Под вороным крылом

— Что за цирк у вас в Институте?! Джейс проснулся от резкого крика, который, казалось, звенел теперь у него в голове. Парень, нахмурившись, поправил подушку и попытался снова уснуть, но не тут-то было. — Как можно не знать о местонахождении своих же охотников?! — гневная отповедь продолжалась. — Она ведь в подобном состоянии может такого натворить! Эрондейл сел на кровати и убийственным взглядом посмотрел на дверь. — Глупо! Безответственно! Уму не постижимо! — надрывались в коридоре. Блондин поднялся на ноги с твердым намерением прекратить этот балаган и вышел из комнаты, тут же столкнувшись с Алеком. Лайтвуд выглядел помятым, видимо, его тоже разбудили эти сумасшедшие крики. Молча кивнув в знак приветствия брату, Джейс огляделся в надежде найти источник гнева. И даже не удивился, увидев в противоположном конце коридора Стефани и Маризу. Причем последняя, к дичайшему удивлению парней, что-то лепетала и оправдывалась, а Долорес стояла над ней, как разбуженный после вековой спячки дракон, у которого только что украли всё золото. — Найти её! — орала шатенка на Маризу. — Немедленно! Алек только и смог, что удивленно приподнять брови, тогда как Джейс уже был готов уничтожать дракона морально, чем и занялся, стоило разгневанной девушке поравняться с братьями. — Алек, у нас что, модернизация охранного оборудования? — наигранно громко выдал блондин, следя за реакцией агента. — О чем ты? — не влился в игру Алек. — Смотри, какую новую сигнализацию поставили, — хохотнул Эрондейл, — орет, аж уши закладывает. Долорес, до этого быстрым шагом удаляющаяся по коридору в сторону общего зала, остановилась и словно ощетинилась. Плечи поднялись, и парни были готовы поклясться, что видели, как из ушей агента повалил пар. Девушка круто развернулась на каблуках и, подойдя вплотную к Джейсу, сжала кулачки. — Мистер Эрондейл, — голос Стефани дрожал, слышалась клокотавшая уже в горле ярость, — ради вашего же блага, закройте рот! — последние слова девушка уже выкрикнула в лицо немного растерявшемуся охотнику. — Вы все еще обвиняемый, более того, если с мистера Лайтвуда обвинение я сниму, то с вас и не подумаю. — Это еще почему? — выдал Джейс, не совсем понимая, как в таком теле может умещаться столько злости. — Слишком уж ваша родственница постаралась, чтобы вы вышли сухим из этого дела. И я уже на пути к разрешению использования Меча Душ, Джонатан, так что готовьтесь к пожизненному гниению в тюрьме Города Костей! — не думала понижать тон Долорес. — Где Кларисса? — неожиданно перекинулась она на Алека. Тот только изумленно похлопал ресницами. Как и брат, брюнет не ожидал таких эмоций от агента Конклава, поэтому вопрос о Клэри он не сразу понял. — А что случилось? — поинтересовался Лайтвуд. — Она пропала, и никто не знает, где она, — зашипела Стефани. — Идиотская система! Ничтожное управление! Пропуская мимо ушей комментарии агента, Алек наконец осознал, что его ученица пропала. Прошло уже двое суток с того вечера, когда они столкнулись в тренировочном зале, и за это время охотники пересекались только в столовой. Лайтвуд предпочел все-таки не лезть в эмоциональное состояние своей подопечной, боясь вызвать еще большую бурю эмоций, а брюнетка и не искала его общества. Как только она отойдет, занятия возобновятся, и тогда Алек попытается вернуть Клэри в привычный ритм жизни. Несмотря на результаты вскрытия, почти напрямую говорящие о его невиновности, парень так и не смог полностью принять тот факт, что его персона не повлияла на кончину Валентина. Алеку до сих пор казалось, что он по уши увяз в крови Моргенштерна, тогда как Джейс быстро оправился от «преступления» и уже снова лез на рожон, споря с представителем власти. — Джонатан, это по-любому ваши происки, — выдала Долорес, спускаясь в общий зал. Парни следовали за ней, надеясь услышать побольше о пропаже Клэри. — Куда вы её отправили? — резко развернувшись в блондину, Стефани пытливо заглянула в разноцветные глаза охотника. А он уже пожалел, что разозлил агента. Теперь любое его слово будет использоваться против него. — Никого я никуда не отправлял, — попытался оправдаться Джейс, — мы с ней даже не разговаривали последние дни. А в жилах Долорес кипела злость. Обещала же себе, что не будет срываться в ходе расследования, что сохранит равновесие эмоций и холодность характера, но это внезапное исчезновение подруги выбило Стефани из колеи. Она боялась за Клэри до паники, до дрожи в руках, но показывать свою слабость этим индюкам, особенно Эрондейлу, агент отчаянно не хотела. Поэтому пришлось прибегнуть к крайним мерам в виде вспышки гнева. К собственному характеру Стефани привыкла не сразу. Она просто не понимала, откуда берется вся эта злость и вообще силы кричать и рушить все вокруг. Выросшая в приличной среднего достатка семье, Долорес была воспитана по всем моральным законам современности. Девушка презирала все вредные привычки, старалась правильно питаться и усиленно занималась спортом, порой не в силах выбрать между кропением над талмудами законов и истории Сумеречного мира и тренировкой до потери пульса. Агент гордилась своим происхождением и была всецело предана Конклаву, поэтому могла сидеть над очередным делом хоть всю ночь. В соответствии со своей должностью девушка умело расправлялась с делами и преступниками любой сложности и степени опасности, но это дело и эти подозреваемые были из ряда вон. Убийство и не похоже на убийство, а преступники вроде и не преступники. Но эта ироническая ухмылочка на лице Джейса, возникшая в момент зачитывания результатов вскрытия, довела Долорес едва ли не до белого каления. — Я вас всех заставлю землю носом рыть, но Клэри вы мне найдете, — снова завелась Стефани, когда, бросив взгляд на входную дверь в Институт, замерла. В помещение вошла Клэри. Улыбающаяся, с кучей пакетов в руках, охотница окинула взглядом общий зал Института и, чуть приподняв брови, уставилась на процессию, замершую на лестнице. А посмотреть было на что. Всегда в безупречном черном костюме Стефани с застывшим выражением гнева на лице, позади неё пристроился полуобнаженный Джейс с всколоченными после сна волосами, завершал «крестовый поход» не менее всколоченный Алек в футболке, надетой на изнаночную сторону, и чуть приоткрытым от удивления ртом. — Вы чего, ребят? — не удержалась и хихикнула Фэйрчайлд. — Мы… Ты… — только и смог выдать Джейс, после чего, окинув взглядом кучу пакетов в руках брюнетки, оглушительно расхохотался. Алек, увидев улыбку своей ученицы, невольно заулыбался сам. Она жива, здорова, улыбается. Значит, кризис позади. — Клэри, — к Стефани вернулся дар речи, — ты где была, дорогая? — уже с неприкрытой издевкой в голосе спросила Долорес, быстро спускаясь по лестнице к подруге. — Я на шоппинг ходила, — с каждым словом голос брюнетки становился тише, а потом и вовсе сошел на шепот, стоило ей увидеть выражение лица Стефани. — Гардероб, — Клэри сглотнула, когда над ней уже нависла дрожащая от гнева Долорес, — обновила… Охотница и правда с раннего утра ходила по магазинам, опустошая кошелек и заполняя пакеты и пустоту в душе. Конечно, отца ей уже не вернуть, но настроение и жизнь нужно было определенно улучшать. Брюнетка и подумать не могла, что Стефани потеряет её. Клэри уже отвыкла отчитываться кому-то о том, куда она пошла, считала себя взрослой, каковой и была. Но Фэйрчайлд прекрасно понимала тревогу своей подруги, ведь от всей сложившейся ситуации зависит её карьера, а подводить Стефани Клэри хотела бы в последнюю очередь, зная, как та опасна в гневе. Алек едва смог сдержать рвущийся наружу смех. Маленькая ростом Клэри так забавно выглядела под стоящей над ней Стефани, что брюнет невольно прикрыл рот рукой, пряча улыбку. А Джейс не выдержал, и под сводами Института снова раскатился его громкий смех. — И создал бог два зла, женщину и козла, — сквозь смех цитировал известный американский фильм Эрондейл. Обозначенные представительницы «зла» тут же обернулись на парня. Один взгляд Стефани ясно говорил о том, что Джейс определенно является вторым злом. А Клэри, осознав всю ситуацию, почувствовала стыд, накативший на нее лавиной. Это из-за неё подруга подняла переполох, из-за неё парни вылезли из кроватей раньше положенного. — Джонатан, — угрожающе начала Стефани, чувствуя, как эмоции рвутся наружу, а желание обломать рога «злу» становится все сильнее, — вы сами недалеко ушли, так что прошу… Алек, желая прервать дальнейшие пререкания, от которых он за дни пребывания агента в Институте уже устал, схватил задыхающегося от смеха брата за плечо и вытолкал блондина в коридор.

***

В звенящей тишине тренировочного зала раздавались только короткие вскрики и звуки ударов. Две тени метались по полу, отражая сражающихся охотников. Между молодыми людьми ощутимым грузом висело напряжение, но никто не знал, как начать нелегкий разговор. Алек извел себя размышлениями до такой степени, что упустил из виду нырнувшую под его локоть Клэри, и в следующий момент брюнет уже неслабо приложился головой об пол, а охотница, сдув непокорную темную прядь со лба, устало уперлась руками в бедра и поерзала на крепком торсе Лайтвуда. — Теряешь хватку, — устало усмехнулась девушка, с улыбкой смотря на озадаченное лицо охотника, лежащего под ней. А тот, казалось, даже и не заметил, что его уложили на лопатки, как пацана. Алек все не мог отделаться от мысли, что он чего-то не знает. Было во всей этой истории то, что парню не рассказали, не упомянули об этом, может, даже утаили специально. И Лайтвуд был далеко не дурак и прекрасно понимал, что теперь всё так или иначе крутится вокруг этой зеленоглазой брюнетки, гордо оседлавшей его сейчас. — Поговорим? — тихо предложил Алек, глядя в глаза своей ученице. Девушка тут же поникла, лицо превратилось в ту маску, которую она носила несколько дней с момента смерти её отца. Клэри просто не была готова к разговорам о том, что происходит. Фэйрчайлд понимала, что нужно возвращаться к жизни, что даже там, в обители мертвых, под надзором ангелов отец все ещё наблюдает за ней, и девушка просто обязана жить дальше, учиться, работать и просто быть счастливой. Именно поэтому Клэри после недолгих колебаний все же решилась спуститься в тренировочный зал, где, как и ожидала, нашла Алека. Парень был приятно удивлен, увидев, что охотница пришла к нему сама. После несколько напряжённого монолога Фэйрчайлд в этом же зале Лайтвуд даже представить не мог, что она когда-нибудь сможет снова появиться здесь. Увидев девушку в дверях зала, Алек сначала замер, придирчиво оглядывая ученицу, и только убедившись, что она выглядит вполне здоровой как физически, так и морально, кивком пригласил её войти. — Я не могу об этом говорить, Алек, — опуская глаза, произнесла Клэри. — Ещё больно. Слишком. Брюнет видел, как отчаянно девушка пытается храбриться, улыбаться, но, если быть честным, это у нее плохо получалось. Поэтому Алек, услышав отказ, молча кивнул. Клэри осторожно поднялась со своего учителя и без слов покинула зал. Невольное напоминание о смерти отца позволило появиться маленькой трещине в броне, которую охотница возводила внутри себя, желая оставить эту боль за пределами сознания. Теперь вся горечь потери вновь просачивалась в душу, заставляя слезы застилать глаза. Клэри даже не помнила, как легла спать. Казалось, ничего хуже, чем мысли о смерти отца, быть не может. Оказалось, может. Охотнице приснился кошмар. Леденящий душу страх охватил бешено бьющееся сердце, когда Клэри, окунувшись в сон, увидела перед собой невысокую среднего возраста женщину с медными чуть потускневшими волосами. Девушка отшатнулась было, но Джослин усмехнулась и помотала головой. — Значит, твой отец теперь не в нашем мире, — окинув взглядом дочь, произнесла женщина. — А я так долго ждала… Клэри, не моргая, смотрела на свою мать. Как всегда в самых страшных снах, девушка вдруг поняла, что не может пошевелиться. Вообще. Даже рот отказывался открываться, не говоря уже о том, чтобы отстраниться от женщины, которая наклонилась ближе, сверкая безумными, какими-то темными, глазами. — Я придушу тебя, — прошипела Джослин, охватывая руками шею дочери. Чувствуя, что задыхается, Клэри резко проснулась и тут же схватилась руками за горло, ещё не осознавая, что сон прекратился. Не помня себя от какого-то почти животного ужаса, девушка вылетела из своей комнаты и на лестнице, ведущей к столовой, со всей скорости налетела на кого-то, едва не сбив его с ног. Кто это, охотница смогла понять только по блеснувшим в темноте обеспокоенным голубым глазам. Алеку банально не спалось. Парень ворочался в постели, ходил по комнате, даже попробовал посидеть за какими-то бумажками, давно брошенными на рабочем столе, но жажда узнать всю правду не давала охотнику покоя. В надежде найти что-нибудь полезное для мозгов на кухне, Алек спустился туда, при этом не забывая думать. Лайтвуд уже на девяносто процентов был уверен, что он упускает что-то важное, что-то, что скрывается прямо у него под носом. Но сейчас под носом несколько шокированного подобным столкновением брюнета оказалась взъерошенная макушка заплаканной Клэри. Парень не ожидал увидеть Фэйрчайлд здесь, но её трясущиеся в откровенной истерике руки заставили охотника буквально прийти в себя. — Она… — задыхаясь от рыданий, произнесла брюнетка. — Это она, Алек… Она хочет меня убить… Клэри прижалась к Лайтвуду, ища поддержки, уткнулась носом в тонкую ткань простой серой футболки. Охотник только позже сообразил, что он уже обнимает свою ученицу и осторожно поглаживает её по спине. — Кто «она»? — как можно теплее поинтересовался Лайтвуд, пытаясь хотя бы в глазах Клэри увидеть ответ на свой вопрос. Брюнетка не ответила, только ниже склонила голову и ещё сильнее заплакала. Клэри никогда никому не рассказывала о том, какой ужас ей пришлось пережить в детстве, как сильно она боялась и ненавидела собственную мать. Никто не знал. Даже Стефани не была посвящена во все подробности жизни Фэйрчайлд. А рассказать правду Алеку казалось Клэри бредом, не менее. Парень понял, что сейчас здесь от этой девушки он ничего не добьется, поэтому осторожно повел её к ней в комнату. Едва увидев собственную кровать, Клэри взвыла от ужаса так, что у Алека задёргался глаз. — Она здесь, Алек, она здесь! — уже билась в истерике Фэйрчайлд, ближе прижимаясь к своему учителю и прячась в его объятиях от всего накатившего ужаса. Придирчивым взглядом осмотрев комнату, парень понял, что она совершенно пуста. Сделав на основании этого выводы, Алек ещё больше усомнился в психическом состоянии Клэри. Спать здесь дальше она определенно не хотела, по крайней мере сегодня. Брюнету ничего не оставалось, кроме как привести девушку к себе. Чуть ли не с боем уложив Клэри на свою кровать, Алек хотел было уйти к ней в комнату, чтобы не смущать охотницу, но та дрожащим от рыданий голосом попросила его остаться. — Она найдет меня, Алек, — уже тише произнесла Клэри, невольно кутаясь глубже в одеяло Лайтвуда. — Не уходи. С тобой я не боюсь. Почему-то в несколько нарушенном ужасным сном мозгу Клэри яро билась мысль, что с Алеком она вне опасности. Он сильный, он защитит её. Поэтому, смотря на нерешительность брюнета, Клэри подвинулась на кровати, приглашая парня лечь рядом. А тот, взвесив все «за» и «против», осторожно сел на кровать рядом с девушкой. Фэйрчайлд все ещё была не в себе, её немного трясло, но из глаз пропало то пугающее выражение дикого ужаса, которое Алек увидел там, на лестнице. — Кто хотел тебя убить, Клэри? — тихо спросил брюнет. Девушка помотала головой и закрылась одеялом до самого носа. Она не расскажет. Это её личный ужас, и только ей нужно знать о нём. Но засыпать охотница боялась. Она стискивала зубы от одной только мысли, что она может вновь увидеть полубезумную мать. Но рядом с Лайтвудом, который то и дело обеспокоенно ловил взгляд охотницы, девушке было спокойнее, чем в собственной комнате хоть за семью замками. Клэри сама не заметила, как задремала под боком у Алека. Лайтвуд, услышав, что девушка уже тихо сопит рядом, устало прикрыл глаза рукой. Парень только сейчас осознал, что сам за последние полчаса невольно пережил такой стресс, что и вспомнить страшно. Охотник был готов защитить Клэри, уберечь её от любой опасности, какой бы страшной эта опасность ни оказалась. Запутавшись в собственных мыслях и ощущениях, Алек помотал головой и собрался было все же уйти, но, посмотрев на Клэри, передумал. Девушка спала, чуть ли не с головой укрывшись одеялом, и иногда вздрагивала. Лайтвуд ощутил, как внутри растет беспокойство. Вдруг с ней что-нибудь случится? Вдруг ей снова приснится этот таинственный кошмар? А если она испугается, когда не увидит его рядом? Судьба и без того последнее время не очень благосклонна к этой девушке, не хотелось создавать ей лишних проводов для испуга и стресса. Тихо перебравшись на стул рядом с кроватью, брюнет закинул ноги на край кровати, скрестил руки на груди и, склонив голову, вскоре заснул.