Обманчивый свет

Звуки капающих из трубы чернил время от времени перемежались свистящим дыханием Сэмми. Он немного оттянул маску, пропуская под неё больше воздуха. Становилось лучше, но потрясение никак не могло уступить место гневу, как бы Сэмми мысленно не упрашивал себя разозлиться и наконец врезать мерзавцу, стоявшему напротив. Подобные мысли держались в голове недолго, и Сэмми без сожалений сдался своему противнику, хотя лёгкая досада от поражения ещё терзала его. В очередной раз Лоуренса забрасывают в самый эпицентр событий, а он безуспешно борется с туманом в голове, всё дальше и опаснее отходя от реальности. Если и существовала такая дверь, которая, открывшись, пролила бы на Сэмми свет, он не наткнулся бы на неё, блуждая в темноте собственного разума. — Понимаю, в таком виде меня невозможно узнать. И ты, возможно, сбит с толку, — незнакомец понизил голос, стараясь не причинять дискомфорт. Сэмми догадался, что тот перешёл на шёпот, если, конечно, это неразборчивое шуршание, словно от обёрточной бумаги для конфет, можно было так называть. — Сэм, это же я, Норман Полк. Твой старый… друг. Сэмми неопределённо улыбнулся, несколько раз повторив про себя только что услышанное. Он знал это имя и чувствовал, как забытые впечатления возвращаются, наполняют его. И сейчас начинал сомневаться. Были ли они друзьями на самом деле? — Ангел будет в бешенстве, если узнает, что я так самовольничаю. Но иначе ты мне не поверишь, так? — Норман позволил себе отпустить Сэмми, но тот не шелохнулся. Что ж, Норман всё равно не растеряется, если тот будет пытаться от него сбежать. Много лет назад он любил одиночество, но успел насладился им сполна. С него было достаточно пряток в тени, и впервые он чувствовал это с такой ясностью. Усталость от вечного принижения притупилась, и решение пойти наперекор Алисе уже не звучало как смертный приговор. Сэмми ничего не видел, даже очертаний собеседника, потому не имел ни малейшего представления о тошнотворном чавкающем звуке, раздавшемся со стороны Нормана. Полк приглушённо застонал, и Сэмми представил, как тот стискивает зубы и подавляет крик, поспешно прижимая к губам ладонь. Попутно отшатывается, чтобы не забрызгать Сэмми… чем? Кровью или всё-таки чернилами? И это было бы возможно, но Норман потерял человеческий облик. Во всяком случае, частично. Сэмми пару раз моргнул, привыкая к свету, который осветил пространство вокруг них фута на четыре, затем потускнел, давая глазам расслабиться, и упёрся в стену, находившуюся по правую сторону от Сэмми. Сэмми перевёл взгляд на кинопроектор. Норман бережно поставил его у своих ног, и, судя по тому спокойствию, с которым он опускал аппарат в чернила, Сэмми догадался, что сохранность проектора Полка не тревожит. Норман постучал пальцами по металлу и тут же отдёрнул руку. — Надеюсь, больше доказательств тебе не нужно. — Норман вернулся к Лоуренсу, снова сжимая его плечи. Нет, он не боялся ему довериться, просто так было легче контролировать себя, что в последнее время получалось хуже всего. Если Сэмми побежит, Норман не сдержится. И Ангел будет довольна. Сэмми покачал головой. Воздух застрял в горле, и оно сжалось, преграждая кислороду путь в лёгкие и не позволяя сделать даже короткого вдоха. Сэмми и правда не требовалось доказательств, они были бы лишними и могли только мешать. Он смотрел на человека, голос которого не спутал бы уже ни с чем. Голос, принадлежавший мертвецу.