mission "destruction"

— Старый глупый Том, — поведение Торда нереально раздражало. Эта его ухмылка, тупые тычки в щеку, сигаретный дым, безобразные «рога» из волос, самонадувающиеся диваны… Буквально все в нем бесило Тома. Он был рад, когда несколько лет назад норвежец уехал в город. Без него было лучше. А теперь он снова здесь, и из-за этого Том вынужден жить… А где жить-то, собственно? По соседству с крысами и подозрительным гетерохромным мужиком? Такой расклад дел не устраивал алкаша в синей толстовке. Он долго пытался найти себе жилье, но отчаялся в осуществлении этого, поэтому просто пошел в строительную компанию и купил себе дом. Вот так просто. Взял и купил. — Мне не нужны друзья. Я не собираюсь их даже… разыскивать? — взгляд Тома остановился на объявлении о розыске. С фотографии смотрел безразличным взглядом Торд. Поверх его толстовки было надето синее пальто, а в левой руке красовалось ружье. На заднем плане стояли какие-то бомжи. Видимо, они с Тордом заодно. Что-то здесь было нечисто. Слишком уж это подозрительно. Его внезапное возвращение, большое вознаграждение за его поимку… Риджуэлл с крайне недовольным выражением лица (даже больше, чем обычно) побежал в сторону бывшего дома. Торд был застигнут на месте преступления. На словах «Ладно, ты меня раскусил…» Том издал победный выдох, но тут же разочаровался. Хах, всего лишь старая любимая каска. И гигантский робот. …Что?! Слишком стремительно. Слишком сложно. Слишком непонятно. Казалось бы, совсем недавно Торд шутил, нормально жил в общем доме, делал какую-то хрень вместе со всеми. Совсем недавно он вернулся. Наверное, все должно было быть как раньше: безумные приключения четырех странных друзей, ожидание новых частей «Зомби-Пиратов», привычные перепалки и дружеские подколы. Но нет. Сейчас было не так. Торд внутри огромного красного робота. Эдд ударяет его, нажимая на кнопки. У Мэтта фингал под глазом, он помогает Эдду. Том где-то под обломками дома. Их дома. Их бывшего дома. Ларссон опять разрушил все. — Я! ТЕБЕ! НЕ ДРУГ! — яростно кричит Том, выбираясь из-под кусков стен с гарпуном в руках. Вид у него отвратительный: кровоточащая рана на руке, толстовка порвана так, что уже не подлежит подшиву, грязное лицо, еще более растрепаные и всколоченные волосы, чем обычно. В выстрел он вкладывает весь свой гнев, всю злость. Этот гарпун как месть за дом, за друзей, да вообще за все. Неудивительно, что голубо-синий гарпун прилетает точно в яблочко. Это озвучивает Эдуардо. Небо озаряется взрывом, облака окрашиваются в огненно-рыжий цвет. Вдалеке падает тело.

* * *

Торд прекрасно чувствовал, как стремительно падает камнем вниз, находясь внутри огромного робота. И как он не предусмотрел такой исход? Почему не догадался встроить что-нибудь при незапланированном падении? Это было так глупо, что хотелось взвыть от негодования и жгучей злости. На Эдда и Мэтта, на ненавистного Тома, на себя… Взгляд невольно упал на гарпун, застрявший в считанных сантиметрах от его живота. Ещё немного — и эта штуковина пронзила бы Ларссона насквозь, наверняка, задев жизненно важные органы. Эта мысль невольно заставила вздрогнуть, но продолжить ее парень не успел. Робот с громким звуком упал на землю, разломавшись на несколько кусков и погребая под собой горе-завоевателя. Руку тут же пронзила невыносимая боль, как и вообще всю правую часть тела. Торд стиснул зубы, выбираясь из-под обломков. Встав на ноги, он тут же схватился за разодранную в кровь руку, кажется, совершенно не чувствуя ее. Все тело невыносимо болело, особенно правый глаз, уже ничего не видящий. Но эта боль была ничем, по сравнению с душевной. Парень был глубоко разочарован в себе. Каким же самонадеянным глупцом он был! Как можно было недооценивать своих старых друзей, переживших довольно много событий в своей жизни? Но ничего. Это будет достаточно жестоким уроком для Ларссона и жизненным опытом. За спиной послышался шум мотора от машины, заставив обернуться. Как и ожидалось, там стояли его единственные близкие люди, оставшиеся даже после такого грандиозного фиаско — Пол и Патрик. Торд отвернулся от них, не желая видеть лица мужчин, искаженные ужасом и, возможно, ещё какими-то другими эмоциями. Он не хотел жалости от них к себе. Это раздражало ещё больше. Он не хотел выглядеть слабым. Нет, никогда и ни за что. Торд ещё докажет, на что способен. Возможно, сегодня он проиграл, возможно, это даже стало некой «точкой невозврата», но битва ещё не закончилась. Время покажет. Стремительно обернувшись в другую сторону, взгляд парня упал на металлическую руку своего бывшего робота. Пожалуй, она ещё пригодится. Можно использовать вместо протеза, например, потому что столь тяжёлое ранение вряд-ли можно вылечить. Конечность придется ампутировать, это уже было ясно. Ларссон приблизился к этой железной руке, останавливаясь рядом. На траву под ногами тут же начала капать кровь, окрашивая зелёный цвет в бордовый. Подняв металлическую запчасть, Торд опустил на нее единственный здоровый глаз, заметно мрачнея. Конечно, они с Томом ненавидели друг друга, но он не предполагал, что все зайдет настолько далеко. Хотя, уж точно не Торду это говорить. Ведь это Ларссон собрался завоёвывать мир, а не Риджуэлл или остальные. Переведя взгляд вперёд, где отчётливо виднелось три силуэта «друзей», парень ещё немного постоял на месте, смотря вдаль, пока Патрик заботливо перебинтовал его раненую руку, которая стремительно пропитывала бинты свежей кровью. Торд не знал, сколько ещё времени тупо простоял на месте, но затем сел на мягкую траву, продолжая обнимать поврежденную руку и смотреть вдаль, на то место, которое было раньше домом Эдда, Мэтта и Тома. Том, усмехаясь, подходит к Мэтту и Эдду. Он кладет руки на их плечи и держится. — А я говорил, что гарпун будет полезным. — Кажется, нам нужен новый дом, — мысли вслух Эдда. Том нащупывает в кармане ключи от новой квартиры и отвечает: — Вообще, есть у меня одно местечко. Спустя несколько дней они въезжают в новую квартиру. Прошло ещё несколько минут, прежде чем парень в красной толстовке наконец поднялся на ноги, приблизившись к машине, на которой сюда и приехали Пол с Патриком за ним. Когда Ларссон сел внутрь, то машина незамедлительно тронулась с места, и они поехали вперед, подальше отсюда.

* * *

[Прошло несколько лет]

Торд стоял на краю обрыва, с высока глядя на полыхающий огонь, который сжёг всю деревню до тла. Его красный плащ, ободранный по краям, грациозно развивался по ветру. На лице красовалась победная ухмылка. С ещё одними сопротивляющимися покончено. Пусть знают, что бывает с теми, кто не хочет присоединиться к красной армии. Ларссон мог бы ещё долго наслаждаться моментом своего триумфа, но не сейчас. Нужно было возвращаться обратно, в свою крепость. Эта ничтожная деревушка не решала оставшуюся проблему с армией Сопротивления. Красный лидер все ещё не знал, где находится их база, как бы усердно не пытался выйти на нужный след, у него это не получалось. Улики были тщательно стёрты, а те, кого брали в плен, не знали, куда могла переехать их команда. Он даже не мог узнать имени лидера этой ничтожной группы, которая предпринимала всевозможные попытки помешать Торду в захвате новых городов. К слову о захватах. Красная армия стремительно росла, как и число предателей, шпионов в ней. Верить тут никому нельзя. Только Патрику и Полу. Только этим двоим Ларссон доверял, как себе. Больше никому. Они ведь были с ним почти всегда и поддерживали во всем. Предавать им попросту незачем. Вернувшись обратно в крепость, Красный лидер устало осмотрелся по сторонам у себя в офисе, останавливая взгляд на письменном столе, за которым в данный момент и сидел. Надо признать, вся эта возня с армией, с предателями, с сопротивлением, отнимала много сил. Торд устало потер переносицу, поправляя повязку на правом глазу. Сняв перчатки с обоих рук, мужчина опустил взгляд на собственную металлическую руку, сжав ее в кулак. Перед глазами машинально пронесся тот день, когда ему пришлось заменить живую руку на кусок железа. Это было довольно-таки больно, а затем ещё и пришлось некоторое время привыкать к ней. Зато механическая рука была довольно хорошей в применении, намного лучше, чем обычная, живая. Например, она увеличивала силу удара в несколько раз или же с помощью протеза можно было с легкостью кого-то задушить, просто схватив за горло и немного сжав. Внезапно, в дверь кто-то постучал, отвлекая от мыслей. — Сэр? — послышался знакомый голос за дверью. — Да, Пол, входи, — спокойно отозвался Торд, поднимая взгляд на дверь, которая открылась и на пороге появился сам говорящий. — Мы засекли ещё одного шпиона в наших рядах, — доложил он. Ещё один. Что-то много предателей за последний месяц. — Ты знаешь, что делать, — на автомате бросил он, вдруг задумываясь. — Хотя, стой. Я сам хочу это сделать. — Конечно, сэр, — коротко кивнул Пол, дожидаясь, когда Красный лидер покинет свой кабинет. Они вместе спустились вниз, где была тюрьма, идя в сторону камеры с заключённым. Зайдя внутрь, Торд бросил презрительный взгляд на предателя, доставая свой пистолет и перезаряжая. Шпион был прикован цепями в стене, решительно смотря на Ларссона. — Вам не победить. Вы все равно рано или поздно падете, — громко произнес он, кашляя кровью. — Ты правда так считаешь, ничтожество? Красная армия сильна как никогда! И скоро мы завоюем весь мир. Приятного времяпровождения в аду, мерзкий предатель, — Красный лидер выставил вперёд оружие, тут же давя на курок. Выстрел. И в голове шпиона образовалась дыра, из которой тут же струйками потекла кровь. Торд приблизился к обмякшему телу, с садистской улыбкой взяв его за подбородок, внимательно рассматривая остекленевшие глаза предателя. Как хрупка человеческая жизнь, способная в любой момент оборваться… Мужчина отошёл от трупа, выходя из камеры с каменным лицом и возвращаясь обратно в свой кабинет. Уже было достаточно поздно, об этом свидетельствовало время. На природу за окном уже никто давно не смотрел, потому что черные тучи постоянно закрывали собой солнце. Никто так же уже и не помнил, как оно выглядит, и как согревает своими лучами. Красный лидер вновь устроился за письменным столом, доставая пачку дешёвых сигарет и закурив.

* * *

Хмурое небо нависало над землей. Дым проникал в легкие, неприятно обжигая их. Этот дым везде. Мир охвачен огнем, костром, который развела Красная Армия. Конечно же, виновник сего «торжества» — Торд. Теперь его звали Красным Лидером. Пх, как неожиданно. Естественно, в считанные дни была сформирована группа сопротивления. В ее главе — Эдд. По его правую и левую руку — Мэтт и Том. К счастью, основной состав, то, на чем сопротивление держалось, не был известен ни самой Красной Армии, ни ее Лидеру. А то мир бы окончательно погряз в этом дерьме. Торд со своими людьми выжигал целые города, разбивал сердца, разъединял семьи, убивал людей толпами. Пуля в лоб — и готово. Всего забава. Захватить мир же так просто. Необходим был план. И этот план у Сопротивления был. Надо было послать человека, чтобы он шпионил за делами Ларссона изнутри. Чтобы втерся в доверие. А потом сбежал, чтобы присоединиться к отряду и наконец начать Великое Восстание. Этот человек был выбран сразу. Том Риджуэлл — отличная кандидатура. Ненавидит Торда с незапамятных времен, вряд ли привяжется к нему. Вариант подослать Эдда или Мэтта сразу отметался — они нужны Сопротивлению. Они его возглавляют, поэтому не могли отлучиться от дел. А доверия, более сильного они, чем к Тому, пожалуй, не питали ни к кому другому. Сейчас были тяжёлые времена, смутные. Ко всем надо было относиться с опаской. Действовать осторожно. По плану Том должен был несколько пожертвовать собой в очередном сражении: получить ранение и, потеряв сознание, остаться на поле боя. Так и произошло. Однако Риджуэлл не ожидал, что это будет настолько больно. Ему прострелили правую ногу. Лицо было в крови и поте. За Томом тянулся шлейф из его собственной крови. Сил не оставалось. Патроны для ружья кончились. Со временем Риджуэллу начало казаться, что тучи нависают над его головой, собираясь в туман. Он плелся вперед, переставая видеть что-либо. Темнота сгустилась перед его взором, ослепляя. Он заранее знал, на что идет, но не был готов, что будет настолько больно. Дыхание стало тяжелым и замедлилось. Веки смыкались, сила покидала тело. Окончательно отрубаясь, Том с трудом осилил следующие пару шагов и упал без сознания в грязь. Замаскированный Мэтт, что стоял во главе войск, увидел это. Ему было больно за Тома, но другого выхода не было. Оставалось надеяться, что Торд не оставит его здесь умирать. А то все будет потеряно: надежда, план, а самое главное, Том. Харгривс отозвал остатки Сопротивления. Битва опять проиграна из-за численного превосходства Красной Армии. Все затихло. Тучи на небе застыли, вдалеке догорали костры. Земля была покрыта ручьями крови и мертвыми телами. Недвижимые трупы /да ладно/ были повсюду. Одни на других, они лежали кучами. Отдельно от всего этого месива лежал Том, который сейчас выглядел воистину жалко. В его раскрытой руке лежало ружье. Сердце глухо билось. Тук. Тук. Тук. Медленный пульс. Тук. Тук. Тук. Слабое дыхание. Тук. Тук. Тук. Бока еле заметно вздымаются и опадают. Но Том не сдался. Том по прежнему жив. Он вспомнит про план, когда очнется. А сейчас он погрузился в сны. Не сладкие безмятежные грёзы, а тяжелые, как воздух будущего, наполненный дымом, кошмары. Он жив. Пока что жив.