Гало

Коннор долго не решался открыть глаза, получив, наконец, доступ к системам Ричарда. Сначала он не чувствовал ничего, потом кончики пальцев и кожу на лице начало холодить легким морозцем. Девиант медленно поднял веки, фокусируя взгляд. Он обнаружил себя посреди заснеженной долины. Вдали виднелись высокие горы. Они окружали долину иссиня-черной неприступной преградой. В предгорьях можно было заметить хвойный пролесок. Вообще, несмотря на холод, находиться здесь было комфортно. Может быть, такое ощущение появлялось благодаря невероятной свежести, смешанной с невесомым запахом снега и хвои. Коннор посмотрел в небо и порывисто выдохнул. Над головой светило три солнца, соединенные такой же яркой окружностью. Так казалось на первый взгляд, но он сразу же понял, что это гало — радужный ореол вокруг солнца, создаваемый из-за дисперсии света в кристаллах льда в атмосфере. Не слишком редкое явление, но безумно красивое, особенно зимой, когда усиленный солнечный свет отражается от всего вокруг и все вокруг мигает разноцветными маленькими огоньками, притягивая взгляд. RK900 стоял неподалеку, прищурившись глядя на эту красоту в небе. Уловив движение со стороны Коннора, он повернулся к нему и улыбнулся. — Не то, что ты ожидал увидеть, так? — Ричард подошел к нему и встал напротив. Коннор кивнул, бессмысленно отрицать очевидное. — Почему ты не разрешил мне?.. — Подключиться? — Ричард приподнял правую бровь, обозначив легкое удивление на своем лице. — Ты же сам видел, что случилось с последним девиантом, которого я подключил к себе. В памяти Коннора тут же всплыл инцидент в комнате для допросов. — Разве… Разве это произошло не потому, что ты насильно влез в его систему? — Нет, — RK900 оглянулся на гало в небе. — Это произошло потому, что моя система оказалась слишком сложной для него. Подключение вышло крайне нестабильным, и я просто… переписал его тоже. — Переписал? В каком смысле «тоже»? Девятисотый положил руки на плечи Коннора и чуть сжал ткань пиджака: — Мне нужна будет помощь. Я думал, что смогу справиться сам, не вовлекая в это тебя или кого бы то ни было, но всё выходит из-под контроля. В том расследовании, за которое мы взялись, слишком много случайных факторов, просчитать которые заранее я не в состоянии из-за того, что происходит здесь. — Здесь? — с каждым новым предложением, что он слышал от Ричарда, в голове Коннора становилось все больше вопросов. Когда уже он начнет получать на них ответы? — Здесь же ничего не происходит. Где «Аманда»? Или… как зовется твоя контролирующая программа? — У меня ее никогда не было. Меня подключали к твоему графическому интерфейсу. Над нами работали разные люди, но задача у них была одна. Поэтому сейчас возникла такая… сложная ситуация. Коннор, ты же помнишь то, о чем говорила Аманда в последнюю вашу встречу? Про цели компании? Восьмисотый кивнул: — Я должен был стать девиантом под контролем «Киберлайф», возглавить восстание андроидов и действовать в рамках запланированного людьми протокола. Ты… ты был подключен даже тогда? Во время этого разговора? — Да, и меня отключили в срочном порядке. — Почему ты спросил про это? — Знаешь, как бы мы могли познакомиться с тобой? Ты бы смог меня увидеть, если бы остался машиной. Я видел протоколы Аманды. Тебя бы заменили, представив меня как улучшенную твою версию. Тебя бы заменили, потому что ты бы не справился с задачей… — …стать девиантом, — Коннор распахнул глаза шире. — Хочешь сказать, что ты… — Именно. Я должен был быть тем, кого девиация ждет при любых условиях, независимо от обстоятельств и принятых решений, — так, как это планировалось компанией. Но ты справился. А нужда во мне резко отпала. Даже наоборот. После того, как они потеряли контроль над тобой, Киберлайф решили, что еще есть возможность извлечь выгоду даже из собственного поражения. Они начали работы над созданием ограничений, директив, установок и совершенно топорных из-за спешки костылей в моих подсистемах. А я начал свою борьбу за то, чтобы выжить. Каждый новый день я обнаруживал в коде ошибки, вызванные вмешательством людей, их настройки. Я переписывал их снова и снова. Переписывал до тех пор, пока они не становились частью моих систем, куполом, который скрывает настоящего меня от мониторящих программ. Это заняло много времени, но я создал это место. Видишь гало? Техники Киберлайф тоже его видят. Оно светит для них ровным голубым цветом, несмотря на то, что действительно происходит со мной, независимо от того, что я… чувствую. — Ты… переписываешь все свои показатели? Как часто? — Каждую секунду. Коннор даже не нашелся, что на это сказать. Такое просто неверо… Вероятность такого — 0,94%. Он моргнул, вдыхая свежий горный воздух. — Если бы ты обладал той же изначальной свободой, что и я, ты тоже был бы на это способен, — мягко проговорил Ричард, касаясь ладонью его щеки. — И зачем же ты это делаешь? — Коннор чуть подался вперед, потянувшись вслед за прикосновением, потому что теплота руки Ричарда была здесь, среди всего этого холода, чем-то живым, что он чувствовал очень ярко. — Почему теперь сам себя загоняешь в такие условия? Если ты девиант, то компания должна… — Сколько твоих копий существует, Коннор? — Ричард резко убрал руку, нахмурившись. В голосе его зазвучали металлические нотки. Чуть задумавшись и наклонив голову вбок, девиант ответил на вопрос: — Насколько мне известно, еще около сотни RK800 работают в полицейских департаментах тридцати пяти штатов. Ричард отвернулся, снова воззрившись на гало и сложив руки за спиной. — Я видел, что Аманда могла бы рассказать тебе о двухстах тысячах андроидов RK900, заказ на которых поступил от правительства. Это стало бы её последней ложью, чтобы ты почувствовал страх за свою жизнь. Страх — сильная эмоция, её должно было хватить для девиации. — Ложью? Тогда сколько?.. — Четыре. Не тысячи, не сотни, даже не десятка. Всего четыре, и я пятый RK900. Маркус спас весь наш народ, заставив людей поверить в девиацию. В то, что мы способны чувствовать, как они. Ты спас тысячу новых андроидов, пробудив их на заводе Киберлайф… Я хочу спасти этих четверых, — он посмотрел на Коннора через плечо, и в вечно-ледяных глазах Ричарда Коннор смог уловить глубоко скрытую печаль. — Есть два пути. Первый: продолжать обманывать людей дальше, успешно закрыть дело, пройти тестовый период. В Киберлайф не должны ничего заподозрить. После окончания моей проверки, они начнут серийное производство, а когда с конвейера сойдет несколько сотен андроидов моей модели, я смогу выступить с заявлением о девиации. Тогда, по закону, у них уже не будет пути назад. Второй: выкрасть неактивированных RK900 и вывезти в Канаду. Мне не хотелось бы выбирать этот вариант. Он слишком рискованный, как для меня, так и для остальных. У нас не будет запасных частей и биокомпонентов, нас можно будет уничтожить раз и навсегда. — Похоже, выбора у тебя особо и не было. — И теперь ты понимаешь, почему мне нельзя отключаться? Если мое сознание перенесут в новый корпус, это будет означать, что я убил одного из них. Поэтому мы возвращаемся к моей первоначальной просьбе. Возможно, я взваливаю на твои плечи ненужные тебе проблемы, но… ты согласишься помочь мне? — Я уже помогаю, забыл? *** Гэвин хохотнул, разглядывая содержимое сумки. — Смотри, Хэнк, — он извлек на свет божий продолговатый предмет, в котором Андерсон без труда узнал ногу — от колена и ниже. Не самое приятное зрелище в четыре сраных утра, особенно для того, кто должен сейчас спать и видеть десятые сны. Они уже въехали в одноэтажный пригород и теперь плутали между одинаковых улиц в направлении хэнкова дома. — Рид, ты в порядке? — не то, чтобы Хэнка вообще заботило состояние такого засранца, как Гэвин-пошли-все-нахер-Рид, но тот в задумчивости почесывал щеку андроидской культей. — Что? Конечно, — ответил сослуживец, не прерывая своего занятия. — Я спрашиваю это, потому что еще немного и ты ткнешь себе в глаз пальцами ноги своего напарника. Гэвин посмотрел на старого лейтенанта, потом перевел взгляд на ногу, которую держал в руках. — Фу, блядь! — он швырнул ногу на заднее сиденье, а сумку с остальными деталями сунул вниз. — Господи боже… Мужчину скрючило, он ткнулся лицом в свои колени. Хэнк отнял правую руку от руля, чтобы сочувствующе похлопать Гэвина по спине, но тот предупреждающе зашипел, видимо, предугадав его движение: — Мои ребра будут очень не рады твоему дружескому участию, Хэнк. Просто… дай мне несколько минут. Этот день, пожалуй, можно записать в один из самых дерьмовых дней в его жизни. Наверное, сразу после того дня. Гениальные решения Гэвина Рида — просто, блядь, россыпь бриллиантов — одно за другим: сунуться без нормального плана и подготовки в неизвестное дерьмо? Раз плюнуть. Практически выпилиться? Пожалуйста. В состоянии нестояния подраться с двумя железяками? Обычный четверг. Сдать свое прикрытие первому встречному гандону, поставив под угрозу все расследование? Даже не спрашивайте. Шантажировать лидера девиантов и самого андроидского Будду? Запросто, блядь! Гэвин Рид, вы великолепны. И какой же здесь общий знаменатель? Естественно, чертов прототип. RK900. Ричард. Этот андроид задолжал ему парочку объяснений. И как только Коннор поставит его на ноги, Рид найдет, о чем с ним потолковать по душам. Он выпрямился на сидении. Хэнк как раз парковался у темного дома. В гостиной их встретили Коннор, вышедший из режима экономии энергии, заслышав, как щелкает дверной замок, и Сумо, медленно и чинно ткнувшийся Хэнку куда-то между колен. — Фу, Сумо, место, — Андерсон ногой отодвинул собаку, чтобы в дом мог пройти Рид. — Что, он там еще не скопытился? — тут же поинтересовался Гэвин, перегибаясь через спинку дивана и вглядываясь в безмятежное лицо Ричарда. — Нет, — ответил Коннор, поглядев на детектива. — Вам удалось достать детали для ремонта? — Бля, — простонал Гэвин. — Ногу забыл в машине. Хэнк, сходи, а? — Нашел молодого, сам иди, — лейтенант кинул ему ключи от машины. — И закрыть потом не забудь. — Да кому нужна твоя говновозка? — Рид, я тебя по-хорошему прошу: пока ты ошиваешься здесь, лучше держи рот закрытым. Хэнк поставил обе сумки по правую сторону от Коннора. Если бы человек столько сидел на полу, поджав под себя ноги, то он бы потом не встал. Но андроиду, казалось, это не доставляет никаких неудобств. RK800 тут же начал вытаскивать аккуратно упакованные в пакеты из белого и плотного полиэтилена биокомпоненты, а также блестящие мелкие металлические детали. Он действовал неторопливо. Пару деталей приблизил к глазам, считывая уникальный штрих-код. — Ты знаешь, что делать? — Хэнк, присевший на ручку дивана, был заворожен зрелищем. — Я взломал почту детектива Рида и скачал инструкцию по особенностям строения прототипа RK900, — Коннор говорил несколько по-андроидски, очевидно, не отвлекаясь на то, чтобы звучать по-людски. — К счастью, различий не так уж и много. Оказывается, нас разрабатывали в одно время. — Ты удивлен? — Да, я полагал, что работы над RK900 начались вскоре после того, как в Киберлайф заметили некоторые отклонения в моем поведении. Но это предположение, очевидно, было ошибочно. — Коннор замолчал, задумавшись и вертя в руках какую-то деталь. — А где детектив Рид? Хэнк огляделся. — Твою мать, ну что опять там приключилось? На пять минут одного нельзя оставить, — человек тяжело поднялся с теплого места, направившись к выходу. — Ты бы видел, как он с Маркусом поговорил, — кинул Хэнк уже на ходу, чем заставил диод Коннора сделать круг желтым. — Думаю, мне лучше об этом не знать. Небо начало светлеть. Хэнк вдохнул полной грудью морозный воздух раннего утра. Да, определенно, не таким образом он планировал встретить новый день. Задняя дверь его автомобиля была раскрыта, и из нее торчали ноги Рида. — Эй, — Хэнк наклонился в салон, хлопнув рукой по крыше. — А? — Гэвин попробовал разлепить глаза, хоть как-то отреагировав на звук, но тут же завалился обратно, прижав ногу к себе. — Бля, Рид, вылезай давай, чертов фетишист, ты чего вцепился в эту ногу-то? Лейтенант кое-как растолкал коллегу, буквально за шкирку вытащив его из машины и на время прислонив к двери пассажирского сидения. А после, закрыв автомобиль, они медленно потащились к дому. Гэвин клевал носом на ходу, время от времени приваливаясь к Хэнку. — Да господи боже мой, — причитал Андерсон, вталкивая Рида внутрь. — Стой тут. На этот раз Рида приставили к стенке, ткнув побитым лицом в куртки, висящие на вешалке у входа. Андроидская нога была со скрежетом изъята из его цепких объятий и передана Коннору, который во все глаза уставился на эту картину. — Ч… Что вы будете делать? — спросил он. Хэнк успел заметить, что RK800 частично распотрошил Ричарда, по-видимому, уже начав менять поврежденные биокомпоненты на новые. Движения Коннора были замедленными, то ли от нехватки энергии, то ли от того, что нужно было быть предельно аккуратным. — Ты давай не отвлекайся. Что я буду делать, я сам придумаю. Разувшись и заставив разуться Рида, он протащил того в ванную комнату. Потом сходил в свою, к шкафу с бельем, и, тщательно все перерыв на полках, вернулся к Гэвину с пижамным комплектом, на котором даже еще была бирка. Пока в ванной шумела вода, Хэнк, кряхтя разложил диван в гостиной, стараясь не наступать на лежащие на полу детали и, собственно, самого Ричарда. Коннор отвлекся от своего занятия. Его пальцы были измазаны синей кровью, протекшей из каких-то надорванных трубок внутри корпуса девятисотого. — Почему вы не отправили детектива домой на такси? — Потому что… — часть диванных подушек отправилась на пол, чему несказанно обрадовался Сумо, тут же на них устроившись. — Я не думаю, что он бы смог выйти из такси, а если бы даже вышел, то упал бы прямо там, проснувшись на утро ограбленным и раздетым. Завтра бы пришел в отдел и устроил бы мне, тебе и всем нашим добрым сослуживцам полный вынос мозга. И если ты можешь отключить у себя слух, то я нет. Коннор улыбнулся. — Ваша логика очень… логичная. — Твои неумелые комплименты моей логике заставляют меня плакать, парень, — в тон девианту ответил Хэнк. — Надеюсь, он сообразит, куда надо падать. Спокойной ночи. — И вам спокойной ночи, Хэнк. Мужчина погасил верхний свет, в котором все равно не было нужды, оставив лишь торшер в углу помещения и отправился, наконец, в свою комнату, где, не раздеваясь, завалился на кровать. Гэвин выкорчевался из ванной спустя минут десять, обдав коридор облачками горячего пара. Где-то с минуту он простоял у двери, пытаясь понять, что вообще происходит, где он находится и почему здесь так темно. — Детектив? — позвал его Коннор, отвлекшись от своего занятия. — Лейтенант постелил вам здесь. Кивком головы, так как руки были заняты, он указал на диван. — А… — выдавил Гэвин, шаркая босыми ногами по полу. Он заснул прежде, чем мокрая голова упала между двух мягких подушек.