ЧасПик

- Ребята, мы в полной заднице, - сообщил проснувшимся соотечественникам Сенин. Пока на костре задорно булькал котелок с травами, заменяющими утренний чай, Ваня рассказал заспанным землянам про беду, постигшую этот мир и про роль, которую им отвели в его спасении. Пересказал разговор с нелюдем, сообщил о сложившейся патовой ситуации. - Вот так вот. Или мы премся невесть куда и неизвестно за чем, или нас уничтожают головорезы ушастых. Да, кстати, эти твари в курсе, сколько землян попало в их мирок, и знают где они. Потому, если мы откажемся, наших соотечественников или перережут, или попытаются навербовать из них новую группу «добровольцев» для спасения мира. Вот такая хрень, ребята. Земляне молчали, пришибленные фактами. В воздухе слышался только шелест травы и стрекотание насекомых, потом тишину разрезали неуверенные редкие хлопки. - Крутая шутка, Вань, - скривила лицо в подобии улыбки Соня, – повеселились, теперь идемте дальше. - Это не шутка! - Да ты что? Может, сон? Ну да, заснул на посту, и тебе привиделось, будто попал в плен к русскоязычным эльфоподобным существам. И они сообщили что именно наша команда, - а кто бы сомневался? Все согласно канонов, - нужна для спасения мира. Не верю, как сказал бы Станиславский. Садись. Неуд за художественную импровизацию. - Но это правда! – вскочил Сенин и попытался удержать за руку уходящую с поляны Соню, - Нас действительно взяли в кольцо и при попытки вырваться будут стрелять. Стой! - Отцепись! – прошипела Соня и скалилась. – Мне уже в печенках сидят твои дебильные шутки. Сам должен понимать: у всех нервы на пределе, такие розыгрыши неуместны. Соня вырвалась и быстрым шагом направилась к краю поляны. Стоило девушке войти под сень деревьев, она вскрикнула и упала – в ногу повыше колена впился тяжелый арбалетный болт. Мирослав и Валя оттащили корчащееся в попытке обратиться тело, выдернули болт и Соня успешно метаморфировала. - А я ей говорил, - пожал плечами Сенин, - решайте сами, как будем поступать. - Ты не оставил нам выбора! – кинула тихий упрек Леночка. «Господи, дамы сегодня как с цепи сорвались» - мелькнуло в голове Сенина. - Доча, не обвиняй его. Мы спали по желанию этих существ, потому изначально были в их власти. Ничего не мешало этим иродам убить Ивана и ставить ультиматумы нам. А в случае отказа – тоже уничтожить. Слова Ильиничны сняли с Ваниной души тяжкий груз ответственности и заставили призадуматься других. А думать было о чем. В первую очередь, – какие требования выставить в качестве оплаты за участие землян в сомнительном деле. Как обезопасить соотечественников от агрессии живущих в этом мире; как подготовить отряд, чтобы опасная, заведомо провальная экспедиция получила хоть ничтожные шансы на успех. И, конечно, немаловажным был вопрос об утолении информационного голода. Земляне ничего не знали об этом мире – начиная с географии и заканчивая взаимоотношением между расами. Однако, несмотря на все вышеперечисленное, главная задача была решена. Группа существ, волею случая попавшая в другой мир, нашла в нем свое место, заняла определенную нишу. За обсуждением сложившейся ситуации прошло время, предоставленное землянам для принятия решения. Когда представитель са-арнов вышел к группе путешественников, ребята мигом прекратили спор. Сенин встал, пожал слегка удивленному нелюдю руку и заявил: - Мы согласны принять ваши условия, при соблюдении определенных договоренностей. Спустя некоторое время группа землян в сопровождении отряда нелюдей вошла в город са-арнов. Архитектура чужого мира поражала. Отсутствие городской стены создавало впечатление, будто город врастает в лес, органично с ним переплетается. Сложно было заметить присутствие цивилизации, пока отряд чуть ли не носом уперся в стену какой-то постройки, выполненной из белого ракушника. Обошли это здание, и как будто пелена спала с глаз. Перед взором землян открылась картина достойная полотна художников сюрреалистов. Громадные многоэтажные исполины соседствовали с маленькими – пряничными – домиками, стоящими на длинных ножках. Ажурные лестницы и тонкой ковки ставни на окнах входили в резкий контраст со строгим минимализмом башен и монументальных сооружений непонятного назначения – эдаких коробок из камня, без дверей и окон. - У меня впечатление, что эти здания проектировали люди с психическими отклонениями. Вон, например, домик шизофреника, - полушепотом сообщила Соня, указала взглядом на вычурное строение. - Тссс! - Думаешь, они действительно понимают русскую речь?! - Нет, но мне кажется, что некоторые из них умеют читать мысли. - В таком случае их уже должно было перекосить от тех негативных эмоций, что излучает наша компания. - Вот и не надо фонить! – Сенин отвернулся от провоцирующей его девушки. - Слу-ушай, - не могла угомониться Соня, - может ты их шпи-ён? А что? Прополоскали мозги наивному иномирянину и отправили к своим. В роли подосланного казачка. - Не, ну чё прицепилась как пьяный к радио?! Отвали! Остальные члены отряда не обращали на перепалку внимания, оглядывались по сторонам. А посмотреть действительно было на что. Конечным пунктом прогулки (если это слово применимо к сопровождению существ другой расы под конвоем) стала баня. Тот самый са-арн, который принимал Ваню в своем кабинете, подошел к группе и на чистейшем русском заявил: - Так как мы с вами достигли согласия в решении определенного вопроса, отныне ваша группа, в частности, и ваша популяция, в целом, являются нашими союзниками и дорогими гостями. Я верю, что вам не терпится сесть за стол переговоров, но не побрезгуйте нашим гостеприимством. Отдохните душой и телом после долгой дороги. В вашем распоряжении частные кабинеты в купальнях, где вас никто не побеспокоит. Мужской и женский залы соединены трапезной, при них есть раздевалки. Новую одежду и пищу вам доставят. Отдыхайте. На офигевшие от такой щедрости физиономии землян поспешил уточнить с тонкой улыбкой: - Не переживайте, пища не отравлена. Даже ядовитых змей в одежде вы не найдете. - Да уж… послал, так послал. И, главное так изящно, что почти необидно, - Мир запустил пятерню в длинный хвост сальных волос, почесываясь. Попаденцы по широким мраморным ступеням спускались в предоставленные им банные апартаменты, оставив нелюдей на улице. Купальни са-арнов поражали. Просторная комната с огромным каменным столом; барельефы на стенах, по которым маленькими водопадами спускалась вода, стекая в желоба на полу; зеленые вьющиеся растения в огромных кашпо под потолком; маленькие фонтаны по углам. Комната была полукруглая и насчитывала пять дверей – арочную входную, и четыре небольшие возле противоположной стены. Соня, не отвлекаясь на созерцание прелестей холла, галопом пересекла помещение и скрылась за второй правой дверью. От туда донеслось восхищенное «Вау!», потом невнятная возня, вопль и следом за ним почти предоргазменное: «О-о, да-а-а!!!» Учитывая тот факт, что Соня после очередного морфа так и осталась огромным котом с басистым и низким голосом, стон удовольствия получился убедительным. Все обернулись к приоткрытой двери, Валя слегка покраснел а Леночка – позеленела, что при ее светло-салатном цвете кожи тоже можно считать румянцем. Соня высунула лобастую башку из-за двери. - Ребята, тут душ с горячей водой есть! О-о, Господи! – кошачья голова исчезла за дверью, Соня продолжила бурно восторгаться уже из ванной комнаты, - как я давно не видела благ цивилизации! Кайф-фррр! – последнее слово перешло то ли в восторженное рычание, то ли урчание. Ребята переглянулись, разделились по половому признаку, и ломанулись в раздевалки. Гардеробная была незамысловата и функциональна: корзина для грязного белья, шкаф, россыпь табуретов и пуфиков, большое трюмо. В шкафу обнаружились большие махровые то ли полотенца, то ли простыни, с массой петелек и узелков. Земляне не стали терять времени на разгадывание тайны облачения в местный аналог халата. Скинули грязную одежду в корзину и, прикрываясь полотенцем с петельками, – благо, выходить в общий зал не пришлось, в раздевалках обнаружились еще одни двери – ввалились в ванную комнату. Хотя нет, не так. Назвать ванной комнатой эти шикарные купальни язык не поворачивался. Абсолютно круглое помещение разделено на два равных сектора стеной воды, ниспадающей с потолка и наполняющей громадный бассейн. Через этот водопад не видно, что происходит на другой половине, но при желании можно докричаться или просто пройти сквозь него. Кроме плавательного бассейна с прохладной водой присутствовал резервуар помельче, от которого шел пар, колодец около метра в диаметре, в котором плавали льдинки и закуток и с импровизированной душевой кабиной – две мраморные плиты образующие прямой угол. С плит били упругие струи воды, под которыми Ильинична и Леночка обнаружили кайфующего кошака. Соня нехотя вышла из душа и плюхнулась в горячий бассейн. - Девчонки, тут та-ак классно! Я уже даже не обижаюсь на Ваньку с его дурацкими нелюдями. За подобные блага я готова не то, что мир спасти, – душу продать! – котяра вытянулся во весь рост в горячей воде, сложил лапы на бортик и взгромоздил на них голову. Глаза у Сони были полуприкрыты, а на физиономии нарисована высшая мера удовольствия. Пока Леночка клипала глазками и осматривалась по сторонам, бойкая пенсионерка заскочила между двух плит. Пыхнула дымком, охнула, покряхтела. Потерла затекшую спину, взлохматила шапку коротко стриженых седых волос. Вышла и сразу прикрылась, явно стесняясь своего дряблого старушечьего тела. - Надежда Ильинична, - Соня переводила взгляд со старушки на мнущуюся около душа, но не спешащую туда зайти Леночку, - не стоит стесняться. Мы тут все не с конкурса красоты. Мойтесь в свое удовольствие. Пенсионерка быстро забралась в горячий бассейн, погрузилась в него с головой, вынырнула. - Как хорошо в горячей воде мыться, - покряхтела, усаживаясь на дно. – А то, что я стесняюсь – это понятно. Вы ведь молодые, хоть и изменились из этих, прости-господи, мутаций. А мое тело как было безобразным, так и осталось. Ничего не поделать, старость. Я со всеми этими приключениями да вернувшимся здоровьем и забыла, сколько мне лет, а глянув на себя – вспомнила. Не девочка уже по оврагам прыгать, а все туда же, за вами прусь, молодкой выглядеть пытаюсь. А ведь природу не обманешь, по морде моей видно, что зажилась я на этом свете. Соня и Леночка на мгновение потеряли дар речи. Видеть хандру всегда бойкой и задорной старушки было дико. Первой пришла в себя Соня. - Бабуль, - Соня непроизвольно прижала уши, не зная, как Ильинична отреагирует на такую фамильярность. Но пенсионерка даже не заметила ее оговорки. Соня приободрилась. - Так вот. Вы, Надежда Ильинична, может и зажились на свете, но не на этом, а на том. На Земле мы все померли, а тут у нас новая жизнь. Так что мы все, в какой-то мере ровесники. И все по-разному выглядим. И это неважно, тем более для Вас. Вы – незаменимый член нашей команды и не раз спасали кого-то от гибели. Так что прекращайте хандрить. Впереди нас ждут великие дела: обед и спасение мира. Старушка слабо улыбнулась, а Соня переключила свое внимание на Леночку: - А ты чего стоишь, кого ждешь? Тоже стесняешься? - Тут такое дело... – Леночка опять позеленела. - Что у тебя еще?! – котяра закатил глаза и дернул хвостом. – Вот уж кому и не надо стеснятся – так это тебе. Подумаешь, зеленоватая. По крайней мере не пушистая, в животное не превращаешься и пол не меняешь. - Кхем, - лицо Зайчика приобрело более интенсивный оттенок. - Ну-у? Леночка тяжело вздохнула и уронила полотенце на пол. - Ух, ты ж ёп! – Соня выбралась из ванной и подошла к занавесившейся волосами Леночке, - Ты где сиськи потеряла? - Я не потеряла… - А что? Я же помню, когда мы с Надеждой Ильиничной последний раз тебя собирали, грудь была. Хоть и не большая. - Рассосалась, - Леночка чуть не плакала, - я теперь гермафродит! - Ну, допустим, не гермафродит, а андрогин… Может все-таки потеряла? В вещах забыла, допустим… Зайчик покачала головой и продемонстрировала нежно-розовый сосок на абсолютно плоской груди, ни намека на пропавшую молочную железу. - Да уж… - котяра задумчиво почесал за ухом, - все остальное… ну, первичные половые признаки… на месте? - Угу. - Вот и ладненько. А без бюста многие дамы живут – и ничего. Не парься! Зайчик тяжко вздохнула, видимо надеясь на более пространные утешения, и запрыгнула под душ. Тут же выпрыгнула, хватая ртом воздух. На ее нежно-зеленой коже зияли дыры, пузырясь и затягиваясь прямо на глазах. - Страх господний! – прокомментировала Ильинична, чья психика была не испорченная голливудскими ужастиками. - Да уж, - котяра покивал головой и вылез из горячей ванны, - залазь сразу сюда, а то после этого душа через тебя можно будет макароны откидывать. Как через головной убор почтальона Печкина. Пока Леночка с Ильиничной отмокали в горячей ванне, Соня нашла глиняные горшочки с мыльной, пенящейся массой – более жидкой и более густой. - Эй, дамы! – Леночка со старушкой прервали неспешный разговор и повернулись к котяре, - я тут нашла мыльно-рыльные. Помогите их открыть и намыльте меня, пожалуйста. А то лапами неудобно. - А ты ударься оземь, обратись красной девицей… - Лен, это ты у Сенина научилась? - Сама придумала, - Зайчик улыбнулась, - прости если обидела. Сейчас намылю. Слушай, а твою шерсть надо мыть шампунем или мылом? - А фиг его знает, - котяра флегматично пожал плечами. Ильинична так и не вылезла из бассейна с теплой водой – грелась и наблюдала за девчонками. Лена израсходовала почти полный горшок мыла на громадного кота и сейчас увлеченно размазывала густую пену по шерсти. Массажировала сильную спину оборотня, почесывала шею и уши – Соня едва сдерживалась, чтобы не замурлыкать как обыкновенная домашняя кошка. Глядя на разомлевшего котяру Лена не сдержалась и, хихикнув, ткнула пальцем под ребра. Не сильно, но Соня взвилась на все четыре лапы. Шуточно зарычала, оскалилась и повалила отбрыкивающуюся Лену на пол. Девчонки хохотали, разбрызгивали пену, визжали; Ильинична по-доброму посмеивалась над ними. До тех пор, пока рыже-зеленый клубок не навернулся в бассейн с холодной водой. Лена сразу выскочила с громким визгом, а Соня ударилась головой о бортик колодца и, уйдя под воду, начала метаморфировать. Ильинична журналистку вытащила, позволила закончить превращение на суше, дала откашляться и отплеваться, и устроила девушкам жесткий выговор по поводу поведения на воде. Настроение этот инцидент подпортил, но ненадолго. Через пару минут девушки вновь шутили и дурачились, намыливая друг друга, а старушка с добрым прищуром морщинистых глаз наблюдала за ними из бассейна с теплой водой. Тем временем, на мужской половине банного комплекса тоже было все «не слава Богу». Поржав над Сенинской зеленой растительностью, которая покрывала промежность, как заросли мха, и раз десять смутив непривычного к общественным баням Валю, ребята решили испытать мощность душевой кабинки. Замечательный – в том смысле, что все замечает – Мирослав определил, что мощность струй воды, бьющих из гранитных плит душа прямо пропорциональна весу человека, который зашел в эту кабинку. Сенин эту теорию подтвердил – на протяжении 15 минут глумился над несчастной техникой: становился под душ то одной ногой, то другой; под дружный хохот товарищей пытался заползти на четвереньках. Са-арн, наблюдающий по аналогу земных камер слежения за происходящим в купальнях, обалдел. Нет, он предполагал, что у существ из другого мира будут заскоки в поведении, но чтоб такие?! Не зря, ой как не зря, он установил кристаллы связи в помещении, где купались предполагаемые союзники. Чем больше знаешь о собеседнике, тем легче с ним договориться. А нравственная сторона вопроса нелюдя не интересовала, тем более и смотреть то у женщин этих существ не на что было. Тем временем, парни продолжали испытывать иномирную технику русским «авось». Определившись с принципом регулировки мощности напора воды, они решили проверить, насколько сильной могут быть выдаваемые плитой струи. Мысль о способе проверки пришла в две светлые головы одновременно – в голову Сенина и Мирослава. Переглянулись, понимающе друг другу оскалились и схватили брыкающегося Валю под мышки и под коленки. - Не кусаться! – Ваня прикрикнул на малого и, перехватив жертву поудобнее, все втроем втиснулись между каменных плит душа. Струи ударили как из гидравлического шланга. Дальше шли маты, вопли и попытки вылезти сразу, все вместе. Естественно этого не получилось, кто-то поскользнулся, кого-то сбил… Из душа вывалилась куча-мала. - Ох, бля! Мне эта струя воды глаз подбила, теперь с фенделем ходить бу.., - Ваня замолк на полуслове, глядя, как белеет от ужаса лицо Мира. Заполошно оглянулся и увидел Валю, зажимающего разбитый нос. Сквозь пальцы на приоткрытые губы парнишки сочилась кровь. - Валя? - Ммм? – гнусаво и обижено промычал паренек. - Не облизывай губы ни в коем случае. Запрокинь голову. Нет, не запрокидывай. И, прошу тебя, не нервничай. - Хммн? У бедя уже пыл разпит дос. Ниче-о страшного. - Балбес. Ты на кровь звереешь! Успокойся… Сенин принял намоченное в холодной воде полотенце от Мирослава и осторожно, как к дикому зверю, приблизился к Вале. Тщательно вытер с губ парнишки кровь, приложил на нос холодный компресс из второго полотенца. После этого происшествия банные процедуры происходили без эксцессов, если не считать того факта, что склонный к экспериментам Мирослав решил смещать шампунь и мыло из глиняных горшочков и этим вымыть голову. Результат не заставил себя ждать – высохшая шевелюра русского хиппи из прямых гладких локонов превратилась в прическу «одуванчик». Создавалось впечатление, будто каждая волосинка на голове Мира тщательно отстаивала свое жизненное пространство, стараясь находится как можно дальше от остальных. К уже накрытому обеденному столу земляне вышли вымытые и относительно довольные. «Относительно», потому что Сенин красовался медленно, но уверенно, заплывающим глазом. Валя щеголял припухшим носом, а Мир – «вороньим гнездом» на голове. Зато парни были вполне довольны одеждой – прямыми плотными брюками из ткани, отдаленно напоминающей джинсу, и сероватыми длинными жилетами с поясом. Женской части команды достались длинные, в пол, платья, что вызвало у эмансипированных землянок праведное негодование. Еще большие возмущения вызвало отсутствие нижнего белья – все грязные вещи унесли, а новыми гостей снабдить не озаботились. Самое закрытое сразу забрала Ильинична, посетовав на неуместный для ее почтенного возраста поросяче-розовый оттенок. Лена и Соня вынуждены были выбирать между зеленоватым, которое с помощью затягивающейся тесьмы держалось на груди, и блекло-желтым, открывающем спину. Из зеленого Леночка благополучно выпала и отдала его Соне. У журналистки обнаружились проблемы с хвостом. Вредная часть тела, привыкшая к свободе передвижений, образовывала на свободно ниспадающей юбке горб, а то и вообще задирала подол. Соня бесилась и кричала, грозилась устроить акт эксгибиционизма или подручными средствами превратить «мерзкую тряпку» в штаны; порывалась стукнуться головой о стену в попытке метаморфировать обратно в кота. Лена с Ильиничной успокоили, утихомирили и напялили на страдающую Соню платье, дав торжественную клятву в ближайшее время раздобыть более удобную и практичную одежу. Леночка все так же тихо хандрила по поводу отсутствия груди. На вырвавшийся у мужской половины отряда смешок все три представительницы слабого пола так зло зыркнули, что отпускать шуток никто не решился. Обед, состоящий из незнакомой, но весьма вкусной стряпни, прошел в молчании. Как только обстановка начала разряжаться и между землянами завязался неспешный, сытый разговор в комнату заглянул человеческий мальчишка в комбинезоне и на чистом русском выпалил: - Наш общий друг хотят нас видеть!