Целуя твои шрамы.

Он проснулся от едва различимого шелеста ткани. Вся комната была погружена во тьму. Единственным источником света был экран телефона, на котором беззвучно шел фильм. Мокрая от пота простынь липла к спине. И до безумия хотелось закурить. Нико сидел на самом краю кровати, свесив голые ноги. Даже если прислушаться, то различить его дыхание было практически невозможно. Он протянул руку и коснулся кончиками пальцев выступающих лопаток. Нико едва ощутимо вздрогнул и подался назад, не надев рубашку до конца. Кожа под руками была словно бархатная. Все еще чуть влажная. Он раскрыл ладонь и провел вниз, до поясницы, на память обводя каждую родинку. — Ты похудел… — Он хотел спросить, но получилось больше похожим на упрек. — Тебя не кормят? — Кормят, — Нико все-таки натянул тонкую рубашку на плечи, игнорируя протестующую руку. — Просто я не могу есть, когда заставляют. Он нахмурился и ссутулил плечи, полностью ощущая вину за сложившуюся ситуацию. Но мальчишка словно бы почувствовал, что сболтнул лишнего. То, что не хотел говорить. Обернулся и в его глазах отразился свет от экрана мобильника. — Что бы ты ни подумал, я не это имел в виду, — с улыбкой произнес Нико, подползая к нему. — Я летом всегда ем очень мало. Не хочу есть в жару. Нико поравнялся с ним, и Он с каким-то садистским удовольствием снова содрал с него рубашку. Под едва слышный смех. Нико поразительно много позволял ему. То, за что Он сам бы оторвал голову любому, мальчишка воспринимал спокойно. Только смотрел исподлобья и кусал тонкие губы. Его загорелая кожа дикостью смотрелась на фоне чужой — почти что серой. Никогда Он не мог отказать себе в удовольствии пропустить сквозь пальцы короткие черные косички, которыми Нико украшал свою голову. На конце каждой была особенная бусина. — Эту, — говорил Нико, лежа после оглушительного оргазма на Его груди, — я надел в тот день, когда ты нашел меня. И она единственная, которую я не снимаю. Он повалил их обоих обратно на кровать, переплетая ноги и руки. Нико был маленький и худой, но не костлявый. Просто… маленький. Словно самый хилый котенок в помете, которого мать кошка дольше всех вылизывает, который позже всех открывает глаза. Он вздрогнул, когда почувствовал пальцы в своих волосах. Попытался было отодвинуться, избежать этого прикосновения, но пересилил это желание и остался лежать. — У тебя прибавилось седины, — шепотом известили Его. Будто бы Он и сам не знал. — Я покрашу их, когда будет время, — словно бы оправдываясь, произнес Он. — Не нужно, — в голосе Нико послышалась улыбка. — Она похожа на снег. Снежный человек. Он перехватил ласкающую его ладонь и прижал к губам. — Потерпи, пожалуйста, немного. Я вытащу нас… — пообещал Снежный человек.

***

Машина бесшумно скользила по городу. Оливер сидел на заднем сидении, не отводя глаз от своих колен. На них, обернутый в несколько пакетов, лежал диск. На котором было возможное доказательство его невиновности. Если Джозеф вспомнил все правильно, если камера засняла. Если. Дарси покосился на замолчавшего еще около клуба Линча. Марти особо ничем помочь не смог. Да, видел сцену. Но ничего запоминающегося. Обещал подумать. И все время щурился на яркий свет. Работать его пока не пускали. Падение с лестницы это все-таки не комариный укус. Личным распоряжением Джозефа, Марти мог только с течение дня помогать на кухне или в зале. Не больше трех часов. Марти был несказанно “счастлив”. Служба охраны выдала им диск с записью. Но сразу предупредила, что качество оставляет желать лучшего, и вообще была ночь. И в целом особенно они и не разбирались — выставили и забыли. Хаббарт нахмурился и сделал себе мысленную пометку: разобраться в распределении средств в клубе. Йен вел машину молча. Он злился на брата, который в очередной раз попал в какую-то кромешную задницу. И мальчишку туда втянул. Хотя, Оливер не выглядел запуганным страшной мафией. Все цеплялся за Дарси, не отходил от него ни на шаг. Когда ему позвонил Трейси, Йен собирался после смены завалиться спать. Но детектив убедительно просил приехать и разобраться с братом, пока все не переросло во что-то более серьезное. — Куда еще серьезнее… — зло бросил в отключившуюся трубку младший Хаббарт и одним движением натянул джинсы. С Трейси они работали уже несколько лет. Когда Йен пришел стажером в пожарную бригаду, детектив уже добросовестно выполнял свою работу. Не слишком удачно, но с завидным рвением. Поэтому все время кичился, что у него больше опыта. И что рыжий пожарный должен к нему прислушиваться. Теперь у него было отвратительное настроение, меньше десяти часов на отдых и сбитый машиной брат с ребенком в охапку. Захотелось удариться головой о руль. Или ударить головой о руль Дарси. Второе с каждой секундой все больше казалось идеальным решением. — Не сопи, — машинально указал старший, обдирая кожу с разбитых костяшек. — Тебя забыл спросить, — огрызнулся Йен. — Ты мне вообще испачкал машину. — Я тебе ее купил, имею право пачкать, — тут же завелся Дарси. Ссора грозила развернуться прямо посреди шоссе. Но Оливер поднял голову, перевел взгляд с одного мужчины на другого. — Мы, наверное, оторвали Вас от каких-то дел. Простите, — парень чуть улыбнулся, глядя на Йена в зеркало заднего вида. Рыжий пожарный долгую секунду рассматривал Линча, после чего нахмурился. — Моргни два раза, если мой брат держит тебя в заложниках. Дарси подавился воздухом, начал кашлять. После чего уставился на родственника. — Ты ебу дал!? — А как еще объяснить, что с тобой рядом воспитанный и приятный человек?! Ты его явно где-то спер! — Лучше бы тебя кто-то спер! — Дарси потянулся, чтобы дать брату подзатыльник. Йен увернулся. Вместе с Йеном увернулся и руль, из-за чего машина сделала крутой вираж. Оба Хаббарта вцепились в выступающие ручки и хором выругались. Оливер улыбнулся себе под нос. Братья были очень похожи, хоть и не хотели этого признавать. Скрывали волнение за грубостью и злостью. Одинаково хмурили брови. Одинаково матерились. — Ты у матери когда последний раз был? — неожиданно спросил Йен. — Пару недель назад, — растерянно ответил брат. — По-твоему это нормально? — снова начал заводиться Йен, но выдохнул медленно. — Я ей сказал, что сегодня мы заедем поужинать. — Что?! — Дарси бросил на младшего злой взгляд. — Я не могу, у меня работа! — Бери своего калеченного дружка и приезжайте, — обронил он. — Она будет рада. На днях папин день рождения. — Я помню, — глухо отозвался Дарси, отворачиваясь в окно. — Чем мой приезд ей поможет? — Мое дело позвать, — резко закрылся Йен, даже черты его лица будто бы заострились от злости. — Делай что хочешь. Машина остановилась около офиса “Черных роз”. Дарси молча открыл дверь и вылез из машины. Младший брат сжал на руле подрагивающие пальцы. Сигареты остались дома. Его плеча вдруг коснулась рука. — Не волнуйтесь, он приедет. Вот увидите. Оливер поспешно вылез из машины, когда Дарси раздраженно постучал пальцами по окну. Йен проводил его растерянным взглядом.

***

Тело Нико билось в припадке: снова и снова ударялся затылком о грязный пол. Глаза закатились, дышал через раз. У Него дрожали руки. Игла не попадала в ампулу, лекарство не набиралось. Под ногами хрустнул другой шприц, отлетевший в сторону. — Твою мать! — Он, наконец, наполнил шприц веществом. Упав на колени, Он попытался удержать бьющееся тело одной рукой. Кожа Нико, его чудесная бархатная кожа, была ледяной. Грязь отпечаталась на изможденном лице. Коленом Он прижал его ноги, локтем вздрагивающую грудь. Кое-как зафиксировав Нико, Он смог уколоть лекарство. Нико еще несколько раз вздрогнул, после чего опал и затих. Мужчина отшвырнул в сторону шприц и сгреб безвольное тело в охапку, прижимая к себе. Прижался ухом к груди. Сердце стучало: слабо и медленно, будто неуверенное, что ему можно. Через секунду Нико сделал слабый вдох, после чего закашлялся. Он выпрямился. В комнате было нечем дышать. Снежный человек протянул руку и провел пальцами по сгибу локтя Нико: по темным маленьким точкам, так уродовавшим загорелую кожу. За спиной послышались шаги. — Неужели ты думал, что можно ошибаться и не получать за это наказание? Это первое и последнее предупреждение. Еще одна оплошность недопустима. Он закрыл глаза, ощущая, как в объятиях слабо шевельнулся Нико.

***

Оливер трепетно прижимал к груди пакет, тем самым вызывая у Дарси приступы веселья. Они поднимались по лестнице на второй этаж. У двери в коридор Линч вдруг споткнулся обо что-то, но устоял на ногах. Рыжий, нахмурившись, поднял с ковра записную книжку Кларенса. — Что за черт? — растерянно протянул он, оглядываясь по сторонам. — Здесь же все важные встречи и данные. У него две вещи в жизни самые ценные — сын и эта книжка. — Может, выронил? — Оливер огляделся по сторонам. Офис выглядел как обычно, было только слишком… тихо. Хотя, почти закончился рабочий день. Вероятно, все клиенты уже ушли. К такому же выводу пришел и Дарси, но для верности проверил в кармане свой нож. Они пошли дальше, заглядывая в открытые двери. Все было чисто и красиво. Но не было ни души. Наконец, они подошли к кабинету Крейга. Хаббарт обернулся и еще раз окинул взглядом коридоры. — Ох, не к добру… — сквозь зубы выдохнул он. Оливер постучал в дверь. От первого же прикосновения она чуть приоткрылась. Не думая ни секунды, парень толкнул ее вперед, распахивая. Посреди комнаты, без трости и любой опоры, стоял Аарон. В одной рубашке, порванной в нескольких местах. Он держался за больную ногу, но упрямо продолжал стоять. Слева, в углу, на коленях стоял Доминик. Его подбородок и грудь были залиты кровью, глаза яростно сверкали. К затылку прижималось дуло пистолета. Линч машинально сделал шаг вперед, чтобы не стоять как вкопанный. В это же мгновение лапища сгребла его за воротник, затягивая в кабинет. Диск выпал из его рук под ноги. Шею сдавила сильная ладонь, перекрывая кислород. Парень вцепился в нее, глядя широко распахнутыми глазами в чужое лицо. Он даже не успел вспомнить ни одного приема, которым его учили альфы, не то, чтобы применить. Но это и не потребовалось. — Только я могу его душить, мудила! — Дарси отпихнул Олли в сторону, снося напавшего с ног. Линч некрасиво взмахнул руками и рухнул за диван, ощупывая шею. На секунду показалось, что она стала плоской, как в мультиках про Тома и Джерри. Кожу саднило в том месте, где были чужие пальцы. Парень поджал ноги, заползая за преграду, чтобы его не было видно. Около стены сцепились два альфы, нанося друг другу жестокие удары. Противник Дарси потянулся было за оружием, но рыжий легко вышиб пистолет из его руки. Тот с грохотом упал на пол и закрутился на одном месте. Завороженный этим, Оливер не увидел, как оппонент Хаббарта некрасиво ударил его по колену заостренным носом ботинка. Рыжий выругался и упустил нить драки. Следующий удар сшиб его с ног. Кто-то зааплодировал. Олли перевел взгляд на шкаф, в дверце которого отражался сидящий в кресле человек. Он был довольно щуплый, но одет очень дорого. На носу поблескивали тонкие очки. Руки были в перчатках. Положив ногу на ногу, он поигрывал тростью Аарона. — Вы отняли у калеки трость? — презрительно сплюнул кровь Дарси. — О, я не идиот, — негромко ответил незнакомец, широко улыбаясь. — Если оставить ему трость, через пару минут мы все будем мертвы. — Вы и так будете… — зло улыбнулся рыжий, за что снова получил по зубам. — Ну зачем так грубо, — деланно сокрушался щуплый. — Все можно решить мирным путем. Правда, Аарон? Альфа утер ладонью пот с виска. Он надеялся, что Дарси и Оливер приедут позже. Когда они уже выберутся из этого дерьма. Или когда их уже убьют. Нога яростно болела, возмущаясь таким обращением. Его рубашка промокла на груди и подмышками. Хотелось плюнуть на все и просто упасть на пол. Но он не имел права. Пока он стоит, у них есть надежда. Пока он стоит, Дарси будет дерзить, а Домм сверкать глазами, выжидая подходящий момент, чтобы пересчитать ребра этим слизнякам. Он должен был стоять. — Я так и не понял, — Крейг постарался скрыть дрожь в голосе. — Что ты хочешь, Жерар? — О, совсем немного… — тот, кого звали Жерар, радостно улыбнулся и подался вперед. — Всего лишь хочу Гавань. Вернее, я хочу уехать в Италию, к своей жене. Но ехать без денег я не могу. Чтобы ехать с деньгами, я должен работать. И моя работа — это привести “Тихое место” в Гавань. Вот и все. Он протянул трость Крейгу. Так, чтобы тот не мог дотянуться. — Давай же, пару подписей и все закончится. И, возможно, даже тот милый омега, что встретил нас в коридоре, не сильно пострадает. Домм дернулся в углу, ругаясь то ли на испанском, то ли на итальянском. “Полиглот хренов” — подумал Крейг. — Я вытащу твой позвоночник через твой рот… — яростно зашипел блондин, по его подбородку потекла кровь. — Ох, мир пронизан бессмысленным насилием… — покачал головой щуплый. — Давайте что-то решать, у меня еще есть дела. Ты подпишешь бумаги? Раньше, чем Аарон успел что-то сказать, Дарси хохотнул. — Подпишет. Твоей горячею кровью. А из твоего черепа я сделаю ему кружку. Доминик засмеялся. Подавился кровью, сплюнул ее и снова засмеялся. Крейг позволил себе кривую улыбку. Сил сразу прибавилось. Жерар вздохнул. — Интересно, а ваши друзья тоже так думают? — он вытащил из кармана на груди мобильник и набрал номер. — По моим расчетам, они уже оценили наши доводы. Он поставил звонок на громкую связь. Гудки громом раздавались в кабинете. Крейг почувствовал, как у него заболело в груди. Где-то слева, где, по идее, должно было быть сердце. Или что там у таких, как он, вместо сердца? Аппарат хрюкнул, оповещая, что на звонок ответили. — Алло, Себ… — веселый тон Жерара перебил нечеловеческий крик, взметнувшийся к самому потолку. Оливер зажал ладонями уши, Аарон только сморщился. Через пару секунд крик стал тише. — Вас приветствует агентство нестандартной и беспрецедентной смерти! — раздался вдруг веселый голос Джозефа. — К сожалению, абонент не может ответить на Ваш звонок. В данную секунду ему вскрывают горло рожком для обуви. Вы можете оставить свое сообщение, но он вряд ли Вам перезвонит! — Пожалуйста, оставайтесь в сознании. Ваш звонок очень важен для нас, — раздался вдогонку очень злой и хриплый голос Эрла. — Вы все еще не обосрались от страха? Тогда мы идем к Вам. Джозеф захохотал. На заднем плане, обещая звонившему самые адские страдания, пронзительно мяукнул кот. Жерар отшвырнул телефон, словно тот вот-вот взорвется. Его гневный теперь взгляд метнулся к альфе. Аарон в ответ только зло улыбнулся. — По-моему, мои друзья тоже особенно не хотят дружить с твоими. Жерар вскочил на ноги, вытаскивая пистолет. Направив его точно в грудь Крейгу, он зашипел: — Ты подпишешь бумаги и сдохнешь в муках. — “И” или “или”? — весело уточнил Домм. Оглушительно грохнул выстрел.

***

Нико сидел на диване и глядел в окно. В его широко распахнутых глазах отражалось летнее синее небо. На нем была Его любимая синяя рубашка, которую было так приятно срывать в порыве страсти. Снежный человек стоял в дверях, крепко схватившись за косяк. На бледных губах Нико застыла улыбка. Та самая, с которой он всегда встречал Его. В те редкие минуты, когда можно было остаться наедине. На солнце поблескивало небольшое кольцо, висевшее у него на шее. Одно маленькое кольцо, одно большое обещание. Одно большое нарушенное обещание. Он закрыл глаза, ощущая, как в глотке вихрем зарождается вой, крик, стон. Что-то, что он никак не может выпустить оттуда. Что-то, что он должен сдержать. Пока. “ Что ты застыл там? Заходи! Посмотри, какое сегодня солнце!” Эхом раздалось в Его голове. Повинуясь просьбе, Он распахнул глаза. Но вместо солнца он увидел только грязный шприц, торчавший из руки Нико. И книжку про Алису в стране чудес.

***

— Какого черта!? — Доминик дернулся в чужих руках, широко раскрытыми глазами глядя в стену. — Кто это стрелял!? Жерар нехорошо улыбнулся и дернул дулом пистолета. — Я говорил, что лучше поспешить. Видимо, тот милый парень сделал что-то, что не понравилось моему другу. Двуликий взревел, опрокидывая своего сторожа, завязалась потасовка. Оливер задержал дыхание, не отводя глаз от наставленного на Аарона пистолета. Щуплый нервно потирал курок. От прежнего спокойствия не осталось и следа. — Давай, я тебя немного мотивирую? — он вытянул руку. В эту же секунду Линч выскочил из своего укрытия. Метнулся между мужчинами и закрыл собой альфу. Его глаза сияли ярким синим цветом. Он замер, загораживая Аарона насколько мог. Прижался плечами и спиной к его груди. Вжался затылком в беззащитное горло. Грудь судорожно вздымалась и опускалась. Руки были сжаты в кулаки. — Оу, — Жерар нехорошо улыбнулся. — Какие страсти. Готов за милого жизнь отдать? Благородно. Хотя какое к черту благородство? Омежьи инстинкты, вот и все. Но, лапушка. Не сработает. Я бета. Жерар широко улыбнулся, обнажая зубы. Крейг в первую секунду заледенел, проклиная мальчишку всеми известными ему словами. Теперь на его руках будет еще и кровь ребенка. Но через мгновение все слова и упреки застряли у него в горле. Когда Олли прижался к нему всем телом. Чуть двинул бедрами из стороны в сторону. Дыхание альфы сбилось, кровь ударила в голову. Чертов засранец. Пока Жерар наслаждался собственной властью, Аарон подался вперед, крепко обхватил левой рукой Оливера за плечи, а другой нырнул ему под свитер, вытаскивая спрятанный там пистолет. Догадался ведь, подобрать и спрятать. Догадался прикрыть правилами природы, изобразить испуг за него, хоть и хромого, но все-таки альфу. Вскинув руку, Аарон выстрелил. Но не в Жерара, нет. В того, кто в эту секунду пытался задушить Доминика на полу у стены. Тело вздрогнуло, и Домм тяжело закашлялся, выпутываясь из захвата. Аарон начал тяжело оседать на пол. Рывок забрал все последние силы, нога подвела его. Но чужие руки поддержали его. Оливер помог ему сесть, ни на секунду не переставая загораживать его от ошалевшего щуплого. — Ах ты, щенок! — зашипел он,наступая на них. — Да я тебя собственными руками удушу! Оливер нахмурился и сжал кулаки, выпрямляя плечи. Но вместо удара раздалось два выстрела. Жерар секунду соображал, после чего завизжал, падая на ковер. Из простреленных колен хлынула кровь. — Бах, бах! Сказал пистолет! — раздался от дверей хор веселых голосов. Оливер растерянно перевел туда взгляд. Прислонившись к двери, там стояли две совершенно одинаковые девушки. Их золотые волосы были собраны в два высоких хвоста. На шее, под ухом, виднелась татуировка - буква R в квадрате. Обе были в джинсовых комбинезонах, только вместо штанов были шорты. Высокие черные сапоги доходили до колен. Куча браслетов и кулонов, небольшие рюкзаки. И по пистолету. Шагнув в кабинет, они опустились на одно колено перед скулящим Жераром. Их глаза вспыхнули. И Оливеру пришлось потереть ребром ладони глаза, потому что такое он видел впервые в жизни. У одной из них правый глаз горел адским красным пламенем, левый — замораживал синевой. У второй было ровно наоборот. — Не смей хамить нашему боссу, — зло сказала первая. А вторая надавила дулом точно в раскуроченное колено. Жерар снова закричал. — Хватит, — устало произнес Аарон. — Руби, Рут. Оставьте его. Последний наемник, про которого все благополучно забыли, метнулся к выходу, чтобы унести ноги, но удар тяжелого металлического подноса по лицу вывел его из строя. Все замерли, а в кабинет шагнул очень злой Кларенс. Его рубашка была порвана, волосы растрепаны. Одной рукой он держал поднос, второй — пистолет. Из носа текла кровь. — Я потерял ежедневник, — ледяным голосом оповестил он. — Кларенс, — выдохнул Домм, поднимаясь на ноги и подходя к нему. — Ты жив. Омега раздраженно повел плечом, мол: “Какие глупости, конечно жив!”. — Вот твоя книжка, — Дарси шагнул к ним, почетно вручая находку. Аарон тяжело облокотился спиной на стол. Где-то на полу заорал его мобильник. Он закрыл глаза, баюкая жалость к самому себе и гордость за свою команду. В груди слева неприятно тянуло. — Тебе плохо? — Оливер опустился рядом. Крейг покачал головой и взглянул на него. — Ты мог погибнуть. Но ход был красивый, — он чуть улыбнулся. — Умный. Оливер пожал плечами. И улыбнулся в ответ, неуверенно, робко. Альфа протянул руку и едва ощутимо коснулся наливающихся синяков на чужой шее. Олли затаил дыхание, глядя в глаза напротив. Комнату озарил громкий смех, и Крейг отдернул руку. Близнецы обнимали Кларенса, успокаивая его ярость. Домм подбирал разбросанные тут и там пистолеты, сокрушаясь, что у них нету тира. Дарси прикидывал, куда теперь девать тела — и живые, и мертвые. — Еще ничто не кончено… — сквозь зубы прошипел Жерар. — Гавань не будет вашей… — Мы с тобой это еще обсудим… — зло пообещал ему Аарон. — Расскажешь, заодно, зачем вам сдалась эта Гавань. — О! Кстати! — Дарси подошел к Крейгу и, не обращая внимание на стоны щуплого, вздернул его за шкирку. — Мама пригласила всех сегодня на ужин. Мне кажется, мы заслужили! Аарона перебил звон разбившегося стекла. Осколки брызнули у них за спиной. Жерар вздрогнул и резко завалился на спину. Хаббарт грязно выругался и отступил. Во лбу Жерара отчетливо виднелась дырка.