Сквозь терни к Нирну

Неприятный громкий шум и свет очень раздражали и создавали невыносимую головную боль. До ушей доходили неразборчивые звуки, топот, гул, бормотание. Всю эту какофонию Довакин не мог разобрать, как бы он ни старался. — «И где же я? – сил открыть глаза не хватило, лишь только думать. – Хочу воды…» — и тут же, через некоторое время, что-то холодное и жидкое, словно огонь, потекло по его горлу, вязко спускаясь всё ниже и ниже. Боль прекратилась так же неожиданно, как и началась, уступив место пустоте, которая сопровождалось неприятными, вязкими ощущениями в душе. Оберону показалось, будто он выпал из реальности, но было это всего секунду, и, судорожно распахнув глаза, норд увидел ясное ночное небо, усыпанное звёздами, настолько красивыми и яркими, что сердце было готово трепетать при виде них. Красивый небосклон плавно сменился на просторную лужайку, где миролюбиво лежал человек, громко сопя. Оберон открыл было рот, когда узнал себя в какой-то белой мантии. Но лежал он так безмятежно и хорошо, что норду невольно захотелось лечь так же. Лежащий медленно начал тлеть и иссушаться, а Оберон даже не был в силах оторваться, и глядел он пока от того не остался скелет. Затем прямо перед глазами появился тёмный эльф, с острыми чертами лица, в бежевой мантии и лукавым взглядом. Оберон сразу понял кто это, но, открыв рот, только смог неразборчиво приветливо промямлить. Данмер улыбнулся, и вынул из-за пазухи маленький флакончик из тёмно-зелёного стекла. — «Лекарство!» — радостно подумал норд, но данмер не спешил его отдавать. Эльф протянул руку, ожидая чего-то взамен. Но что же может быть равноценно этому? Оберон почесал затылок, и первая его мысль была о деньгах. Карман его потяжелел. Норд вынул из него приличный мешочек с септимами. Нет. Мешочек растворился в воздухе. Оберон задумчиво потёр подбородок, рассуждая, на что же он обменяет лекарство. Неожиданно, в руках норда появилась книга в чёрном кожаном переплёте и неизвестным символом на обложке. Он не знал, почему книга, но всё-таки решил попробовать. Норд протянул ему её. Нет. Книга испарилась, и появился золотой скипетр, с большим рубином на кончике. В руке норда он лежал как родной, будто ему там и место. Нет. И скипетр тоже испарился. Лицо данмера скривилось в недовольной мине.Ах значит так, глупый нордлинг? Не можешь ничего толком мне дать? Тогда я заберу у тебя самое дорогое, бесценное, чем меньше всего человек дорожит!. Эльф засучил рукава, и его пальцы коснулись груди, медленно прошли сквозь плоть, словно змеи, извиваясь, проникали всё глубже и глубже, сопровождая всё действие тупой болью. В глубине Оберона всё забурлило, закипело, а потом остыло и похолодело. В ладошке данмер держал нечто белое, бесферменное и ослепительное яркое. Сцена сменилась. Теперь Оберон видел снова звезды, которые прямо на глазах начали редеть и затухать. Сначала тухли самые крупные, а затем и мелкие превращая небосклон в чёрное полотно, на котором, в прочем, начали мелькать картинки. Просторный тронный зал, где на троне восседал кто-то очень широкоплечный в тёмной мантии. Лицо скрывалось под капюшоном, но вот из-под него на Оберона глядели два красных огонька, пылающие презрением и ненавистью к нему. Вокруг восседавшего стояли несколько силуэтов. Лица было не разобрать, но приметить одежду он смог. Один был тощ в красном костюме. Женщина в белом платье с золотым ожерельем в паутину, которая сидела на коленках широкоплечного, обнимая за шею. Нечто большое, пускающее из ноздрей пар. Снова женщина, но в роскошном кружевном платье с зонтиком. И два остроухих эльфа. Оберону стало не по себе от их ярких красных вспышек в глазах, обращенные на норда. Но картинка, к счастью, начала медленно размываться, пока совсем не исчезла. А за ней и целый мир исчез, оставив только пустоту. Оберон резко стал, стирая холодный пот со лба, осмысливая увиденное. Но вдруг всё тело резко налилось свинцом, и он рухнул обратно на постель. — «Незнакомый потолок», — сказал Оберон, рассматривая его. Он с трудом повернул голову в сторону и увидел просторную комнату, заставленную кроватями. Было похоже на какой-то госпиталь, но вот только единственным больным был только Оберон, остальные кровати пустели. Послышался медленный и очень громкий скрип двери. Норд сразу закрыл глаза, притворившись, что будто всё ещё спит, и приготовился применить «Ледяной шип», на случай, если это был неприятель. Но нет. Из приоткрытых век Оберон увидел красивую девушку, с мягкими чертами лица, синими – что очень удивило норда – короткими волосами по шею. Одетая в белую робу, она, словно призрак, плыла медленно по комнате, лавируя между кроватями, ступая мягко и бесшумно на носках. Она подошла к кровати и внимательно оглядела Оберона. Когда девушка поняла, что тот ещё не пришёл в себя, горько вздохнула и села на стул подле кровати. Норд нечаянно дёрнул рукой под одеялом. — Вы проснулись? — тихо спросила она, заметив лёгкое движение. Положившись на интуицию, что она не враг, Оберон медленно открыл глаза. — Ах, какое счастье, что вы пришли в себя! — голос её был мягким, который магическим образом успокаивал. — Где я? — голос норда был хрипуч и очень неприятен. — Ваши воло… — Не волнуйтесь, — прервала девушка и взяла Оберона за руку, которая окончательно сняла все тревоги об опасности. — Сейчас вы находитесь в храме Тринадцати Героев, в больничном крыле. Нет-нет! Не вставать! — девушка силой положила Оберона назад. — Вы ещё не полностью восстановились… — девушка вдруг осеклась, заметив как норд внимательно разглядывает её волосы, и сразу накинула на себя белый капюшон, скрыв их. Она облегчённо вздохнула, когда не услышала очередного вопроса про её волосы. Прервав очередную попытку встать, она составила кислую мину. — Ладно, всё, я лежу, — норд помассировал колено, которое вдруг начало ныть. — Как я здесь оказался? Кто ты? — Меня зовут Нана, — девушка откинулась на спинку стула. — А как вы здесь оказались – это большой и загадочный вопрос для меня и всей деревни Элионит, — норд выпятил глаза от удивления. — Вы не помните, как здесь оказались? – Оберон покачал головой. – Ну… вы упали с неба… в прямом смысле. Прямо на главную площадь. Чуть не упали прямо на меня, — улыбка стёрлась с лица девушки при виде серьёзной и непонимающей мины Оберона. — Ну, в общем, вы всех напугали. Подумали, что это демон пришёл из ада, раз уж такие устрашающие доспехи, но когда вы сняли шлем, окружающие облегченно вздохнули. Нам пришлось задействовать человек пять, чтобы вас донести сюда. Вы на редкость такой тяжёлый. Оберон судорожно провел рукой по голому телу, обнаружив себя не в броне. — А где… — Мы всё ваше снаряжение сложили в сундук, а броня храниться у кузнеца, — недослушав вопроса, сказала Нана. — И вот, — она протянула стакан с жидкостью. — Надо обязательно выпить. Норд недоверчиво взял стакан, посмотрел на содержимое, которое было прозрачное, похожее на воду. Он преподнес стакан к губам и немножко отпил. Вмиг лицо его скривилось от противного горького вкуса, и норд отказался пить. Но Нана заставила его, точнее договорилась, после тщетных уговоров, пообещав, что через несколько часов позволит немного пройтись. Норд ещё раз взглянул на стакан, закрыл глаза и залпом, сделав кислую мину, выпил лекарство. — Как мне следует обращаться к вам, господин? — спросила девушка, приняв стакан и положив его на столик рядом. — Оберон, — с трудом выговорил норд, кашлянул и грузно лёг обратно. В этот момент всё сознание помутнилось и мысли начали путаться. Голова закружилась, в глазах потемнело, и Оберон заснул глубоким сном. — Вы быстро идёте на поправку, — подытожила Нана, убрав руку со лба. — Даже жар спал. Прошло два дня после первого пробуждения в этом храме. Нана очень перепугалась, когда Оберон в тот раз резко отключился. Охватившая её паника помешала ей сразу сообразить, что надо позвать было других жриц, которые во врачевании были куда опытнее. Но благо это просто подействовало лекарство. Главная жрица Маителле приказала Нане остаться на ночь рядом с Обероном, чтобы в случае ЧП предупредить остальных. Оберон спал плохо. Глубокой ночью у него поднялся жар, а травы, которые могли помочь сбить его, не были ещё собраны. Нана положила мокрое полотенце на лоб и периодически смачивала его в холодной воде. Кроме жара, Оберон часто бредил. То говорил Нане о каких-то приключениях, в частности рассказал полусонно, как победил Стражей Рассвета, которые Нане не были известны. Потом несколько раз он называл её Фалькой, да с такой нежностью, что она даже немного покраснела. А стала красной словно рак после того, как Оберон неожиданно взял её за руку и крепко сжал. Она попыталась вырваться, но норд так просто не отпускал, и Нана смирилась. Наутро норд открыл глаза, и по самочувствию, как он сказал, ему стало намного легче. Оберон даже попытался встать, но как только был сделан первый шаг, так сразу же он грузно упал на пол. Запаниковавшая Нана быстро уложила его в постель и велела больше ни при каких условиях не вставать. Тогда, чтобы убить время, они провели приятную беседу. Довакин узнал о том, что Нана начинающий лекарь – маг в специализации «лекарь» – и пришла сюда для практики. Как оказалось, в эту комнату привозили раненных солдат, которых потрепали после приграничной стычки. Днями и ночами Нана усердно трудилась и позаботилась обо всех своих пациентах, которые даже отблагодарили её за лечение и подарили подарок в виде большого букета цветов. Так же необычный цвет волос Наны объясняется неудачным экспериментом, который произошел с ней, когда она попыталась создать более улучшенное зелье леченья. Экспериментируя со старыми рецептами, она добавила новый реагент, и её лаборатория взорвалась, окрасив всё в округе трёх метров в синий. Осадок так и не удалось оттереть полностью с кожи, как бы она не пыталась, поэтому пошла в ход иллюзия, при помощи которой Нана вернула себе нормальный телесный цвет, но волосы оставила, так как ей они понравились. Правда суеверные жители Рэ-Естиз, при виде волос странного цвета, считали, что в неё вселился демон, поэтому Нана взяла в привычку прятать волосы, чтобы не привлекать внимания. В обязанности её как жрицы входила молитва за раненных, если таковы были в больничном крыле, уборка, собирания трав, создание зелий, так же храм предоставлял услуги лекаря для деревни, правда за очень большую цену. Нана не смогла смериться с такой политикой храма, поэтому в тайне ото всех лечила селян бесплатно. — Стой, я сам попробую, — Оберон оперся на кровать и медленно встал. На секунду закружилась голова, но он всё-таки сумел сделать первый шаг и успешно дойти до соседней койки, норд вытянулся и размял мышцы. Глаза Наны засветились яркими огоньками радости, а лицо озарила довольная улыбка. Оберон решил, что пока есть силы, ему необходимо прогуляться. Прожигая проницающим взглядом норда, Нана скрипя сердцем согласилась отпустить его, но только под её присмотром. Вышли они в просторный дворик, украшенный многочисленными клумбами разнообразных цветов, испещренный дорожками посыпанными гравием и небольшим искусственным прудом, заполненный маленькими рыбками. — На третий день, вы даже можете стоять на ногах, удивительно, — сказала жрица. Колено норда ужасно болело и передвигаться нормально он не мог, только с помощью кого-то. Нана помогла сесть Оберону на деревянную лавочку подле пруда. Было солнечно. На голубом небе медленно плыли клубы белых облаков, изредка закрывая собой солнце, которое, впрочем, умудрялось своими лучиками пробивать и слои облаков. Маленькая птичка, кругами летавшая над двориком, резко спикировала и лапками поймала из пруда рыбёшку. — Как красиво, — Оберон откинулся на спинку и расслабился, но потом сразу же напрягся, неожиданно вспомнив зачем он сюда пришёл. — Всё в порядке, господин Оберон? — Нана взяла норда за руку. — Не совсем, — магия прикосновения смогла расположить максимально норда к Нане. Оберон встал и зашагал из стороны в сторону. — Я сюда… упал с определенной целью, — не дождавшись вопроса, он продолжил. — А цель состоит в поиске одного человека, который мне должен кое-что дать, поэтому мне надо как можно скорее покинуть храм и отправиться на поиски. — Понятно, — голова девушки поникла, и её задумчивое лицо заставило Оберона немного насторожиться. — Но это точно будет нескоро, вы ещё полностью не восстановились. Неожиданно приятную тишину разрушил крик. Словно звон колокола, он волнами разносился по округе, затухая, и вновь набирая обороты от новых криков. — Что это такое? — спросил Оберон, увидев побледневшую девушку. — Ничего... — тихо отозвалась она и помялась на месте. В голове Оберна сразу всплыл первый разговор с Наной. Как он помнил, это была провинциальная деревушка, значит, скорее всего, никем не охраняется и любой, кто умеет владеть оружием и обладает небольшой армией, запросто смог бы обложить эту деревню данью. — Это бандиты? — догадался Оберон и глаза девушки стали как блюдце от изумления его проницательности. — Ну конечно, кому надо охранять это захолустье? У вас хоть ополчение так таковое есть? Нет? Это плохо… — Это наша проблема и мы должны её решить сами, — сказала Нана и скрестила руки на груди. — Я так предполагаю, что вы захотите нам помочь, — норд довольно кивнул. — Ну, так сразу разочарую, что этому не бывать! Вы слабы и никуда не пойдёте, да и как вы сможете противостоять целой банде один?! — Смею сразу разочаровать вас, — моментально парировал Оберон и взял небольшую палку с земли, — Что я довольно хорошо себя чувствую, и думаю, что уже завтра смогу отправиться в путь, а в знак благодарности за лечение могу и решить проблему с бандитами, — Оберон сделал выпад, укол и вольт, махнул импровизированным клинком крест-накрест и встал в позу фехтовальщика, против воображаемого противника. Но все движения были чуть неряшливыми и замедленными из-за больного колена. — Я между прочим могу один победить целого дракона. Нана саркастически хмыкнула, не поверив его словам. Да кто может победить самое сильное создание в этом мире? — Да как вы не понимаете, что вы ещё не восстановились! — не отступала Нана и тоже встала. Оберон выкинул палку и взял небольшой камушек, покрутил в пальцах, о чем-то думая, кинул в пруд, нарушив идеально плоскую водную гладь и распугав всех рыбок. — Ладно, — Оберон понял, что её не переубедить, да и сам знал, что полностью не восстановился. Он помассировал ноющее колено. — Тогда можешь рассказать кто они? — Они называют себя бандой «Серый клык», — сказала Нана и поравнялась с Обероном. — Они пришли не так давно – месяц назад. Сказали, что если мы хотим, чтобы нас всех не поубивали, то лучше платить дань. Потребовали не только золото, но и разнообразные вещи, начиная от бытовых предметов, — Нана внимательно разглядывала рыбок, безмятежно плавающих в пруду. Ох, как же ей захотелось оказаться на их месте, забыть все невзгоды и просто плавать в своё удовольствие! — В раз месяц они приходят забирать дань, и каждый раз берут почти всё, складывают к себе в телегу и уходят в своё логово. — Разве никто не смог помочь? Может, вы знаете, где их логово? — Много раз пытались узнать, но все добровольцы исчезали, — голос Наны задрожал. — Бен, Арнольд, Харин… они все не вернулись... А власть не хочет нам помогать, точнее они говорят, что скоро отправят нам специальную гвардию, но они так и не приходят, а «Клык» становился всё наглее и наглее, — Нана глубоко вздохнула. — Вот завтра они должны снова придти… кто знает, что они в этот раз потребуют? Оберон промолчал и глубоко задумался. Нана немного насторожилась, когда увидела на его лице лёгкую улыбку. Он что-то замыслил...