Гэвин Рид

У Гэвина — смешно сейчас говорить, но что есть, — когда-то была жена. Самая настоящая, из крови и плоти. Звали её Эви. Или… Алекс? Блэр? Э-э… Кэт? Да неважно. Женатым Рид ходил недолго, три года без вершка. Сошлись по глупости, надо сказать. Гэвин пончики — что в красно-синей обсыпке, — любил и до коповской жизни, а уж на службе… Затаривался он обычно в кофейне за квартал от департамента, там пончиков пекли, улицу завалить можно, ну Рид и забегал. Раза три в день. А в кофейне той официанточка работала — не то что бы красавица, но задница хорошая, — лет двадцати пяти. Бабы в том возрасте уже вроде пособраннее, но эта-а в облаках витала, и ежедневные налёты молодого офицера восприняла на свой счет, а Гэвин… А что Гэвин? Гэвин и не будь дураком пристроился, мол, да-да, так и есть. Нет, ну, а что? Глазки построить да комплиментов пару сказать дело плёвое, а взамен — и еда бесплатная, и секс. Как до свадьбы докатилось он и сам не понял, тогда такой аврал в департаменте был, полотдела право с лево путало. Но первые года полтора о решении точно не жалел: в квартире —он тогда уже отдельно жил, пусть на окраине, зато место своё, — всегда убрано, жратва, опять же, готовая, вещи чистые, выглаженные. Не жизнь — малина. А вот потом уже говно пошло. Рид, понимаете, в деньгах не купался, на работе пропадал круглыми сутками, внимания жене не уделял, цветы не дарил, за собой не следил, ходил постоянно опухший и заросший до глаз. Баба терпела-терпела ещё полтора года, а потом всё. Вытерпела. Месяц на мозги прокапала — и Гэвин из себя вышел. Послал её нахер — в выражениях он никогда не стеснялся, — а та и ушла. Шмотки все свои выскребла до одной и ушла. Со скандалом, конечно. С битой посудой и поломанной мебелью. Рид с тех пор её только раз видел — на разводе. И, если честно, был этим вполне доволен.