Молочные узоры на твоём теле

      В классе стоял гул, несмотря на то, что Пидж, распинавшаяся перед ребятами, продолжала рассказывать о важности ламантинов для планеты. Были, конечно, индивидуумы, которые внимательно её слушали, но большая часть учеников была увлечена совершенно иными вещами. Кит тоже не особо вникал в повествование девушки, которое, наверное, было интересным. Он уже третий день старался придумать себе нормальное оправдание, которое поможет ему вернуть внимание МакКлейна. Но ничего толкового не выходило, так как любое оправдание звучало как «прости, я лизнул тебя, потому что мне хотелось» или «потому что ты выглядел сладким». Кит измождённо выдохнул, опуская голову на руки, и тихо завыл. Последняя мысль была похожа на тухлый подкат, которыми парень не промышлял, и она его смутила. Хотя, наверное, Лэнсу бы такое понравилось. Кит не мог сказать точно, почему, но считал, что понравилось бы.       На экране, где временами сменялись слайды с текстом и забавными фотографиями морских животных, белыми буквами по тёмно-синему фону были выведены слова благодарности за внимание, что было совсем не кстати, ведь число верных слушателей было незначительное. Кит лениво перевёл взгляд, следя за тем, как девушка проходит к своему месту и садится на стул. Мои поздравления, пронеслось в голове у парня, когда он вновь упёрся глазами в столешницу и с поддельным интересом начал разглядывать еле заметные царапины на её поверхности, оставленные неблагодарными учениками. Он знал, что Холт получит хорошую отметку, даже несмотря на то, что профессор не присутствовал на презентации. Кит отвлёкся от успеваемости Пидж, и тяжёлые мысли сразу заполонили опустевший разум, наседая нерадужными доводами. Столько вопросов оставалось без ответа, что голова кипела от безысходности и загруженности.       В один момент гул прекратился, что можно было объяснить лишь тем, что Коран вернулся в класс. Он часто оставлял их одних в кабинете, оставляя Пидж за главную, рассчитывая на её поддержку, но даже она пользовалась тем временем, что мужчина отсутствовал, понимая, насколько оно ценное. Профессор прокашлялся, оглядывая всех присутствующих. — Так, поблагодарим Пидж за её доклад, она прекрасно постаралась, — налегке произнёс он, улыбаясь девушке. — А теперь давайте посмотрим, какой чести удостоит нас следующая пара учеников, — хлопнув в ладоши, чтобы не растерять всеобщего внимания, Коран взял лист, на котором были отмечены все расформированные на пары ученики, оглядел список и твёрдым тоном произнёс: — Сейчас мне бы хотелось услышать МакКлейна и Когане. Надеюсь, что вы готовы, молодые люди, — скользнув по классу взглядом, учитель заострил внимание на Ките, который, хлопая глазами, долго и внимательно смотрел на преподавателя. — Где Лэнс?       Кит несильно вздрогнул, переводя взгляд на место своего напарника, которое пустовало. Слабо поведя плечами, он вновь посмотрел на преподавателя. — Я не имею ни малейшего понятия, где он может быть, — спокойно ответил Кит на заданный вопрос, но внутри неприятно заныло сердце, которое знало, всё знало, начиная от причины и заканчивая виновником отсутствия МакКлейна. — Могу я отдать вам проект сразу после урока? Я не могу представить его один — часть текста у Лэнса, поэтому… — Хорошо, я услышал тебя, — недоверчиво отозвался Коран, немного прищурив глаза. На мгновение Киту показалось, что у мужчины как-то распушились усы, но было принято решение не зацикливаться на этом.       Имена других учеников даже не отпечатались в памяти парня, Кит и особого внимания этому не уделил, пропуская мимо себя все последующие проекты, насколько бы интересными они не казались. Голова опять была забита одним единственным человеком, которого здесь не было.       Тогда, будучи в собственной комнате, когда МакКлейн уже ушёл, забирая с собой приятную атмосферу, что успели впитать эти чёрно-серые стены, и сейчас, находясь в классе, Кит всё ещё мог чувствовать солоноватый вкус кожи на кончике своего языка. И ему хотелось найти ещё одну возможность и ухватиться за неё, чтобы вновь попробовать эти пятна. Ведь даже не получилось хорошенько распробовать навязанный самому себе молочный вкус. Кит поджал губы, понимая, что потерял из-за собственной оплошности. Так напортачить, когда, казалось бы, человек только пошёл на контакт, когда только начал открываться. Парень зря думал, что этот проект уже сделал большую часть дела, позволив им хотя бы пару дней провести вместе. Он поставил на этот проект всё, решив, что с ним уже всё будет, уже всё получится. Он как будто сам забыл поучаствовать и просто приступил к сладкому. Это была его самая большая ошибка.       Неприятная трель школьного звонка разнеслась по коридорам, слабым отголоском отзываясь в кабинете. Кит оторвался от разглядывания исцарапанной столешницы парты, встал, нахмурившись из-за затёкшей шеи, накинул лямку портфеля на плечо и забрал с парты весь материал по проекту. Оглядевшись, он заметил, что сейчас опять остался один в классе, как и в прошлую пятницу. Хотя за учительским столом до сих пор сидел прозванный профессор, чем-то увлечённо занимаясь. Подойдя поближе, Кит задержал взгляд на ярко-зелёной бумаге, на которой мужчина старательно вычерчивал циркулем круги. В голове не было ни единого предположения, зачем он это делает, поэтому парень решил себя больше не мучить. — Вот наш проект, — протягивая скрепленные степлером несколько листов бумаги с напечатанным на них текстом, Кит посмотрел на преподавателя, который обратил на него внимание только когда услышал голос. — Но ты же говорил, что часть материала у Лэнса, — в голосе Корана прозвучали ехидные нотки, он сощурил глаза, внимательно разглядывая ученика, — как ты можешь мне давать проект, если он неполный? — Я, эм… — Кит замялся, понимая, что совсем забыл о том, что говорил учителю до этого. А теперь его слова противоречили друг другу. Нужно было как-то выкручиваться. — Я только потом заметил, что материал у нас общий, но я всё равно не смог бы представить проект без Лэнса. Мы разделили весь текст на части. Одному мне было бы неудобно со всем этим разбираться. Я бы запутался. — Между вами что-то стряслось? — этот вопрос заставил парня резко выдохнуть и широко распахнуть глаза. Может он ожидал услышать подобное от Широ или от матери на крайний случай, но не от своего учителя биологии. Но Коран, будто ничего до этого не говоривший, продолжал что-то задумчиво плести о работе, которую ему отдал Когане. — Как необычно… Надо же было до такого додуматься. Хмм… — Стойте, с чего вы взяли? — слишком взволнованно поинтересовался Кит, как можно сдержаннее облокотившись руками об учительский стол из тёмного дерева. Он даже себя немного похвалил за то, что сделал это не так резко, как мог бы. — Ну, обычно никто не берёт в счёт мифических животных, поэтому я был приятно удивлён, когда увидел название вашего проекта, — как ни в чём не бывало говорил мужчина, прокручивая вокруг пальца рыжий локон пышных усов. — Нет, я не про проект спрашивал, — нахмурившись, перебил Кит, отстраняясь от стола и складывая руки на груди. Он явно не знал, куда их деть. — Почему вы решили, что между нами что-то произошло? — По тебе всё видно, мальчик мой, — по-доброму улыбнувшись, ответил на вопрос ученика преподаватель, укладывая руки на столе, сдвигая в сторону циркуль, ластик и ошмётки после стёртых неудачных кругов. — Ты, наверное, и не знаешь, как выглядишь, когда речь заходит о Лэнсе. — Да с чего вы взяли вообще, что причина может быть в нём? — вспылил парень. — Кит, давай на чистоту, — но Кит не хотел. Ему не нравилась идея превращения Корана из учителя биологии в личного психолога. Ему вообще не хотелось делиться чем-либо с учителем, ведь это же… учитель? — Я работаю с вами уже третий год. Точнее, с тобой третий, а с Лэнсом — второй. И последние два года я внимательно следил за тобой. Ты постоянно витал в облаках, Кит, практически каждый урок. Трудно было этого не заметить после первого активного года обучения. Ты слишком резко перестал быть активистом. — Вы судите лишь из-за этого? — в голосе проскользнула скрытая насмешка. Когане не хотел показывать своё неуважение преподавателю, потому как Коран был по-своему ему дорог, он слишком привык к нему. Но не хотелось, чтобы всё в итоге пришло к разоблачению интересов парня. — Я просто устал от активного года. Мне немного надоело. Я в принципе сейчас не учусь особо, — серьёзно посмотрев на учителя, Кит с некоторой неуверенностью закончил: — Не заморачивайте себе голову такой ерундой. Нет смысла тратить на это время.       Сунув руки в карманы брюк, он развернулся и покинул класс. Коридоры школы пронеслись быстро, буквально выталкивая парня в духоту, стоящую на улице. Кит уже который раз за день пожалел о том, что вообще надел эти зауженные брюки, а не какие-нибудь удобные шорты. И сейчас он намеревался пойти туда, где точно было бы прохладно. В принципе, в океанариуме всегда прохладно, потому что там стоят кондиционеры, да и без них там в своей степени всегда приятная температура. Если Кита не подводила память, то сегодня океанариум должен быть закрыт для посещения из-за еженедельного дня ухода за морскими обитателями. Это самый любимый день Широ на всей неделе, потому что именно в этот день он близок с этими существами как никогда. И в такие дни Широ всегда пропускал Кита в здание, если тот просил. Благо начальство было не против, потому что они были уверены в ответственности Широгане и его отношению к своей работе. Поэтому сейчас на всех парах Кит спешил в мир морских глубин, чтобы поделиться своими переживаниями с более близким человеком. Хоть Коран и сделал попытку, пытаясь помочь, парень ещё не был готов к тому, чтобы открываться перед своим преподавателем, сколько бы времени они ни виделись и ни контактировали до этого.       Ближе к океанариуму, до которого Кит решил добираться пешком, так как идти было не так далеко, как от дома, живот жалобно заурчал, напоминая о том, что его не кормили со вчерашнего ночного перекуса. И ничего интереснее он придумать не смог, кроме как затариться в небольшом фургончике в минутах трёх ходьбы до океанариума. Там продавали в основном сэндвичи, которые покупатели составляли себе сами. Поэтому во власти Кита было несколько начинок и разнообразие соусов. В итоге, наколдовав со своим заказом, он получил сэндвич с горчицей, в котором между двумя кусочками сыра были зажаты долька помидора и жаренный ломтик куриного филе. Для него это было довольно сытным ланчем, потому что обычно Кит обходился чем-то полегче. Но сейчас не было дела до того, насколько тяжёлая была еда или сытная — просто хотелось есть.       Подойдя к океанариуму, Кит достал телефон, дожёвывая кусок сэндвича. Набрав номер друга, он приложил мобильный к уху, дожидаясь ответа. Тот последовал достаточно быстро — Кит буквально после двух гудков услышал приятный баритон своего друга на том конце провода. И через некоторое время после звонка стеклянные двери открылись, а на входе парня встретил улыбчивый Широ, который был одет в свою униформу. — Тебе же не обязательно её носить сегодня, — откусывая небольшой кусочек от оставшейся трети сэндвича, Кит прошёл в здание, взглядом следя за тем, как Широ закрывает за ним дверь на ключ, который после оставляет в замочной скважине. — У меня уже вошло в привычку, — он пошёл к одному из проходов, которые вели к разным залам океанариума. — Ты можешь подождать меня в служебном помещении? Мне сейчас будет немного неудобно разговаривать. — Хорошо, нет проблем, — неряшливо поведя плечами, Когане пошёл в противоположный тому, в который направлялся Широ, проход.       Шаги друга скоро стихли, в скором времени и кончился сэндвич, обёртку от которого пришлось выкинуть в урну, что стояла рядом с дверью в служебное помещение. Отряхнув над ней руки, чтобы избавиться от оставшихся на них крошек, Кит прокрутил ручку двери, толкая её вперёд и проходя внутрь, где был слышен оживлённый разговор, но он почти сразу прекратился, когда парень оказался на пороге. Кит посмотрел сначала на здоровяка, сидящего ближе к выходу: его пастельно-жёлтая кофта сразу привлекла внимание, после чего парень посмотрел на повязку с интересным узором, которая не позволяла чёлке лезть в глаза. Только через некоторое время Кит признал в этом человеке Ханка, с которым он лучше познакомился вчера, когда заглядывал к Широ, и кивнул ему в знак приветствия. Потом, медленно переводя взгляд на его собеседника, Кит постепенно забывал о том, как вообще нужно дышать. Скользя глазами от смуглых рук, спрятанных за длинными рукавами лёгкой вязанной кофты, серый цвет которой плавно перетекал всё в более и более светлые оттенки, Когане заметил на левой стороне шеи знакомое пятно и только после этого он пересёкся с такими же удивлёнными глазами, которые были и у самого парня, как тому казалось. Не видеть Лэнса полных двое суток и встретиться сейчас было, наверное, самой приятной радостью для Кита на данный момент. И, когда он наконец смог сделать нормальный вдох, Кит вновь посмотрел на Ханка, сдержанным тоном обращаясь к нему: — Ты можешь оставить нас двоих ненадолго? — Кого? — удивлённо хлопая глазами, переспросил Ханк, после чего кинул быстрый взгляд на своего друга, который начал слишком активно мотать головой из стороны в сторону, протестуя. — Оу, вот кого. Прости, брат, но я не могу отказать в просьбе новому приятелю. — Спасибо, — Кит ласково улыбнулся, когда парень проходил мимо, покидая комнату.       Он посмотрел на Лэнса, а тот, пересекаясь с его глазами, резко отвёл взгляд в сторону, поднимаясь со стула с неприятным скрипом. Кит, кинув портфель рядом с дверью, сделал пару уверенных шагов в сторону своего бывшего напарника, в надежде, что тот не отступит. Но МакКлейн так же уверенно делал в противовес по несколько шагов назад, чтобы увеличить расстояние между ними. В итоге он упёрся в стену, потому как комната не была такой большой, какой хотелось бы её видеть. И Кит, воспользовавшись таким положением, сократил проложенное парнем расстояние до того минимума, который бы не казался слишком неловким и мог бы позволить Лэнсу хоть как-то воспротивиться или возразить. В большинстве своём Когане рассчитывал на понимание с его стороны. — Послушай, в тот раз мы так ничего и не разъяснили в сложившейся ситуации, и я не хочу, чтобы ты думал обо мне, как о… — Кит проглотил навязавшееся слово «извращенец». Ему не хотелось себя так называть, но почему-то ему казалось, что именно об этом думал Лэнс, когда уходил из его квартиры. — В общем, просто позволь мне сказать очень важную вещь.       Несмело протягивая руки, боясь напугать резкими действиями, Кит провёл ладонями по груди парня до плеч, из-за чего на белой майке образовались складки. Поддев пальцами лёгкую вязанную кофту, он скинул её с плеч МакКлейна, оглаживая смуглые руки. Рукава скатались у запястий большими складками, отчего из-за серого цвета стали напоминать огромные наручники, сковывающие резкие движения. Кит нежно проводил большими пальцами по попадающимся по пути светлым пятнам, ласковым взглядом обводя открытые участки тела, что были перед ним, и только потом он наконец посмотрел на Лэнса преисполненными любви глазами. Тот смотрел на него удивлённо, чуть приоткрыв рот, но Кит не видел никакого страха, не видел отвращения. — Лэнс, я… — завороженно произнёс он, ненадолго прикрывая глаза, — я не хочу, чтобы ты как-то меня избегал, потому что я в итоге этого не вытерплю и сделаю что-нибудь не так, что оттолкнёт тебя больше, чем то, что я сделал в субботу. Уже столько времени я просто сидел и наблюдал, что возможность поговорить с тобой нормально, побыть вдвоём, что-то сделать просто-напросто снесла мне голову и я не удержался, поддавшись своим желаниям. Прости, что я сделал это так внезапно тогда, что не объяснил ничего толком…       Кит подался вперёд, наклоняя голову к шее парня. Он вдохнул, чувствуя приятные нотки одеколона — такого же сладкого, как и тот, что он уловил в пятницу в школе. Потёршись носом чуть ниже левого уха, заставляя МакКлейна вздрогнуть, парень опустил голову, прикоснувшись лбом к горячей коже плеча. — Боже, мне просто безумно хочется изучить каждый островок на твоём теле, — в Ките заиграл романтик, слова давались так легко, будто перед встречей с Лэнсом он пересмотрел все романтические фильмы, какие только можно, — каждому дать своё название.       Немного отстранившись, Когане серьёзно посмотрел на парня перед собой, даже немного нахмурился для большего эффекта. Он долгие секунды молчал, обдумывая своё предложение, что хотел сказать, и наконец произнёс: — Будь моей планетой, на орбите которой я буду спутником наворачивать круги и рассматривать эти острова…       Кит наблюдал за тем, как медленно пунцовеет лицо Лэнса, как его глаза ошарашенно оглядывают позади Кита всё, за что только могут зацепиться. Наверное, Когане просто немного переборщил с романтичностью, но реакция парня того стоила. Кит никогда раньше не видел, чтобы кто-то так краснел, смущался и пытался отвести взгляд настолько, чтобы вообще не видеть своего собеседника, ни прямым, ни боковым, ни каким-либо ещё зрением. Тихо усмехнувшись, он убрал руки со смуглых предплечий и уложил их Лэнсу на лицо, привлекая внимание тёмно-синих глаз, сжимая его щёки, из-за чего его губы чуть-чуть выпятились и теперь напоминали собой утиный клюв. Совсем немного привстав на носочки, Кит подался вперёд с желанием укрепить свои слова нежным жестом. Он ласково потёрся своим носом о нос МакКлейна, который сначала дёрнулся, опасливо вжимаясь в стену позади себя, но потом обмяк, будто привыкая к теплу бледных рук Когане. Киту понравилось то, как расслабленно Лэнс прикрыл глаза, слегка наклонив голову набок, прижавшись к ладоням парня. Усмехнувшись, Кит поцеловал его тепло, с любовью, с той нежностью, которую хранил для этого момента. Он почувствовал солёный привкус, когда с осторожностью провёл языком ему по нижней губе, и именно в этот момент Кит вспомнил, что Лэнс ел соломку с солью, что сейчас была с небрежностью оставлена на столе.       Отстранившись, парень смотрел на то, как Лэнс хмурится, то поджимая, то покусывая, то облизывая свои губы. Кит еле удержался от соблазна вновь поцеловать их, чтобы сделать что-то более чувственное, более глубокое, чем обычный поцелуй. Потому что этот поцелуй был приветственным, передающим ту небольшую толику чувств, которая могла бы помочь Лэнсу понять их серьёзность. Киту нужно было это донести, нужно было хоть как-то показать, что он не пытается издеваться над МакКлейном или ещё что-то подобное. Потому что он симпатизировал МакКлейну, каждый урок биологии он жил МакКлейном, осознавая, что они дышат одним воздухом, сидят в одном кабинете, получают общий материал. И всё вышеперечисленное было куда больше, чем просто живут в одном городе, регионе, на одной планете. Но теперь Киту было мало тех прелестей, что были у него раньше. Сейчас он хотел иметь возможность быть рядом, проводить время вместе, касаться его, слышать смех, вызванный не самой удачной шуткой, что только мог придумать Когане, видеть перед собой эти глаза, чувствовать тепло осыпанных светлыми пятнами рук и наслаждаться поцелуями — длинными, короткими, страстными, нежными, влажными и развязными, скромными и приятными, дома, в постели, на кухне, на улице, в парках и магазинах, в примерочной какого-нибудь бутика или на корабле, что отправляется в туристическое путешествие. Кит хотел попробовать всё. И ему было очень важно, чтобы их путь, его начало было многообещающим, а продолжение не разочаровало. — Ты что, ел что-то с сыром перед тем, как прийти сюда? — Лэнс наконец открыл глаза, в которых сейчас читался вопрос. И Кит совсем не думал, что первые сказанные им слова после такого вот жеста внимания будут о сэндвиче, который он купил в лавке, неподалёку от океанариума. — И там ещё был горчичный соус… Серьёзно, чувак? Что это было?       Когане долго смотрел на МакКлейна, стараясь понять, всегда ли он зацикливается на мелочах, когда случается что-то серьёзное. Конечно, эта ситуация может и забавила, но больше всего Кита сейчас интересовал ответ, что может ему дать Лэнс, а не сэндвич, обёртка от которого уже давно покоилась на дне одной из мусорных урн, что стоят по всему заведению. — Почему ты спрашиваешь сейчас об этом? — раздражённо спросил Кит, убирая от щёк парня свои руки и складывая их на груди. — Ты можешь не отвлекаться от темы нашего с тобой разговора? — Я заговорил впервые за всё это время, — настойчиво произнёс Лэнс, повторяя жест Кита и недовольно хмурясь, — так что до этого ты вёл прекрасный монолог, не позволяя мне и слова вставить. О каких претензиях с твоей стороны вообще может быть речь? — Я только что тебя поцеловал, — воскликнул в ответ Когане, вознеся руки над головой. — Ты ничего не почувствовал? Ничего не хочешь сказать? — Я ожидал чего-то большего, — с усмешкой сказал парень, перед этим ненадолго задумавшись, — но не скажу, что разочарован случившимся.       Рыкнув, Кит упёрся руками в стену, вдавливая в неё Лэнса. Тот, казалось бы, тихо взвизгнул, но это совсем не волновало Кита, сейчас ему чертовски нужно было доказать МакКлейну, что он способен на нечто большее, чем обычный поцелуй. И ему не хотелось делать это через очередной поцелуй, потому что это, как подумал Кит, было бы слишком ожидаемо. Он склонился к шее Лэнса, наконец смело проводя языком по пятну-звёздочке, задерживаясь ненадолго на одном из её концов. На пересечении цветов кожи он сначала оставил поцелуй, после чего засосал кожу, оставляя слабую отметину. — Ч-что ты… Кит, прекращай, — приказной тон, что пытался придать Лэнс своему голосу, вышел неуверенным и ломанным. — Не нужно засосов. Я всё понял ещё после поцелуя.       Но Кит уже влился, почувствовав, насколько сильно он может разойтись в своих ласках. Ему уже безумно хотелось пойти дальше шеи. Руками он нашерудил край майки, задирая её наверх, ладонями оглаживая открывающуюся кожу. Отодвинувшись немного назад, чтобы показать МакКлейну свой уверенный взгляд, — каким было желание показать его, — Кит аккуратно опустился на одно колено, замечая размашистое пятно молочно-шоколадного цвета на подтянутом животе, которое будто было оставлено большой малярной кистью. Перед тем, как полностью встать на колени перед парнем, он завернул край майки за ворот, чтобы не спадал, после чего вновь поднял глаза на Лэнса. — Прекращай страдать фигнёй, Кит, — теперь его голос был очень взволнованным, — встань с колен, хватит. Пожалуйста.       Когане провёл своими руками по бокам, замечая пару мелких и средних пятен, но взгляд приковало лишь то, что было прочерчено буквально поперёк живота. Он прижался правой щекой к нему, чуть-чуть повернув голову и коснувшись кончиком носа горячей кожи. Лэнс, казалось, был весь горячий, везде, в любом месте, к которому Кит только мог прикоснуться. Оставив первый поцелуй у нижнего края пятна, он начал расцеловывать буквально каждый сантиметр белого развода на тёплом животе, которого Кит старался нежно касаться, поглаживать и в некоторых местах несильно сжимать в ладонях кожу. Он почувствовал, как в его плечи упёрлись дрожащие руки, пытающиеся отпихнуть его в сторону. Но эти попытки были такими слабыми, что Кит уже сомневался насчёт того, что МакКлейн хотел, чтобы он отстранился. Только закончив выцеловывать размашистый узор, Кит, упёршись носом прямо в светлую кожу, сдержанно выдохнул, после чего языком провёл от нижнего края пятна до верхнего. — К-Кит, остановись, — теперь дрогнувший в начале голос был жалостливым, просящим, практически умоляющим. — Хватит доказывать мне что-то. Я всё уже понял. Ты выиграл в несуществующем соревновании. Остановись.       В этот раз Кит задрал голову, посмотрев на Лэнса. И ему не удалось сдержать слабой ухмылки, когда он увидел расплывшийся от одного до другого уха румянец на лице МакКлейна, слегка дрожащие губы, прикрытые глаза и сведённые к переносице в мольбе брови. Внезапно в голову пришла мозговыносящая мысль. Кит даже не мог поверить в то, что подумал об этом только сейчас. Соскользнув рукой с бока туловища на бедро, а потом поднявшись к кожаному ремню, проведя указательным пальцем до бляшки, он несильно оттянул на себя светлые джинсы, игриво взглянув Лэнсу в глаза. — А там у тебя тоже всё в пятнах? — за свой вопрос Киту заслуженно упёрлись руками прямо в лицо, доставляя дискомфорт и отодвигая чуть-чуть подальше. — Что за вопросы?! — Лэнс, кажется, не смог рассчитать высоту своего голоса, поэтому можно было сказать, что он пищал. — Ты меня пугаешь, Кит!       На шум в комнату зашёл Ханк, отрывая парней от непонятного занятия. Парочка долго и вдумчиво смотрела на пришедшего, оставаясь в той позе, в которой была, Ханк же пытался понять, что здесь вообще происходит и от чего нужно спасать своего друга. Но этим двоим, как подумал он чуть позже, помощи явно не требовалось. Всё-таки такими вещами следует заниматься вдвоём, а своим приходом Ханк, наверное, испортил им весь настрой. Но, стараясь как-нибудь вразумить своего друга, Лэнс начал активно размахивать руками, краснея от подбородка до корней волос на голове. — Это совершенно не то, о чём бы ты мог подумать, Ханк! — воскликнул он, накидывая на плечи вязаную кофту и поправляя майку. — Не верь своим глазам. — На самом деле это именно то, о чём ты мог подумать, — вклинился Кит, поднимаясь с пола и оттряхивая испачканные колени. — Ты что несёшь? — возмутился парень, хмуро смотря на Когане и оттягивая рукой за плечо немного на себя, замечая, что он собирается отходить. — Ничего такого и быть не могло. — Ты и не особо сопротивлялся, так что я не понимаю, почему ты противишься, — спокойно продолжал настаивать на своём Кит, складывая руки на груди и также хмурясь. — Ребят, успокойтесь, — наконец подал голос Ханк, о котором, казалось бы, уже понемногу начали забывать, — я ничего бы и не сказал о том, что здесь происходит. Занимаетесь плотскими утехами — занимайтесь, ваше дело. А я просто решил зайти и забрать свой сотовый, чтобы позвонить девушке, — пока он говорил, успел дойти до стола и забрать телефон, о котором упоминал, затем быстренько ретироваться к двери и, почти исчезнув за ней, сказать: — Вы можете продолжать то, на чём вы остановились, а я пойду. — Ханк! — просящим тоном проговорил Лэнс, наблюдая за тем, как за ним закрывается дверь. — Обязательно было вводить его в заблуждение? — Почему это должно быть заблуждение? — Кит посмотрел на парня, который в ответ с натянутой злобой смотрел на него. — Лэнс, я хочу, чтобы всё было так, как о том подумал Ханк. — Ты хочешь заниматься плотскими утехами? — прикрывая руками своё тело, Лэнс округлившимися глазами смотрел на Когане. — Нет, Лэнс, — неуверенно сказал Кит, с прискорбием понимая, что и этого ему тоже хочется. Но всё это потом. Кит осторожно протянул к рукам Лэнса свои, ласково переплетая в своих бледных пальцах чужие, тёмные. Он который раз удивлялся этому приятному контрасту. — Мне хочется, чтобы у нас с тобой было больше времени, чтобы проводить его вместе. Позволь мне провести с тобой эти летние каникулы. И не просто как одноклассники или друзья, Лэнс. — Ты пытаешься пригласить меня на трёхмесячное свидание? — удивлённо спросил парень, изогнув бровь. — Можно назвать это и так, — слабо поведя плечами, ответил Кит. Главное, чтобы Лэнс понимал, что от него хотят, а как именно он это понимает — не так уж и важно. — Если ты хочешь быть моим спутником, — начал припоминать МакКлейн, из-за чего Кит даже немного смутился, понимая, насколько всё-таки глупо звучали эти слова.       Лэнс рассмеялся, почувствовав, как его стукнули кулаком по плечу, после чего посмотрел с большей долей серьёзности. — Ладно, — кивнул он, — но, если ты будешь меня обижать, я пожалуюсь Ханку, чтобы он пожаловался Широ, и чтобы тот тебя проучил.       Кит закатил глаза, сжимая в своих руках руки Лэнса, и не смог сдержать ласковой улыбки, замечая, как в доброй улыбке расцветает лицо парня перед ним. Наверное, можно было отдать многое, ради этой улыбки, этого голоса, этого человека в общем. И сейчас Кит был готов пожертвовать многим ради него.