Глава 12
29 ноября 2018 г., 23:11
Эйприл мерно расхаживала вокруг стоящего на коленях Кастиэля, любуясь результатом своей работы. Голый по пояс, он был привязан к деревянному столбу в полутемном подвале хитроумным узлом, связывающим его руки и ноги за спиной. Грубая веревка и острые деревянные грани столба больно впивались в его кожу, стоило только слегка пошевелиться.
— Немалых же трудов мне стоило вас выследить! — сладким голосом проворковала Эйприл, покачивая в руке серебристый ангельский клинок. — Пришлось даже подружиться с тем перевертышем наверху, чтобы приманка сработала. На что только не пойдешь ради дела… Но ведь мои усилия этого стоили, правда, Кастиэль?
Она наклонилась и приподняла его подбородок острием клинка, но он, несмотря на укол боли, упрямо отвел взгляд от ее торжествующего лица.
— Нет, смотри на меня! — резко бросила она, и Кас ощутил, как теплая струйка крови защекотала его шею. — Ведь вы купились, просто признай это! Я хорошо делаю свою работу. Но она еще не закончена, и я очень надеюсь на наше с тобой плодотворное общение.
— Да, ты хорошо делаешь свою работу, — повторил ее слова Кас. — Кто тебя нанял? После смерти Наоми на небесах, скорее всего, полный хаос.
— Новый шериф в городе, Кастиэль. Он нанял несколько таких, как я. Но мне повезло! Или я просто лучше других, — нараспев произнесла Эйприл, рисуя в воздухе восьмерки острием клинка.
— Гордыня — грех, неподобающий ангелу, — угрюмо заметил Кас, ожидая очередной порции боли, которой все равно вряд ли удалось бы избежать. Однако Эйприл неожиданно рассмеялась.
— У меня хорошее настроение, — пояснила она, — так что я не буду спешить, хоть у меня к тебе и есть парочка занимательных вопросов. — Она внезапно сильным ударом вонзила клинок в дерево над головой Кастиэля и, скрестив руки на груди, насмешливо добавила: — Да и уж кто бы говорил о грехах!
— Я — неудачный пример. Я больше не ангел.
— О, неужели? И что же с тобой случилось? — снова проговорила-пропела девушка и, кокетливо поправив волосы, легко выдернула оружие из жесткой древесины. — Кто же тебя обидел? А может, использовать твою благодать и было частью вашего с Метатроном плана, а?
— Я ничего не знал о заклинании Метатрона… — начал Кастиэль, но его голос перешел в крик, когда холодное лезвие пронзило его левое плечо до самого сустава.
— Это ведь только первый вопрос, — с досадой произнесла Эйприл, цокая языком и снова медленно обходя по кругу Каса и столб, к которому тот был привязан. — Ты не в том положении, чтобы разочаровывать меня, Кастиэль. Попробуем еще раз. Но на этот раз, будь любезен, отвечай правильно.
— Я не знал, что Метатрон собирался изгнать ангелов с Небес. Я ведь тоже был изгнан…
— Разве мы не договорились, что ты сменишь пластинку? — Эйприл стряхнула капли крови с клинка и нацелила острие в лицо Каса. — Чем скорее ты скажешь правду, тем быстрее я закончу делать это…
Острие прочертило глубокий косой порез на его скуле и остановилось на середине щеки. Кас застонал, сжав зубы, и выгнулся, вжимаясь затылком в столб, тщетно пытаясь уклониться от боли.
— Эти клинки просто чудесны! — заметила Эйприл с жутковатым энтузиазмом, приглядываясь к новым каплям крови на лезвии. — И для людей они хороши, правда, Кастиэль? — и еще один длинный глубокий разрез вдоль его груди вырвал хриплый вскрик из его горла.
Пожалуй, она была права. Боль начинала проникать все глубже, туманя рассудок и подавляя волю, выворачивая чувства и мысли наизнанку. Но все-таки эти раны были бы гораздо опаснее и болезненнее, если бы он был все еще ангелом. С другой стороны, будь его благодать при нем, он и не попал бы в такой переплет, и история сложилась бы совсем по-другому. Он и Джей не были бы сейчас пленниками в этом ветхом заброшенном доме. По крайней мере, то, что ее не было в этом подвале, где их поймали, позволяло надеяться, что его любимая охотница еще жива…
— Эй! — услышал он резкий окрик Эйприл и поднял покрытое испариной лицо. Глаза застилала мутная пелена, и ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы сфокусировать взгляд.
— Ты ведь уже понял, что я не только хороший сыщик, но и дознаватель? — снова вернулась она к своему воркующему голосу. — Мне еще раз повторить вопрос?
— Я уже говорил, я был наивен. Я не знал, что он планирует…
— Мне известно другое: это ты впустил Метатрона на Небеса, вы были сообщниками!
— Мы собирались восстановить Небеса, объединить фракции! Тогда я так думал. Он солгал мне!
— Вранье! Ты был с ним, когда он произнес заклинание, и знал как изгнать ангелов!
Коротко замахнувшись, Эйприл ударила Кастиэля между плечом и ключицей. Острое лезвие распороло кожу и с тошнотворным звуком рассекло мышцы и связки. Нестерпимая боль снова заставила его закричать, как он ни старался сдержаться.
— Я не знал… что он готовит заклинание... — Кас задыхался, его голос был едва слышен, и Эйприл снова вынудила его поднять голову с помощью клинка. — Моя благодать была… последним ингредиентом…
Его слова прервал звук шагов со стороны лестницы. Кас повернул голову на звук, но не мог рассмотреть, кто спускался в подвал: боль туманила его взгляд, к тому же в той части подвала было довольно темно.
— Я же сказала тебе не соваться сюда, пока я не позову! — раздраженно проговорила Эйприл и, убрав клинок от лица Каса, шагнула навстречу вошедшему.
— Не волнуйся, Эйприл, — раздался знакомый Касу, но странно напряженный голос, — я только на минутку. Нужно кое-что прояснить.
И в круг, освещенный лампой, вступила Джей. Во всяком случае, так ему показалось. На ней была не та одежда, в которой она вошла в этот дом, и интонации в ее голосе были какими-то непривычными. Кас прищурился, присматриваясь к фигуре, скрытой мешковатой рубашкой и брюками, взъерошенным волосам…
— Давай быстрее, что там у тебя? Ты уже закончила с девчонкой? — недовольно спросила Эйприл, кивая на люк, ведущий наверх в комнату.
— О ней потом. У меня есть вопрос. Но не к тебе, а к твоему пленнику.
Девушка нервно пригладила торчащую прядь темных волос и быстро перевела взгляд на Кастиэля, отчего ее глаза сверкнули совсем не по-человечески.
Эйприл что-то говорила о перевертыше. Так вот, значит, кто это. Всколыхнувшаяся надежда, что Джей все-таки жива, снова таяла, причиняя ему почти физические страдания, которые добавлялись к боли от ран.
— Да, да, я — не она. Я поняла этот взгляд, — с презрением прошипела не-Джей, заметив выражение его лица. — Я перевертыш. Оборотень. Ну, или как там нас зовут у людей — плевать. У меня один вопрос, и будете с Эйприл общаться дальше.
Она подошла к Кастиэлю сзади и сбоку и приблизила лицо к его уху, при этом не отрывая взгляда от Эйприл, которая стояла напротив.
— Скажи мне… Ты должен знать, я уверена… Такие, как я, условно скажем, не-люди, могут после смерти попасть на Небеса? Не сами, конечно, — тут Эйприл меня просветила. Но если им помочь и провести их туда, это возможно?
— Сейчас не время для дурацких вопросов! — гневно перебила Эйприл. — Сейчас же иди наверх, позже это обсудим!
Бесцеремонно схватив девушку-оборотня, которая была почти на голову выше ее, за локоть, она потащила ее к выходу, но та отчаянно крикнула, обернувшись через плечо:
— Ответь мне, Кастиэль!
Вырвавшись, оборотень отступила назад к лестнице и выхватила из-за пояса ангельский клинок, который отобрала у Джей. Собравшись с мыслями, Кас ответил на ее вопрос:
— Это абсолютно невозможно. Такая душа, даже попав на Небеса, тут же сгорит без остатка.
— Значит, ты обманула меня, Эйприл! А охотница сказала правду. Что ж…
Лицо оборотня исказилось в злобной гримасе, и она замахнулась, чтобы ударить Эйприл клинком сверху, но ангел, даже не прикасаясь, легким жестом вырвала оружие из ее руки. Клинок с приглушенным звуком упал на земляной пол и откатился в сторону. В один миг оказавшись рядом с перевертышем, Эйприл коснулась ее головы ладонью.
— Ты мне больше не нужна, — было последнее, что услышала ее недавняя помощница, а теперь всего лишь досадная помеха. Вместо крика из ее открытого в невыразимой муке рта вырвалось пламя, и глаза также вспыхнули, словно сухой порох. Через секунду все было кончено, и дымящееся тело упало в ногам беспощадного ангела.
Брезгливо отмахнувшись от запаха гари, Эйприл повернулась к потрясенному Кастиэлю.
— Жаль, что нас так невежливо прервали, — как ни в чем не бывало промолвила она, возвращаясь. — Так на чем мы…
Но, услышав сверху еле уловимый скрип, недовольно закатив глаза, проговорила:
— Запомни эту мысль. Мы скоро к ней вернемся.
Прокрутив в своей руке клинок, она переступила через лежавший на ее пути труп, подошла к лестнице, начала осторожно подниматься и скрылась в проеме люка, оставленного открытым ее незадачливой уже мертвой помощницей.
Кастиэль был бы рад временной передышке, не будь он так измучен. Боль от ран пульсировала и отдавалась по всему телу, сердце колотилось как бешеное, дыхание, казалось, царапало гортань изнутри и с хрипом вырывалось из пересохших губ. Он безучастно свесил голову вниз и слушал стук собственного сердца, словно набат, звучавший у него в ушах. Пальцы его рук, должно быть, потеряли чувствительность из-за веревки, поэтому он не сразу почувствовал легкие прикосновения и какое-то движение позади себя.
— Кас, это я… Потерпи немного, я сейчас… — услышал он тихий шепот.
— Джей! — он не верил своим ушам. — Ты жива! Зачем ты вернулась, тебе не справиться одной!
— Тише, Кас, не шуми — обалдел, что ли? Мы вместе справимся. Повезло нам, что в подвал есть вход со двора, — и охотница продолжила сосредоточенно пилить веревку перочинным ножом.
В комнате наверху послышались мягкие шаги Эйприл, которые снова приближались к люку, и вскоре ее ноги показались на лестнице.
— Уходи, Джей, прошу тебя! — настаивал Кас, хотя уже догадывался, что упрямая охотница не сдастся.
— Да уже почти готово…
Взмах руки подошедшей Эйприл отбросил девушку к противоположной стене. Невидимая сила чертовски больно ударила ее спиной о рассохшиеся доски и пригвоздила к ним, словно бабочку в коллекции бездушного коллекционера. Ее голова почти упиралась в низкий потолок, а ступни висели в воздухе примерно в футе от пола. Джей не могла пошевелиться, не могла даже выругаться, чего ей ужасно хотелось, о чем недвусмысленно говорили ее глаза, похожие на серебристые молнии.
— Джойс Эшфорд, не так ли? — с самодовольной улыбкой констатировала очевидное Эйприл, рассматривая свою добычу. Все еще глядя на охотницу и держа ее в невидимых тисках, она подошла к Кастиэлю. — С одной стороны, жаль, что Крис тебя не убила, теперь мне придется еще и с тобой возиться… — она как бы нехотя оглянулась на Кастиэля и, увидев ужас в его глазах, добавила: — Хотя с другой стороны, теперь это даже кстати, да?
Она сжала пальцы в кулак, и Джей перестала дышать. Ее глаза расширились, она пыталась хватать ртом воздух, но абсолютно безуспешно.
— Я уже сказал тебе все, что знаю! — изо всех сил выкрикнул Кас. — Ты ничего не добьешься, если убьешь ее! — его голос дрогнул и сорвался. Он рванулся вперед и почувствовал, как треснула связывающая его веревка, которую не успела до конца разрезать Джей, а его раны закровоточили сильнее.
— Может быть, и так. — Эйприл посмотрела на распятую на стене девушку и сжала кулак сильнее, отчего на шее и висках охотницы вздулись синие вены. — Зато напоследок я заставлю тебя страдать, как ты заставил страдать ангелов, которые пали с Небес и были изгнаны или погибли из-за тебя!
Через несколько секунд глаза Джей закатились, и она потеряла сознание.
— Ой! — притворно весело вскрикнула Эйприл. — Кастиэль, я, кажется, сломала твою игрушку!
И все-таки Джей не зря старалась перепилить проклятую веревку. Еще одного сильного рывка оказалось для Каса достаточно, чтобы завершить начатое и освободиться. Под удивленным взглядом Эйприл он попытался встать, но затекшие в неудобной позе ноги и истерзанное тело подвели его, и он неловко всем весом грохнулся в сторону, наткнувшись спиной на что-то твердое. Он зашипел от боли, и Эйприл, оглянувшись на него, отпустила бесчувственную охотницу. Джей рухнула и осела на пол, словно тряпичная кукла.
Поигрывая клинком в руке, Эйприл не спеша подошла к Касу и цинично поставила ногу на его окровавленную грудь.
— И на что же ты надеешься, Кастиэль? — певуче произнесла она и повернула подошву, проскользнувшую в крови.
— Вот на это!
Собрав остатки воли, Кастиэль что есть сил вонзил оказавшийся у него под спиной клинок в колено ангела. Лучи белого света вырвались из раны, и Эйприл с криком начала падать. Как в замедленной съемке, которую Кас видел в фильмах, он, почти не успевая осознать что делает, перехватил клинок, который держала Эйприл, ловя ее за плечо второй рукой, и точным движением полоснул ее по горлу — именно так, как сделал Метатрон, когда отбирал его благодать. На его лицо упало всего несколько капель крови, и из раны Эйприл, глядящей на Каса остекленевшим взглядом, вырвалась сияющая голубая дымка. Он поднял голову и жадно вдохнул ее, всю до последней капли. Когда он убрал руку, которой он поддерживал вес Эйприл, она просто упала на острие клинка, и, дернувшись, замерла, навалившись на Каса в посмертном объятии.
То, что произошло потом, было одновременно прекрасным и ужасающим. Глаза Кастиэля засияли ярким светом, потом засветилось все его тело, и ослепительная вспышка озарила подвал. Незримая волна воронкой закрутила и разметала по стенам предметы, находившиеся в комнате: стулья, обрывки веревки, валяющиеся вокруг доски и ящики. Тело Эйприл тоже отбросило в сторону и ударило об один из поддерживающих пол дома столбов.
Кастиэль, шатаясь, поднялся на ноги. Отобранная у Эйприл благодать с почти слышимой вибрацией разливалась по его телу, растворяя боль и наполняя силой каждую клеточку. Его раны стремительно затягивались, не оставляя даже шрамов, а за спиной появились два сгустка сияющей энергии. Он с удивлением почувствовал, что у него снова есть крылья. Не потрепанные и изломанные обугленные остатки, ни на что не годные и причиняющие только мучения, как у ангелов, павших с Небес, а здоровые, мощные крылья, почти такие же большие и сильные, какими были когда-то его собственные. Да, это были крылья Эйприл. Что ж, видимо, крылья жнецов, находившихся во время исполнения злополучного заклинания на Земле, не пострадали. Сколько же их таких осталось? Этого Кастиэль не знал, и не это было его главной мыслью, когда вихрь утих, и он снова стал выглядеть, как обычно.
Джей все еще лежала на полу у стены, завалившись набок лицом вниз. Подойдя, Кас встал на колени рядом с охотницей и осторожно перевернул бесчувственное тело, обнимая девушку за плечи и стряхивая обломки штукатурки с ее одежды.
— Джей… — вполголоса позвал он и ласково отвел непослушную прядь волос с ее лба. — Моя Джей, ты ведь…
Он наклонился к ее разбитым губам, пытаясь уловить дыхание, и почувствовал легкое теплое дуновение. Она жива. На его лице засияла счастливая улыбка, и он прижал ее к себе, запустив пальцы в ее растрепанную шевелюру.
— Кас… — послышался слабый голос. — Тише… Больно…
— Джей! — радостно воскликнул он и, аккуратно поддерживая ее и беря ее руку в свою. — Как ты?
— Спасибо, паршиво, — устало усмехнулась охотница. — Но могло быть и хуже.
Она огляделась по сторонам, рассматривая окружающий беспорядок.
— Ничего себе! И что я пропустила?
Ее взгляд наткнулся на безжизненное тело Эйприл, лежащее у столба.
— Елки-палки… Кас, что произошло? — спросила она, поднимая руку и проводя кончиками пальцев по его груди. — Ты сам-то как? И куда делись твои раны?
— Конечно, — мягко ответил Кастиэль и прижал ее голову к своей щеке. Его рука была такой теплой и мягкой, что Джей захотелось растаять в этом тепле и никуда не уходить.
— У тебя три ребра сломаны и вся спина — сплошной ушиб, — услышала она слова Кастиэля, доносившиеся, как сквозь туман. — Я тебе помогу.
Тепло, исходящее от его руки, усилилилось и растеклось по ее ужасно болевшей спине, как жидкий огонь, но не обжигающий, а нежный и спокойный, приносящий умиротворение и дающий силы. Покалывая тонкими нежными иголочками, заживляя повреждения и унося боль, он исцелял и ее разбитые губы, и стертые веревкой запястья, и порезы на пальцах, полученные, когда она освобождалась от веревок.
Джей удивленно распахнула глаза и глубоко вздохнула. Она чувствовала себя полностью здоровой, дышать было легко и приятно, а от боли не осталось и следа.
— Кас, что ты сделал? Как это у тебя получилось?
— Я расскажу, Джей, все расскажу. Иди сюда…
Он бережно обнял ее и прижался губами к ее уже зажившим бархатистым губам, целуя их так нежно и осторожно, словно это было нечто самое хрупкое и драгоценное, что есть в мире. На короткий миг они могли позволить себе забыть обо всем и просто соединиться в горячем утомленном объятии…
