Комплимент от заведения

Как же она ненавидела уверенные руки, пригвоздившие ее бедра и не дающие сбежать от этой пытки, от тонкой грани между болью и удовольствием. Ненавидела и любила. Жадные посасывания, нежные поцелуи и энергичные потрахивания вызывали невероятный ворох ощущений. От одной мысли, что она сидит самой интимной частью тела на прекрасном лице Эгемена, Хазан краснела до самых ушей, но отказаться от этого действа не было сил и желания. — Господи, Ягыз! Что ты вытворяешь… — шептала Хазан при очередном вираже, упираясь лбом в холодную стену, словно это могло привести в чувства, издавая жалобные всхлипы вперемешку со стонами. Ягыз мацнул носом по клитору, зарываясь и втягивая воздух, и Хазан решила, что ни за что, ни за что и ни в коем случае вспоминать об этой ночи завтра она не будет. Она вцепилась рукой в его густые волосы, оттягивая и мурлыча, и начала елозить по его лицу. Реакция Ягыза не заставила себя ждать и он с силой сжал бедра распоясавшейся негодницы, фиксируя в одном положении. Одну ладонь он положил на ягодицу и, оттянув, проник пальцами между половинками, пробираясь к анальному отверстию. Он начал поглаживать сфинктер, чуть проникая пальцем, не забывая ласкать языком половые губы. Хазан, забывшись в ощущениях, не протестовала против вторжения и развела ноги пошире. Тогда Ягыз, окунув палец в ее смазку, проникнул глубже, лаская проход и уделяя особенное внимание стенке, соседствующей с влагалищем. От нахлынувших чувств пьяная вусмерть Хазан застучала ладонью по стене, не в силах совладать с эмоциями: — Helal olsun, Ягыз! Helal! Ягыз в ответ что-то прочавкал в губы, опаляя горячим дыханием. Хазан сотрясла судорога и она, выругавшись, шумно кончила. Ягыз приподнял ее от себя за бедра и та безвольно упала рядом с ним на кровать, уставившись в потолок, глупо хихикая и вздыхая. Картинка перд глазами расплывалась в цветных кругах, тело словно отнялось. Ягыз облизнул нижнюю и верхнюю губу, вытер лицо рукой, а затем зарывшись в ладонь лицом, шумно втянул воздух. От этого запаха сносило голову. Хазан пахла идеально. — Немного отдышусь и ты выебешь меня как портовую шлюху, — мечтательно произнесла Хазан. — А потом сделаешь мне кофе, без сахара, — Хазан захохотала, понимая, что ее накрыла истерика от переизбытка… всего. — Хазан, какая же ты пьяная, — закачал головой мистер Великолепие. Напичканная эндорфинами и дофаминами девушка улыбнулась и погладила его по щетине. Ягыз перехватил ее руку и положил на вставший член, помогая поглаживать и прикрывая глаза. Почувствовав, как возвращается сознание и контроль над телом, Хазан запрыгнула на него, начиная елозить киской по увеличившемуся члену, который так сильно хотелось ощутить внутри. Его огромный член в ее жаркой узкой вагине. Эта мысль не выходила из головы, сверля между ног. Полученное удовольствие только распалило чертовку. Она двигалась лениво и размеренно, не давая скользнуть ему внутрь, но и не выпуская из влажных объятий нежной кожи. Грудь тряслась в такт ее движениям, вишневые вершинки манили совершенством, а из алых губ раздавались медово-дерзкие речи: — Ягыз, может тебе хочется сначала дать мне в рот? Я еще ни разу не пробовала твой член, — манерно произнесла Хазан, издеваясь над Ягызом, который ещё не получил порцию разрядки. — Ужасное упущение, — усмехнулся Ягыз и погладил ее по животу, медленно ведя рукой к лобку. Поставить Хазан на колени перед собой? Использовать ее ротик для удовлетворения похоти? Для трезвого Ягыза Эгемена — это кощунственное осквернение, для пьяного — интригующая фантазия, рождающая острое желание в области паха. — Так как ты возьмёшь в рот? — в притворном безразличии поинтересовался Ягыз. — Глубоко, Ягыз. Очень глубоко, — прошептала Хазан, медленно направляя член внутрь. Оба облегченно выдохнули. Сделав пару движений, Хазан поняла, что ее дрожащие ноги не способны выполнять достаточно энергичные поступательные движения. Она легла на Ягыза, вжимаясь в торс грудью и предоставляя инициативу движений. Попробовав и так, и этак, трахать жену, Ягыз всё-таки перевернул ее на живот и поставил перед собой на четвереньки. Хазан нетерпеливо потерлась об него пятой точкой и Ягыз осторожно, но уверенно шлёпнул ее по ягодице. — Сильнее, — прошептала Хазан, которая только и ждала проявления от грубости от заботливого и внимательного мужа. Ягыз шлёпнул пятерней по ягодице и боль лёгким покалыванием распространила тепло по телу. — Ещё, — выдохнула Хазан, ощущая мягкое поглаживание ладони на коже и наслаждаясь тем, как по-хозяйски он стал обращаться с ее задницей. Ягыз оттягивал момент, разглядывая изнывающее в желании тело, столь податливое и послушное. Хазан прогнулась, пытаясь насадиться на член и Ягыз с большей силой сделал ещё два шлепка. Он погладил ее, размазывая смазку между ног и ущипнул чувствительную кожу. Хазан вцепилась рукой в покрывало, сминая ткань в ладонях и неудовлетворенно всхлипывая, пока Ягыз поглаживал ее и себя. Он направил член в нее, одним рывком заполняя полностью и одаривая смачным шлепком. Придерживая ее за талию двумя руками, он начал вколачиваться в нее так, что под ними заездила кровать. Чуть сбавив темп и подарив еще пару грубых шлепков, он схватил ее за волосы и потянул к себе. Пришлось подняться на колени и прижаться к нему. Два разгоряченных потных тела соприкоснулись, максимально чувствуя друг друга. Его стоны, раздававшиеся у уха, сводили с ума. Он энергично всаживался в нее и Хазан всхлипывала, чувствуя себя так, словно содержимое головы давно размозжили об стенку и она — безвольная кукла, которую пользуют как можно. — Ты еще хочешь взять в ротик, любимая? — хрипло прошептал на ушко Ягыз. — Очень, — захныкала Хазан. Она действительно этого хотела, лишь бы он оставил в покое измученную вагину. Наконец, он выпустил ее из объятий и она упала на покрывало, отползая. Мужчина перехватил ее за талию и подтянул ближе к себе, вновь входя и начиная двигаться, но более размеренно. — Как ты это сделаешь, Хазан? — Ягыз вновь погладил ее ягодицы. Хазан, зарывшаяся лицом в кровать, повернула к нему голову, насколько могла. — Я сделаю все, что хочешь, любимый. Как захочешь. Как скажешь. Как пожелаешь, — прерывисто простонала она, пока он всаживал ей. — Но если ты сейчас же не выпустишь меня, то я откушу твой член, козлина. Ягыз моментально остановился. — Хазан, все хорошо? — с неподдельным беспокойством спросил он. — Как же, — отдышавшись, полуупрекнула Хазан, а потом с восхищением добавила: — Всё потрясающе. Мужчина вынул член и Хазан повернулась к нему, опуская взгляд вниз и закусывая губу. Она, пошатываясь, сползла с кровати под непонимающим взглядом и села на колени на мягкий белоснежный ковер в ожидании мужа. Ягыз в удивлении приподнял густые брови, но все же подошёл. Хазан вопросительно и смущённо заглянула в голубые глаза. В ожидании она кусала губы и сглатывала, глядя то на него, то на область его паха. Он погладил ее по щеке. — Ты можешь не делать, Хазан, — доверительно произнес Ягыз. Хазан неосознанно сжала свою грудь, вновь облизывая губы. Этот жест не остался незамеченным. Она взяла член в руку и провела пару раз. Слишком сухо. Несколько раз плюнув на ладонь, она провела по всей длине, распределяя слюну. В ее сокровищнице с игрушками, подаренной Ягызом на 4 июля, был съедобный лубрикант, но прерывать этот особенно интимный момент, который ещё больше их сблизит, не хотелось. Она коснулась язычком розовой набухшей головки и провела, пробуя ее соленый вкус, и услышала еле слышный стон, принадлежавший мужу. Мысль о том, что ему нравится, воодушевила девушку. Сжав одну руку на его бедре, Хазан обхватила орган губами и проверила, как глубоко может его принять. Даже не наполовину. Положив вторую руку на основание члена и совершая поглаживающие движения, Хазан продолжила заглатывать и выпускать член все энергичнее, проверяя собственный предел. Она почувствовала, как Ягыз еле заметно подаётся вперёд тазом и заглотила поглубже. Горячий член непривычно разместился во рту, заставляя Хазан как можно шире раскрыть его. Она помогала себе рукой и язычком, с удовольствием принимая в себя и выпуская, водила по нему языком, целовала, засасывала, поглаживала пальчиками и ладонью, и стонала вместе с Ягызом. Она подняла взгляд, видя как сосредоточено он нахмурил брови и сжал губы в тонкую линию. В этот момент он был намного беззащитней ее. Вновь проведя язычком по всей длине, она решилась поцеловать его член у основания, засасывая кожу и играя яичками рукой. Тяжёлые и мягкие, они интриговали, являясь самым загадочным и неизученным органом. Вскоре она задумалась, принесет ли ему такое же удовольствие, если она поласкает их. Наконец, она одарила их нежными несмелыми поцелуями, сосредоточившись всем слухом на том, как он отреагирует. Вместо этого Ягыз положил ей руку на затылок и ближе придвинул к себе, хрипло и рвано дыша. Хазан поочередно захватывала их в рот, лаская язычком, и выпускала. Ягыз беззвучно прошептал ее имя и она отчётливо услышала в тягучем хрипе мольбу. Девушка вновь вернулась к члену, облизывая и дразня, и почувствовала вновь еле заметное давление на затылке, которое сразу прекратилось. Ягыз смущался больше нее и если бы не полумрак, то она заметила бы это по зардевшимся щекам. Вместо этого Хазан энергично задвигала шеей и завертела головой, плотно обхватывая член пухлыми губами. Иногда Ягыз поглядывал на ее макушку, за которой появлялся и исчезал его член, и тогда он ещё крепче сжимал руки в кулаки, не позволяя руководить действиями и поглубже проникнуть во влажный жаркий ротик. Влияние алкоголя рассеивалось и к Ягызу возвращались те качества, которые не позволяли вести раскрепощенную интимную жизнь с вчерашней девственницей и любовью жизни. Однако Хазан уже вовсю причмокивала, выбивая всю дурь из головы и заставляя застонать в голос. Она быстро освоилась с его членом, понимая что к чему и стремилась поскорее доставить удовольствие. Ее челюсть ныла, но упрямство было сильнее. Она убрала руку и продолжила работать головой, расположив ручки на упругой заднице, с удовольствием сминая их в процессе. — Хазан, дальше рукой, — услышала она и решила, что он просто жалеет ее уставший ротик и упрямо продолжила. Теплая струя брызнула в рот и Хазан, распахнув глаза, выпустила его. Ягыз неизбежно и неотвратимо кончил ей на лицо.