Я останусь

Я не хотел сейчас обсуждать, что только что произошло между мной и Чоном, не хотелось (нет) даже знать, что он чувствовал в тот момент. Хотелось докурить сигарету и стереть себя с лица земли. Едкий дым заполнял лёгкие, но обещаемого эффекта окрыления я не ощущал. С каждой затяжкой становилось неприятно. Как вообще людям это может нравится? Чонгук курил так же, как и всегда, как и все курильщики с опытом. По его лицу не скажешь, что ему это доставляет некий дискомфорт, но и кайфа от процесса он не получал. При свете луны его острые черты смягчаются, поэтому в это время смотреть на них гораздо приятнее. Особое внимание можно уделить его родинкам, которые Чон терпеть не может, по этой причине постоянно замазывает, чего я не могу понять до сих пор. У меня нет родинок или родимых пятен на лице, но я хотел бы, чтобы они были. Это по-своему привлекательно и притягательно. — Завтра доставят костюмы, — проговорил я, покашливая. Всё-таки я всё ещё его секретарь и вся важная информация о встречах и сделках проходит через меня. — Она тебе сообщила? Когда? — без капли удивления спросил Чон. — Да, успела позвонить, перед началом поминок. — Ты сообщил персоналу об этой рекламной акции? — Нет, а должен был? — Не должен, ведь это не входит в твои обязанности, — ответил босс, делая очередную затяжку. И с каких это пор его заботит, что входит в мои обязанности, а что нет? Я усмехнулся и потушил сигарету в пепельнице, что стояла там, потому что травить себя этой гадостью я уже не мог. Во всех номерах есть пепельница на балконе? Да и не важно. Как я скучал по ночному небу! В Тэгу я почти каждый день наблюдал на звёздами, но в Сеуле из-за высоких домов и многоэтажек это сделать очень трудно. Только если подняться на самые последние этажи. Я почти забыл все созвездия, хотя раньше мне нравилось узнавать новые и записывать в блокнот. Я хотел стать такой же звездой для кого-нибудь, чтобы люди заворожено смотрели на меня, восхищались и любили… Мы разъехались по домам, как только Чонгук докурил, и встретились только на работе. Я, как обычно, пришёл раньше, чем начальство, как и весь персонал. Костюмы для рекламы уже привезли, поэтому я объяснил всю ситуацию сотрудникам. Они молча их разобрали и пошли переодеваться. — Почему остались костюмы? Я же пересчитал, все пришли сегодня на работу, — проговорил я, любуясь на оставшиеся два костюма из новой коллекции GUCCI. Я решил позвонить Ли Джиын. — Это для Вас и господина Чона, — ответила она. — Надеюсь, я не прогадала с размерами. Я поблагодарил её и положил трубку. Если я правильно понял, то мой костюм был меньшего размера, поэтому именно его я и надел. Белая хлопковая рубашка приятно прилегала к телу, а сам костюм из материала, название которого я не помню (он очень приятный на ощупь), был бежевого цвета в клетку. На брюках и рукавах пиджака красовались брендовые красная и зелёные полоски. Обувь также прилагалась к комплекту. Светло-коричневые кожаные туфли строгого стиля, прямо такие как я люблю. Костюм Чонгука благополучно отправился в его кабинет. До его приезда оставалось достаточно времени, поэтому я решил посмотреть на сотрудников в дорогой одежде и, естественно, покрасоваться самому. Также следовало проследить за подготовкой к открытию заведения. Клиенты сегодня засматривались на персонал, а смелые дамы спрашивали, в какую цену официантки приобрели эти шикарные юбки. Кампания обещала пройти успешно. Это радовало. — Секретарь Ким, директор вызывает Вас, — сообщил мне один из охранников. Я направился к нему. Перед тем, как войти в кабинет, я поправил пиджак и прокашлялся. Чонгук запрещал заходить в его кабинет без стука всем, кроме меня. Поэтому в этот раз я просто зашёл и встал перед его столом. Я застал Гука, переодевающегося в присланный Ли Джыин костюм. Чёрные брюки в блестящую полоску из плотной ткани уже облегали его накаченные бедра. Он медленно застегивал смольную фланелевую рубашку. — Будь добр, подай мои запонки. Эти мне совсем не нравятся, — проговорил Чон, отставляя в сторону коробочку серебряные запонки от GUCCI. Я достал с полки большого шкафа подаренные ему отцом запонки из золота с несколькими маленькими бриллиантами. Застегнул он их сам, потому что этот подарок слишком дорог для него, и далеко не в плане цены. Эти запонки его отец заказал у знаменитого ювелира и преподнес Чонгуку в качества подарка на совершеннолетие. Это был первый и последний подарок от его отца, по словам Чона младшего. — Не поможешь мне с галстуком? — спросил Гук, держа в руках галстук, на котором был вышит цветными нитками коралловый аспид. Как раз для него: для «змея-Гука» — ядовитый вид змеи с ярким, выделяющимся окрасом. Зная, что он не умеет завязывать галстук, я не смог отказать. — Только не туго, — проговорил Чон. — Я знаю. Уже несколько лет Вам галстуки завязываю, а Вы так и не научились делать этого самостоятельно, — фыркнул я, делая лёгкий узел. — Зачем учиться, если у меня есть ты, — Гук усмехнулся. Закончив, я сделал пару шагов от босса. Чонгук взял со стула пиджак такой же расцветки, как и брюки, и надел. — Вам следовало бы освоить этот навык, потому что я ещё вчера сказал, что уйду. — Ты серьёзно уходишь? — Не сейчас. Я подожду, пока Вы не найдете человека, который меня заменит. — Отлично. Тогда тебе следует самому подобрать себе замену и обучить его всему необходимому. Чем раньше ты это сделаешь, тем быстрее сможешь покинуть своё рабочее место, — спокойным тоном проговорил Чонгук и, поправив воротник пиджака, направился в VIP-зону. Я последовал за ним. Сегодня у него была запланирована встреча с одним VIP-клиентом этого казино. Ни Чонгук, ни я понятия не имели, что он хочет обсудить с Чоном. Но то, что мне нужно будет удерживать босса от саркастичных комментариев и смелых выражений — это само собой разумеется, иначе таких клиентов не останется вовсе и казино обанкротится.