло радужными зайчиками. Туннель был настолько длинным, что тупик увидеть было невозможно - свет от прожекторов терялся в темноте, что создавало иллюзию бесконечности. Позади кто-то перешёптывался, кто-то ахал с удивлением. Я улыбнулся. Было красиво, мне нравилось это зрелище. Тогда я впервые поймал себя на мысли, что эти способности Титанов на самом деле могут быть очень полезны, и использованы во благо. Так мне понравилась эта красота, что я начал думать подобным образом. - Мда... - впервые я увидел завороженного полковника. - Впечатление мощное!.. - Я не понимаю... - начал Эрвин Смит. - Как это возможно построить?! На что же ещё способны эти инопланетные технологии?.. - Например, уничтожить эту планету... - Леви обернулся и безразлично окинул его. - У-у-у-й-и-и-х-а-а-а!!! Да сюда целый самолёт залетит!!! Это просто ахуенно!!! Это просто за-а-е-ебомба!!! - завопила подполковник Зоэ, подпрыгивая на месте, и едва не таща держащего полковника за собой. Вообщем её занесло по-полной программе. - Я хочу себе такую же дырку, чтобы мой Леви, - я заметил как у Аккермана задёргались правая скула и глаз, - вгонял свой самолё... - мощнейший подзатыльник со стороны полковника оборвал её речь. - О-о-ой... - ноги Ханджи подкосились, потом разъехались и она сползла на колени, болезненно потирая зашибленное место. Все с некоторым сожалением посмотрели на неё. - Веди себя нормально! - невозмутимо сказал Леви, а потом настолько резко и внезапно впал в одномоментное бешенство, что всех передёрнуло. - Или вылетишь нахер отсюда!!! - эхо немного отразилось от алмазных стен.       На этом все странности закончились. Аккерман со Смитом побеседовали со страшим лейтенантом Бернером. Тот отчитался за проделанную работу, показал кое-какие расчёты и примерные эскизы того, какой надо будет проложить спуск, чтобы в туннель возможно было спускать транспорт. Так же он добавил, что проблема возможности выхода т.е. выезда, ещё в процессе решения. На этом наш трудовой день подошёл к концу. Однако, был ещё не вечер. Нам предстояло ещё одно дело, об исходе которого знали только несколько человек, и я в том числе.

***

      Без пяти минут восемь в аэропорт Гаракутера зашёл на посадку военный грузовой самолёт. Это был третий за 31 число. В нем не было какого-то важного груза, но его прилёта, мы ждали особенно, и поэтому здание было оцеплено, а почти вся полоса так или иначе, в случае необходимости простреливалась. Встречать прибывших посланников, вышел я вместе с генерал-лейтенантом Смитом и подполковником Бозардом. Также с нами было несколько десятков солдат из Развед-Корпуса.       Когда объявился большой человек в сопровождении дюжины своих телохранителей, я смог рассмотреть его воочию: невысокий, толстенький, кругленький - средних размеров бочонок на двух ногах, но при этом двигался с быстротой, вызывающей удивление. И, дойдя до нашей группы, приветственно - сразу всем нам - замахал короткой ручонкой: - Салют, братья по оружью! Поздравляю с победой на реке Весе! - от одного его голоса, режущего голоса, мне стало просто противно. Таким голосом, если постараться, можно пилить дрова! На круглощеком лице сияла улыбка. На наших лицах не выступило не тени эмоции. - Что-то вы не радостные!.. я используя коридор, прорвался к вам с юга, и привёз от лица министерства обороны пополнение продовольствия! - он безошибочно выделил главного в нашей группе, коим являлся Смит и протянул ему руку. Эрвин не стал пожимать её. Лишь скрестил руки на груди. - Мы ещё прошлой ночью нарадовались своей победе, и теперь озабоченны другими делами! Но до вас, похоже, тех кто сидит в Адане, всё доходит немного позже! - главнокомандующий встал в полуоборота. - Пройдёмте, генерал, думаю нам есть, что обсудить! - Мордасов словно почувствовал: ему здесь не рады. Но этот человек и не был намерен сбрасывать свою доброжелательную маску. - Гр-кхм, - сделал он специально, чтобы на него обратили внимание, - мы пройдём в штаб заседаний? - Нет, Мордасов, - безразлично сказал Смит. - Будем здесь в полуразрушенном здании аэропорта стоять! - Тот немного стиснул зубы, от того, что ему сказали. - Пройдёмте, за нами, телохранителей можете оставить здесь, тут всё спокойно! - Э-э нет, - сказал с улыбкой на лице генерал. - Мне с ними спокойнее! Мы же всё на войне! - Как знаете... - мы направились в ближайшее здание.       Я наблюдал за этим человеком, который то и дело пытался завести дружеский диалог с главнокомандующим, но тот явно был на настроен на такой разговор. Пару раз Мордасов останавливался мол, ходить ему тяжело, оборачивался, при этом я отчётливо видел, как он с каким-то подозрением смотрит в сторону самолёта, вокруг которого столпилось многовато наших военных.       Через минут семь-десять мы дошли до вагона, который был в первый день войны штабом второй звеньевой дивизии. Делалось это для пущей надёжности, дабы никто не знал об местонахождении настоящего штаба. Предварительно Мордасова ощупали, как и дюжину его телохранителей. Он судя по всему ничего не имел против - даже рассмеялся, и сказал, мол, ну вы даёте здесь, своих даже обыскиваете. Но когда телохранителей попросили выйти на улицу (кстати, эти телохранители походили больше на какое-то подразделение спецназа, чем на самих телохранителей - с автоматами, полностью укомплектованные, даже со связкой чего вроде дымовых гранат). Зашли, на месте главнокомандующего сидел Леви и пил чай. Сбоку, на диване сидела Ханджи, что-то высчитывала. Командующий дивизией десантников, подполковник Александэр Рихтер просто сидел на диване и курил, и даже не встал с места. Пришедшие разошлись, уселись, кто по креслам, кто по стульям. Генерал Мордасов присел и немного в недоумении осмотрел на полковника. - Ввиду получения мною, тяжёлых травм, я ещё не способен полноценно и самостоятельно принимать решения, поэтому обязанности главнокомандующего я временно передал полковнику Леви Аккерману. - Смит присел рядом с ним, но сбоку. Я присел слева, Бозард присел напротив меня. - Поэтому большую часть вопросов вы будете обсуждать вместе с ним. - Да, вижу у вас дела не самым лучшим образом обстоят после уничтожения штаба, - Мордасов притворно погрустнел, - вижу вы победили не благодаря, а вопреки обстоятельствам! - Да-да, генерал Мордасов! - заговорил Леви, поскупившись даже на самые элементарные приветствия и прелюдии сразу перешёл к делу. - Вы, как советник маршала Комлина, наверняка знаете, что мы действительно победили вопреки всем обстоятельствам! И у нас есть к вам, довольно много вопросов. И первый вопрос: почему вы совершили к нам столь внезапный визит? - Мордасов немного стал серьёзнее, но снова натянул на себя притворную вежливость. - Знаю, знаю: у вас ко мне много вопросов, тысячи! Верно говорю? - я стиснул зубы, от этого человека ничего хорошего ждать не стоило. - С вопросами немного повременим! Ваши вопросы, так сказать, не главный вопрос повестки дня...       "Он охренел?! Этот жирный ублюдок смеет игнорировать вопрос, который ему задал полковник?! Человека, который здесь исполняет обязанности главнокомандующего?! Он что, только на погоны смотрит?!" - у меня в груди стал разрастаться огонь негодования и отвращения. - Главный же - восхищение! Спешу разъяснить: восхищение вами! Восхищение вашей доблестью, вашим воинским искусством, вашими... в общем – вами! Вы сегодня самая яркая, самая радостная искра удачи в сумраке нашего безрадостного военного бытия! Самые известные, самые популярные люди в стране! - пауза, Леви никак не отреагировал, лишь безразлично смотрел. - Только сегодня, передачи о ваших подвигах повторялись четырежды в день, об удивительной победе в тылу врага против отряда Звероподобного и его команды Титанов! - у меня невольно сжались кулаки. - Да нет, рассказывали даже восемь раз! - он демонстративно хлопнул в ладоши. - Завтра разбудите малыша в детском саду и спросите, какие солдаты есть элита Парадиса, и он пропищит: «Развед-Корпус!» - только сейчас я понял, насколько мерзким может быть высокопоставленный военный. Всё, что говорил Смит, оказалось правдой. - Короче, мне поручили передать вам благодарность за ваше воинское мастерство и восхищение вашими удачами. Почетное поручение, вы меня понимаете? Теперь задавайте вопросы, отвечу на любые - мы ведь здесь все свои!       Первым отозвался Аккерман. - Вы по какому поводу приехали, генерал Мордасов? - пауза. Долгая пауза. - Я же сказал, что привёз вам пополнение запасов и продовольствия... - Аккерман включил свою технику по изведению оппонента. - И что? - Мордасов насторожился. - Ну, а вам оно... не нужно? - Леви ответил. - Ну на войне, продовольствие нужно, - он утвердительно кивнул головой, - я согласен. Это обязанность большой Родины присылать подкрепление тем, кто оказался в тылу врага. - Пауза. - Мордасов, вы с какой целью сюда приехали? Просто передать слова благодарности? - Аккерман указал на проход кивком головы. - Мы приняли ваши благодарности! Это всё?       Тут Мордасов почувствовал себя крайне неуютно. Словно он не мог найти отправной точки, и с чего начать. Но через некоторое время он задал встречный вопрос. - Аккерман, а разве у вас ко мне нет других вопросов? - Леви на мгновение впал в ступор, а потом на мгновение ухмыльнулся. - Есть, например, каковы были потери наших войск в Ламарии, во время битвы за каменную долину? - Мордасов немного оживился. - Как мы знаем из стереопередач и радио эфира, что на западном фронте всё складывается крайне плохо! Вы можете это подтвердить? И каков истинный размер неудач? - Около 200 тысяч человек. Около 25 тысяч пленными или пропавшими без вести. - Я скривился, думая о том, что они шли умирать за Родину, а умерли ни за что. За интересы кучки предателей. В этот момент Мордасов посмотрел в окно, и опять сменил свою манеру общения. - Бедные Ламары потеряли больше двух третей своей армии. А в целом, фронт рухнул, это не для кого не секрет. - Я округлил глаза - "Как он может говорить такое так спокойно об этом?!" - Последним оплотом является Ротенберг, но учитывая то, какие беспощадные бои идут там, все думают, что после падания Флории и её дальнейшей оккупации, он долго не простоит! Да я думаю, что следующей мы потеряем... - Мордасов, каковы истинные потери на западном ТВД?! - почти рявкнул Аккерман. - Вы можете назвать точную цифру? Или вы сами не сечёте?! - Около 380 000 тысяч в общей сложности. - Сказал он без особого сожаления. - Ну, зачем вам так сердиться, у вас же всё складывается наилучшим образом! На весь фронт, как путеводная звёздочка в ночи! - я почувствовал себя подавленно, на этот раз от осознания катастрофичности происходящего. Может мы и разбили и дезориентировали Гатинскую армию, но это ничего не меняет. Я осознал, что тогда мы выиграли только локальную операцию, и это навело на меня грусть. Результатами этой операции, кроме нас самих воспользоваться некому. - Десяток бы таких частей, как ваш "Кулак" и дюжины две Разумных Титанов, - я уловил на себе мимолётный взгляд, и я понял - он знает кто я такой, - и Марли были бы отброшены до самого Бёрна!.. - Мордасов, а что с тылом? - спросил Аккерман. - Каковы настроения народа? Когда будет объявлена мобилизация? Когда в стране наконец будет объявлено военное положение? Марудзян, хоть что-то собирается делать для спасения империи? - он сказал это отчётливо и максимально серьёзно, чтобы у Мордасова не было морального права отлынивать от ответа. - Нелегко в тылу - вот точная формула. А конкретно две вещи. Первая - снабжение. Всё забрали в резерв, армейские склады пока полны. Союзники находятся в ещё худшем положении, чем мы - тоже требуют: то дай, другое, без этого не поддержат. Южанских союзников тоже атаковали со стороны Экваториальных колоний. Всходы хлеба затопило тропическими ливнями, овощи скорее всего не уродятся. - "Что ты про союзников нам тут затираешь?! У нас тут у самих проблем благодаря таким как, ты выше крыши!" - Настроения в народе... соответствующее положению. - Мордасов тяжело вздохнул. - Да ведь трудно не только со снабжением! В конце концов – война, все подтягиваем животы. Внутренний враг оживился! - Измена? Восстания? - Не измена, нет. - "Ну-ну, поговори мне тут... про то что в Адане все наши единомышленники и все только и думают о том, как бы разбить врага!" - я нервно закусил губу, скрывая злость. - И о восстаниях не слышал. Хулиганство! Бандитизм! Все границы перешли... Молодежь, прежде всего молодые парни до 21, уже дезертирует, сбегает с работ и университетов, боясь объявления мобилизации. - У меня поднялись брови. Это было неожиданным. И с другой стороны, до меня стало доходить - мало кто хочет умирать в войне, в которой не видно невооружённым глазом шансов на победу. (А с таким руководством, надежды действительно нет.) - Да и к тому же, из-за одномоментного обрушения бирж труда, наблюдается резкий скачок безработицы у молодых людей. В добавок ко всему - цены на все продукты взлетели, начиная от хлеба и молока, в среднем в три раза. Товары второй необходимости - вовсе в пять, а то и десять раз. И без того не богатому населению приходится затягивать по-туже пояса. - Опять прибеднился он. - Половина молодёжи попала под сокращения на рабочих местах. - Леви поводил глазами. - Раз, лёгких денег нет - сколачиваются в шайки, скупают оружие. Ночью в Адане уже в одиночку на улицу не выйти - самоубийство! Разденут, изобьют, а сопротивляешься - прикончат. - Мордасов странно глянул в окно. - Куда смотрит полиция? - возмущённо сказал Бозард. Леви посмотрел в окно вслед за Мордасовым. - Как внутренние службы допустили такой беспредел за две недели войны?! Почему позволяют скупать неограниченно огнестрельное оружие, вместо того, чтобы скупить и перебросить его в прифронтовые зоны на нужды армии?! - Мордасов пожал плечами. - Их хватают и расстреливают, но толку нет... - он немного оживился. - Пока нет хоть каких-то победы на фронте, бандитизма не одолеть! И, глядя на вас, я понимаю, что возможно ваш "Кулак" и есть тот самый... - полковник прервал его, чтобы тот не ходил по третьему кругу, со своими хвалебными речами. - А побед на фронте не светит, судя по вашим словам, - хмуро сказал Аккерман. - И всё же, генерал Мордасов, зачем вы здесь? - Леви вернулся к начальному вопросу. Генерал Мордасов снова почувствовал себя неуютно.       И мне было однозначно понятно почему. Генерал понял: ему не удалось произвести хоть какое-то положительно впечатление на Аккермана, поэтому ему переходить к неприятной правде своего прибытия ему не хотелось. Поэтому он снова попытался сыграть в добродетеля. (А возможно и просто тянул время, ожидая какой-то команды.) - Как зачем? Передать, что командование восхищено вашими военными удачами, услышать ваш ответ! - Леви только безразлично моргнул глазами. - Восхищение вы уже передали. Наш ответ естествен: благодарны за добрые слова. - Вздох. - Но для хороших слов хватило бы и радио, а послали целый грузовой самолёт. - Взгляд на Эрвина Смита, тот кивнул головой. - Итак, ваше особое задание, Мордасов? - все, в этот момент посмотрели на прибывшего.       Он еще колебался, изложить ли суть дела без обиняков или идти к ней извилистой тропкой. Строгий взгляд всех присутствующих, и особенно самого Аккермана, отсек все боковые ходы. Сопротивляться и тянуть время было бесполезно и глупо. - Видите ли, друзья... - я поднял брови когда он заговорил. - Буду откровенен, мой девиз - только правда. В общем, восхищенное вами командование кое в чем и не согласно... - генерал немного изменился в лице. - Не все ваши поступки находят одобрение! - Не мямлите, Мордасов! - не выдержал главнокомандующий Смит, рявкнув на него. - Говорите прямо и точно! - спокойно сказал Леви. - Чего вам надо? Забрать золото и деньги военного банка Гаракутера, которые мы еще не успели раздать солдатам? - Да, в общем – это... да. - Притворная улыбка Мордасова спала с лица. Наконец он посерьёзнел. - Но не только остаток... Министерство обороны, как и Аданское главнокомандование, недовольно, что разбазарили государственную казну! - Его выражение приобрело некоторую властность, и ещё большую серьёзность. - Все недовольны вашим поступком! Поэтому! Приказано считать ваши действия и приказы, полковник Аккерман и генерал-лейтенант Смит - незаконными! - после небольшой паузы Леви и ухом не повёл. Мордасова это явно задело. - А также приказано! Изъять у солдат все, что им уже незаконно выдано!       Полковник Аккерман недобро улыбнулся и встал с места. - Вы уверены, что можно отобрать у солдат их награды? - это был вызов. - И как же я должен это сделать? - Вам видней! - отчеканил Мордасов. - Не имею права вмешиваться в ваши распоряжения, Аккерман, хотя в скобках, замечу что вы еще не утверждены в должности исполняющего обязанности главнокомандующего и ваши приказы... ну, не совсем законны, чтобы вас не обижать... Но если вы вернете неправильные выплаты... Короче, можете тогда рассчитывать на солидное вознаграждение! - "Я правильно его понял?.. то есть он, по сути дела предлагает нам... ой-ой сразу к делу перешёл!"       В тот момент Аккерманом подошел к Мордасову вплотную и вонзил в него свои глаза. Я подумал, что сейчас он развернётся и вдарит тому в морду со всей силы. Но нет. Он схватил того за воротник и подтянул к своему лицу. - Слышь, ты блять, пивная бочка на склеротических ногах! - проговорил он отчётливо и сквозь зубы. - Вот как расстраиваешься, что всем приходится затягивать потуже пояса, а твой живот не ужмет даже корсет для шлюхи из борделя! - Мордасов растерялся - его глаза забегали вдоль и поперёк, он явно не ожидал такой реакции. - А я смотрю, ты подонок ещё хуже тех, что бесчинствуют на ночных улицах Адана!       Мордасов оторвался от руки полковника, выкарабкался из кресла и отскочил в сторону. Он был возмущен и испуган - не знаю, что больше. Но он был ошарашен и не знал, что говорить. Поэтому продолжил Леви, начав идти на него. - Ответьте мне на один вопрос, Мордасов, только честно! – приказал Аккерман, потушив свой гнев. - Нам предстоит прорываться сквозь вражеское окружение. Не сложно догадаться, что будут тяжелейшие бои. - Мордасов пятился назад. - Согласны ли вы, что изъятие наград и отказ от дальнейших выдач сильно ослабит боевой дух и единства нашей группировки? - Леви остановился, а тот всё ещё пятился. - Да не дергайтесь, я задаю элементарный вопрос! - он повысил голос, хоть и не гневался. Мордасов остановился. - Допускаю, что появится некоторое недовольство... - пробормотала пешка Комлина. - Именно, - пауза, во время которой полковник поднял брови, слегка наклонив голову, - появится недовольство. - Он стал максимально спокоен. - И оно ослабит боевой дух и уменьшит наши шансы победить в бою и вырваться к своим, так? - Леви впал в одномоментное бешенство. - Отвечайте, Мордасов!!! - показное спокойствие после вспышки ярости обмануло Мордасова - он вздрогнул, затрясся.       Он вдруг он заорал, словно сбросив свои последние доброжелательные ошмётки овечьей шкуры: - Да что вы пристаете ко мне Аккерман?! - он окрысился. Его лицо исказилось в противной гримасе. - Боевой дух! Прорыв из окружения! - Он почувствовал себя увереннее. - Есть законные и незаконные методы ведения войны! - я почувствовал, как Александэр Рихтер скосил глаза в сторону. - Не требуйте привилегий, которых лишены все армии мира! Солдат сражается во имя любви к Родине, а не ради разбойничьей наживы, а вы именно это и сделали, вместе с предыдущем штабом! Воюйте как все! - теперь окрысился главнокомандующий Смит. А Леви только ухмыльнулся. И спокойно продолжил. - То есть... - Аккерман слегка скосил голову. - Погибайте в неравном бою... будьте сожраны с говном гигантскими уродами... ждите в отчаянную минуту помощи, которая, возможно и не придет... - Леви говорил это настолько спокойно, что это казалось невозможным для текущей ситуации. - Ваша позиция ясна, Мордасов. Ее точное название - предательство! - А ваша позиция, называется самоуправство и попытка захвата контроля над несколькими воинскими частями, во имя своих личных целей, Аккерман?! - воскликнул Мордасов. - Что вы себе позволяете?! Как иначе объяснить тот факт, что генерал-лейтенант Смит, ничего вам не может против сказать?! - Вы удивитесь, генерал Мордасов! - с вызовом сказал Эрвин, поднимаясь со стула. - Но я солидарен во всём со своим подчинённым! - Мордасов скривился. - И я отдаю инициативу в его руки, того, кто ниже по званию, потому что имею больше оснований верить его неклассической тактике и стратегии ведения войны, чем тем, кто сдал координаты нашего штаба врагам! - в этот момент Мордасов побледнел. Я понял, что он был в курсе чего-то похожего. - Я - единственный, кто выжил, находясь в этом штабе. Я лично видел, как сгорели в том вагоне мои командиры, обсуждавшие за одним столом ход боя и принимавших решения! И я спускать это предательство, вам с Комлиным, не намерен! - Да как вы, двое, смеет обвинять меня в таком подлом преступлении?! - воскликнул он. - Ладно, - наконец выдохнул он. - Я... пытался договориться с вами по-хорошему, по-солдатски! - я просто помолчал. - Но раз вы так много знаете... и не собираетесь... сотрудничать со мной!.. Николай говорил мне, что так... что так и будет!.. - Ну? Ну? - вызывающе и невозмутимо сказал Аккерман. - Что вы сделаете теперь, генерал? - У меня не остаётся выбора, кроме того как отдать приказ своим людям, вас обоих арестовать! - рявкнул он и потянулся за рацией. Поднёс к губам и сказал. - Я даю вам последний шанс, Аккерман! Одумайтесь! Вы не понимаете, против кого вы идёте! - Ну и какие же вы условия предлагаете? Деньги это всё, что вам нужно? - Мордасов прищурился. - Даже способности Титанов не потребуете, в отличие от вашего босса? - лицо генерала задрожало. - Или всё специально подведёте к тому, чтобы они сами попали в плен? - Заткнитесь, Аккерман! - Последний вопрос, - прервал его Леви. - И только попробуйте ответить лживо! На какие нужды вам сдались эти деньги? - На государственные нужды, как на что?! - огрызнулся Мордасов. - А разве спасение 170 тысяч закалённых в первых боях военных, и разгром противника, который продвинулся за две недели на 600 километров в глубь территории страны на северо-западном направлении, сейчас не является важнейшей государственной задачей?! - прямо задал вопрос Смит. - Не путайте божий дар с яичницей! - высокомерно и упрямо сказала пешка недомаршала. - Незаконное обогащение солдат - и высшие цели страны! Маршал Комлин приказал мне: умри, но без денег не возвращайся! - Дилемма ясна: вы либо умираете... за его интересы, либо возвращаетесь с деньгами. Ваш ответ меня... вполне удовлетворяет! - Аккерман ухмыльнулся, а Мордасов отмахнулся. - Я понял, что сами не договориться! Вы будете продолжать упрямо гнуть свою линию, что все вокруг предатели, кроме вас! - Мордасов отступил на шаг, нажал кнопку и устройство затрещало. - "Живой Щит!" Действуйте, скажите группе провести захват вагона! - рация трещала, но ответа некоторое время не было. - Капитан Альберт Юрт?! Я требую провести операцию по захвату!.. - Здравствуйте, - ответил чёткий голос, значит отвечающий был недалеко. - А-а-а капитан Альберт Юрт, не может сейчас ответить на вопрос, он спит. - Мордасов застыл, становясь похожим на статую. - Извините, а кто его просит? - Это должно быть один из моих офицеров, - наконец заговорил исполняющий обязанности командира дивизией десантников Александэр Рихтер, - кажется позывной "Жетон"... - Я не сдержался и усмехнулся.       Только теперь Мордасов понял, что он один против нас. Он молча убрал рацию трясущимися руками в китель, тяжёло выдохнул, и посмотрел на Аккермана. - А вы полны неожиданностей, полковник Аккерман... - потухшим голосом сказал генерал. - Послушайте, мы можем договориться... - его голос дрожал, поскольку земля ушла из-под ног. - Послушайте, Комлин сказал мне, возвращаться с деньгами или никак. Если я, в-в-вернусь хотя бы с частью этих денег, я смогу вытребовать у него ваши пожелания... вам, я... п-послушайте, я готов оставить вам четверть... - Ну я давно понял, что вы не только предатель, но и матёрый коррупционер! - Леви достал из кармана небольшой прямоугольник - диктофон и демонстративно показал всем присутствующим. Мордасов задрожал, его ноги подкосились. - Думаю, коррупция во время войны подразумевает только одну кару - смерть! - это он сказал спокойно, а потом пошёл в "активное наступление". - Мучительную смерть! И публичную казнь! - генерал свалился на пол. - Не-ет... п-п-посто-ойт-те!.. - почти взмолился генерал. - Я-я-я же гене-рал... вы не можете... меня вот так... вам этого не простят!.. - Думаю, вы понимаете, - Леви подошёл и присел перед ним, как это было день назад с Марсело. - Что единственный, кто сегодня будет арестован, это, господин генерал, - вы! А ваших ребят, я отправлю на передовую в штурм-группу, при первом же наступлении! - подполковник Бозард встал с места, повёл рукой в кармане, и через несколько секунд двери распахнулись.       Из прохода вышли солдаты Развед-Корпуса, но экипированные по-другому. У них были автоматы и пара пистолетов, кроме этого, у каждого с пояса в ножнах свисал укороченный меч-лезвие. Как я понял, эти ребята стали играть роль личного силового подразделения Развед-Корпуса. Они подняли Мордасова с пола, вытащили пистолет, сковали наручниками. Потащив низкорослого из вагона, Бозард, переглянулся взглядом с Аккерманом, и тот, кивнув головой, дал согласие. Оруо удалился со своими подчинёнными. - Через полчаса состоится трибунал над Мордасовым. - Пауза. - Если мы правильно используем его как наживку, то выдавим сюда и самого Комлина! - Надеюсь, твоя затея даст свои плоды! - Сказал Эрвин Смит и присел, о чём-то задумываясь. - Обязательно даст! - сказал Леви и потянулся к недопитой кружке чая. - Не зря же я заставил... - Да бросьте, полковник! - отмахнулся вечно расслабленный Рихтер. - Для меня честь, идти плечом к плечу с таким человеком, как вы! - Аккерман немного задумался. - Вот бы каждому подразделению такого командира, вроде вас... - Леви отхлебнул чаю и ничего не ответил.       В этот момент у экипированного военного затрещала рация. Он вытащил ту из кармана и ответил, что принял вызов. Я как-то не вник в его разговор, продолжая смотреть на Леви. Что-то в нём мне казалось странным. Это было снова то самое чувство. Я чувствовал, как над полковником нависла какая-то странная могущественная аура, которую я не мог прочесть. Он словно был каким-то неопределимым для меня. Возможно, я уже тогда, подсознательно понимал, к чему ведут все эти его военно-политические игры. Но... у меня не хватало смелости, чтобы связать всё это во едино в своей голове. Рихтер подошёл к Аккерману и что-то ему тихо сказал. Почти шёпотом. Леви после этого насторожился и, скосив взгляд и поставив кружку чая на стол, спросил: - Где этот человек? - командующий дивизией десантников, что-то ответил. Полковник поводил глазами и остановившись на нас, сказал. - Вы двое, - обратился он ко мне с женой. - И идите на перекур! Через пятнадцать минут, чтобы были около места суда!       Мы переглянулись и поспешно удалились. Вышли из вагона, посмотрели на закат - солнце скрывалось за стеной на горизонте и за тучами. Две луны уже освещали небосвод. Я со странным чувством направился куда глаза глядят. Энни поймала меня за плечо. А я всё думал и думал, погружаясь в себя. И вдруг задался вопросом: "К чему всё это идёт? И какова моя может быть роль?" - Ужинать будешь? - она достала из кармана глубокого кармана кителя какой-то коробочный сухпаёк. - Что такой думный? - Да нет, ничего... - я взял картонную упаковку в руки.       Подул холодный, словно осенний, ветер и в какой-то момент я снова почувствовал, что стою словно перед чем-то неизвестным. Нет, не пугающим. Именно неизвестным. И эта неизвестность не давала мне почувствовать себя спокойно. Всё разилось и отличалось от того, как я себе представлял ещё сутки назад. Не что-то менялось. Это было чувство, что менялось решительно всё вокруг. У меня появилось чувство, что я проживу свою жизнь, не так как планировал. Не то, что все годы, а даже последние полтора года. Совсем не так...

***

      Полковник Аккерман уверенно направлялся вместе с командиром Рихтером в пункт, где содержались, пленённые и разоружённые солдаты-телохранители генерала Мордасова. Кто-то освистывал проходящих, кто-то недовольно бурчал, кто-то протестовал и просил выпустить, потому что держать их здесь нет права, но гул в этом карцере-вагоне стоял ещё тот. Каждую "клетку" патрулировали несколько вооружённых до зубов солдат в тёмных бронекостюмах десантников с щитками на лицах. Миновав полторы сотни арестованных, они подошли к узкой боковой двери, которую охраняли сразу два человека. Рихтер отдал команду. Солдаты открыли дверь - перед ними, в наручниках, сидел человек в серой форме. Леви поднял брови и подставив стул, присел. - Ну и, по какому поводу тебя прислал мой... дядя? - полковник выжидающе смотрел на него. - Вам опять нужен особый человек? По-моему я чётко сказал ему, что со мной ей будет безопаснее! - Я буду говорить с вами, полковник, только с глазу на глаз, и при соблюдении условий абсолютной конфиденциальности! - Аккерман ухмыльнулся и обернулся, и вежливо попросил Александэра выйти. Тот вышел. - Теперь говорить можем? Господин Миртштейн? - человек в серой форме поводил глазами из стороны в сторону. - Зачем тебя мой дядька прислал? И как ты со мной хотел поговорить? В том стиле, что сейчас я должен был быть на твоём месте? - Нет, - ответил коротко стриженый светлый. - Ваш дядя знает, что вас подобным не пронять! Да и к ещё у вас министерство обороны есть... - Не льсти, давай ближе к делу! - Леви прищурился. - Он хочет с вами поговорить. Но из-за радио-помех, которые заполонили эфир тыла врага, мы не можем связаться с вашим Бронерельсом! - Не преувеличивай способности врага! - ухмыльнулся полковник. - Есть же другая причина, правда? - тот помолчал, а потом сказал, как всё есть. - Дело в том, что Марудзян, боится потерять власть. Он поверил в слухи, о том, что Комлин его хотел скинуть. - Пауза. - Вы же наслышаны от вашего дяди, что Комлин готовил заговор? - Леви поднял брови. - Отпустил он его только потому, чтобы не показать отсутствие единства своей клики! Не ронять авторитет своей верхушки окончательно! И тем самым, Марудзян отчаянно хочет хоть как-то исправить мнение народа о себе, и готов пойти на самые отчаянные шаги. - Аккерман задал вопрос. - Какие же? - Например, сменить старую марионетку на новую. - Леви кивнул головой, мол продолжай. - Теперь Хистория нужна ему. По крайней мере, он обратился к императорской канцелярии и нам с просьбой выдать её. - Полковник в тёмно-фиолетовом кителе поводил глазами и постучал пальцами по столу. - Предложил какую-то паршивую сделку. В духе - мы ему законную принцессу, а он нам бабки и дополнительные посты. Мы ему, разумеется, отказали. Кенни лично отказал. Поэтому на розыск законной наследницы, работают все его личные спецслужбы и МВД. Я более чем уверен, что они уже поняли, где он находится, а если не поняли, то скоро поймут, наверняка! - И что? - безразлично ответил Леви. - Дело в том, что силовое управление под прицелом. Кенни Аккермана могут арестовать в любой момент за умолчание фактов! Автономия Канцелярии с её опорой на старую аристократию не поможет... - Мой дядька, просит у меня помощи, чтобы избежать ареста? Серьёзно? Как я ему помогу? Я вообще в окружении у врага! - Поговорите с ним лично, и всё поймете, полковник! - человек вытащил из рукава бумажку, свёрнутую в четыре раза. - Это номер резервной скрытой связи. Помните, не называйте вещи своими именами! Вас могут прослушивать! - Леви взял бумажку и развернув, посмотрел. Снова свернул и убрал. А потом молча удалился, оставив агента канцелярии одного.       Направившись в вагон связи, и встретив исполняющего обязанности главного по инфоротделу Кирштайна, полковник Аккерман отвёл его в сторону панелей. Показал бумажку, и сказал. - Секретность - максимальная. Никто не должен это слышать. Сможешь так сделать? - Жан кивнул головой и пройдя к нужному отсеку, напоминающего телефонную будку, стал проворачивать сложные операции. Переключив рычажки, и набрав несколько кодов, а затем, настроив канал, нажал функцию вызова. - Берите! - Жан снял трубку и протянул её полковнику, тот взял её и поднёс к уху. - У вас около 3 минут, полковник!       Леви напряжённо стал ждать. Наконец с другой стороны ответил знакомый голос. - Племяшка, вижу про меня в кое-то веки вспомнил... я даже соскучиться успел!.. - Слышал у тебя проблемы! Ближе к делу, дядя Кенни. Что там в Адане? Как сам жив, здоров, свободен? - Арест маячит... - тот явно скривился. - Марудзян меня точно со свету теперь сживёт... - Выдох. Видимо глава силового управления канцелярии выдохнул сигаретный дым. - Хотел поинтересоваться в прошлый раз, но ты бросил трубку... почему ты не выполнил мою просьбу? - Я думал это был приказ! - с иронией сказал полковник, и собеседник рассмеялся жестким голосом. - А приказов от тебя я не принимаю, пока на фронте... - Что ты задумал, а, племяшка? Зачем тебе принцесска? Не староват ли будешь? - Леви ответил на этот подкол серьёзно и прямо. - Нефиг шутки шутить! Я медичек званием по-старше предпочитаю! - усмешка. После этого настала долгая пауза. - Хочешь знать, что я задумал? - с той стороны раздалось отчётливое "Хмы...", означающее что-то вроде "дай мне подумать!" - Недомаршал Комлин вгоняет армию в тар-тарары, и я должен его устранить, иначе этот человек сольёт всю армию, словно говно в унитазе! Поражения не миновать! И наше будущее будет очень мрачным! - Молчание. - Когда не станет этого предателя, у нас, в сочетании с титанами появится, хоть какой-то шанс выжить в этой войне... - И это всё? - пауза. - Думаю, да. - Сказал, Аккерман, понимая, что он мягко говоря недоговаривает. Но похоже это подействовало. - Я могу рассчитывать на твою помощь?