Хочешь ли ты знать правду?
21 апреля 2020 г., 06:21
Примечания:
Итак, меня вообще кто-нибудь ждал??? :D
Это утро выдалось солнечным. На небе ни облачка. Лёгкий ветерок играл с волосами прохожих и приятно касался кожи своей прохладой. Томоэ стоял на кухне у окна и временами постукивал костяшками по подоконнику. Он смотрел на людей сосредоточенным взглядом, брови сведены к переносице.
«Меня ты вряд ли простишь, но её... Она слишком дорога тебе. Ты не изменишь ей даже после того, что она сделала. – рассуждал мысленно Томоэ. – Братец, что же ты задумал?»
Томоэ присмотрелся к отражению в стекле и внимательно посмотрел на Момодзоно. Нанами сидела за столом, сцепив руки вместе. Её хрупкая фигурка вся напряжена, глаза закрыты, губы поджаты. Временами она хмурилась и качала головой, губы кривились, словно она вспоминала что-то неприятное. Открыв глаза, Нанами посмотрела на парня. Томоэ всё ещё стоял к ней спиной, но заметил девичий взгляд в отражении. Поворачиваться к ней лицом он не торопился, как и что-либо говорить. Нанами тоже продолжала молча смотреть на него. Но только она открыла рот, чтобы что-то сказать, как послышался хлопок двери и быстрые шаги. Они были всё ближе и ближе. Вот в стекле появилось второе, до ужаса знакомое отражение.
Нанами резко обернулась и тут же заметила возле двери мужчину. На нём был строгий костюм, в руках незнакомца покоилась трость. На правой стороне лица "красовался" шрам, от глаза до уголка губ. Его лицо покрывали мелкие морщины. Короткие, пепельно-седые волосы... Мужчина перевёл взгляд с Томоэ на Момодзоно и той сразу стало не по себе. Лицо не выражало ни единой эмоции, но в миндалевидных глазах прекрасно читалось недовольство. Серые глаза смотрели прямо в её душу. Измученную и так позорно открытую перед его ледяным взглядом.
Нанами тут же отвернулась от мужчины, но она чувствовала, как её буравят тяжёлым взглядом. Руки непроизвольно сжались в замок, хотя Нанами старалась не показывать волнения. И получалось это плохо. Ведь под этим взглядом она боялась лишний раз вдохнуть, не то, чтобы пошевелиться.
Сам мужчина был неприятно удивлён, застав здесь юную незнакомку. Он пришел для важного разговора и эта особа, что так нагло глазела на него несколько секунд назад, тут явно лишняя. Вновь подняв взгляд, встречается с лиловыми глазами. Заметил лёгкую тень растерянности и усмехнулся. Неужели его визит застал парня врасплох? Одно было понятно точно – его здесь не ждали. Томоэ смотрел на него анализирующим взглядом и всё пытался понять, зачем этот старик вновь заявился к нему. Томоэ медленно подошёл к мужчине и заглянул в серые глаза. Немое возмущение и это вечное недовольство. Такие привычные и уже успевшие стать родными эмоции.
Кажется, напряжение в комнате начинает расти. Тишина неприятно давит на ушные перепонки, но нарушить её никто не торопится. Первым молчание решает нарушить гость, и его властный голос тут же разрезает тишину:
— Я хочу поговорить с тобой. Прямо сейчас. Наедине. — отчеканил мужчина и кивнул в сторону Нанами. — А эту уведи. Нам не нужны лишние уши.
От этого стального голоса по телу Нанами даже мурашки пробежали, от приказного тона мужчины стало не по себе. Момодзоно была готова сама исполнить просьбу незнакомца и уйти, но всё не могла заставить себя подняться с места.
— Как скажете, Отец. — вежливо произнёс Томоэ и медленно кивнул. Подошёл к девушке.
Нанами, когда узнала, кто этот человек, чуть воздухом не подавилась. Её глаза широко раскрылись, зрачок в удивлении расширился. Она приоткрыла рот, но так ничего и не сказала. Словно говорить разучилась. А когда когтистая рука парня легла на её плечо, Нанами почему-то вздрогнула. Вдохнув поглубже, она поднялась со стула. Руки дрожали, но Момодзоно старалась держаться достойно. Она уверенно встретилась с тяжёлым взглядом серых глаз, бесстрашно посмотрела в ответ. С вызовом. А потом покинула комнату, оставляя мужчину наедине с его "важными" мыслями.
Когда они вышли в коридор, Нанами остановилась у двери, а Томоэ закрыл дверь на кухню и подошёл к девушке. Они смотрели друг другу в глаза секунду, вторую. Потом Нанами резко выдохнула и запустила руку в волосы, мягкая улыбка тронула её губы.
— Вот так поворот! — Нанами вновь посмотрела на парня. Но улыбка исчезает с губ Момодзоно, стоит ей заметит этот виноватый взгляд.
— Прости, что так вышло. — извиняется и устало выдыхает, переводит взгляд в сторону. — Я не знал, что он придет.
Нанами удивлённо приподняла брови, потом покачала головой. Взяла руки парня и несильно сжала. Ловит вопросительный взгляд фиалковых глаз.
— Эй, всё нормально. — полуулыбка искажает черты её лица. — Тебе не нужно просить прощения.
Момодзоно внимательно смотрит на лицо парня, вглядывается в каждую черточку. Замечает это замешательство и как в глазах промелькнуло несогласие. Дело не только в этом... Но ведь она всё понимает. И прежде чем Томоэ успевает хоть что-то сказать, она заключает его в объятия. Касается мягких волос парня, прикрывает глаза и вдыхает любимый аромат.
— Нанами, — хочет было возразить Томоэ, но останавливает себя. Обнимает Нанами за талию одной рукой, другой касается каштановых волос. Пропускает пряди между пальцами. Шепчет ей на ухо: — Будь осторожна.
Томоэ выпустил Момодзоно из объятий и выжидающе посмотрел на неё. Нанами кивнула в знак согласия и отпустила руки парня. Взяла школьную сумку, мирно лежащую на полу, и последний раз взглянула на Томоэ. Она не хотела оставлять его, но понимала, что будет только мешать.
— Ты тоже. — полушепотом сказала она и скрылась за дверью.
Как только Нанами ушла, Томоэ прислонился лбом к двери и приложил к ней ладонь. Прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Выдох. В голове ни единой мысли. Несмотря на неожиданный визит отца, Томоэ был спокоен. Или почти спокоен. Он волновался за Нанами.
«Раз уж отец удостоил меня своим визитом, значит с Наоки он уже поговорил..» – промелькнуло в голове Томоэ.
И если так и есть, то сейчас Наоки точно не до Нанами. Томоэ усмехнулся и покачал головой. Сзади послышался щелчок и скрип двери. Тишину разрезал спокойный голос:
— Кто эта девушка? — серые глаза чуть ли не прожигали в спине Томоэ дыру. Мужчина сделал шаг вперёд и отпустил ручку. Покрепче сжал трость. Изучал слегка напряжённую фигуру парня, пытался понять, о чём думает этот лис.
Секунды сменяли минуты. Мужчина выжидающе смотрел на спину парня, считал удары сердца. Тишина полностью окутала коридор, обнимая своими мягкими руками. И отвечать Томоэ, видимо, не собирался.
— Томоэ, — терпеливо позвал парня мужчина. Он обязательно узнает, кто эта девушка и кем она приходится его сыну. Рано или поздно, от Томоэ или от кого-нибудь другого. Но он узнает.
— Это не твоё дело. — не открывая глаз произнёс Томоэ.
— А я думаю, как раз моё.. — задумчиво произнёс мужчина и свёл брови к переносице.
— Думай что хочешь. — раздражённо бросил парень и повернулся к мужчине лицом. Проходя мимо мужчины, добавил: — Так о чём ты хотел поговорить?
Спокойно и даже небрежно. Будто ничего не было. Сел на стул и посмотрел на отца, который внимательно следил за его действиями. Указал ладонью на стул.
— Ну, присаживайтесь, отец. — перешёл на "Вы" Томоэ, специально выделяя последнее слово.— Поговорим.
***
В парке было тихо, даже птицы не пели. Ни одной живой души. Это даже к лучшему. Можно спокойно погрузиться в мысли. Или просто расслабиться, насладиться тишиной и одиночеством. Момодзоно остановилась и посмотрела время на телефоне. — О, урок начался пять минут назад.. — без единой эмоции произнесла Нанами. — Я снова опоздала. Вздохнув, Нанами продолжила идти. Не ускорила шаг, не бежала сломя голову, а просто шла. Не торопясь. Ей не хотелось спешить, не хотелось сидеть в душном классе. Она не хотела заставлять Рин и Юки волноваться за неё. Но находиться в месте, где люди "знают" о тебе больше, чем ты сам, до тошноты осточертело. Вдруг Нанами остановилась. Смотрела в одну точку, сжимая в кулачках ручку школьной сумки. Опустила голову и посмотрела на тёмную мешковатую кофту, что скрывала за собой небольшой животик. В шоколадных глазах пустота, а на лице растерянность. Момодзоно касается живота одной рукой и проводит вверх. Губы сжимаются в одну линию, в глазах промелькнула тень разочарования. Сжимает ткань кофты в кулачке и стискивает зубы. Эмоции усиливаются и, кажется, начинают душить. В сознание врываются не очень приятные мысли и картины. Отвратительно. Это всё отвратительно. У Нанами кружится голова и она поспешно садится на лавочку. Сутулится, "ломает" эту идеально прямую линию, под тяжестью эмоций. Прячет лицо в ладонях. Жадно глотает воздух и пытается успокоиться. Но Нанами не знает, как взять себя в руки. Вдыхает как можно больше, но это не помогает. Выпрямляется и стирает подступившие слёзы, ещё один вдох. И вроде это помогает ей успокоиться. Но мысли всё так же бьются о черепную коробку, смешиваются и превращаются в один непонятный звон. И когда ей кажется, что эмоции вновь схватят её за шею, тишину разрушает девичий голосок: — Нанами! — кричит Рин и машет подруге. Улыбается. Подбегает к Нанами, оставляя Юки позади. Но стоило ей приблизиться к подруге, как улыбка с алых губ тут же исчезла. — Что с тобой?! Мертвецки бледное лицо Момодзоно не на шутку испугало Акио и она тут же присела возле Нанами. Заключает её лицо в свои ладони и заглядывает в карие глаза. "Пробегается" обеспокоенным взглядом по всей Нанами, словно анализируя. Пытается понять, что случилось, но ничего не выходит. — Что случилось? — спрашивает Юки, остановившись возле лавочки. Внимательно смотрит на Момодзоно, а потом плавно переводит взгляд на "Ведьмочку". Ждёт ответа, но его всё нет. Старается сохранять спокойствие, несмотря на волнение. А Нанами лишь непонимающе смотрит на Рин. Очень долго и пристально. Слышит голос Хитоши и слегка поворачивает голову и смотрит на одноклассника. Молчит. Но тут она словно приходит в себя. Убирает от лица руки Рин. — А.. почему вы не в школе? — единственное, что говорит Нанами и ждёт ответа. Переводит взгляд с друга на альбиноску и обратно. Рин хмурится и кусает нижнюю губу. Смотрит на Момодзоно пытливым взглядом ещё несколько секунд. — Нас отпустили домой. Причину нам не сообщили, но все думают, что это из-за маньяка. — Рин выдержала короткую паузу, добавила: — Мы с Юки тоже так думаем. — Столько времени прошло, а они так ничего и не предприняли... — с горечью произнёс Хитоши, привлекая внимание девушек. Вновь посмотрел на Момодзоно. — Нанами, что случилось? Ты плохо себя чувствуешь? Нанами смотрела на парня отрешенным взглядом и всё молчала. Упоминание о маньяке напомнило о странной встрече с ним. И она уже задумалась о своем, но вопрос парня вернул её к реальности. — Э, да нет! — отмахнулась Нанами и натянула нервную улыбку. — Ничего серьёзного, мне уже легче. — но в ответ заметила промелькнувшее недоверие в глазах друзей. — А вы как себя чувствуете? Всё в порядке? — А с нами-то что может произойти? — улыбнулся в ответ Юки. — У нас всё хорошо. — Ну, если не считать все переживания за тебя, Нанами, то у нас всё хорошо. — задумчиво произнесла альбиноска. Но заметив строгий взгляд подруги, она поспешила добавить: — Эй, не смотри так! Я не виновата, что ты вечно влипаешь во всякие неприятности! — Ладно, не нужно так кричать. Я всё понимаю. — Нанами похлопала девушку по плечу. — Ну, раз в школу нельзя, то пора возвращаться домой. Юки и Рин согласились с Нанами и неспешно отправились домой. Они беседовали на разные темы, стараясь не упоминать болезненные. С лёгкой грустью вспоминали прошлое и понимали, что все они изменились. Жизнь, они, их окружение... Столько всего произошло, что они и не заметили, как пролетело время. Смеялись и молчали, задумавшись о чем-то своём. Словно вспомнив о чём-то, Момодзоно посмотрела на Хитоши и спросила: — Юки, как тебе вообще удаётся совмещать учебу и подработку? Ты точно обычный человек? — Ха-ха, — засмеялся Юки, — Нанами, я необычный человек. Я – влюблённый человек. — после этих слов он взял Рин за руку и крепко сжал. Щёки альбиноски вспыхнули и она смущённо улыбнулась. — Влюблённый дурачок – вот кто ты. — в шутку сказала "Ведьмочка" и остановилась. Взъерошила волосы парня свободной рукой. А парень только смотрел на её красное личико и продолжал улыбаться. «Как же я тебя люблю» – промелькнуло в голове Юки. Ему нравится видеть этот блеск в её рубиновых глазах, эту смущённую улыбку на алых губах. Он любит время от времени вгонять её в краску и следить за её реакцией на его слова или действия. Смотреть, как нежные щёки покрывает румянец. В такие моменты она становится чертовски милой и привлекательной. Когда Акио закончила "мучить" его волосы, внимательно посмотрела в его глаза. Юкино был спокоен и действие альбиноски его ничуть не смутило, а от этого взгляда по телу пробежали мурашки. Рин захотелось коснуться мужских губ своими, но она лишь поджала губы. Ну уж нет! Только не на улице. А поскольку в глазах парня читалось то же желание, Рин решила, что это будет его наказанием. Юкино, в ответ на красноречивое молчание и на странный огонёк, промелькнувший во взгляде любимых глаз, отпустил её нежную руку и заключил в свои объятия. Это было неожиданно, поэтому Рин первые секунды лишь стояла неподвижной статуей в мужских руках, но потом обняла парня в ответ. Возможно, это неправильно, но она любит его до безумия. И знает, что это взаимно.Чувствует это. За всей этой картиной с лёгкой улыбкой наблюдала Нанами, о которой, мягко говоря, забыли. Она смотрела на этих двоих и в который раз убеждалась в том, что они идеально подходят друг другу. Да, они стараются не показывать на людях всех своих "страстей", им вполне хватает и невинных прикосновений и взглядов. И пусть на первый взгляд так даже не подумаешь, но их чувства намного крепче, чем кажется. Осознание того, что она тут лишняя, вновь напомнило о себе. Всё же, ей стоит оставить их наедине. Да и самой сейчас не помешало бы побыть одной. — Ладно, голубки, я пойду. — тихо проговорила Нанами, не привлекая к себе внимания. Развернувшись на пятках, она спокойно пошла прочь. И к счастью, осталась незамеченной. Хах, возможно завтра ей придётся выслушивать по телефону тысячи извинений. Или же читать все извинения подруги, если она не сможет до неё дозвониться. В этом вся Рин – не успокоится, пока не будет уверенна в том, что всё в порядке. Нанами, представив эту "картину", только тихо засмеялась. Она никогда не понимала, почему Акио так ведёт себя. И ладно, если случилось что-то серьёзное. Но Рин так часто просит прощения за мелочи, на которые даже обидеться невозможно. Наверное, для неё это не мелочи... Момодзоно уже была очень далеко от друзей. Она шла по улице, погруженная в свои мысли. Звуки проезжающих мимо машин, голоса людей – всё это в один миг исчезло, словно она осталась совсем одна. Временами в сознании всплывали картины из прошлого, которые девушка либо старательно игнорировала, либо пыталась тут же выкинуть из головы. Полностью потеряв связь с внешним миром, Нанами не заметила, как на светофоре загорелся красный цвет. Она не слышала ни напряжённый женский голос, ни сигналы машины. Единственное, что смогло вернуть её в реальность, – это чья-то рука, что так неожиданно и вовремя обхватила талию девушки и резко потянула назад. Момодзоно не успела понять, что случилось. Шоколадные глаза округлились, рот приоткрылся, но Нанами так ничего и не произнесла. Удивлённым взглядом она провожала черную машину, которая могла сбить её. И только потом до неё дошло, что она всё ещё находится в чьих-то руках. — Эй, Вы в порядке? — раздался справа мужской голос. — Девушка! Нанами медленно повернула голову и посмотрела на испуганного паренька. В тёмных глазах прекрасно читался страх. Такой дикий и ощутимый, что даже можно "изучить" его. Момодзоно хлопает ресницами и продолжает молча пялиться на своего спасителя. Незнакомец повторяет свой вопрос, пытаясь достучаться до девушки. И это ему, наконец, удается. Нанами тут же отпрянула от парня, как только он убрал руку с её талии. — Д.. да, спасибо. — кивнула растерянная Нанами и взглянула на светофор. Горел зелёный свет, поэтому она сорвалась с места и перешла дорогу. Быстро, слегка ссутулившись. — Сумасшедшая.. — услышала Нанами, прежде чем скрыться за поворотом от любопытных глаз. Сердце билось о грудную клетку с бешеной скоростью и казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. В сознании эхом отозвался чей-то женский вскрик, а воображение с радостью дорисовало картину того, что могло произойти. Много людей, склонившихся над её телом, перепуганный водитель, возня и чьи-то нетерпеливые просьбы вызвать скорую... Летальный исход. От последней мысли Момодзоно передёрнуло и она резко остановилось. Холодок пробежался по её телу и она затаила дыхание. Кажется, даже не дышала. Кругом никого, тишину временами нарушали чьи-то голоса вдалеке. А об корку мозга билось лишь одно слово. Неприятное, страшное.Смерть. Смерть. Смерть. Она могла умереть! Так просто..
Нанами кое-как проглотила подступивший ком. Ей плохо. И страшно. Раньше она старалась не задумываться о смерти. О том, что это так страшно. Даже тем убийствам она пыталась не придавать особого значения. Но сейчас, когда она сама чуть не распрощалась с жизнью, что-то в ней щёлкнуло. Нанами только сейчас смогла понять, что она хочет жить. Смогла ощутить это желание так ярко, так остро. Словно её ледяной водой окатили и открыли глаза на элементарные вещи. Ей есть ради кого просыпаться каждое утро. Насколько же нужно быть глупой, чтобы не осознавать всего этого? Нанами прислонилась лбом к холодной каменной стене и устало выдохнула. Она попыталась успокоиться, но в голову лезли мрачные мысли. «Что бы стало с родными, если бы меня.. не стало? – Нанами нервно сглотнула. Ей не нравились эти мысли. – Перестань думать об этом.» Сзади послышались шаги, но Момодзоно не придала им значения. Наверное, обычный прохожий. Но это предположение стремительно тает, когда шаги затихают. Кто-то стоял за её спиной. Нанами заметно напряглась, но поворачиваться не спешила. Не хватало смелости. — Вот уж не думал, что ты решишься на самоубийство. — насмешливо произнёс мужчина. Нанами вздрогнула от этого до ужаса знакомого голоса. Зрачок расширился и, кажется, перекрыл радужку карих глаз. Тишина нагнетала. Её начало окутывать липкое и неприятное, но в то же время такое знакомое и даже родное чувство. Мерзкое и ненавистное, которое душило своими цепкими руками. Но стоило ей услышать его смех, как её окутал страх. Она ..боится его? — Что же ты, даже не посмотришь на меня? — с ноткой удивления вопросил мужчина, кривя губы в оскале. — Мы же не чужие. А Нанами удивлена не меньше. Не ожидала такого от себя. Где злость, где ненависть? Куда все это делось? Набрав в лёгкие как можно больше воздуха, Нанами повернулась к мужчине лицом. Вот он, дорогой горе-"папочка" собственной персоной. Стоит перед ней, в нарядной одежде. Видимо, у него важная встреча с кем-то. Спрятал руки в карманы и смотрит на неё, изучает взглядом, а на лице оскал застыл. Попытка улыбнуться. Девушке от этого взгляда неприятно, некомфортно. Словно она совсем нагая стоит перед ним. А взгляд у него цепкий. — Чего ты хотел? — выдавливает из себя Нанами, поражаясь тому, как дрожит её голос. Мужчина что-то подмечает мысленно, усмехается чему-то. Но вот их взгляды встречаются. И если Нанами пытается хоть что-то заметить в его глазах, то сам "отец" же в душу ей смотрит. Читает, как открытую книгу, роется в её мыслях. И Нанами от этого лишь страшнее становится. Но она находит в себе силы сделать несколько шагов вперёд. — Да так, хотел передать тебе одну вещицу... — легко ответил мужчина и достал из кармана пиджака конверт. — Что там? — с недоверием спросила Нанами, пытаясь рассмотреть конверт. Кажется, у неё дежавю... Вновь конверт? И что же там, фотографии? Она готова поклясться, что там именно фотографии, будь они тысячу раз прокляты..! Как же ей надоела неизвестность и все эти "послания". — Э нет, я тебе не скажу. — покачал головой и странно улыбнулся, чуть ли не вплотную приблизился к девушке. Он заметил, как она вздрогнула, когда он протянул ей конверт. Уловил тень страха в её глазах. Это его насмешило. — Ты узнаешь об это дома. — он следил за реакцией девушки, ловил каждое её движение. — И если захочешь узнать продолжение, обязательно приходи. Я буду ждать. Нанами нахмурилась. Она не хотела брать конверт и не хотела больше появляться в том доме. Он и так снится ей в кошмарах, от которых она просыпается в холодном поту и несётся в ванную комнату. Ведь каждый раз, когда прошлое приходит к ней в кошмарах, после пробуждения на неё накатывает тошнота. — Мне не нужен этот конверт. Забери себе или же избавься! — гневно крикнула Нанами, сжимая кулачки. — И в тот дом я больше не вернусь. Последние слова она прошипела, стараясь выплеснуть на мужчину всю свою ненависть и злость. Ему не понравилось то, в каком тоне заговорила с ним "любимая дочурка", поэтому он грубо схватил её за плечи и прижал к стене. Как бы он ни старался сохранять спокойствия, в глазах блеснули опасные огоньки. Он сжал плечи девушки сильнее, чем стоило бы, отчего она поморщилась. Он слегка наклонился, оставляя между их лицами несколько сантиметров. — Ах, вот как? Значит, правды знать ты не хочешь? — заметив непонимание в девичьих глазах, он терпеливо уточнил: — Хочешь знать, из-за чего всё это началось? Почему наша "семья" разрушилась, словно её и не было? Нанами словно оглушили. В мгновение ока все эмоции и чувства утихли. Она в удивлении "приподняла" брови и округлила рот, словно хотела что-то сказать. Секунда, вторая, третья... Она все продолжает молча пялиться на мужчину. Застыла в его руках, даже дышать перестала. Вот так просто? Пойти в тот ненавистный дом и выслушать рассказ горе-"отца"? И никакого подвоха? — Хочешь ли ты знать правду? — нетерпеливо повторил вопрос мужчина и слегка встряхнул Момодзоно. Он понял, что требовать ответа сейчас от неё – пустая трата времени. Девочка не может и слова из себя выдавить. Не верит. Он отпустил Нанами и засунул конверт в карман её кофты. — Советую всё же глянуть, тебе понравится. Вспомнишь прошлое. — пожал плечами и усмехнулся. — Если же надумаешь приходить – я всегда рад тебе. Он в открытую издевается над ней, смеётся прямо в лицо. И всё, что она может, это стоять и смотреть на то, как он уходит прочь. Покидает её. Это даже к лучшему. — Вспомню прошлое, говоришь.. — задумчиво произнесла Нанами, глядя на спину мужчины. Горькая усмешка сорвалась с её губ и она ушла прочь. Она и не забывала это прошлое. Оно преследовало её, душило по ночам своими мерзкими руками. Нанами видит это прошлое в Кураме, в матери, в себе. Смотрит на свое отражение, но видит прошлое, затаившееся за спиной. Оно не отпускает, держит её за горло. И от этого хочется выть, биться в истерике. Но даже так в руке Момодзоно сжимает злосчастный конверт. Может, если она узнает то, от чего всё это время бежала, ей удастся избавиться от этого чудовища?
