Rain, Sun and Sea

      Город встречает их полинявшим под яркими лучами солнца щитом, похожим на рекламный и давным-давно привычным для горожан. Но и здесь он не выглядит чужеродным элементом, изящно вплетенный в сосновый лес. Вскоре перед ними раскидывается и сам город, кажущийся Биллу таким же серым и пыльным, как и дорога под колесами автомобиля их дяди. Но они сворачивают куда-то в лес, не успев доехать до самого поселения.       — Эй, куда мы вообще едем? Ты от старости забыл, что сворачивать не нужно? — недовольно произносит парень. Он устал от долгой дороги, да и все еще не блещет энтузиазмом, поэтому из его рта льются чистейшие сарказм и язвительность.       Тэд его игнорирует. Он уже почти привык, успев за пару часов понять, что старший близнец далеко не подарок. Что ж поделать, в чем-то он вполне мог понять парнишку. Кто бы хотел провести лето вдали от друзей, технологий и родных, получив взамен чистый воздух и одиноко стоящий на границе леса домик, у которого покосились перила на террасе, и потемнели от грязи окна второго этажа. Старая вывеска, гласившая, что здесь находится музей истории города и штата, уже давно потеряла свой насыщенный оранжевый цвет, а одна буква упала на землю, чудом ничего не разрушив и глубоко воткнувшись в почву, служа каркасом для растений, медленно захватывающих ее.       Машина мягко тормозит перед самым домом, даже скорее хижиной, иначе строение было не назвать, подводя итог всей их поездке. Билл, стоит только остановиться автомобилю, хватает свой рюкзак и выбирается наружу, громко хлопнув за собой дверцей. Уилл поспешно извиняется за старшего брата, путаясь в ремне безопасности и пытаясь как можно быстрее его отстегнуть.       — Вы будете жить в мансарде, — поясняет Тэд Уиллу, когда открывает дверь хижины ключом. Билл будто бы его не слушает, стоя в отдалении и пиная носком оранжевого кроссовка камушки. — Там как раз две кровати, но может быть немного грязно. Средства для уборки я вам дам, разберетесь сами, а у меня полно дел.       Гостеприимно распахнув дверь, Тэд дожидается, пока оба подростка скроются внутри, и заходит сам. Внутри царит полумрак, ведь в узкие окна не проникает достаточно солнечного света, а многочисленные лампы выключены. В некоторых из них недоставало лампочек, но никто не собирается их вставлять. Повсюду витрины с различными экспонатами, подписанные аккуратным почерком. На стенах висят картины, изображавшие то ужасных монстров, то выдающихся личностей, выросших в этих краях или попросту попавших в этот музей. Уильям шарахается в сторону от чучела утконоса, краем глаза заметив у того алый отблеск в глазах. Билл же окидывает помещение скучающим взглядом, но брат знает, что тому тоже любопытно и совсем-совсем не страшно.       И если первый этаж просто кажется забытым людьми, а потому еще не приведенным в порядок, то на втором, где живет дядя, и где есть места для близнецов, пыли не меньше. Казалось, что Тэду это даже нравится. Или же серый порошок, и не надо тут шутить про наркотики, стал полезен для здоровья? Что уж можно сказать о мансарде, вид которой поверг младшего брата и вовсе в уныние. Он знает, что Билл не собирается помогать ему с уборкой помещения, так что гонять пауков, которых Уилл жутко боялся, и мыть огромное окно в виде треугольника придется ему самому. Он аккуратно ставит рюкзак на одну из кроватей, собираясь спуститься вниз за тряпкой и ведром, но в дверях сталкивается с Биллом. Старший близнец швыряет свои вещи на вторую кровать и быстро спускается вниз по лестнице. Хлопает входная дверь.       Снова один. Уилл уже привык к одиночеству. В школе его часто игнорировали, предпочитая компанию задиристого и колкого на язык Билла, а родители были слишком заняты выяснением отношений, чтобы задуматься о том, как далеки их дети друг от друга, и почему. Вот и сейчас они скинули детей на дальнего родственника, проявляя совсем немного заботы и не желая, чтобы близнецы видели их ругань и весь скучный бракоразводный процесс. У Уильяма нет сил, чтобы даже просто построить вокруг себя стену, оставшись навсегда в выдуманном мире, где все вокруг хорошо. Зато есть пара рук, тряпка и куча работы, которая, знаете ли, неплохо помогает прочистить мозги. Закатав рукава, парень берется за дело.       Это занимает много времени. На одно окно Уилл тратит почти час, бережно протирая красноватое стекло. А смыв пыль в одном из углов, он находит вырезанный кем-то символ в виде маленькой звездочки с длинным хвостом. Парень бережно проводит рукой по дереву, смахивая забившуюся в щели грязь.       — Уф… — он наконец поднимается на ноги, оглядывая комнату и довольно улыбаясь. Ни следа от грязи и паутины, комната выглядит просто прекрасно, вот только руки покраснели от химии, которая разъедает кожу, а спина просто ноет. Но парень рад тому, что сделал. Уилл устало опускается на свою кровать, падая на спину, раскинув руки в стороны. Он пялится в пустой потолок, замечая то, как стемнело на улице. В глубине дома где-то мирно тикают часы, которым вторит стук сердца парня. Так спокойно и тихо, словно мир ушел на задний план.       И дождь на душе затихает, оставив множество глубоких луж и позволив яркому солнышку выглянуть из-за облаков, даря умиротворение. Уилл улыбается, начиная понимать, что, быть может, родители не зря отправили их сюда? Смена обстановки неплохо повлияла на него, пусть его летние каникулы только-только начинаются, а в городе он видел лишь одно окно и парочку домов издали по дороге, но ему уже было легче. Может, так влияет на людей сосновый лес?       — Эй, мелкий, спускайся ужинать!       Уилл вздрагивает, услышав окрик дяди, и быстро идет по ступенькам вниз. На небольшой кухне накрыт стол, на котором стоят три тарелки с кашей и парой сосисок. Тэд, поймав взгляд парня, пожимает плечами: — Я не умею готовить, если хотите чего, то плита в вашем распоряжении. Только не спалите мне дом. И где твой брат? Он еще не вернулся?       — Н-нет… — младший близнец садится за стол. — Не волнуйтесь, он вернется скоро…       Билл часто уходил из дома, когда злился. Обычно он приходил назад с синяками и ссадинами, но спокойный и голодный. Уилл успел к этому привыкнуть, но все равно волновался за брата, который мог заблудиться в лесу или городе. Особенно сейчас, ведь они не знают ничего вокруг, кроме того, что это место глубоко в лесах штата Орегон. Но Тэд просто кивает, явно не собираясь искать пропавшего племянника. Он вообще выглядел отстраненным от реальности, занятый только своими мыслями. И если сперва он пытался найти общие темы для разговора, то после агрессии и полного отсутствия вежливости со стороны Билла перестал.       — Приятного аппетита, дядя Тэд, — Уилл берется за вилку и на ближайшие пятнадцать минут на кухне слышен лишь стук приборов о тарелки. Тишина кажется знакомой. Дома они тоже нечасто разговаривали друг с другом за ужином. А теплые семейные посиделки с ароматным чаем и пирожными или просто печеньем ушли далеко в прошлое. Когда родители еще улыбались друг другу, а не смотрели косо, ненавидя и проклиная тот день, когда они встретились.       Уилл невольно останавливает свой взгляд на книге, которую дядя читает за столом. Мелкий шрифт ему сложно прочитать со своего места, еще и вверх ногами, но на большой, во всю страницу, картинке изображена та самая звездочка, которую он уже видел наверху. И еще несколько различных символов. Вон тот похож на елку, а тот — на руку. Парню становится любопытно, но он не успевает решиться задать вопрос.       Дверь открывается резко, гулко ударяясь о стену. Билл заходит хмурый, весь в иголках и листьях, словно продирался через чащу, убегая от какого-нибудь чудища. Он молча падает за стол, отряхивая руки от песка и тоже берется за вилку. Дядя его игнорирует, а Уилл привычно пожимает плечами. Вряд ли брат сейчас с ним поделится хоть чем-то, а не наорет за то, что тот ему мешает. В такой милой и семейной атмосфере проходит поздний ужин. После него Тэд остается, чтобы вымыть посуду, а книга — на своем месте. Билл же уходит в другую комнату, где стоит телевизор, из которого минутой позже понеслась веселая мелодия заставки какого-то фильма.       «Ничего же не случится, если я ее почитаю, верно?» — мелькает в голове мысль, пока руки тянутся к книге. «Легенды и предания о Гравити Фолз» — именно такие слова красуются на обложке, которая кажется слишком скучной для сборника сказок. Простая и черная, без всяких рисунков или даже банальных узоров.       Содержание же вовсе отличается от обложки. Там описываются все мифические создания, которым поклонялись местные жители. Уилл быстро, словно боясь, что Тэд разозлится на него за то, что он полез в чужие вещи, перелистывает страницы, выискивая на них те символы. И находит.       …их звали Хранителями. Люди считали их своими покровителями, причем каждый Хранитель занимался чем-то определенным. Один отвечал за охоту, другой помогал ворам и лжецам, но сильнейшими из них считали двоих, которые исполняли человеческие желания или же наказывали их за проступки.       У местных есть поверье, что если пройти испытание у каждого Хранителя (Бога), то можно получить в руки артефакт, способный изменить мир…       Ниже идет изображение звезды на листочке бумаги и подпись: «вариант подношения Хранителю, рисунок обычно сжигали в пламени свечи или камина/печи».       — Что, молодежь сегодня и историей интересуется? — услышав голос Тэда, Уилл вздрагивает.       — П-простите пожалуйста, я больше не буду ничего трогать…       — Да нет, все в порядке. Можешь взять, если хочешь, у меня все равно есть еще один экземпляр, — дядя пожимает плечами, а потом присматривается к странице, которую читает его племянник и улыбается. — Можешь попробовать загадать желание. Все говорят, что они исполняются, потому что Хранители реальны. И довольно дружелюбны.       — А вы пытались? — заинтересованно спрашивает Уилл. И получает в ответ кивок, который разжигает любопытство еще сильнее. — Получилось?       — Попробуй сам и узнаешь. Тебе, вообще-то, уже спать пора, а не слушать россказни старых историков, ясно?       Уилл огорченно кивает, бормочет что-то вроде «доброй ночи» и поднимается по лестнице, прихватив с собой книгу. Он не знает, как ему поступить. Почему-то хочется прямо сейчас поверить в чудо и загадать желание. Вот только… чего он вообще хочет? Крепкую и дружную семью или хороших друзей? А может, стать смелее и увереннее в себе? Как-то хочется сразу всего и сразу, но так не бывает. Поэтому на пороге комнаты Уилл замирает в сомнениях.

Загадывать ли ему желание?