Not Like It

Гарри вошел в сопровождении Луи в большой замковый зал, остановился у двери и осмотрелся. Люди уже сидели за дубовыми столами и ждали его появления. До слуха доносилось привычное ровное гудение голосов. Как всегда, в зале царили баритон Лиама и рокочущий бас Дерека. Слуги сновали между столами, разнося на деревянных блюдах жареное мясо. Взгляды альф — тоже как всегда — были прикованы к прелестям Кея, который, призывно улыбался. Заметив Гарри, Кей стал покачивать бедрами, стараясь привлечь к себе внимание своего хозяина и даже, если повезет, разжечь его чувственность. Судя по всему, ему не давало покоя мысль, что Гарри решил не допускать омегу больше в свою спальню. Луи занял место в дальнем конце нижнего стола — там, где сидели слуги. Стайлс пересек зал и схватил шатена за руку. — Разве ты забыл, что сидишь за столом вместе со мной? — С какой стати? Я пленник, и мое место здесь, вместе со слугами. Прошу, не ставь меня в глупое положение, заставляя сидеть рядом с тобой! — Луи, я… — Оставь меня. Разве ты не видишь, что на нас смотрят? — мальчик опустил голову, и короткая прядь карамельных волос упала ему на лоб. Гарри вдруг захотелось смахнуть эту прядку, но он, совладав с искушением, вернулся на свое место. Усевшись за стол, альфа наблюдал, как Рашид снимает пробу с приготовленного специально для хозяина угря. Съев кусочек, Рашид наклонился к Гарри и тихо сказал: — Этот омега горд, хозяин. Не то, что другие. — Да уж, — кудрявый не сводил взгляда с Луи. — А гордый омега — все равно, что породистый конь. С ним надо обращаться ласково, а главное — почаще гладить. — Я обдумаю твой мудрый совет, Рашид. — Всегда к твоим услугам, хозяин. Когда захочешь узнать, как правильно вести себя с омегами, обращайся к Рашиду. Повар подмигнул Гарри и начал снимать пробу с других блюд. Покончив с этим, он отвесил преувеличенно низкий поклон Луи. Мальчик кивнул ему и даже слабо улыбнулся, хотя голубые глаза были печальны. Омега сидел далеко от Гарри, и его со всех сторон окружали незнакомые люди. В зале появилась Далия с Вариком на руках. Увидев шатена, мальчик радостно закричал на весь зал: — Люи! Люи! Хосю кусать вместе с Люи. — Нет уж. Придется тебе кушать вместе с отцом, — сказала Далия. Мальчик посмотрел сначала на Гарри, потом на Луи и недовольно выпятил нижнюю губку. — Люи, давай кусать вместе? Я, ты и оте-ес! — Твое место рядом с отцом, Варик, — Томлинсон старался говорить твердым голосом, хотя это давалось с трудом. Маленький альфа едва не заплакал. Нянька отнесла его туда, где расположился Гарри, и усадила на маленький стульчик рядом с отцом. Поклонившись хозяину, она заняла место возле Луи. Лиам уселся справа от Гарри, а Барри, Томас и Дерек — слева, рядом с Вариком. — А что поделывал сегодня мой любимый кузен? — понизив голос, спросил кудрявый у Лиама. Взглянув на Дерека, он заметил, что тот продолжает глазеть на Луи. Увидев похотливые глаза кузена, Гарри недовольно нахмурился. — Сидел у себя в комнате вместе с Кеем. Может, он тоже вовлечен в это дело? Думаю, ему не составило бы труда отравить пищу Варика. А то, что Кей показывал всем изумруд, может ничего и не означать. Обычная уловка, чтобы отвлечь внимание и сбить нас со следа. — Я обдумаю это. Но на всякий случай не спускай глаз и с него. Кею я доверяю ничуть не больше, чем своему кузену. Что-нибудь еще тебе удалось разнюхать? — Ничегошеньки. Хотя мы с Барри очень старались. Трудно уследить за всеми, ведь в замке столько народу. Я тебе больше скажу: мы ведем сражение, которого нам никогда не выиграть. Пока не узнаем, кто стоит за всеми этими покушениями. — Мы найдем этого ублюдка! — Гарри скрипнул зубами. — Хорошо бы это случилось пораньше. Варик уронил хлеб, Стайлс нагнулся, поднял хлеб и швырнул Бальтазару. Волк поймал добычу на лету. Варик, увидев Бальтазара, радостно засмеялся. — А как ты поступишь с Луи? — спросил Пейн. — Не знаю. — Думаешь, он тоже причастен к покушениям на твою жизнь? — Теперь я уже так не думаю. — Ты ему сказал об этом? — Не сказал и не собираюсь. — Слушай, а не забыл ли ты, часом, что он знатного рода, а не шлюха? Тебе, может, это и не понравится, но я все-таки напомню: удерживать долго Луи помимо его воли тебе не удастся. — Я буду держать его при себе, сколько мне заблагорассудится, — кудрявый так крепко сжал в руках кубок, что тонкое золото погнулось и вино выплеснулось. — В таком случае, нам следует заказать побольше новых кубков. На всякий случай, — ухмыльнулся Лиам. Томлинсон чувствовал на себе взгляд Гарри, но старался не смотреть в его сторону. Наклонившись к Далии, омега прошептал: — Как ты думаешь, кто из людей Гарри может оказывать услуги лорду Тревелину? — Понятия не имею. — А что скажешь о бейлифе Томасе? — Это весьма лукавый альфа. Себе на уме. Я, признаться, не очень-то его люблю, но свою работу он выполняет исправно. Вот уже год, как он служит нашему хозяину, — Далия пожала плечами и взяла с деревянного блюда большой кусок пирога с мясом. Луи бросил быстрый взгляд на Барри и Лиама. — А отец Барри и этот рыцарь, сэр Лиам? Как по-твоему, могут они помогать в таком деле лорду Тревелину? — Только не Барри, — замотала головой нянька. — Он золото, а не человек. Что же до сэра Лиама, скажу тебе так: они с хозяином соседи и знают друг друга уже уйму лет. — нянька снова покачала головой. — Нет, Лиам Пейн в этом деле тоже не замешан. Точно тебе говорю. — Я вот все думаю, не стоит ли кто-нибудь за Кеем? Он сказал мне, что, когда Варик был отравлен, находился у Дерека в спальне. Отец Барри подтвердил слова слуги. Но из этого вовсе не следует, что Кей чист как младенец. — Не говори мне о нем! Посмотри только, что он творит. Далия указала на омегу, в этот момент разговаривавшего о чем-то с Гарри. Кей гладил хозяина по голове и кокетливо улыбался. «Вот уж, что мне никогда не давалось, так это кокетство, — подумал шатен. — Зато в цель я всегда попадал хорошо». Выбрав из лежавших на блюде краснобоких яблок самое крепкое и крупное, Луи сжал его в руке и прищурил левый глаз. Далия вовремя заметила угрозу, нависшую над Кеем, и перехватила руку Томлинсона. — Так нельзя. — Что значит «нельзя»? А если я хочу? — мальчик хищным взглядом смотрел на соперника, мысленно прикидывая, как должен пролететь метательный снаряд, чтобы сокрушить хорошенькое личико Кея. — Знаю, что хочешь, а все равно нельзя. Поразмыслив, Луи опустил руку. — Пожалуй, ты права. Это был бы не слишком хороший пример для Варика. Далия взяла у омеги яблоко и положила его на блюдо. — У тебя прямо-таки на лице написано, что ты неравнодушен к нашему хозяину. — Ничего подобного. Далия удивленно изогнула бровь. Луи же, чтобы не смотреть на няньку, уставился в свою тарелку. — Что-то я тебя не пойму. Почему бы не признать, что ты любишь его? Он нуждается в любви. Моя хозяйка дурно с ним поступила и настроила его против всех омег. А вот ты бы мог это положение изменить. Ясно же, что он тоже неравнодушен к тебе. — А что между ними произошло? — Честно тебе скажу: мне все это не нравилось с самого начала. Я знала, что хозяйка поступает неправильно, а хозяин… хозяин поначалу так ее любил! Что ж, ничего удивительного, она была прехорошенькая. Все альфы были от нее без ума. — Да что она, черт возьми, ему сделала? — Это давно началось. Моя хозяйка влюбилась в сына одного лорда, злейшего врага ее отца. Лорд этот хотел оттягать у ее папаши кое-какие земельные угодья, и между ними на протяжении четырех лет шла самая настоящая война. Короче, ее отец и думать не хотел о том, чтобы выдать дочь замуж за сына своего врага, и тогда она ускользнула из замка, чтобы договориться со своим милым о побеге. Однако в ночь, на которую был назначен побег, лошадь молодого человека сбросила его на землю. Альфа сломал себе шею, да… Хозяйка так горевала, так убивалась, что отец поспешил устроить ей брак с Гарри. Надеялся, что замужество заставит ее забыть о прежнем возлюбленном. Я просила хозяйку рассказать будущему мужу, что она уже не девственница, но она отказалась это сделать. Она даже мне в этом не признавалась, а уж кому, как не мне, было знать, что на самом деле произошло — уж я-то изучила ее как свои пять пальцев! — Но ведь Гарри узнал бы обо всем в первую брачную ночь, — сказал Луи. — Глупо было врать. — То-то, что глупо. Вот она и получила за свое вранье то, что заслужила, — Далия сокрушенно покачала головой. — Уж я-то никогда эту брачную ночь не забуду. Такой ор и крик стоял, хоть святых выноси! Хозяин, как обо всем узнал, рассвирепел и хотел отослать ее назад отцу, а хозяйка, значит, молила его этого не делать. Стайлс, однако, проявил благородство. Другой бы на его месте просто ей глотку перерезал. Но он поорал, конечно, но все-таки сжалился над ней. Оставил при себе. Правда, год до нее пальцем не дотрагивался — хотел выяснить, не беременна ли она от другого мужчины. — А она предавала его потом? — Хочешь верь, хочешь нет, но ничего подобного больше не было. Напротив, со временем она даже полюбила его, но было уже поздно. Вернуть любовь мужа она так и не смогла. Хозяин хотел от нее одного — наследника и спал с ней, пока она не забеременела. Убедившись в этом, он перестал ходить к ней в спальню, а скоро вообще уехал воевать. Это, как я понимаю, он сделал, чтобы хозяйку подольше не видеть. Я сама слышала, как хозяйка плакала ночью оттого, что он покинул ее. Но мне, честно говоря, не было особенно ее жаль, ведь она сама была во всем виновата! Гарри же своего добился — получил наследника. Правда, Тейлор, дав жизнь Варику, скончалась вскоре после этого. — Как все это печально… — Да уж, точно. Одно только хорошо — хозяин очень любит ребенка. Луи посмотрел на Гарри: в эту минуту он намазывал хлеб маслом для Варика. Омега понял, что Стайлс и впрямь очень заботливый отец. Далия взглянула на Томлинсона. — Очень может быть, что ты и сам уже беремен. — Не смей говорить мне такое! Этого не может, не должно быть! Я собираюсь отсюда сбежать, как только вина лорда Тревелина будет доказана и выяснится, что Гарри и Варику ничто больше не грозит. — Ты, может, и хочешь отсюда сбежать. Только вот у хозяина на твой счет другие планы. А хозяин, если уж что задумал, своих планов не меняет. — Ему придется на этот раз сделать исключение. Я не буду возлюбленным в человека, который смотрит на меня так, будто я его главный враг. — А что, если он предложит тебе выйти за него замуж? Ты ведь знатного рода. К тому же, это хозяин лишил тебя девственности. Он — человек чести и вполне может жениться на тебе. — Ни о какой женитьбе он мне не говорил, — усмехнулся Луи. — Кстати, я и сам никогда не выйду за того, кто мне не доверяет. Далия взглянула на Бальтазара. — Похоже, удирать тебе придется одному. Бальтазар, по-моему, отлично поладил с Вариком. Шатен перевел взгляд на волка, сидевшего у ног мальчика. — Ты права. Бальтазар и в самом деле не знает теперь, к кому больше привязан — к Гарри, к Варику или ко мне. Но это пройдет. Просто, у волка отлично развит инстинкт охранника. Он чувствует, кому в данный момент угрожает опасность, а опасность, как ты знаешь, угрожает Стайлсам. Как только заговор будет раскрыт, он снова станет охранять меня одного и, когда я ударюсь в бега, последует за мной… В зал вбежал пузатый привратник, и все разговоры за столом стихли. — Милорд! — крикнул он. — К воротам замка подъехал гонец с королевским флагом. Прикажешь впустить? — Разумеется. Через несколько минут в большой зал вошли трое людей в кольчугах и накинутых поверх них алых мантиях с изображением золотых королевских львов. Лиц гостей почти не было видно — их закрывали глубокие шлемы. Гонец, что стоял в центре, поклонился Гарри. — Милорд, у меня к тебе послание от короля Ричарда, — он шагнул вперед и протянул хозяину замка пергаментный свиток, запечатанный круглой королевской печатью. Кудрявый с поклоном принял королевское послание, после чего широким жестом обвел зал. — Господа, прошу вас разделить с нами трапезу. Посланцы короля кивнули и двинулись вдоль столов, отыскивая свободные места. Гарри передал грамоту короля Барри, поскольку, как большинство тогдашней знати, читать не умел. Грамотность для знатного человека считалась делом необязательным, не то, что умение биться на мечах или на копьях. Луи, впрочем, овладел этим трудным искусством еще в детстве, когда скрывался от материнского гнева в часовенке, где его обучил чтению замковый священник. Барри кашлянул, и шатен увидел, как все сорок человек, находившиеся в зале, вытянули шеи, желая узнать, чем решил порадовать владельца Кенилворта король. — Здесь сказано, что его величество король поручает тебе, граф Стайлс, по прозванию Черный Дракон, защищать его цвета на турнире в Лондоне в честь вторичной коронации его величества. — Король милостив к тебе, Гарри. А про меня, твоего старшего родича, выходит, забыл? — Дерек окинул кузена враждебным взглядом. — Выходит.

***

Луи откинулся на спинку стула и скрестил ноги. Вечерняя трапеза затягивалась, и он от нечего делать то смотрел на пламя очага, то переводил взгляд на стоявший на возвышении стол. Там, склонившись над шахматной доской, обдумывали свои ходы Гарри и один из королевских посланцев. Чтобы ускорить ход событий, Томлинсон потянулся, зевнул и выразительно посмотрел на Гарри — дескать, долго ты еще будешь заниматься всякой ерундой? Кудрявый ответил напряженным, потемневшим от желания взглядом. — Похоже, ты пробудешь с гостями еще некоторое время, — заметил Луи. — Позволь, в таком случае, наполнить ваши кубки. Гарри кивнул и хмуро обратился к посланцу короля, игравшему белыми. — И долго ты еще будешь размышлять над ходом, Эдвард? Рыжебородый что-то проворчал, но все же двинул вперед своего короля. Омега догадался, что партия скоро закончится, так как королевский гонец сделал крайне неумный ход. Подхватив кубки дрожащими руками, мальчик подошел к столу, где стоял кувшин с вином, и, повернувшись к рыцарям спиной, высыпал в один из кубков содержимое своего мешочка. Снова подвесив мешочек к поясу, шатен налил в кубки вина, основательно встряхнул кубок Гарри и снова двинулся к столу, за которым играли в шахматы. — Тебе чертовски везет, Гарри, — пробормотал рыжебородый рыцарь, поднимаясь с места и кланяясь в знак того, что безоговорочно признает свое поражение. Луи подал кубки: — Прошу вас угощайтесь. Стайлс и королевский посланец пить сразу, однако, не стали и, отставив кубки, вышли из-за стола. — Неплохая партия получилась, Эдвард, — любезно сказал Гарри и, подхватив Луи под руку, добавил: — Ну, а теперь я, с твоего разрешения, отправлюсь спать. Томлинсон взял со стола кубок со снотворным и поспешил за Гарри. Когда они подошли к лестнице, ведущей в спальные покои, омега протянул ему кубок. — Ты забыл выпить вино, — в этот момент рука у него дрогнула, и немного вина расплескалось. — Какой ты стал заботливый, Луи. Интересно, с чего бы это? — Ну… — мальчик неуверенно пожал плечами, — мне просто показалось, что ты хочешь выпить. — Так и есть. Хочу, — сказал Гарри, поднял руку шатена, сжимавшую кубок, и слизнул с ладони и пальцев пролитое вино. Вытерев губы, альфа добавил: — Но тебя я хочу еще больше. От его взгляда на душе у Луи потеплело. — В таком случае, выпью я, — Томлинсон сделал крошечный глоток, хотя долго не отрывался от кубка. — Не пей так много. Ты заснешь, не успев даже добраться до постели. Гарри выхватил кубок из рук и несколькими большими глотками осушил его. Обняв омегу за талию, альфа повлек его за собой вверх по лестнице. Трепетный свет факелов в коридоре отражался в волосах Гарри, и временами Луи казалось, будто его голова обсыпана золотыми блестками. — Скажи, ты отправишься на турнир в Лондон? Уверен, тебе не следовало бы этого сейчас делать. — Королям отказывать не принято. — Я понимаю, это большая честь, — отозвался мальчик с гордостью за своего возлюбленного. — Но ведь на турнире при таком скоплении народа убийцам будет очень легко до тебя добраться. — Ты что же — беспокоишься за меня? — Конечно, беспокоюсь. — Что ж, это даже хорошо, поскольку ты поедешь со мной. Придется попросить Далию, чтобы она сшила для тебя несколько пристойных нарядов. — Да о чем это ты? Разве я могу показаться при дворе? — Ты поедешь туда же, куда и я, — Стайлс наклонился и посмотрел в голубые глаза. — Или, может, ты боишься? Луи сглотнул. — Я еще не был при дворе. — Неужели Уильям никогда не возил тебя в Лондон? — Моя мать всегда говорила, что я недостаточно хорошо воспитан, чтобы предстать перед королем. Гарри ввел шатена в свои покои, и он вдруг подумал, что входить сюда стало привычным делом. У Луи появилось даже такое чувство, что они женаты, и довольно давно. Однако ничего подобного в действительности не было. По большому счету, они с Гарри были чужими, малознакомыми людьми. Вот разве что, познали друг друга физически. Стайлс изучил каждый дюйм его тела, но понятия не имел, что представляет собой Луи, как человек, не подозревая о том, что мальчик достоин любви и доверия. Кудрявый закрыл дверь и притянул омегу к себе. Кто-то из слуг уже зажег в покоях свечу и оставил ее гореть на массивной каминной полке. И снова волосы альфы казались обсыпанными лунной пылью. Томлинсон неожиданно обнаружил, что у мужчины длинные ресницы. Стайлсу даже не нужно было прикасаться к Луи. Один его взгляд зажигал костер внизу живота. Гарри прикоснулся к мягким губам поцелуем, подхватил омегу на руки и понес к постели. В следующий момент шатен ощутил на себе тяжесть тела. Руки альфы принялись за работу: они ласкали, гладили, проникая в самые заветные уголки. Луи дрожащими от страсти руками высвободил член Гарри из плена штанов. Стайлс раздвинул бедра и вошел в омегу. Неожиданно мужчина отстранился и посмотрел в голубые глаза. Казалось, он искал ответ на какой-то вопрос — только вот на какой? В следующее мгновение перед глазами Луи замелькали огненные сполохи, и он забыл обо всем — даже о пронзительном вопрошающем взгляде Гарри и о том, что он подсыпал альфе в вино сонное зелье.