Ну вот и всё, мы же гордые...
13 июля 2019 г., 09:02
До того инцидента они старались проводить вместе как можно больше времени. Общались, находили общие темы. Их вообще много чего связывало... Это не могло не радовать. И не пугать тоже. Насколько нужно сойти с ума, чтоб бояться своих собственных чувств? Или это нормально, когда происходит в первый раз?
Он чаще обнимал её и дарил обычные поцелуи в щёку. Обычные для него, но нужные и особенные для неё. И для начала этого было вполне достаточно. Томоэ старался не давить на неё и не торопить события, ведь понимал, что ей явно нелегко сейчас. Ну а кому легко?
Сейчас же их общение практически сошло на нет. Нанами и сама понять не может, как такое произошло. Сама не заметила, как отдалилась. Они лишь обменивались холодными и ничего не значащими "привет" и "пока", временами интересуясь, как дела и всё ли в порядке. Короткие взгляды, игры в гляделки и нагнетающее молчание. Нанами наблюдала за ним со стороны и ничего подозрительного не замечала. Это радовало. Но вот просто взять и подойти к нему, прогуляться по школьным коридорам и о чём-то поговорить она не может. Ей трудно.
И что не удивляет — не страшно. Но стыдно. Что допустила мысль о том, что он мог оказаться убийцей или как-то быть связан с этим. Но ни доказательств, ни аргументов не было. Вообще никаких.
Томоэ часто замечал её внимательный взгляд на себе, видел, с каким равнодушием она смотрит на него. И эта пустота, что отражалась в её глазах, начинала пугать парня. Он не мог понять, что произошло, но и узнать не получалось. Всё не подворачивался подходящий момент...
В последнее время Нанами много волнуется, боится чего-то. Всё копается в этих проблемах, чуть ли не с головой в них окунаясь. Пытаясь хоть одну из них разрешить. И ведь сама понимает, что так нельзя и что это вредно для неё, что всё больше и больше вязнет в этом "болоте" из боли, проблем и страданий. Зачем топит сама себя? Может, мазохистка просто? Так ещё в последнее время столько странных вещей происходит, что ещё немного, и точно свихнётся.
— Нанами, прекрати накручивать себя. — говорит ей как-то Курама, решив составить девушке компанию, чтобы не гуляла одна. — Может, пора прекратить эту дурацкую игру в сильную героиню, у которой всё хорошо? Мне надоело видеть это, и терпеть я не намерен больше. — остановившись у окна, он схватил Момодзоно за плечи и легонько трухнул. Уже шепотом возле лица добавил: — Если о себе не думаешь, подумай о ребёнке.
Момодзоно только криво усмехнулась. Перевела взгляд в окно и поджала губы. Высвободилась из хватки Синдзюро и облокотилась о подоконник. Выдох, вдох. Спокойно, всё будет хорошо.
— Может, хватит думать о всех вокруг и наконец подумать о себе? Что между тобой и Томоэ такое произошло, что вы с ним почти не общаетесь? Он постоянно ходит угрюмый и ни с кем говорить не желает, так ещё ты тут со своим героизмом и желанием помочь всем кроме себя самой. И ведь снова. Снова спешишь помочь всем, кроме себя.
— Да знаю я! — наконец выпаливает Нанами, не выдержав этой пламенной речи парня. Она ударила кулачками по подоконнику и обернулась к парню. Посмотрела на него сердито. Но Синдзюро разглядел в этом взгляде вовсе не злость, а другие чувства. Боль и отчаяние. Сердце защемило. — Я как всегда не думаю о себе, о последствиях. Снова убегаю от ответственности. И вообще я в последнее время сама не своя..
Последняя фраза прозвучала очень тихо, а потом Нанами вдруг обняла Кураму. Уткнулась носом в его грудь, сжала в кулачках рубашку. Буквально повисла на парне. Она устала от всего. Это всё слишком. Слишком тяжело, слишком больно, слишком страшно, слишком жестоко... Всего слишком. Этой жизни слишком.
— Хей, Нанами, только не надо плакать, ладно? — уже мягче сказал Курама, погладив девушку по мягким каштановым волосам. — Всё будет хорошо, ты не одна. Ты сильная, слышишь? Со всем ты справишься!
Парень пытался поддержать девушку, хоть как-то помочь ей, но эти попытки были слабы.
И как бы Нанами не была благодарна сейчас Кураме за эту попытку, держаться она уже не могла. Слёзы вовсю лились по щекам, и она только сильнее прижималась к парню. Вот уже тихие всхлипы долетают до ушей Курамы и он тяжело вздыхает, качает головой. Приподнимает лицо девушки, заставляет её выпрямиться и посмотреть на него.
— Ну почему ты такая плакса? — как бы в шутку произносит он, мягко улыбаясь и смахивая солёные слёзы со щек девушки.
— Н.. не знаю.. — наконец улыбается Нанами и вроде как смеётся. Но так устало, вымученно. Вроде это искренне, но больно смотреть на всё это. — Может, просто потому, что сильная? — дрожащим голосом, всхлипывая. Пытается пошутить.
И плевать на всё вокруг. Надо же, как же легко девочка сдаётся, как легко она ломается...
— Глупенькая, — качает головой и тихо смеётся. — Иди-ка сюда, Момодзоно.
Крепко так обнимает, пытается успокоить. Потом отстраняется и нежно, почти ощутимо целует девушку в щёку. И вроде это немного помогает ей успокоиться. Правда сначала Нанами удивлённо смотрит на парня, но потом лишь улыбается. Так легко и тепло, и будто бы камень с души падает. Она утирает остатки слёз.
— Пошли в класс, плакса? — предлагает Курама.
Нанами кивает, не забыв перед этим надуть губки в ответ на то, как парень обратился к ней. Не торопясь они дошли до класса. А вот и звонок, обозначающий начало урока...
***
— Как думаешь, Нанами, Судзуки изменилась потому что ты так на неё повлияла, или что-то другое? — спросила Рин у Нанами когда они гуляли в школьном дворе. — Ммм, даже не знаю. — задумчиво произнесла Нанами и пожала плечами. Улыбнулась. — Это навсегда останется загадкой для нас! — Ты права. — Акио засмеялась и они остановились. Они наблюдали за учениками, а ветер приятно ласкал кожу. Сегодняшняя погода была просто прекрасной. Солнце ярко светило в небе, прохладный ветерок и пение пташек. Идиллия. Можно даже смело заявить, что для счастья больше ничего и не нужно. Прекрасная погода, хорошее настроение. Казалось, что может пойти не так в такой чудесный день? Но не всё так просто, ведь в жизни много сюрпризов. И не все приятные. — Нанами, Рин! — к девушкам подбежал запыхавшийся Юки. — Юки, что случилось? — в один голос спросили Нанами и Рин. — Там Томоэ и.. — не успел Хитоши и договорить, как чей-то звонкий голос перебил его: — Эй, ребят, там Томоэ и Наоки дерутся за школой! — это было сказано негромко, но достаточно, чтобы большая часть учеников услышала. И когда практически все убежали посмотреть, парень глянул на Момодзоно и ухмылка тут же заиграла на его губах. — Эй, Момодзоно, не хочешь посмотреть? — и не став дожидаться ответа, поплелся за остальными. — Какие же люди жестокие. Жестокие и глупые. Готовы смотреть даже на боль и страдания других, лишь бы не было скучно. И чтобы можно было поиздеваться... — услышала Нанами, проходя мимо парня. Его слова имели смысл и правильно описывали жестокую реальность. Но этот парень всё равно ей не нравился. Но неприязнь тут же позабылась, стоило подумать о том, куда она идёт. И зачем она туда идёт, если ей не очень-то уж и нравится смотреть на подобное? Причина этому – Томоэ. Волнуется за этого придурка, как за маленького мальчика, вот и идёт туда, где на данный момент есть насилие и жестокость. «Чёртова привязанность, волнение, Томоэ. Придурок! Если бы не влюбилась, не пошла бы сюда!» – думала Нанами, кусая губы. Когда ребята зашли за школу, то первое, что они увидели – толпу учеников. Все, кто пришел раньше посмотреть на "интересное" зрелище, образовали непроходимую толпу, через которую придётся протискиваться. Это не радовало. Нанами не хотела протискиваться сквозь эту толпу, но и уйти, не увидев Томоэ она не могла. Последнее раздражало больше, чем что-либо сейчас. Момодзоно стояла рядом с Рин и, нахмурив бровки, смотрела на собравшуюся толпу, из которой были слышны разные возгласы. — Что будем делать..? — полушепотом спросила альбиноска, глядя на толпу и сильнее сжимая руку Хитоши. Ответа не последовало. Ни от Хитоши, ни от Нанами. И когда Момодзоно с горем пополам приняла решение пробираться сквозь толпу, сделала шаг вперёд, кто-то протянул ей руку и она тут же застыла на месте. Этим человеком оказался тот самый парень, который ребят сюда и позвал. Нанами смотрела на парня и всё молчала. Прожигала его недовольным взглядом, в котором открыто читалась вся её неприязнь к нему. — Не смотри так, деточка, а скорее давай руку и я проведу тебя через толпу, чтобы ты посмотрела на о-очень интересное зрелище. — протянул сладко парень, а наглая ухмылка всё не слезала с его лица. — Заткнись, Юто..! — прошипела сквозь зубы Нанами, но всё же вложила свою руку в его и неохотно поплелась за парнем. Протискиваться сквозь толпу – занятие не из легких. Но благодаря парню это оказалось легче, чем Момодзоно могла ожидать. И в этом она была ему очень даже благодарна. Но поблагодарит она его чуток позже. Рин и Юки следовали за ними, чтобы не отставать от подруги. Юто был на год их старше, поэтому отпускать Момодзоно с ним они не собирались. Всё же, этот парень учится в другом классе, да и в школе он известен не как "добрый мальчик". К тому же, один из дружков Наоки, что просто заставляет насторожиться. С чего бы ему вдруг помогать Нанами? Наконец толпа была преодолена и глазам шатенки, как и её друзьям, открылась не очень приятная сцена драки: два парня, которые как раз и были виновниками сего представления, били друг друга со всей силы. Они били друг друга по лицу, в живот, иногда тянулись к шее противника, дабы задушить его. На лице Наоки, помимо синяков, красовалось несколько царапин, из которых текла кровь. Томоэ не отставал от него этими "подарочками". У обоих взъерошены волосы и на несколько пуговиц расстегнуты рубашки. Местами, кажется, даже порваны. Нанами сделала шаг назад от увиденного. Её пугало то, с какой жестокостью они били друг друга, готовые нанести в любой момент свой последний удар. Это было настолько безжалостно, что Момодзоно захотелось просто испариться. Закрыть глаза и убежать, повторяя как в бреду, что это всего лишь кошмар... Она не любит насилие, ей не нравится жестокость... Но всё равно ведь пришла сюда! И ради чего? Зачем? Было так же и второе желание: остановить весь этот ужас. Она и рада, но ей страшно. Не хватило то ли сил, то ли смелости. — Если их не остановить, то они убьют друг друга..! — шепотом проговорила Нанами и приложила руку ко рту. Стоящие рядом Акио и Хитоши разделяли шок и ужас Момодзоно. Они никогда не видели подобного и не разделяли интерес и даже веселье других. Насилие всегда пугало альбиноску. В принципе, как и Юкино. — Всё верно, милая. — раздался голос над головой шатенки. — Разве не для этого создано насилие? Нанами обернулась и посмотрела на парня своими большими глазами. Она не верила тому, что парень мог сохранять спокойствие и даже улыбаться как ненормальный, глядя на подобное. Каким бы он там ни был, Нанами не могла поверить в это. Поверить в то, что ему нравится наблюдать за этим. Возможно, это даже приносило ему наслаждение, но шатенка не хотела думать об этом. — Почему ты так спокойно говоришь об этом.. — лепетала полушепотом Момодзоно, повернувшись к парню лицом. — Они же переубивают друг друга. — Ну да. — пожал плечами Юто и согласился. Так легко и безбрежно, что по телу Нанами пробежал табун мурашек. Усмехнулся. — И не смотри так на меня, я же не белый и пушистый. Нанами бы так и смотрела на Юто, если бы не хриплый, весёлый голос, который вывел её из ступора. Момодзоно обернулась. — Да ладно тебе, Томоэ, я же пошутил! — сказал с улыбкой на губах Наоки, пытаясь оторвать от себя руку парня. Тот его чуть ли не душил. — Кстати, о Нанами... — ещё шире улыбнулась Наоки и посмотрел Томоэ за спину. Томоэ тут же обернулся, но парня не отпустил. И стоило ему встретиться со взглядом карих глаз, переполненных ужасом, так тут же все внутренние бесы успокоились. Хватка на горле парня ослабла, а потом Томоэ и вовсе отпустил Наоки. И пока Томоэ виновато смотрел на шатенку, Наоки охотно наполнял лёгкие воздухом. Его плечи сотрясались от кашля. Да, видимо, не слабо он получил от Томоэ. — Что, не можешь при ней набить мне морду? — усмехнулся Наоки, выпрямляясь. После тихо добавил: — Чертов Герой-любовник... — Заткнись. — сквозь зубы прошипел Томоэ и ушел прочь. У Нанами задрожали ноги и руки, когда она встретилась со взглядом фиалковых глаз. Сердце больно кольнуло, когда Томоэ прошел мимо неё, даже не бросив и короткого взгляда. Момодзоно только поджала губы и, сжав кулачки, удалилась. Сзади послышались хлопки и хриплый голос Наоки: — А вы чего уставились? Представление окончено, расходимся! Ученики начали потихоньку расходиться, а Рин кинулась вслед за Нанами. Юки увязался за ней. — Нанами! — звала подругу альбиноска до тех пор, пока та не остановилась. Подбежав к по девушке, Акио тихо спросила: — Ты как? — А что со мной может произойти? — грубо кинула Нанами и усмехнулась. После тихо добавила: — Извини, я пойду. Объяснять куда нет необходимости. Рин и Хитоши и так поняли, что Нанами пошла за Томоэ. Останавливать её они не стали, но всё же волновались за подругу. А Нанами бежала за Томоэ и хотела как можно скорее поговорить с ним. Почему он дрался с Наоки? Что между ними такого произошло, что дошло до рукоприкладства? Она понимала, что Наоки не очень приятный парень и просто ужасно ведёт себя. Да, он числится среди тех самых "бандитов", которые обычно держат в страхе всех учеников. Ну не просто же так они подрались! Выбежав на крышу, Нанами остановилась. Посмотрев на стоящего к ней спиной парня, Момодзоно затаила дыхание. Сердце от быстрой беготни бешено стучало в грудной клетке, а в голове хаотично бегали мысли. — Томоэ... — сорвалось с губ девушки и она стала неуверенно приближаться к парню. Томоэ повернулся к Нанами и она сразу остановилась. От равнодушного, ледяного взгляда стало не по себе и шатенка поёжилась. Но продолжала смотреть в любимые глаза. Всё не знала, что сказать и как начать разговор. Боялась лишний раз моргнуть. Тишина нагнетала, а уже холодный ветерок заставлял кожу становится "гусиной". И только Нанами сделала шаг вперёд, как грубый голос парня заставил её остановиться. — Ну и зачем побежала за мной? — стальные нотки проскальзывали в его голосе. — Зачем пошла за школу? Скучно стало, решила потешиться? У Момодзоно округлились глаза и открылся рот. Она не верила своим ушам. Сердце сжалось от одной мысли о том, что ему больно. Конечно, так открыто показывать своё равнодушие и избегать? Даже не пытаясь хоть как-то скрыть это! Нанами перевела взгляд в сторону и поджала губы. Ей стало жутко стыдно сейчас. Кажется, ненависть к самой себе вернулась... Она понимала, что он говорит это лишь из-за того, что больно. Так ведь и было. Но с одной стороны Томоэ ненавидит себя. Он ведь толком и не разобрался, кто они друг другу. Он проклинал себя за то, что вообще грел надежду на взаимность. Она ведь ничего не должна и не обещала. Она ведь просто друг. Он даже не признался ей! — Томоэ, — сдавленно говорит Нанами, так и не поднимая головы, — почему ты дрался с Наоки? Что произошло? Она не хочет смотреть ему в глаза. Слишком стыдно. Тяжело. Она не сможет смотреть в эти глаза, когда с трудом выдерживает его взгляд. Но ей хочется знать правду. Просто черт возьми хочется. Вот такая эгоистка. — Поэтому за мной и побежала? — и снова грубо и колко. Сложив руки на груди и стиснув зубы, Томоэ ждал ответа, которого так и не последовало... — Что ж, я не удивлён. Хочется закричать, что она волнуется за него и что побежала за ним, потому что до безумия скучает. Любит, черт возьми... Но продолжает молчать. И поэтому уже начинает мысленно корить себя, ругать. Сказать правду, признаться. И всё. Но даже этого так как надо сделать не может. — Не твоего ума дело. — пожимает плечами и поворачивается к ней спиной. А сам зубы стискивает, да руки в карманах в кулаки сжимает. — А сейчас уходи. Я хочу побыть один. Потому что он не скажет, что подрался из-за неё. Не скажет, как он хотел убить того придурка за услышанное. Не скажет, что никому не позволит сделать ей больно и говорить ужасные вещи. Потому что это не важно. Он уже понял это. И ведь у обоих сейчас сердце болезненно сжимается, оба сейчас себя ненавидят. Но нет, продолжают упрямо молчать, убивая друг друга без ножа. Момодзоно грустную улыбку тянет, да зубы до боли стискивает. Зачем-то кивает и поспешно удаляется. Глаза начинает пощипывать. Она громко хлопает дверью, чтобы он не услышал предательского всхлипа...Ну вот и всё, Мы же гордые.
Примечания:
С новой главой! :3
Хм, у нас прохладно... Что там у вас с погодой?))
