Сотни лет одиночества

      Николас сдался, не в силах более воевать с Максимилианом из-за смертной девушки. В конце концов, кашу заварил он, посему Ник снял с себя всякую ответственность. Даже сейчас, глядя в свирепые глаза Вероники, мальчишка решил молчать до последнего, дав возможность этой парочке самостоятельно во всём разобраться…       — Твоя мать поддалась гипнозу и покинула этот город. А вот куда она отправилась? — загадочно улыбнулся Максимилиан. — Это уже другой вопрос…       — Что ты ей наговорил?! — не успокаивалась разъярённая Вероника. — Как ты посмел!       Обстановка накалилась, когда мужчина в мгновение ока приблизился почти вплотную к жертве. Оказавшись прижатой к стенке вампиром, Ника потеряла дар речи, терзая себя всевозможными вопросами: как он так быстро оказался возле неё? что он задумал? что ему было нужно от неё?       — На твоём бы месте, я бы так не дерзил, — из приоткрытых губ Сеймура Вероника вновь увидела выглядывающие заострённые концы белоснежных клыков, — только я знаю, где находится твоя мать понимаешь, ягнёнок?       Его пальцы крепко сжали нежное женское горло, отчего девушка обеими руками схватилась за жилистое запястье и жадно начала ловить ртом воздух. Опаляющее дыхание обдало жаром её губы, а он и не думал останавливаться.       Ника задыхалась. Он был… слишком близко…       — Прошу прощения, Хозяин, — внезапно появившаяся к комнате женщина прервала небольшую забаву вампира, — она вернулась с жёстким требованием, чтоб я привела её к Вам.       — Ничего, Джулия, — ответил Максимилиан, великодушно отпустив свою жертву из цепкой хватки, — мы как раз с Николасом с нетерпением ждали её возвращения.       — Говори за себя… — почти шёпотом пробубнил паренёк, подперев лицо тыльной стороной руки.       Почувствовав долгожданную свободу, Вероника скатилась по стенке, косо посмотрев на ту самую женщину в строгом платье и фартуке, что покорно склонила голову перед вампиром.       — Джули, — чуть повысил голос Сеймур, мимолётно бросая взгляд в сторону Ники, — приготовь нашей дорогой гостье ванну, а после дай ей всё необходимое для ужина, — хотел было закончить мужчина, но быстро передумал. — Ах, да! И не забудь подготовить комнату. Мисс Лоуренс задержится у нас на какое-то время.       — Как прикажете, Хозяин, — монотонно проговорила женщина, сложив руки крестом на животе.       «Неужели она его прислуга? Или кто-то, вроде горничной?» — крутились в голове Ники мысли, когда Джулия помогала ей встать с пола и сопроводить в ванную комнату.       Последние слова, сказанные Максимилианом перед уходом Лоуренс, дословно навсегда отпечатались в памяти:       — И на будущее, ягнёнок, — оглянулась она на вампира, но встретилась лишь с его широкой спиной, — жизнь твоей матери в моих руках. Думай об этом каждый раз, когда тебя будет посещать мысль о том, чтоб сбежать от меня…

***

      — Пожалуйста, поднимите руки, мисс…       Вероника, хмыкнув, послушно сделала то, о чём её попросила горничная Сеймура. Перед тем, как отправиться в ванну, наполненную горячей водой с душистыми эфирными маслами и лепестками роз, девушка ровно стояла, дожидаясь, пока Джулия снимет с неё мерки. До этого женщина вежливо попросила её снять с себя мокрую и грязную одежду, чтобы она с точностью могла определить размеры Лоуренс.       — Для чего это надо? — после долгих колебаний решила поинтересоваться Ника.       В ответ послышался бессильный вздох Джулии.       — Для того чтобы я могла ушить некоторые платья из своего гардероба для вас, — ответила она, обвив измерительной лентой талию девушки, — потому что ваша одежда нуждается в стирке.       — Так вы не записываете цифры, — прикрывая обнажённую грудь, заметила Лоуренс.       — У вампиров гораздо лучше развиты все органы чувств, чем у обычного человека, в том числе физическая сила, ум и память, — констатировала горничная Сеймура, закончив с меркой.       «Так, она тоже — вампир?» — пришла к поразительному выводу Вероника, хотя этого стоило вполне ожидать.       — Теперь залезайте в ванну, и я вам помогу помыться.       Сперва Ника отреагировало неоднозначно на подобное предложение. Но, почему-то, в компании Джулии она чувствовала себя спокойно и безмятежно. Может, потому что прислуга Максимилиана отдалённо напоминала ей маму? Такие же длинные русые волосы с пробивающейся сединой, добрые и миролюбивые карие глаза. Каждое прикосновение к телу напоминало материнское с оттенком заботы и нежности…       — Какая же ты красивая девочка, просто куколка, — приговаривала Джули, пенящейся губкой скользя по спине и плечам девушки. — Я раньше тоже мечтала о том, чтоб родить себе такую же прекрасную девочку, похожую на тебя.       Слова женщины невольно вызвали улыбку на лице Вероники. Всё же, несмотря на то, что Джулия была вампиром, от неё совсем не веяло опасностью и смертью.       — А как вас зовут? — поинтересовалась Ника, так как ей было неловко называть взрослую женщину только по имени.       — Моё имя Джулия Фитцджеральд, но, прошу, зови меня просто Джули, а я за это буду заботится о тебе, как о своей дочери, — ласково произнесла она, вкладывая в каждое слово немного тепла и ласки.       — Как вы думаете, зачем он со мной это сделал? — совсем поникла Лоуренс, чувствуя, с каким трепетом женщина гладила её по голове, нанося на мокрые светлые волосы шампунь. — А потом и ещё мою маму…       — Кто? Хозяин? — прикрыла глаза горничная, ласково массируя кожу головы девушки. — Увы, порой, сами мужчины не понимают, чего они хотят.       — А как насчёт того мальчика, Николаса? Кто он? — продолжила беседу Вероника, глядя на то, как горячие капли скатываются с её пальцев, проходя по рукам.       — Он — воспитанник Хозяина. Можно сказать, его наследник, и… — сделав глубокий вдох, женщина осеклась, — мой родной сын…       — Джули? — Ника тревожно обернулась в её сторону, явно ошеломлённая подобным заявлением, — так вы, муж и жена?       — О, нет, нет, — мягко хлопнула она по плечу девушки, — я отношусь к Хозяину как к родному сыну. Господин Сеймур помог мне и Нику в самый сложный период нашей жизни. Это было так давно, но я до сих пор отчётливо это помню. — Миссис Фитцджеральд блаженно прикрыла глаза, непроизвольно продолжая натирать тело девушки, — после того, как он обратил нас в вампиров, тяжелая болезнь отступила, а мой сын так сильно привязался к Хозяину, что стал считать его своим отцом.       Вероника прикусила губу. Воистину, это звучало в какой-то мере даже благородно, но в действительности ли это было так? Максимилиан взял на себя смелость решить за посторонних ему людей их судьбу. Но разве не большей жестокостью было бы оставить умирать мать и её сына?..       — И тем не менее, после того, что случилось, я продолжаю называть его Хозяином, хотя он столько раз был против этого, однако моё тело, что помнит его укус, не разрешает мне обращаться к нему так, как я бы того хотела, — ранее говорящая без умолку Джулия вдруг остановила свою речь, видимо, припомнив что-то важное. — Как я погляжу, и ты так же имела честь почувствовать на себе его клыки, разве нет?       Глаза Ники максимально округлились. Только посмотрев на свою обнажённую грудь, Вероника сразу обнаружила чуть ниже шеи два следа от укуса. Лихорадочно задрожав, Лоуренс болезненно всхлипнула:       — Неужели я тоже стану вампиром?       — Нет, — коротко бросила миссис Фитцджеральд, — для обращения Хозяин должен дать тебе своей крови. А теперь, давай я с тебя смою пену. Пора бы уже вылезать из ванны и одевать тебя для ужина…